Демон-король
3.
Он умирает.
Если подумать, Лансель умирал уже много раз — на полях сражений, в городах, на эшафоте, у Мэриголд на руках. То, что обычный человек и раз в жизни не всегда переживает, у него случалось во всех возможных вариантах.
Особенно после того, как проходило 10 лет, Лансель в воспоминаниях Мэриголд всегда погибал. Так стабильно, что слово «неизбежно» даже не будет преувеличением.
Сомнительно, что он хоть раз дожил до старости.
— Ты умрёшь.
— Это что, проклятие?
— Ты умер.
— …Я вообще не понимаю, о чём ты…
— Я сказала: ты умер!
— Кх!
Мэриголд снова вцепилась в него всем телом. Спина у Ланселя жалобно хрустнула. Он прохрипел «не дышу, не дышу», пытаясь её успокоить.
— Тогда просто… не умирай. Просто не умирай. Может, нам заранее уехать куда-нибудь далеко и безопасно?
Пытаясь хоть как-то уложить её слова в голову, Лансель начал говорить то, что первым пришло на ум.
— Спрятаться на каком-нибудь острове…
И тут он осёкся.
Стоп. Я же и на острове умер.
Причём в прошлом цикле. Мэриголд всё ещё была на грани слёз.
— Тогда… почему ты умираешь?
Она надолго замолчала, будто собиралась с духом. Поколебалась — и всё же выдавила:
— Из-за… Короля демонов.
— …?
Мэриголд смутилась, явно испугавшись, что теперь звучит как сумасшедшая и ей никто не поверит.
И это понятно: выдать «Короля демонов» с порога — звучит как бред.
Но Лансель был не «никто».
Он знал.
В этой игре Король демонов действительно существует.
Просто… никто толком не понимал, что это такое. Ни он, ни даже сестра. Но факт оставался фактом: оно было.
Потому что сестра упрямо впихнула Короля демонов в игру. А когда Лансель спросил «зачем», ответ был исчерпывающим:
— Король демонов, красавчик, злодей — это же круто.
После этого Лансель окончательно понял её «игровую философию».
— То есть Король демонов приходит и убивает меня?
— Я… я деталей не знаю! Это ты так говорил. Ты — в прошлой жизни… не я, а ты!
— Обязательно так яростно уточнять?
Мэриголд торопливо сваливала вину на Ланселя.
Король демонов… значит.
Но что вообще значит «умер из-за Короля демонов»?
Не то чтобы он лично приходил и резал Ланселя — иначе Лансель бы запомнил. По крайней мере, насколько он помнил, за все свои десятки жизней он ни разу не сталкивался с Королём демонов напрямую.
В империи только старые сказки бродили — мол, «в далёком прошлом был Король демонов».
— Я тебя удержу. Я столько всего хочу с тобой сделать, а ты берёшь и умираешь раньше меня? Я этого не прощу. В этот раз я точно не дам тебе умереть!
Мэриголд сказала — и…
— И я никому тебя не отдам.
В голосе мелькнуло что-то собственническое. Руки, обхватившие Ланселя, сжались сильнее.
— …Ты мой.
— Я не вещь. И вообще-то, на всякий случай напоминаю: мы сегодня впервые встретились.
— Для меня — нет!
Лансель снова захрипел: воздух кончился. Он поспешно начал отцеплять Мэриголд от себя.
— Поэтому, Лансель… пойдём со мной.
В этом цикле.
Его путь с ней.
Только начинался.
— Ты чего творишь?
— Что надо — то и творю.
Лансель почувствовал, что вообще не понимает, с какой стороны к этому всему подступиться.
4.
— Плохо спишь в последнее время?
— Ну… можно и так сказать.
— А вот мисс Мэри бодрая как огурчик, а ты будто тебя из могилы вытащили.
— У меня свои причины.
Четверг.
Стража и вассалы семьи Данте оседлали коней и выехали из поместья.
Леди Данте и служанки уселись в карету — с корзинами еды, будто они на войну собрались.
— У нас в доме пополнение, значит, надо показать, какая у нас хорошая земля! Ночуем вне дома, так что всем всё подготовить!
Виконт поднял такой шум из-за «целого дня на природе», что весь дом стоял на ушах.
