Ежегодные сокровища

21.

—————————

— С 18-летием, Лансель! Так несправедливо, что я не увижу своими глазами, как мой мягкий и тёплый Лансель становится взрослым…! Этот подарок — в честь твоего совершеннолетия… цветочное украшение для твоего плаща! Раз ты уже рыцарь, я подумала, тебе такое пригодится… Если не наденешь, потому что «пошло», я расплачусь! Ты обязан носить! Обещай. А подарок на 19-летие — вот здесь!

— Единственная половинка Ланселя, Мэри.

—————————

Лансель взял цветочное украшение из коробочки и криво усмехнулся.

— Ай!

— Что ты делаешь?

— Угх… это сложно…

Делать цветочные украшения было одним из тех занятий, которыми она могла заниматься даже сидя в постели.

Украшение из лепестков, уложенных слой за слоем; пальцы — в уколах от иглы.

Лансель прикрепил его к плечу плаща.

— Спасибо, Мэри. Вернусь в следующем году.

В тот день, когда он покинул земли Данте, Лансель положил цветы у надгробия — и, не оборачиваясь, ушёл.

Став взрослым, он направился прямиком в Имперскую столицу Роднис.

— Герой?

— Да. Герой.

Лансель и сам понимал: это звание ему не подходит.

В нём не было ни благородства, ни величия, ни праведной чистоты, ни сияния — ничего из того, что было у «кандидатов в герои», которых он видел раньше. Он был всего лишь рыцарем, который неплохо владеет мечом.

Единственное, что у него было…

Мэриголд.

Только Мэриголд.

Внутри него существовало лишь её имя.

Просто очень простое и очень эгоистичное желание: сделать так, чтобы с Мэриголд больше никогда не повторилась та же трагедия.

Да, он прекрасно знал: с таким сердцем героями не становятся.

Но…

— …Ты сейчас серьёзно называешь себя героем? Самопровозглашённым?

— Как видишь.

— Тут подозрительный тип! Стража!

— Комет.

— Откуда ты знаешь моё имя?!

— Я скоро уезжаю, так что решай быстро. Ты со мной? Или упустишь колоссальный шанс путешествовать вместе с героем?

— А… если я скажу «нет»?

— Почему?

— Во-первых, ты слишком нахваливаешь себя, и это подозрительно. Во-вторых, герои бывают только в сказках. Я занята по горло исследованиями магии. Не путай меня. Прощай.

— Тогда так. Поезди со мной хотя бы немного и решишь по дороге. Ты всё равно собиралась путешествовать. В группе безопаснее.

— ……

Лансель не собирал огромную толпу.

— Билл, пойдёшь?

— А еды будет много?

— Накормлю так, что лопнешь.

— Тогда иду.

Потому что на этот раз цель была не «собирать кандидатов», а — стать героем самому.

— Решилась, Мона?

— …Если хоть наполовину не понравится — я возвращаюсь домой.

— Как хочешь.

Один рыцарь, одна магичка, один наёмник. И странный рыцарь, называющий себя героем — Лансель Данте.

— Так почему ты герой?

— Странно звучит?

— Это даже не вопрос — это безумно странно! Герой должен иметь великое предназначение, благословение богов, что-то такое!

— Комет, ты слишком много сказок читала. В мире не бывает такой чепухи.

— Ха! Это ты говоришь?! Ты же сам «герой»!

— Потому что я и есть герой.

— Доказательства! Логические и метафизические доказательства, которые убедят меня, Комет — перспективную магичку, учёную и математика!

— Комет, не надо! Сэр Лансель — герой! Он мечом так машет, что ух! И охотится отлично!

— Заткнись, Билл! Я первым увидел мясо — убери руки!

— Тьфу!

— А-а-а! Гадость! Мона, скажи что-нибудь!

— Билл. Это вульгарно.

Даже впятером они не были тихой компанией.

Группа героя, которая путешествовала без понятного конца маршрута.

Но цель у Ланселя была совершенно ясная.

— Потому что я герой. Значит, должен делать то, что герою положено.

Перед ними не стояло «великого зла», не было цепи испытаний, не открывались один за другим «врата судьбы».

Они приезжали в деревни, где появлялись чудовища или звери — и вычищали их, не требуя награды.

Заезжали в земли, где распоясались бандиты, — и избивали главарей.

Даже тащили к алтарю двух влюблённых, чьи семьи были против свадьбы… такие мелочи.

— Герой Лансель… он хороший человек.

— Хотелось бы, чтобы он ещё раз заглянул к нам.

— Скучно точно не было. Пока они были здесь, каждый день шум стоял.

Они просто делали добрые дела — те, которые могут делать лишь те, у кого есть сила.

— И всё же… ради чего? Почему тебе обязательно быть «героем», Лансель?

На повозке, среди грузов.

Комет смотрела на него снизу вверх, а за её взглядом виднелись глаза Ланселя — потухшие, глубокие.

— Потому что в этом мире есть тот, кому нужен герой.

