Малый банкет

В шатре Раделя царила тишина.

Это разительно отличалось от шатров других членов королевской семьи, которые посещало множество людей.

Тем не менее внутри было уютно, так как слуги заранее обустроили всё наподобие небольшой гостиной.

Здесь поставили маленький диван и кофейный столик для отдыха, а также кресла и стол для приема гостей.

Инетта, единственная гостья, заглянувшая к Раделю, прихлебывала чай, поданный Главным распорядителем. Вкус оказался недурен даже для Инетты, чей вкус привык исключительно к элитным сортам.

«Мастерство слуг выше, чем я думала».

Инетта намеревалась проследить, не отлынивают ли работники Раделя, полагая, что те могут воспользоваться его добротой.

Но придраться было не к чему.

Скорее наоборот: когда Инетта вошла в шатер, она почувствовала их настороженность, словно они опасались, что она, по слухам — натура колючая, наговорит Раделю гадостей.

Для Инетты, хорошо знавшей характер Раделя, это выглядело нелепо.

«Беспокоиться о благополучии этой коварной змеи».

Это означало лишь то, что Радель пользовался искренним доверием своих слуг.

На данном этапе нужды задерживаться дольше не было.

— Рог протрубил еще недавно, так что ты должен явиться в тот большой шатер в течение тридцати минут. Понял?

Инетта поторопила Раделя и приготовилась вернуться к себе. Порция ворчания о том, что он всё это время даже носа не показывал, шла в качестве бонуса.

— Ты хоть знаешь, какой приз полагается за победу в состязаниях?

— Разве это не денежное вознаграждение?

На ответ Раделя Инетта лишь покачала головой.

— Ты действительно ничего не знаешь. Его Величество на этот раз выставил на кон право на исполнение желания.

— Право на исполнение желания?

По словам Инетты, это был первый случай, когда Император публично объявил, что самолично исполнит любую просьбу победителя.

— Вот почему дворяне и рыцари пребывают в безумстве, заявляя, что на этот раз победа точно будет за ними.

Радель, который раньше только слышал о существовании Охотничьих состязаний, но никогда в них не участвовал, из объяснений Инетты узнал порядок их проведения.

Всё не ограничивалось одной лишь охотой.

Поскольку к участию допускались не только принцы и принцессы, пробудившие Способности, но и отпрыски знатных семей, а также рыцари с выдающимися навыками, — словом, все достойные претенденты, — турнир сопровождался банкетами для укрепления связей.

— В некотором роде это можно назвать дружеской встречей аристократии.

Инетта указала на огромный шатер, куда он должен был явиться через полчаса.

Там вплоть до завершения состязаний проводился малый банкет.

— Пока участники охотятся, остальные дворяне там едят и пьют.

Инетту передернуло; она заявила, что лучше самой гнать дичь, чем присоединяться к той компании.

Учитывая её характер, было маловероятно, что светские рауты доставляют ей удовольствие.

В этот момент снаружи раздался голос:

— Радель, Инетта. Вы здесь?

Это была Третья имперская супруга, Селиана Дастион Крециан.

Она входила в шатер Раделя во главе процессии из слуг и рыцарей эскорта.

Радель немедленно поднялся и поприветствовал супругу:

— Приветствую вас, Ваша Светлость.

— Как поживаешь, Радель? Ты стал еще краше.

— Вот как? Благодарю. Вы сегодня тоже ослепительны, Ваша Светлость.

Третья имперская супруга смотрела на Раделя ласковым взглядом.

В отличие от Инетты, которая не умела льстить, Радель совершенно не стеснялся слов, превозносящих собеседника.

«Любопытное дитя».

Инетта подскочила при неожиданном появлении матери.

— Мам, что ты здесь забыла!

— Как что? Я пришла повидать Раделя. И попросить об услуге.

Инетта побледнела.

Уж не собирается ли она выкинуть что-нибудь странное?

Инетта пришла к Раделю, не сказав матери, опасаясь, что та начнет рассыпаться в неловких благодарностях из серии «спасибо, что дружишь с моей дочкой».

Но подумать только — она явилась лично!

