Тепло

В сердце наследного принца царила мучительная борьба. Он хотел спросить, но чувствовал, что это слишком деликатный вопрос, и не смел произнести его вслух.

К счастью, прежде чем мысль о недавнем разговоре в его голове не повторилась в сотый раз, почти доводя его до исступления, император Цзинвэнь наконец дал ему ответ:

— Твои братья, а также несколько твоих младших братьев, — все они будущие опоры великой Чжоу, ее фундамент. Что касается тебя, то ты выбран отцом как тот, кто в будущем будет поддерживать наш род. Но что касается девятого…

При упоминании этого сына тот испытывал головную боль. В конце концов, он и бил его, и ругал, но все было бесполезно.

Император Цзинвэнь не подозревал, что это было подстроено герцогом-защитником или наложницей Жун, которые действовали сообща, чтобы добиться такого эффекта. Ведь такой результат был не под силу обычным людям. Неосторожное действие могло бы навсегда сломать ребенка. Ван Лянъюань и У Лянди были тому примером. Кто бы стал использовать такой метод для борьбы за благосклонность? Те двое действительно не обладали таким умом.

Поэтому, после долгих размышлений, причина могла быть только в самом ребенке.

Император испытывал головную боль и беспомощность:

— Девятый… Я лишь надеюсь, что в будущем он будет вести себя прилежно и больше не будет создавать проблем. Я буду благодарен за это.

Если говорить прямо, это означало: твой девятый брат — безнадежен, так что вам нет смысла с ним сравниваться.

Наследный принц:

— …

Услышав это, он одновременно почувствовал облегчение и некоторое недоумение.

Похоже, отец был изрядно измучен девятым братом, настолько, что его требования снизились до минимума: лишь бы не создавал проблем.

Говорят, что в трехлетнем возрасте уже видно, каким будет человек во взрослом возрасте, а в семь лет — каким будет старик. Если так, то в будущем отец, вероятно, не поручит девятому брату никаких важных дел и не даст ему никакой реальной власти. Ведь девятый брат уже оставил в сознании отца отпечаток ненадежности. В такой ситуации, как отец мог доверить ему должность?

Разве что девятый брат однажды внезапно прозреет.

Но вспоминая поступки своего брата, даже наследный принц считал… что это маловероятно. Этот ребенок с детства, еще будучи несмышленым, был склонен к наслаждениям.

Если бы тот знал, что из-за своей шаловливости упустил что-то важное, он, вероятно, пожалел бы об этом.

Но мир всегда таков: никогда не бывает всего идеального. Что бы ты ни получил, за это придется чем-то заплатить.

Жаль девятого брата, такого юного, ничего не подозревающего, что он потерял арбуз, подобрав горошину.

Думая об этом, в его глазах появилось сострадание.

— Ладно, я больше не буду с тобой говорить. Сегодня вечером я собираюсь посидеть у наложницы Жун.

Возможно, сегодняшние события подстегнули императора Цзинвэня. Он внезапно почувствовал, что хотя эта наложница и была так же туповата, она была гораздо милее и никогда не учила детей всякой ерунде, а также не использовала их как инструмент для завоевания благосклонности.

Хотя девятый был немного непослушным, он каким-то образом находил его гораздо более приятным для взгляда.

Самое главное, что мать и сын были просты в своих мыслях, и с ними не нужно было вести долгих и витиеватых разговоров. Они почти ничего не просили у него, и не было опасений, что разговор может быть испорчен. Помимо некоторой суматохи, во всем остальном с ними было комфортно общаться, что особенно подходило для отдыха.

Услышав слова императора Цзинвэня, наследный принц тоже приготовился уйти:

— Как раз кстати, моя наследная принцесса тоже ждет меня.

Так отец и сын вместе покинули зал Циньчжэн, а затем один направился во дворец Цюу, а другой — в Восточный дворец.

Результатом стало то, что император, отправившись во дворец Цюу, не нашел своего сына, а наследный принц, вернувшись в Восточный дворец, сразу же увидел своего брата.

— …Почему он так охотно бежит в Восточный дворец?

Император Цзинвэнь не мог понять.

Наложница Жун рядом не могла не вставить слово:

— Ваше величество, вы забыли, что Шо всегда был в хороших отношениях с маленьким императорским внуком.

Дядя и племянник целый день проводят вместе, такое сочетание просто поражает. Неужели этот дядя совсем не чувствует стыда? Ах, забыл, у него сын всегда был бесстыжим.

