Подземная тюрьма великого храма Марселлента

— Добро пожаловать, Ваше Высочество.

Раделя, прибывшего под восторженные приветствия верующих Ордена Высшего Божества, встречал Кирио Тайтс.

Глядя на прихожан, которые махали Раделю вслед, Кирио выразил легкое беспокойство и осторожно заговорил:

— Я переживаю, не доставил ли вам дискомфорт этот путь.

— Я был немного удивлен, но всё в порядке, — спокойно ответил Радель. — Еще несколько месяцев назад меня почти никто не знал. Так что это скорее забавляет, и я даже благодарен за такой прием.

Кирио не смог сдержать внутреннего трепета от этих слов.

«Какое благородное сердце!»

— Как и ожидалось, душа Его Высочества глубока, точно океан.

— Ха-ха.

Раделю оставалось лишь рассмеяться.

Похоже, после того как симпатия Кирио перевалила за 60, его реакция на любые слова Раделя стала чрезмерно восторженной.

Радель невольно задался вопросом: неужели Леон, которого вечно сопровождала свита последователей, живет в окружении подобной лести постоянно?

«И как он это терпит?»

Определенно, Леон был непростым парнем.

Впрочем, жизнь члена императорской семьи обязывала к подобному привыканию. Даже Инетта как-то справлялась, хоть её порой и передергивало.

Радель твердо решил закалить свой разум.

Кирио провел Раделя и Густо к кабинету епископа Ламбрадо.

— У епископа возникли неотложные дела, и он ненадолго отлучился. Если немного подождете, он скоро прибудет.

— Кирио, ты постоянно находишься в Марселленте?

— Да, ведь в Марселленте находится штаб-квартира инквизиции. Когда я не в столице, я почти всегда здесь.

Воспользовавшись моментом, Радель решил аккуратно разузнать об Обсидиане, пока Кирио был рядом.

— Кстати, могу ли я узнать, где сейчас находится тот профессор из Хеллингтона, которого схватили в академии?

— Вы имеете в виду раба Бельфегора? — голос Кирио, до этого мягкий, мгновенно стал ледяным.

Казалось, он в секунду превратился в другого человека.

— За преступление, совершенное с использованием черной магии, за попытку навредить Его Высочеству, не осознавая своего ничтожного положения… Стоило бы вырвать ему язык. Но поскольку допросы еще не закончены, мы пока просто держим его в камере.

Для Раделя это прозвучало так: Кирио спит и видит, как бы его прикончить, но вынужден сдерживаться.

Ненависть инквизиторов к еретикам действительно была за гранью.

Густо спросил Кирио:

— Он и вправду был прихвостнем Бельфегора?

— Совершенно верно. На его пятке обнаружили клеймо.

У тех, кто продавал свои души дьяволам, после воздействия Божественной силы на теле неизбежно проявлялось клеймо контракта.

Радель вспомнил информацию, которую читал в библиотеке.

— Значит, это Демон Лени.

Кирио кивнул.

— Верно. Завлекая людей, они шепчут им, что ничего не нужно делать. Поэтому таких еретиков сложнее всего обнаружить.

— Сложнее всего?

— Да. Те, кто попадает в их сети, часто вообще перестают выходить из дома. Настолько незаметно они разлагают человеческие души.

Действительно, коварный демон.

Это ведь значит, что они мастерски манипулируют естественным желанием каждого человека.

Раделю еще сильнее захотелось побеседовать с Обсидианом.

— Если возможно, я бы хотел поговорить с ним лично.

В глазах Кирио отразилось сомнение.

— Лично с ним беседовать? Это слишком опасно.

— Всё в порядке. Я знаю, на что иду. К тому же я уже бывал в подземной тюрьме раньше.

Радель начал убеждать инквизитора.

— Я пойду с Густо. Я хочу больше узнать о Черном Ордене. Поскольку в будущем столкновения с ними неизбежны, я хочу изучить врага досконально.

Кирио знал, что Радель уже спускался в подземную тюрьму вместе с епископом Ламбрадо.

И он знал, что еретики тогда сильно пострадали от искренней молитвы принца.

Раз даже глава инквизиции Ламбрадо был впечатлен увиденным, способности Раделя не нуждались в дополнительных проверках.

В конце концов Кирио был вынужден согласно кивнуть.

......

Обсидиан содержался в одиночной камере.

— Это не в подземной тюрьме?

— …Стыдно признавать, но в подземной тюрьме сейчас совсем нет свободных мест.

По словам Кирио, темницы под великим храмом Марселлента были переполнены.

— Слишком много еретиков. Постоянно прибывают новые партии, и нам попросту не хватает пространства для их размещения.

Радель и не подозревал, что в империи так много людей, продавших душу дьяволам.

Кирио добавил, что сейчас обсуждается вопрос расширения тюремного блока, но он сам решительно против.

— Я не желаю тратить щедрые пожертвования верующих Ордена на этих проклятых ублюдков.

Его чувства были понятны.

Еретиков нельзя было просто перебить.

Контрактников слабых бесов еще можно было очистить Божественной силой, но с последователями высших демонов всё иначе.

При неосторожной казни оскверненная душа может мгновенно найти себе новую жертву.

Поэтому храму оставалось лишь изолировать их.

— Порой меня это вгоняет в уныние, — вздохнул Кирио и тут же осекся, посмотрев на Раделя. — Извините, не стоило жаловаться Его Высочеству, это некрасиво с моей стороны.