Радель вежливо поинтересовался у супруги:

— Могу ли я чем-то помочь?

Третья имперская супруга кивнула, словно только этого и ждала.

— Я как раз собиралась в банкетный шатер вместе с Инеттой… Если не возражаешь, не мог бы ты сопроводить меня, Радель?

......

Несмотря на то, что банкет проводился в охотничьих угодьях, внутри шатер был украшен с таким же блеском, как дворцовые залы.

Стражники, охранявшие вход, проверили их личности и зычно провозгласили:

— Входят Ее Императорская Светлость Селиана Дастион Крециан, Ее Высочество принцесса Инетта Дастион Крециан и Его Высочество принц Радель Сильверт Крециан!

Взоры уже собравшихся дворян обратились к вошедшим. Они прикрывали рты веерами и пускались в перешептывания.

— Говорят, в академии Восьмой принц в последнее время спелся с Седьмой принцессой. Похоже, они и сюда прибыли вместе.

— Поразительно, что Седьмая принцесса вообще с кем-то ладит.

— Когда вместе посещаешь академию, дружба завязывается сама собой.

Для аристократов расклад сил среди членов королевской семьи был важнейшей темой.

Они внимательно следили за каждым шагом принцев и принцесс, пытаясь предугадать, чью сторону занять выгоднее.

В частности, ключевой фигурой была Седьмая принцесса, чей материнский род — герцогство Дастион — считался одним из самых влиятельных в империи.

Могущественная Способность, многочисленные последователи и богатая семья.

Её дед, герцог Дастион, до сих пор оставался тяжеловесом в большой политике.

И весь этот авторитет Седьмой принцессы исходил от её матери, Третьей имперской супруги.

— О боже, Третья имперская супруга…!

Взгляды дворян изменились, когда они увидели, что Восьмой принц сопровождает Селиану.

— Она редко позволяет кому-либо предлагать ей руку… — произнес кто-то, осекшись.

Наступил момент, когда мысли аристократов окончательно запутались.

Появление Восьмого принца вызвало легкое волнение в светских кругах.

— Если подумать, не первый ли это случай, когда Восьмой принц появляется на официальном мероприятии?

— Верно. Раньше он не мог присутствовать из-за болезней.

Хотя они говорили так, все прекрасно знали: он не являлся на рауты из-за того, что долго не мог пробудить Способность.

Поскольку он никогда раньше не участвовал в социальной жизни, ни один дворянин не располагал сведениями о личности Раделя.

— Разве не говорили, что Восьмой принц в этот раз стал представителем первого курса в академии?

Нашлись и те, кто не упустил случая вставить свое слово. Этот человек непринужденно влился в беседу знати.

— Именно так. Мой сын как раз учится на одном курсе с Восьмым принцем, так что он хорошо его знает.

— Граф Падикт!

Это был граф Эдвард Падикт-старший, довольно известная личность в светских кругах.

— Ваш сын учится в Императорской академии магии? Вы, должно быть, очень горды!

— Хе-хе, я просто рад за него. Хотите, я сейчас же его позову?

— Будем крайне признательны!

Граф Падикт подозвал сына, Эдварда Падикта, который неподалеку смешивался с толпой.

Когда Эдвард приблизился, дворяне, видевшие его впервые, поняли, почему граф завел речь именно о сыне.

Он производил чарующее впечатление, которое выделяло его даже на расстоянии.

Внешне он казался спесивым отпрыском великого дома, но стоило ему заговорить, как он обнаружил удивительное радушие.

— Восьмой принц? Среди нас, первокурсников, он известен как Решала из Черного Сокола. Ох, но мне не стоит болтать о том, что происходит в стенах академии… Тогда я опущу детали учебы и просто расскажу вам немного о принце. Да, самую малость.

Так Эдвард демонстрировал свои таланты в качестве последователя.

......

Сопроводив Третью имперскую супругу, Радель встал среди членов королевской семьи рядом с Инеттой.

Радель почувствовал укол сомнения, оглядывая участников.

— Людей меньше, чем я думал?

— В Охотничьих состязаниях Годовщины основания принято только индивидуальное участие.