Император Цзинвэнь наконец перевел взгляд на шестого принца, сидевшего напротив за столом:

— Кстати, наставник Цэнь сказал мне, что ты в последнее время снова добился успехов в учебе. Расскажи, что ты изучал в последнее время?

Сердце принца сжалось, он поспешно отложил палочки, сделал глубокий вдох и выдох, а затем медленно заговорил.

Тем временем.

Глядя на наследного принца, который даже во время еды находил время, чтобы проверить успеваемость своего сына, Е Шо не мог не подумать про себя:

«Не зря он наследник, выбранный моим сводным отцом. Он полностью унаследовал его черты, даже во время еды не дает никому покоя».

Разве он не видел, что его маленький племянник чуть ли не выплюнул съеденное от напряжения? Ему ведь всего меньше четырех лет! Однако, когда дело касается воспитания детей, больше всего раздражает, когда кто-то вмешивается. Поэтому Е Шо, будучи дядей, мог только наблюдать со стороны, совершенно беспомощный.

Хм, интересно, а на кухне во дворце недавно поменяли повара? Еда становится все вкуснее.

Маленький императорский внук, который запинаясь, отчаянно пытался вспомнить изученное, услышал, как рядом постоянно раздавался звук, будто маленький евнух подкладывает еду его дяде, и чуть не заплакал. Боже мой, девятый дядя такой безжалостный! Мало того, что не дает подсказок, так еще и сам так аппетитно ест!

Глядя на напряженную и обеспокоенную наследную принцессу, на сына, который никак не мог вспомнить и вот-вот расплачется, и на девятого брата, который, как посторонний, с аппетитом ел, наследный принц, сдержавшись несколько раз, наконец беспомощно прижал лоб рукой:

— Маленький девятый, ты... ты разве не чувствуешь, что твое поведение совершенно неуместно?

Еще в детстве наследный принц знал, что его брат отличается от других. Прошло несколько лет, и он еще больше убедился в своих прежних догадках.

Увидев, что все смотрят на него, Е Шо недоуменно спросил:

— Подождите, третий брат, почему ты смотришь на меня?

В ошеломленном взгляде ребенка он безжалостно указал на него пальцем:

— Продолжай спрашивать моего милого племянника. Это он не может ответить, а не я.

В тот же миг маленький императорский внук чуть не сплюнул кровь. Девятый дядя, как он мог так поступить! Ребенок не мог сдержать прыжков.

Наследный принц посмотрел на своего брата, затем на своего сына, помолчал немного и решил, что проблема его брата все же серьезнее. Поэтому он немедленно сменил цель:

— Сюнь, я уже закончил спрашивать тебя. Раз уж ты здесь, заодно спрошу и тебя.

Наследный принц учился под руководством самого известного наставника в Поднебесной, поэтому его знания, естественно, были на высоте. Более того, как старший брат, он имел полное право это делать.

Хм! Говорил же, что девятый дядя не помог, а еще и мешал, а теперь вот, очередь дошла до него самого.

Сердце Е Сюня облегчилось, и он быстро вернул себе прежнюю живость.

Наследная принцесса же взглянула на своего деверя и что-то почувствовала.

Видя, что он настаивает, Е Шо вздохнул и, не имея выбора, отложил палочки:

— Хорошо, хорошо, спрашивай, но я заранее предупреждаю, мои знания не очень-то хороши.

— Раз так, то я спрошу что-нибудь попроще, – наследный принц не собирался намеренно его затруднять, и он сдержал свое слово.

Вскоре он обнаружил, что его брат, кажется, слишком скромен. Его знания не просто «не очень-то хороши», они были просто ужасны. Если бы это было с его собственным сыном... Наследный принц даже не смел думать об этом и вдруг почувствовал, что Сюнь уже достаточно умен.

Но, к сожалению, у Е Шо была слишком толстая кожа: если не мог ответить, он просто говорил, что не может, и совсем не чувствовал себя неловко, чем даже маленького императорского внука рядом привел в изумление.

Ребенок не понимал, как его девятый дядя мог быть таким уверенным в себе. Неужели он совсем не стыдился?

Е Сюнь вспомнил, как сам, когда ему задавали вопросы, долго расстраивался, если не мог ответить хотя бы на один.

Если бы Е Шо знал, о чем тот думает, он бы сказал:

— Не смог ответить на вопрос, и что с того? В мире полно вещей, которых я не знаю. Никто не может быть всеведущим, так чего же стыдиться?