— Ха…

Комет тихо вздохнула.

— Лансель, слушай. Ты странный, да, но ты настоящий мастер меча. Если потом будешь жалеть, что сгноил талант, — не говори, что я тебя не предупреждала.

— Спасибо за заботу, Комет.

— Кто заботится?! Даже если потом придёшь занимать деньги — не дам!

— Комет. Ты всё-таки переживаешь за Ланселя.

— Ч-что за бред, старшая сестра Мона!

Так прошёл год.

Ровно к 19-летию Лансель снова приехал в деревню Эрика. Трое спутников всё ещё тащились за ним хвостом.

— Это родина сэра Ланселя?! Вот бы подняться на тот холм и как следует выпить.

— Уютная деревня. Хорошее место, Лансель.

— Вам не нужно было идти за мной сюда.

— Не ной. Ты предлагаешь нам неделю торчать в городе без лидера и киснуть?

Приехав, Лансель сразу развернул карту.

— Лансель, ты куда?

— На охоту за сокровищем.

— …?..

На этот раз «клад» был спрятан внутри деревни Эрика, рядом с домиком, где раньше жила Мэриголд.

—————————

— С 19-летием, Лансель! Не говори, что я всё ещё единственная, кто празднует твой день рождения?! Тебе нужны люди рядом, чтобы быть счастливым, так что заводи друзей, Лансель. Поэтому этот подарок — браслеты дружбы. ДРУ-ЖБА! БРА-СЛЕТ! Поделись с друзьями. Я люблю тебя, Лансель. Я скучаю по тебе, даже пока пишу это письмо.

— Единственная другая половинка Ланселя, Мэри.

—————————

— Письмо?

Комет, магичка, что увязалась за ним, вытянулась на цыпочки и заглянула в листок.

— Это что такое?

— Назовём это источником моих усилий.

— А?

Лансель ответил с лёгкой улыбкой.

— …Это как счастье, которое я раз в год достаю и «съедаю».

Сказав это, он протянул Комет один из браслетов.

— Поехали.

— …?..

Бровь Комет дёрнулась, когда она увидела браслет: скрученная нитка, сделано неловко, криво, по-детски.

Покидая деревню, каждый из группы носил на запястье по одному браслету Мэриголд.

22.

—————————

— С 20-летием, Лансель! Мне до сих пор стыдно за то, что я тебе тогда наговорила. Я из злости сказала «не встречайся ни с кем», а если Ланселю из-за этого правда придётся жить одному всю жизнь… угх, меня и сейчас накрывает чувство вины. И мне ещё хуже от того, что я знаю: Лансель реально сдержит слово. В качестве извинения дарю тебе арахис, который хотела съесть сегодня как перекус, и деревянные щепки, которые собирала с детства. Ты обязан всегда быть счастливым.

— Немного эгоистичная, но единственная половинка Ланселя, Мэри.

—————————

— Фу, это уже испортилось. Выкинь. Просто выбрось.

— Я должен это хранить.

— У-у-у…

Так Лансель встретил 20-летие — в дороге, в центральной части Империи.

В том году «герой Лансель» примирил два владения, которые годами воевали из-за старой вражды и недоразумений.

— Спасибо, герой… наверное. Если можно, не останетесь ли ещё немного?

— Я приму только ваше сердце. Скоро мой день рождения.

— День рождения?

Дочь графа смотрела на Ланселя с сожалением, провожая.

— Пожалуйста, приезжайте ещё. Лансель.

—————————

— С 21-летием, Лансель! Фух, я наконец-то нашла время написать! Кстати, Кэнна сказала, что я чуть поправилась… Лансель, почему ты мне не сказал?! Если бы сказал — я бы осторожнее была и меньше перекусов ела… Лансель, говорят, орехи вообще-то очень жирные, ты знал? Я ела их каждый день, когда мне было скучно — не верю! В подарок — мешочек с приятным запахом… А! Лансель идёт! Я сокращу письмо! Люблю тебя, Лансель!

— Мэри.

—————————

— …Сократила письмо только потому, что я иду.

— Это саше. Нюх-нюх… правда, запах почти выветрился.

Лансель повесил почти безвкусный мешочек на пояс.

— Зачем ты вообще цепляешь то, что не пахнет…

— Если веришь, что пахнет — значит, пахнет.

— Запах, который выветрился, вернётся от веры?

На юге Империи «герой Лансель» поставил статуи — себе и Мэриголд. В знак признания того, что он выгнал бандитов и их остатки.

—————————

— С 22-летием, Лансель. Я предполагаю, что теперь ты самый знаменитый рыцарь в Империи. Кхм. Я слышала, что так говорят дворяне, поэтому решила попробовать один раз. Надеюсь, ты не ранил себя… Эх, сложно, перестану. Лансель, говорят, рыцари часто получают раны, и я весь день переживала: вдруг с тобой тоже… Я молюсь, чтобы с Ланселем случалось только хорошее. Чтобы ты всегда был счастлив. Чтобы никогда не страдал и не был одинок. В подарок — символ удачи! Мой альбом с листьями, который я собирала в детстве!

