Рыцарь, который исчез
12
С самого утра в глухой деревушке на юге империи стоял переполох.
— В деревне чужак!
— Все за оружие! Хватайте что угодно!
— Отец! Разбойники! Разбойники пришли!
— Пошли! Ты впереди!
— Да, отец!
Деревенское ополчение,чуть больше двадцати человек, настоящего оружия почти не имело.
Кто-то держал деревянные пики, кто-то — сельхозинструменты, кто-то — пращи для камней, а некоторые вообще шли сражаться в рукопашную.
— Сюда! Сюда!
По тропинке, которую показали деревенские мальчишки, они вышли в поле — трава стояла по пояс.
— Они тут?
— Да! Я видел! Осторожно, могут прятаться!
— Понял. Вы, мелкие, назад.
Ополченцы медленно двинулись вперёд, раздвигая траву.
— Эти сволочи… только попадись мне один — глаза выковыряю.
— Ты осторожнее. Имперская армия обещала зачистить разбойников, а в итоге её саму погнали и она отступила. С теми, из герцогских остатков, шутки плохи.
— Да это потому что имперские солдаты тупые! Попадутся мне, я их одними вилами всех перережу!
Храбрится он громко, а по лицу видно: напряжён до предела.
— Вон там!
Один из молодых заметил что-то и ткнул рукой в сторону. Там лежало крупное тело, вокруг — лужа крови.
— Лошадь! Там мёртвая лошадь!
— Всем быть начеку. Они где-то рядом.
Через пару шагов в траве заметили странный силуэт — тень, придавленная к земле.
— Ч-что делать?
— Э-э… ты иди первым!
— Ты только что орал, что всех порвёшь, а теперь меня толкаешь?!
— Чёрт бы вас… разбойничья мразь!
Один ополченец вырвался вперёд, подняв мотыгу над головой.
— Как ты посмел тронуть мою дочь! Мо-ю до-о-очь!
С налитыми кровью глазами остальные рванули следом.
— А-а-а-а!
— Убьё-ё-ём!
— Проклятые разбойники! Держи-и-и!
Поле взорвалось криками — они орали, чтобы заглушить страх.
И ровно в эту секунду по их пути резанула вспышка.
Свист!
Там, где прошёл серебристый след, трава была срезана начисто и взметнулась в воздух.
Мотыга в руках у первого разлетелась пополам.
— …Кх…
— …И-и-ик!
Срезанная трава посыпалась вниз, подхваченная ветром.
Первым, что они увидели, был клинок, промелькнувший у них перед глазами. Меч был весь в зазубринах и царапинах, словно им били и скребли по камням, дереву, железу — по всему подряд.
Вторым — мальчишка, который его держал. Сквозь растрёпанные волосы мерцали почти серебряные глаза.
Третьим — герб и плащ на его плечах. Никто из них не знал, что именно означает вышитый знак.
Но такие плащи они узнавали. Рыцарские. Даже деревенщина понимала: это знак рыцаря.
— Ты кто такой?!
А последним они заметили молодого мужчину, сидящего рядом с мальчишкой — он будто сполз по земле и так и застыл.
— Вы кто вообще такие?!
Мужчина, у которого нога была перетянута и прибита к шине, словно перелом, заорал на ополчение.
— Уродьё! Вы хоть понимаете, на кого вы зубы скалите?! Немедленно бросьте всё, что держите! Это сэр Лансель Данте — рыцарь императорского дома великой империи Фригия!
— …Меня ещё, вообще-то, официально не назначили.
— Ну брось. Скоро назначат, какая разница!
— Кто знает. Мы же войну проиграли — вдруг теперь и не станут.
— Это…
Перед ними были Лансель Данте — солдат армии, которая отступила, и его курьер.
Лансель указал пальцем.
— Эй, ты.
— А? Д-да?
Мальчишка, на которого показали, испуганно оглянулся и нерешительно подошёл.
— Мне надо пожить у тебя какое-то время. Я заплачу. Проводи.
