Преемник разгромленной гильдии

— Если верить отцу, десять лет назад нашелся убийца, который в одиночку уничтожил «Черный Клык».

Тихий голос Тунии заставил Раделя и Густо сосредоточиться.

— Отец называл его предателем. Однажды тот парень заявил, что больше не хочет заниматься убийствами, и за одну ночь вырезал всю гильдию. В свои юные пятнадцать лет.

Пятнадцать?

Радель был искренне поражен. Слишком малый возраст для ликвидации целой организации. Если это правда, профессор — личность поистине выдающаяся.

— Мне всегда было любопытно, кто это, но я и подумать не могла встретить его в таком месте.

Туния, ставшая словоохотливее обычного, снова взглянула на клеймо «Черного Клыка». Встреча с легендой из преданий — новый опыт. Подумать только, перед ней — герой историй, которые ее отец травил по пьяни. Причем отец всегда добавлял нечто маловразумительное. То называл парня чертовски опасным, то признавался, что в глубине души благодарен ему.

В любом случае, она до тошноты наслушалась о силе этого человека. Хотя сегодняшний захват намекал: за десять лет история обросла преувеличениями.

«Его чувства притупились из-за того, что он давно завязал с ремеслом?»

Впрочем, и сама Туния в последнее время жила в мире и покое, не помышляя об устранении целей. В каком-то смысле этот человек первым воплотил ее мечту. Покинул «Черный Клык». Перестал убивать. И пусть его методы были радикальными, у него было чему поучиться.

В отличие от Тунии, Пиренцо, некогда преемник гильдии, покоя не ощущал. Незваные гости внезапно напали, раздели его до исподнего и теперь преспокойно беседовали между собой. Им будто дела не было до человека, лежащего рядом в одних трусах. Какое кощунство!

— М-м! М-м-м! (Хватит, развяжите меня! И дайте одеться!)

«И дайте вставить слово... Я же сказал, что всё выложу...»

Поскольку игнорируемый Пиренцо продолжал извиваться, Радель с озабоченным видом произнес:

— Пожалуйста, потише. Мы еще не закончили разговор.

— М-м?! (Нет, я же сказал, что буду говорить?!)

Радель невозмутимо продемонстрировал кувшин.

— Если тебе трудно молчать, мне стоит тебе помочь?

Пиренцо мигом прикусил язык. Провоцировать такого психопата — затея гиблая. И хотя сидеть без одежды было унизительно, холод его не бил. В комнате работал магический подогрев.

«Ладно, хотя бы не простужусь».

Пиренцо молча глотал невидимые миру слезы. Сейчас он тосковал по тем временам, когда мог просто спокойно лечь спать.

......

Лишь спустя долгое время Пиренцо позволили одеться и сесть за стол.

«Жизнь-то налаживается».

Удивительная штука — человеческая душа. Всего лишь штаны и рубашка, а на сердце сразу стало теплее. Туния, Радель и Густо, отбросив маски, тоже расположились вокруг стола. Кажется, теперь можно было поговорить по существу.

— Я не думал, что Ваше Высочество меня найдет, но раз уж карты раскрыты — отпираться бессмысленно.

Радель вовремя прервал речь профессора:

— Меня не интересует ваша служба. Здесь вы — профессор, а я — студент, так что я буду соблюдать формальности.

— Понимаю.

Пиренцо осознал посыл Раделя и кивнул. Это значило: не нужно вслух упоминать его связь с Бюро по управлению способностями. Также это означало, что у визита была иная цель.

— Тогда причина вашего появления здесь...?

— Я пришел, зная, что вы — ассасин. Хотя лишь сейчас выяснил вашу принадлежность к «Черному Клыку». Мне нужна ваша помощь.

Пиренцо и сам об этом догадывался. В Бюро все знали, что на Восьмого принца объявлена охота. И хотя он изумился, узнав в заказчиках «Черный Клык», он счел, что это лишь горстка подражателей, не имеющая отношения к уничтоженной им гильдии.

— Я больше не связан с ними. Я почти не помню своих дней в роли убийцы.

Пиренцо, покончив с гильдией, вступил в Бюро по управлению способностями, чтобы стереть прошлое. Он хотел жить под новым именем. Там он мог забыть, кем был раньше. Надзор за королевскими особами не был легкой прогулкой, но по крайней мере не приходилось каждую секунду ждать ножа в спину. К тому же, появилось чувство миссии: он делал это ради империи.

Но главное — больше не нужно было убивать людей каждый день. Одно это заставляло Пиренцо чувствовать себя живым. В организации он не понимал, ради чего существует. Лишать жизни было слишком мучительно. В те годы глаза Пиренцо были мертвы и полны лишь жажды крови. Мастер гильдии, завидев этот взгляд, даже назначил его своим преемником.

«Я не особо горю желанием вспоминать об этом».

Лицо Пиренцо посуровело — обрывки памяти возвращали его в те темные времена.

Радель продолжил:

— Я планирую сразиться с «Черным Клыком». Более того, я намерен полностью искоренить эту организацию. Как это когда-то сделали вы, профессор.

Пиренцо ответил прямо:

— План Вашего Высочества опасен. В лобовом столкновении с гильдией наемных убийц вы ничего не выиграете.

Мысли Пиренцо вторили словам Арманди. Честно говоря, в этой драке Восьмому принцу ловить было нечего. Для студента академии самым логичным решением было запросить защиту учебного заведения или обратиться за помощью в столицу. Будь у него за спиной влиятельный покровитель — другое дело, но в текущем положении это был максимум.