— Погода отличная! Ха-ха-ха!
— Глава семейства уже успел приложиться.
— В фляге у него одно вино.
Холмы и поля виконтства Данте утопали в середине лета — зелень густая, сочная.
— Лансель!
Вдалеке Мэриголд махала рукой. Её конь мчался по полю под палящим солнцем.
Длинный хвост бил по плащу, а с каждым ударом копыт с её лба разлетались капли пота, сверкая как стекляшки.
— Я здесь, Лансель!
Сияющая улыбка.
— Ей бы не за такого парня держаться, как ты. Будь она моей дочерью — я бы тебя на пушечный выстрел не подпустил.
— Сколько раз ты это ещё скажешь?
Виконт говорил абсолютно искренне.
Лансель и не спорил. До встречи с Мэриголд в этом цикле он жил так, что стыдно вспоминать.
Даже слух уже разошёлся: «Счастливчик-молодой господин каким-то чудом урвал нормальную женщину».
Недавно к нему даже подошёл молодой фермер и совершенно серьёзно спросил:
— Молодой господин, как вам удаётся расположить к себе хорошую женщину?
— Всем стоять!
У кромки леса.
Виконт Данте остановил процесссию у реки — той самой, что кормила эти земли.
— Лагерь ставим здесь. Рио, Кайл, Лансель! Снаряжение готовьте. Раз уж выбрались — идём на охоту.
— Я так и знал, поэтому всё взял заранее.
Кайл, второй сын, ухмыльнулся, подняв в обеих руках меч и арбалет.
— Самое время. Слышал, тут недавно волки разошлись — свинопасам и пастухам житья не дают. Заодно и проредим их.
Рио, старший сын, пришпорил коня, подъехал ближе и хлопнул Ланселя по спине.
— Лансель, держись рядом с мисс Мэри.
— Молодой господин, там за полями есть укромное местечко… хе-хе-хе!
— ……
Лансель пропустил это мимо ушей.
А вот Мэриголд почему-то очень внимательно запомнила, куда показал стражник.
Да ладно… серьёзно?
— Одолжи на секунду, Лансель.
— М?
Мэриголд сняла у него с плеча арбалет. Прицелилась в небо, подождала мгновение — и нажала на спуск.
Болт прошил летящую птицу насквозь.
— Есть!
Мэриголд сжала кулак.
Охотничьи псы рванули к реке, вытащили добычу и вернулись с жирной уткой в зубах.
— О-о…
— Вот это…
— Рыцарь — всё-таки рыцарь.
Виконт Данте подошёл и хлопнул Мэриголд по спине.
— Молодец, Мэри.
— Я теперь первая, виконт?
— А?
Глаза Мэриголд заискрились.
Виконт пару секунд смотрел на неё — и расплылся в ухмылке.
…
— Вы что, решили отдать первенство на нашей земле, бездельники?! Быстро в лес — тащите добычу!
— Почему рыцари так любят охоту?
Леди Данте сидела у реки на подстилке и неспешно пила чай.
А вокруг мужчины носились как заведённые: зайцы, кабаны, олени — кто кого.
— Попал!
— Врёшь! Это мой болт!
— Это уже третья! Я сейчас выйду в лидеры!
Они орали на весь лес и таскали добычу одну за другой, меряясь результатами.
— И в такую жару не выдыхаются…
— Ой! Это мисс Мэри!
Леди Данте повернула голову туда, куда показывали служанки.
По берегу ехали Мэриголд и Лансель Данте.
Они гнали оленя вдоль воды, поднимая брызги.
— Лансель!
Кайл вскоре вклинился сбоку.
— Добычу, которую ты загнал, заберу я!
Он уже замахнулся ножом…
— Дзынь!
Искры.
Нож Кайла улетел в сторону.
— А?!
Удар отдался ему в руку до самого плеча. Он вытаращился — будто ударил по камню.
Оказалось, Мэриголд просто отбила ему руку своим клинком.
— Извини, но мы первые, Кайл.
Впереди Лансель ударил оленя по голове рукоятью — без лезвия.
Тот осел и остановился, подогнув ноги.
— Ты правда вырубил его, Лансель?