Лансель кивнул на своё колено. В нём всё ещё торчали два арбалетных болта — прошили насквозь. Ещё немного, и рана бы начала гнить.
Если бы он вытащил их наугад, мог и умереть. И этот цикл закончился бы самым глупым образом.
— Не бойся. Подойди ближе и помоги мне встать. У нас обоих сейчас ноги не в порядке.
Дети и взрослые переглянулись. Имперский рыцарь, свалившийся с неба в такую глушь.
Для них это было то, что бывает, возможно, единственный раз в жизни, если вообще бывает.
13
—————————
7 сентября.
Ты опоздал! Прошла неделя — как я должна ждать без новостей? Ты пробовал ромашковый чай? Говорят, чем дольше он стоит в тёплой воде, тем глубже становится аромат. Я считаю до ста, глядя на этот чай. И с печеньем во рту, между прочим. Но! Неделя — это же слишком долго, правда?
Мари.
—————————
9 сентября.
Я услышала, что вы отступаете. Я хотела прямо сейчас выпрыгнуть из окна и бежать на поле боя, но едва удержалась.
Я знаю, ты наверняка совсем не ранен, потому что ты — отличный рыцарь. И… прости, что торопила тебя два дня назад. Я подожду спокойно. Когда мы увидимся, я покажу тебе щенка, которого выращиваю! Её зовут Лиа, и… (дальше пропущено)
Мари.
—————————
11 сентября.
Вчера с колокольни я видела, как возвращаются рыцари и солдаты. Я видела людей, которые надеялись дождаться своих родных и друзей. Прости. Мне в последнее время трудно писать. Может, из-за того что холодает. (дальше пропущено)
Мари.
—————————
12 сентября.
Хотя бы дай о себе знать. Это уже слишком! Ты жестокий. Просто ты всегда терпишь все мои детские капризы — и из-за этого мне хочется жаловаться ещё больше.
Я сегодня тоже занимаюсь прилежно. Когда ты вернёшься? Теперь самое большое счастье моего дня — долгий утомительный путь к колокольне. (дальше пропущено)
Мари.
—————————
13 сентября.
Врун, ты же говорил — каждый день. Уже 2 недели! Такими темпами я и правда могу забыть твоё лицо. Сегодня я узнала: рыцарю нельзя заставлять даму плакать. Это вроде как… рыцарский кодекс? Если ты не будешь писать, я начну всем говорить, что ты плохой рыцарь. (дальше пропущено)
Мари.
—————————
14 сентября.
Мне в голову лезут страшные мысли, и я не могу спать. А если у меня так волосы выпадут? Ты должен отвечать за эти волосы, за которые я так благодарна — их столько времени берегли, ухаживали за ними. Когда ты вернёшься, будешь расчёсывать меня каждое утро. (дальше пропущено)
Мари.
—————————
15 сентября.
Я стала чаще плакать. Начинаю сомневаться, что справляюсь. Я не могу тебя простить. Похоже, ты и правда плохой рыцарь. (дальше пропущено)
Мари.
—————————
.
.
.
—————————
30 сентября.
Вообще-то всё, что я говорила — ложь. Если ты жив и в безопасности, я прощу всё. Я не злилась. Я только делала вид. И не обижалась тоже. Прости, что капризничала. Пожалуйста, вернись скорее. Ты всегда приходил ко мне, когда мне было страшно и грустно. Я прошу. Пожалуйста, сделай так, чтобы эти ужасные мысли исчезли.
Мари.
—————————
— Эвиль Шен!
— Ты сейчас с нами драться собрался?
— Н-нет, подождите, господа, успокойтесь…!
В салоне дошло до того, что его схватили за воротник. Барона Эвиля Шена прижали к стене, а он поднял руки, будто сдаётся.
Перед ним стояли дворяне с глазами хищников, окружили его, словно стая волков.
— Месяц! Не день и не два — целый месяц!
— Когда вы, наконец, опубликуете ответ рыцаря, барон Эвиль?!
— П-прошу, без насилия…!
Почти все эти господа были выше барона по титулу.