— Мэри, которая желает Ланселю удачи.

—————————

— Эта Мэри… похоже, очень хорошая девочка.

— Комет тоже к ней привязалась.

— Немного. Хотя тащиться в эту деревню каждый год — раздражает.

— Если так тяжело, могла бы ждать в портовом городе.

— Забудь. Если подарок взяли — поехали обратно.

Лансель прижал альбом к груди. Внутри — листья разных цветов, большие и маленькие, каждый аккуратно залит воском.

Он слышал, что она собирала их ещё с тех пор, как едва ходить начала… но чтобы всё это было закопано здесь спустя столько лет.

«Куда мне это хранить?..»

В тот год удача и правда нашла их: корабль, на который они случайно напросились, чтобы пересечь внутреннее море, оказался пиратским.

А заложником на борту был сын герцогского дома из столицы. Лансель вернул его семье — и поставили ещё несколько статуй.

—————————

— С 23-летием, Лансель! Ах… я вдруг вспомнила день, когда мы смотрели на море. Думаю, Ланселю было бы идеально жить в таком месте, когда он станет дедушкой. Море и мерцающий закат. Я до сих пор помню, как у Ланселя блестели глаза, когда ты смотрел туда. Лансель, может, мне нравилось не море… а смотреть на Ланселя, когда он счастлив? Подарок — медовые конфеты, которые остались после готовки! Их можно есть!

— Для Ланселя, который обязан быть счастливым. Мэри.

—————————

— Лансель! Мэри за тебя волнуется. Похоже, она знала, что ты человек… ну, немного неуклюжий… А! Что ты делаешь, ты ешь это?!

— Она подарила, чтобы я съел.

— Жалко! Выплюнь! Быстро!

Под крик Комет Лансель спрятал письмо за пазуху.

— Ну что… попробуем снова прожить этот год как следует — до следующего раза?

— Я сказала: ВЫПЛЮНЬ!

—————————

— С 24-летием. Кстати, каким высоким вырастет Лансель? Судя по папе Ланселя, ты, наверное, уже вдвое больше меня? Лансель, Кэнна говорит: слишком большим рыцарям нельзя в бой. По ним стрелами легче попадать! Так что, Лансель, даже если ты сильный, не ходи в опасные места. Ты должен жить счастливо, в безопасном месте, пока не станешь морщинистым дедушкой. И каждый год приходить за моими подарками. Понял? Подарок — эта коробка! Я подумала, Ланселю нужна коробка, чтобы собирать сокровища. А место следующего подарка — вот тут!

— Мэри, которая молится, чтобы Лансель жил долго и без ран.

—————————

—————————

— С 25-летием. Осталось всего 75 писем. Лансель, даже если ты проживёшь так долго, что «следующих подарков» уже не будет — не грусти. Мне было очень трудно собрать столько всего! Поэтому сегодня приходи и очень меня похвали. Погладь по голове и скажи, что я молодец. Я всегда буду смотреть на тебя рядом. Подарок — перьевая ручка, которую мне подарила мама.

— Мэри, которая каждый день переживает, что подарить дальше.

—————————

—————————

— «Даже там, где нет света, если есть тепло — цветы распускаются». Как тебе? Я нашла эту фразу в книге, которую читала вчера! С 26-летием, Лансель! Прости, что вчера сказала «хочу в путешествие»… Я просто ляпнула, но когда увидела, как тебе стало грустно, мне стало больно. Но я же перед сном очень тебя массировала, так что ты простишь, да? Подарок — рисунок деревни Эрика, который я нарисовала.

Лансель… сможем ли мы когда-нибудь снова встретиться?

— Мэри Ланселя.

—————————

В маленьком листке был рисунок деревни, утопающей в цветах. На нём были жители Эрики, слуги семьи Мэриголд, виконт Данте, и Мэриголд с Ланселем.

«До следующей регрессии — 2 года».

Лансель не мог знать, насколько далеко он продвинулся и помогает ли это Мэриголд.

Пока не было ни одного знака, который дал бы уверенность. Он просто шёл по пути, в который верил.

Стать героем — и сделать так, чтобы «геройство» помогло Мэриголд. Он просто жил, упорно называя себя «героем Ланселем».

Хочешь не хочешь — через 2 года придётся увидеть результат.

— Но теперь все правда называют Ланселя героем. Человеком, который даже остановил войну в герцогстве. Герой Лансель Данте.

— Потому что я настоящий герой.

— …Я сдаюсь. Пусть будет так.

— Раз уж даже Комет согласилась — теперь всех убедили.

— Хаа…

Под тихий вздох Комет Лансель оглянулся.

По дороге к ним присоединился ещё один — парень по имени Оут. Всего спутников стало четверо. С самим Ланселем — пятеро.

— Возвращаемся. Домой.

Отряд человека, которого называли героем, шёл к Имперской столице Роднис.

Конец долгого пути был уже близко.