— Мясо вкуснее, когда без ран. И чище.
— Мы это едим?
— А зачем ещё ловить? Оленина вполне ничего.
— Хе.
Лансель закинул оленя на плечо и улыбнулся. Мэриголд шла рядом.
Кайл Данте смотрел ей вслед пустым взглядом.
Руку ему отбросили слишком легко, а ладонь всё ещё горела и краснела от удара.
А невеста Ланселя, сделавшая это, удалялась как ни в чём не бывало.
— Мэри Мэри… она сильнее, чем выглядит?
Кайл наконец очнулся и стал искать Ланселя глазами — но того уже не было.
— Эй! Ланселя видели?
— Молодого господина?.. А как же.
Вассалы, занятые охотой, разом ухмыльнулись.
— Он с барышней ушёл — купаться. Хе-хе.
— Хе-хе-хе! Помолвленные, значит, решили отойти подальше… кто их знает, чем они там занимаются! Я вот вообще ничего не знаю! Хоть бейте меня — всё равно не узнаю!
— Пусть развлекаются!
Лицо Кайла перекосило.
Нашёл себе женщину — и уже носится вокруг неё, гад.
Хотя у Кайла тоже была невеста.
Только не такая, как Мэри Мэри.
Его невеста была чисто придворной барышней — из графского дома.
Духи, украшения, чай с пирожными — ей это нравилось куда больше, чем мечи.
Солнце она терпеть не могла: стоило лучам коснуться кожи — и она делала вид, будто сейчас умрёт. Типичная столичная «хрупкая леди».
Кайл невольно вспомнил её холодный взгляд.
— Фух…
Он тяжело вздохнул.
5.
Холодная вода обняла Ланселя.
Даже летом река, стекавшая с гор через земли Данте, была бодряще ледяной.
— Плеск!
Лансель подхватил Мэриголд, когда та прыгнула следом. Кроме нижней одежды они оба были почти раздеты.
— А!
— Плаваешь плохо?
— Ну… так, чуть-чуть… основы… бульк!
Мэриголд начала тонуть.
— Спокойно. Тут дно. Просто шагай.
Они пришли охладиться.
Началось всё просто: раз уж всё равно мокнуть — почему бы не нырнуть нормально?
Но стоило зайти в воду, и вылезать уже не хотелось.
— А-а-а…
Мэриголд буквально растаяла в прохладе.
— А-а-а… как хорошо… Лансель…
— Вглубь не лезь. Держись тут.
Лансель придерживал её и помогал держаться на воде — а мысли всё путались.
И как меня вообще занесло в помолвку?
Для него это было впервые.
Начать жизнь так, что рядом уже есть кто-то, кто не исчез на горизонте через пару дней.
Может, это и правда редкость.
— Лансель?
Помолвка случилась целиком по её выбору.
Что бы Лансель ни делал в прошлых циклах, без неё это никогда бы не сложилось. Он бы не сделал первый шаг.
После сотен лет, после полной внутренней пустоты… брать себе спутницу, которая однажды всё равно обратится пеплом и исчезнет, — для него это было почти невозможно.
Но Мэриголд — другая.
Она думает иначе.
Мэриголд, которая помнит циклы, выбрала Ланселя с радостью. Без единой паузы.
— Мэри.
Лансель развернул её к себе лицом.
В её широко раскрытых глазах отражались река и лес. Под ярким солнцем казалось, будто в мире остались только они вдвоём.
Лансель до сих пор помнил первое, что увидел когда-то давным-давно: «Брак с молодым дворянином Ланселем Данте». Горький исход. Он врезался в память.
«Разорви помолвку. Всё равно это плохой финал. Просто разорви».
Тот страх шепнул в голове.
Лансель медленно поднял взгляд.
— Мэри.
— Да, сэр Лансель…
Её глаза дрожали. Он видел мокрые волосы. Видел, как она нервно сглотнула.
— Я отдам тебе всю свою жизнь, сэр Лансель.
— Если ты действительно отдаёшь мне всю свою жизнь…
Лансель обнял её за плечи.
— …раз я её принял — назад уже не отдам.
Да.
— Никогда.
Лансель решил — по-настоящему — стать ей партнёром.
Хотя бы в этом цикле.