— Мы видим, как «дама» сходит с ума день ото дня! Мы спрашиваем: где письмо рыцаря?!
— Если это закончится трагедией — я вас не прощу. Если будет трагедия, я подниму все свои связи и всё своё состояние, чтобы отомстить вам, сэр Эвиль.
— И-и-ик!
То, что у многих из них были дочери, только подливало масла в огонь.
В столице уже все знали: дамы помешались на этой прозе с продолжением.
—————————
1 октября.
О, моя возлюбленная! Со мной всё превосходно! Жарче солнца, глубже океана и шире континента — моя возлюбленная! Мой сюзерен! Моё чистое, страстное, пылающее сердце принадлежит только вам! О, моя прекрасная возлюбленная! Я живу радостно, безопасно и в полном здравии и сегодня тоже! О! Моя возлюбленная! Да пребудет с вами благословение великого бога сегодня!
Лан.
—————————
— Ты издеваешься над нами, барон Эвиль Шен?
— Простите?
— Это вы написали, да? Вы?!
— К-как вы узнали…!
— Ты хочешь угробить это произведение таким вульгарным тоном?!
— Ух!
— Немедленно верни прежнюю манеру!
Барон Эвиль Шен вылетел из салона, как если бы за ним гнались.
В итоге все газеты того дня отозвали, и они исчезли, став просто ненужной бумагой.
Письма, которые выходили после октября, мало отличались от сентябрьских.
Дама страдает, потому что ответа нет. О рыцаре по-прежнему ни слуху ни духу.
Отчаяние барона Эвиля Шена только росло.
Когда ты вернёшься, Лансель?! Если ты мёртв — я тоже труп!
Он не мог раскрыть правду: что эта проза с продолжением — настоящая переписка рыцаря Ланселя Данте и императорской принцессы Мэриголд.
Если это всплывёт сейчас… удар по столичному обществу будет таким, что барон даже представить не мог последствий.
Когда-нибудь правда всё равно выйдет наружу — но не сейчас. Не сейчас.
Однако барон сломался раньше, чем думал. И на следующий день у ворот его особняка остановилась карета — именно она стала началом его конца.
— Мы прибыли.
Карета, щедро украшенная золотом. Девочка внутри смотрела на барона Эвиля Шена холодно, враждебно, с самого начала.
— Ты барон Эвиль Шен?
— …Д-да, да, Ваше… Ваше Высочество…
Третья императорская принцесса Клария Арильд Фригия.
Ей было 11 лет.
Она приехала к барону лично.
Глаза у неё были опухшие и ярко-красные — спрашивать о причине не требовалось.
— Верни рыцаря немедленно, пока я ещё прошу по-хорошему, барон Эвиль Шен. Я уже достаточно ждала. Даже у моего терпения есть предел!
— И-и-ик!
Рядом с принцессой Кларией стоял ряд огромных рыцарей.
Глядя на них, барону Эвилю Шену показалось, что он сейчас просто опозорится от страха.
— Даю тебе одну неделю. Верни рыцаря. Иначе…
Она провела ладонью по горлу — жест был предельно понятен.
Барон побледнел.
Меня вот так и прикончат?!
У него не осталось выхода, кроме как признаться.
— Ваше Высочество, вообще-то…
И после слов барона глаза третьей принцессы распахнулись.
— …вот почему письма рыцаря сейчас невозможно печатать в газете, Ваше Высочество.
Она закрыла рот обеими руками.
— Это… правда?
— Как я посмел бы вам лгать! Я сам уже с ума схожу!
— Понятно… значит, вот что случилось…
Третья принцесса уехала домой опустошенной, с побелевшим лицом.
А на следующий день…
На первой полосе газеты стоял огромный заголовок:
[«Рыцарь» из прозы — реальный человек. Пропал на южном фронте. Жив или мёртв — неизвестно.]
И в этот момент вся столица встала на дыбы.
.
.
.
===============
[Время прохождения: 0 лет 0 дней]— До входа в Комнату преемственности: 3 года 329 дней 22 часа 51 минута 8 секунд.===============