Принц быстро не выдержал:

— Ты... как ты можешь не знать даже такого простого вопроса?

Е Шо тоже выглядел невинно:

— Потому что ты спрашиваешь то, на что в моем возрасте ответить невозможно!

Вопросы наследного принца были слишком сложными.

— Почему ты не говоришь, что я ответил на первые два вопроса?

Тот нахмурился:

— На такие вопросы и трехлетний ребенок ответит.

Е Шо:

— ...

Чушь!

На такие вопросы мог бы ответить только трехлетний ребенок из императорской семьи. Попробуй спросить такого же ребенка снаружи.

Е Шо не был глуп, он прекрасно знал, что сможет ответить.

— Третий брат, ты слишком строг.

Принц, не задумываясь, ответил:

— Это ты слишком распускаешь себя.

Затем он вздохнул:

— Девятый, ты не можешь так продолжать. Если будешь так продолжать, ты действительно пожалеешь

Наследный принц не смог удержаться и очень уклончиво передал смысл слов императора Цзинвэня.

Люди, вероятно, так противоречивы: когда кто-то представляет угрозу, хочется, чтобы у него все шло плохо, а когда кто-то становится совсем плохим, невольно хочется, чтобы он стал лучше.

Принц надеялся, что этот ребенок перед ним поймет более глубокий смысл слов отца.

Е Шо понял, но вел себя совсем не так, как ожидал тот. Его первой реакцией было:

«Есть и такие хорошие вещи?!»

Даже после совершеннолетия не нужно работать? Можно получать только легкие должности, или вообще никаких? Разве это не приближает его к цели?

Конечно, он выбрал правильное направление, и в будущем нужно будет продолжать в том же духе.

Заметив, как в глазах его брата внезапно вспыхнул видимый свет, он почувствовал холодок и недоброе предчувствие.

В следующее мгновение Е Шо не выдержал и крепко схватил наследного принца за руку:

— Спасибо, третий брат, за напоминание. Я понял.

Принц:

— ...

Он действительно понял или притворился?

Ему казалось, что его понимание совершенно не совпадает с тем, что он имел в виду.

— Третий брат, я поел, так что я пойду.

Наконец настал этот день, будущее было светлым, Е Шо чувствовал себя прекрасно, даже настроение улучшилось.

Уходя, он вдруг что-то вспомнил и внезапно сказал:

— О, да, забыл тебе сказать, этот парень Е Сюнь ужасно мне завидует и тоже хочет, чтобы ты отнес его в школу. Ребенок еще такой маленький и такой жалкий, ты уж согласись с ним.

Е Шо обнаружил, что его племянник смотрит на своего отца так, будто мышь видит кошку, а отец задает ему несколько вопросов, и он так нервничает. Вероятно, на него рассчитывать не стоит, поэтому Е Шо решил сказать за него сам.

Наследный принц на мгновение замер, затем посмотрел на своего сына.

Неожиданно маленький императорский внук широко распахнул глаза, полные ужаса.

«Ууууу, девятый дядя, ты меня погубил!!»

Е Шо быстро исчез, оставив отца и сына смотреть друг на друга. Наконец, первым заговорил принц:

— То, что сказал твой девятый дядя... это правда?

— Нет, нет! Правда, нет!

Е Сюнь, не задумываясь, поспешно замахал руками.

После долгого молчания он тихо сказал:

— ...Ты мой первый ребенок, и к тому же законный сын.

Но если он действительно захочет, то, возможно, и не откажет...

Однако Е Сюнь понял неправильно, почувствовал разочарование, затем поднял голову и быстро сказал:

— Сын помнит и больше так не будет баловаться.

Наследный принц открыл рот, он не это имел в виду...

Но в итоге ни отец, ни сын больше ничего не сказали.

Неизвестно почему, атмосфера за ужином стала гораздо тише, чем раньше.

Вернувшись во дворец Цюу, Е Шо заметил, что его нынешний отец сегодня был необычайно добр, словно что-то его подстегнуло.

Вероятно, произошло что-то, о чем он не знал.

Пожав плечами, Е Шо тут же крикнул во весь голос:

— Отец-император, матушка-наложница, я вернулся!

Вид у него был такой, будто ребенок, вернувшийся с прогулки.

— Дайте-ка я посмотрю, что вы тут вкусненького съели сегодня вечером, пока меня не было?