Однако Радель рассуждал иначе.

— Почему? Вы сами сделали это больше десяти лет назад.

При этих словах Пиренцо закрыл лицо руками. Тогда ему приходилось убивать ежедневно, и он счел, что лучше рискнуть жизнью и пойти против гильдии, чем влачить такое существование.

— Мне тогда было пятнадцать. Я сам толком не помню, как это провернул.

Радель мгновенно всё понял. Видимо, тот совершил всё в порыве ярости, подцепив ту самую «болезнь, чье имя нельзя называть», настигающую всех в пятнадцать лет. Что ж, в таком возрасте море по колено.

Но разве опытный мастер не справится с этим лучше? В этом мире всегда ищут людей с опытом.

Радель произнес непринужденно:

— Я не собираюсь бить в лоб. Для этого мне и нужны вы, профессор.

Безмолвствовавшая доселе Туния тоже обратилась к Пиренцо:

— Вы ведь знаете, каково это — хотеть уйти из гильдии. Разве нет?

Пиренцо замер. Он осознал: Восьмой принц сражается в этой битве не только ради себя. В голове всё окончательно запуталось.

Видя, что профессор медлит с ответом, Радель усмехнулся:

— Подумайте хорошенько. Вы и сами знаете... у меня найдется много способов убедить вас, профессор.

У Пиренцо по коже пробежали мурашки от этой улыбки.

«Попросил о помощи, называется!»

Всё-таки это была угроза. Но чтобы отказаться наотрез, у него было слишком много слабых мест, за которые Радель мог его дернуть. Вот почему не стоит продавать совесть...

......

Зал совещаний общежития Черного Сокола.

Радель, Густо и Туния собрались в зале совещаний. Обычно здесь студенты готовились к командным проектам или презентациям. Но эта троица встретилась не ради учебы. Они составляли тайный план.

— Угрозы и впрямь подействуют на этого человека? — спросила Туния.

Густо ответил первым:

— Подействуют. Ведь он — профессор академии.

— Верно. Раскройся его прошлое ассасина — проблем не оберешься.

Радель поддержал соратника, скрестив руки на груди. Пиренцо, как агент Бюро, будет до последнего избегать ситуаций, мешающих выполнению миссии.

— Ладно, посмотрим. Лучше скажи, где именно находится логово гильдии?

— В городе между Марселлентом и столицей.

Информации о «Черном Клыке» было критически мало, так что сведения Тунии как «своей» имели огромный вес. В документах Арманди о гильдии почти ничего не говорилось: лишь записи до разгрома десятилетней давности и краткие отчеты о недавней активности. Ни состава, ни точного местоположения, ни имени мастера. Удалось вычислить лишь связного.

— Город невелик, но поток приезжих там приличный. К тому же есть камень перемещения.

— Раз так, может, просто сдать их базу страже? — предложил Густо. — Скажем, что там была заварушка.

Туния покачала головой:

— Не выйдет. Стража давно куплена мастером гильдии.

— Даже если с жалобой придет принц империи?

Туния ответила холодно:

— С этим тоже возникнут сложности. Если вы объявитесь там с доносом, думаете, наша гильдия будет стоять и смотреть? На вас нападут в ту же секунду.

— Твоя правда.

Ситуация тупиковая — помощи извне ждать не приходилось.

Радель пришел к логичному выводу:

— Значит, придется идти самим.

И в этот момент...

Бабах—!

Дверь в зал совещаний распахнулась, и внутрь уверенно вошла незваная гостья.

— Сами? Вы только что сказали «сами», решив оставить меня в стороне?

Резкий голос. Появилась Инетта, ее огненно-рыжие волосы развевались.

— Чтобы меня вычеркнули из такого дела!

Радель, не ожидавший появления сестры, покосился на дверь:

— Как ты узнала... Только не говори, что подслушивала, прильнув ухом к замочной скважине?

— Это сейчас так важно?! — вскричала Инетта, заливаясь краской.

Радель был прав. Она тайком последовала за троицей, когда те скрылись в коридорах. На самом деле звукоизоляция в зале была отличной, и Инетта услышала лишь финальную фразу Раделя о том, что они куда-то собираются. Но, зная Раделя и видя среди них Тунию, несложно было догадаться о целях похода.

— Плевать, я иду с вами. Почему ты не позвал меня?

— Вы же сами возмущались: «как можно доверять убийце»? — вставил Густо.

Инетта на миг лишилась дара речи. Да, она это говорила, но...

— Вот поэтому я и обязана пойти. Как я могу доверить вас ей и отпустить одних? — добавила она, недовольно ворча. — И вообще, как принцесса, я не могу сидеть сложа руки. С такой опасной организацией убийц должно быть покончено.

— О... — Радель издал короткий возглас восхищения. — Впечатляет, Инетта. Сейчас ты заговорила как настоящая принцесса. Было круто.

— Я тоже впечатлен, Ваше Высочество, — добавил Густо.

— Да я не для того это сказала, чтобы крутой казаться! — выкрикнула Инетта, срываясь на брата и послушника.

Туния смотрела на эту троицу, как на каких-то странных созданий. Инетта, заметив ее взгляд, прочистила горло:

— Кхм. Так вы ведь собрались атаковать это логово? Я не верю словам убийцы. Должна увидеть всё своими глазами.

Радель лишь широко ухмыльнулся.

Начало было многообещающим.