В отличие от обычных охот, здесь были запрещены загонщики, своры гончих и ездовые лошади для поддержки.

Признавалась только добыча, пойманная в одиночку, и, разумеется, брать с собой слуг было нельзя.

— Только из-за того, что в этот раз приз — право на желание, набралось столько претендентов. И все они наверняка очень умелы.

Судя по словам Инетты, обычно участников было еще меньше. Правило «охоты в одиночку» многих тяготило.

— Как бы то ни было, ты видел? Все дворяне смотрят только на тебя.

— Они смотрели не на меня, а на Ее Светлость.

Хотя он ответил безучастно, Радель тоже заметил внимание аристократии.

Явись он один, на него бы не обратили столько внимания, но благодаря расположению Третьей имперской супруги этот выход стал по-настоящему триумфальным дебютом.

Этим жестом Селиана подтвердила не только близость Инетты и Раделя, но и собственное дружеское отношение к нему.

«Ей вовсе не обязательно было заходить так далеко».

Супруга назвала это «одолжением», но на деле это была огромная услуга.

Радель прекрасно понимал, что значит такой шаг со стороны единственной наследницы герцогства Дастион.

Внезапно со входа донесся крик, возвещающий о прибытии новых принцев.

— Входят Его Высочество принц Артео Кудент Крециан и Ее Высочество принцесса Шартея Кудент Крециан!

— Хмпф. Начали прибывать люди, которых я видеть не хочу.

При появлении Второго принца и Третьей принцессы Инетта негромко проворчала.

Затем она дежурно кивнула, ясно давая понять, что здороваться не горит желанием.

Радель тоже собирался поприветствовать их, но Шартея, проходившая мимо, подняла руку и поздоровалась первой.

— Ты пришел пораньше, младший. Давай оба приложим все силы.

— Да, старшая.

Радель вежливо поклонился. Шартея улыбнулась этому и прошла дальше.

За ней, тоже с улыбкой, прошествовал Второй принц. Но в его взгляде, в отличие от сестры, истинные намерения не читались.

Радель отметил, насколько разные у них характеры, и вновь посмотрел на вход. Еще одна особа королевской крови вступала в шатер.

— Входит Его Высочество принц Венус Эсвен Крециан!

Это был Пятый принц, Венус.

Он, как всегда, шел с безучастным лицом и полуприкрытыми глазами.

Тем не менее он остановился прямо перед Раделем.

— …Привет.

Радель бодро отозвался на приветствие:

— Не думал, что ты придешь.

— Говорят, здесь водятся редкие магические звери. Возможно, мне повезет столкнуться с одним из них.

При упоминании зверей в глазах Венуса промелькнул слабый огонек интереса.

— И когда вы успели подружиться? — спросила Инетта, едва Венус скрылся в толпе.

— Мы не так уж близки. Просто поздоровались.

«Просто поздоровались?»

Если бы они не были близки, Пятый принц ни за что не стал бы утруждать себя приветствием. Инетту поразила невозмутимость Раделя.

— Знаешь, а ты неплохо устроился. Что, я опять единственная, у кого нет друзей?

Инетта рассчитывала обзавестись друзьями в академии, но нашла лишь толпу последователей.

Радель же умудрялся поддерживать хорошие отношения даже с другими принцами.

Дело было не в том, что она сама хотела сблизиться с ними, но… он же говорил, что у него тоже нет друзей!

Инетта внезапно почувствовала себя обманутой.

Пока Радель беседовал с Инеттой, он почувствовал на себе чей-то тяжелый взгляд.

Леон стоял рядом — он подошел, пока Радель обменивался любезностями с Венусом.

Принц решил, что поздороваться всё же стоит.

— Леон, ты когда пришел?

Однако Леон в ту же секунду демонстративно отвернулся.

Это был явный отказ от общения.

Радель невольно взглянул на Инетту и сказал:

— Видишь? Со своим младшим братом я даже не на «здрасьте».

«Из всего, с чем можно было сравнить, он выбрал Леона?»

Холодный взгляд Инетты стал еще ледянее.