— Бывает.

В этот момент раздался сигнал.

Дзынь—

+++

[Появился квест!]

[Допросить падшего]

Вы привлекли внимание Черного Ордена. Вы стали для них явной угрозой. Более того, вы получили в свои руки ключи, которыми были запечатаны демоны.

Однако, поскольку в храме есть человек, отвернувшийся от бога, если вы раскроете факт обладания ключами, грянет кризис.

Для начала, допросите падшего и выясните личность шпиона.

Условие: Сохранить в тайне наличие черных ключей.

Успех: Рост симпатии Густо Зебро, награда от епископа Марселлента.

Провал: Суд по обвинению в ереси.

+++

Увидев слова «Суд по обвинению в ереси», Радель невольно широко раскрыл глаза.

Честно говоря, он всерьез подумывал рассказать о ключах епископу Ламбрадо.

Ведь самому хранить их Раделю было не слишком уютно.

Но если в храме затесался шпион, ситуация менялась коренным образом.

Раделя могли запросто обвинить в связях с демонами и бросить под трибунал.

«Хотя вроде бы в Ордене я сейчас популярен».

Он только что прочувствовал это по пути в храм.

Всегда найдутся те, кого злит успех или чужая любовь.

Легко было предугадать, что случится, если такие люди объединят усилия.

«Пока последую за системным квестом».

Радель обратился к Кирио с просьбой:

— Могу я зайти в камеру, взяв с собой святую воду?

Для допроса падшего нужна была соответствующая подготовка.

......

— Рад видеть вас снова, профессор.

От знакомого голоса Обсидиан вздрогнул.

Он думал, что зашли очередные инквизиторы, но перед ним стоял совсем другой человек.

— Ты?!...

— Да, это я. Ну как вы тут, в порядке?

Стоило Обсидиану увидеть лицо Раделя, как кровь в его жилах вскипела.

— Ах ты гаденыш! Это всё из-за тебя!

Он готов был броситься на него прямо сейчас, но путы намертво держали его тело.

Обсидиану оставалось лишь изрыгать проклятия.

— Мне мало будет даже растереть тебя в порошок! Выберусь отсюда — и клянусь, я убью тебя самой мучительной смертью, какую только можно представить!

Пока привязанный к стулу Обсидиан исходил пеной, дергаясь в попытках освободиться, Густо перекрыл Раделю путь к пленнику.

— Презренный еретик смеет безнаказанно открывать свой грязный рот перед Его Высочеством. Будешь продолжать в том же духе — я вырву твой язык собственноручно.

Густо спокойно высказал угрозу, наполовину обнажив клинок.

От грозного напора рыцаря Обсидиан невольно сжался.

— Всё в порядке, Густо. Пускай говорит.

Радель осадил своего стража и сделал шаг вперед.

Хотя Радель не был мастером допросов, одну вещь он понимал четко.

Нужно вывести собеседника из равновесия. Раскачать его эмоции.

Тогда велика вероятность, что тот допустит оплошность.

— Я бы хотел получить ответ. Почему Черный Орден нацелился на меня?

— Ха, не смеши! Мы знать тебя не знаем!

Обсидиан не собирался отвечать послушно.

Он уже прошел через суровые допросы инквизиторов и выстоял.

Ему было плевать, что сдали другие предатели, он лично не скажет ничего, что могло бы помочь Раделю.

Но стоило Обсидиану это пообещать самому себе…

Радель со понимающим видом закивал:

— Вообще-то, я знаю почему. Всё из-за моей невероятной популярности.

— Что за бред ты несешь?

— Я пришел сюда, зная всё наперед. Профессор, когда вы насылали на меня проклятие, разве вы не думали о том, что должны непременно убить меня именно из-за этого?

Обсидиан яростно уставился на принца.

Конечно, такие мысли у него были.

Особенно когда Радель достал ключ, Обсидиан едва не ослеп от ярости.

Но Радель продолжал переходить все границы разумного:

— Для Черного Ордена я, должно быть, слишком опасен. Вы, небось, просто до смерти меня боитесь.

— Нет, вовсе нет…!

— Разве вы не испугались, что я стану чересчур популярным в Ордене Высшего Божества?

Обычно люди не говорят такое про себя вслух.

Он был бесстыдным до глубины души.

Обсидиана била дрожь. Нужно было прикончить эту змею еще тогда!

— Не льсти себе! Твоя популярность — это пшик, иллюзия!

— Учитывая это, Черный Орден слишком уж зациклен на мне.

Густо со серьезным лицом поддакнул со стороны:

— Совершенно верно. Очевидно, они завидуют славе Его Высочеству.

— Еретики всегда такие. Их ведь люди не особо любят.

«Не любят?»

Отставив всё остальное, именно эти слова заставили Обсидиана окончательно взорваться:

— Думаешь, мы выбрали тебя целью, потому что ты нам нравишься? Сама мысль о том, что все в этом храме тебя обожают — ложь! Псих… Ты даже не знаешь, кто на самом деле хочет твоей смерти.

«Заглотил наживку».

Радель, улыбнувшись, подошел вплотную к Обсидиану.

— Неужели? Значит, меня любят не все. И кто же в Ордене Высшего Божества ненавидит меня настолько, что готов убить? Мне так любопытно…

При этих словах Густо, что-то сообразивший, резко переменился в лице.

Радель положил руку на плечо Обсидиана.

В другой руке он уже крепко сжимал флакон со святой водой.