Мэри из труппы „Логи“
3.
— Ах ты, уличная соплячка! Сколько стащила?!
— Всего 3 серебряных…
— «Всего»?! «Всего»?!
— И-и-и!
Оставив позади стражников, которые грубо волокли крепко связанную Мэриголд, Лансель закинул руку на плечо начальника патруля.
— Ты же знаешь, кто я, да?
— Разумеется. Вы — сэр Лансель из семьи Данте.
Годы, потраченные на то, чтобы мотаться по столице и «дружить» с патрулями, наконец-то начали приносить пользу.
— Та мелкая там? Я её знаю. Надай ей пару хороших шлепков — и отпусти.
— Эх, не выйдет, сэр Лансель.
— …?
— Барон Фелон велел вздёрнуть её, как только поймают. Он в бешенстве — аж пар из ушей. Вы же знаете, какой он.
— Только не говори, что она залезла в кошель этого ублюдка.
— Залезла. Прямо при свидетелях — схватили с поличным.
Барон Фелон был в столице известным ростовщиком.
— Он сказал «вздёрнуть», но ведь не уточнял, как именно, верно?
— Простите?
— Лишь бы в итоге «висела» — какая разница, да? Да?
Говоря это, Лансель сунул в ладонь стражника несколько серебряных монет.
Это была всего лишь удобная игра словами, но одно упоминание имени Ланселя давало начальнику патруля вполне достаточное оправдание. У семьи Данте веса было куда больше, чем у какого-то мелкого ростовщика-барона.
— Повесить мелкую воровку!
— И-и-и!
В тот день Мэриголд подняли на помост в самом центре площади — в одном белье.
— Что с этой девчонкой?
— Воровка. Ты лучше так не делай.
Лансель разогнал зевак-детей, а Мэриголд, обмякнув в колодках, смотрела пустыми, стеклянными глазами. Её зад уже стал ярко-алым.
Целый день в колодках.
10 ударов по заднице.
Такое наказание получила Мэриголд.
===============— Имперский календарь 816 года, 12 сентября. Погода: ясно.— Мэриголд провела весь день в унизительной позе. Воровство дорого обходится. О замужестве можно забыть.※Зато жизнь сохранили — разве не повод благодарить? Привлекательность, вера ↑↑!! Мораль, изящество, состояние ↓.===============
Чирик-чирик!
Птицы, усевшиеся на Мэриголд, взметнулись и разлетелись.
Зевая во весь рот, подошёл стражник.
— Освободить.
— Угх…
Как только колодки раскрылись, ноги Мэриголд подкосились, и она рухнула на землю.
И тут Лансель проснулся — его разбудила возня; он дремал в соломе на телеге неподалёку.
— Мэри.
— ……
Бледная, как покойница, она подняла на него взгляд. В пустоте её мутных глаз вспыхнула крохотная искорка любопытства.
Странный дворянин, появившийся из ниоткуда, что-то сторговал со стражей и весь день держался рядом.
В этом цикле он был для неё совершенно неизвестным — и потому мгновенно стал самым ярким человеком в её мире.
— Ты из труппы массовки. Верно?
— В-вы… меня знаете?
— Надень.
— Ой!
Мэриголд торопливо натянула одежду, которая прилетела ей прямо в лицо. После целого дня на холоде в одном белье она дрожала так, что зубы стучали.
— Пошли. Поедим.
— П-погодите… у-угх!
Лансель развернулся и пошёл вперёд. Мэриголд, с трясущимися ногами, поковыляла за ним.
4.
Трр-р, трр-р.
— В столице, где всем плевать друг на друга, кто бы мог подумать, что найдётся такой добрый человек… чавк-чавк…
— Живот надорвёшь, если будешь так заглатывать.
Пока Мэриголд без остановки уплетала мясо, хлеб, мёд и сыр, Лансель спокойно потягивал пиво.
Его взгляд зацепился за яркий плетёный браслет-шнур на её запястье.
— Откуда это?
Она проглотила кусок и подняла руку, показывая.
— Этот? Моя наставница оставила мне ещё в детстве. Сказала: когда-нибудь передам своей ученице… ой.
Когда Лансель взял её ладонь, чтобы лучше рассмотреть, Мэриголд вдруг покраснела.
Губы у неё блестели от мясного жира.
Воровка?
В этом мире “вор” — понятие шире, чем кажется.
Легко представить, как кто-то ночью крадётся по крышам и тырит драгоценности. Или карманника в толпе на рынке.
Но были и те, кто объединялся в гильдии и обладал настоящей властью.
Были специалисты по ловушкам для экспедиций и войны.
А были и те, кому Императорский двор, королевская семья или местный лорд официально выдавали разрешение на “законный грабёж” — знаменитые каперы-воры.
— Твоя наставница была из таких?
— Она всегда говорила, что самая знаменитая воровка на всём континенте… но она любила преувеличивать, так что я не уверена…
Мэриголд мягко высвободила руку и моргнула, глядя на Ланселя.
«Может, это и не было хвастовством.»
Узор браслета был слишком узнаваемым. В мире хватало преступников, но этот знак был особенным: браслет Владычицы воров. Это звание — вершина, выше которой в ремесле кражи уже не подняться.
— Да, она была воровкой… но доброй. Когда я была маленькой, у нас украли все деньги, и она вернула каждую монету.
— А…
Лансель уставился на неё, потеряв слова.
«Вот это удача…»
Он осмыслил: юную Мэриголд, которая должна была умереть с голоду на улицах, по чистой случайности подобрала Владычица воров. Теперь многое становилось на места. Её жизнь держалась на непредсказуемом милосердии — на капризе — великой преступницы.
Вот уж повезло тебе, Мэриголд.
— Благодаря ей я выучила пару приёмов и кое-как добывала на еду… кхм.
…Или не “повезло”?
Добро от воровки втянуло Мэриголд в ту же грязь.
«Это… хорошо?»
Непонятно.
Как ни крути, вор остаётся вором.
Зло остаётся злом.
Разве она не была на волосок от смерти буквально сегодня?
Лансель задумчиво потёр шею — и перед ним всплыло «Руководство игры».
===============[Руководство игры]— Обновлён список доступных концовок!Мэриголд — Владычица воров (ранг А)Мэриголд — Благородная воровкаМэриголд — Росинка у виселицыМэриголд — Исследовательница лабиринтовМэриголд — Мелкая карманница???— Появились невыполненные достижения.Осмелишься заглянуть в Имперскую казну? (ранг S)Украла священную реликвию храма. (ранг S)Глава Воровской гильдииЛишила невинности юного дворянина Ланселя Данте???※Я не крала! Я просто временно переместила вещь поближе к себе, ясно?!===============
«И кому вообще может понадобиться красть такое?..»
Лансель искренне завис.
— Я изо всех сил стараюсь не воровать. Иногда руки сами дёргаются — и удержаться трудно… но я держусь… да. Хотя иногда всё вылетает из-под контроля, как вчера…
— У тебя прямо тяжёлый случай, мелкая.
— Н-нет, это недоразумение! Ошибка! Рука сама! Клянусь, я в ту же секунду поняла, что сделала, и сразу призналась! Но тот скряга… то есть дворянин… начал орать, всё ли это, что я утащила, и взбесился… шмыг.
— Любой бы на твоём месте поднял бровь.
— Несправедливо! Я реально стараюсь! Я просто держусь из последних сил!
Руки Мэриголд дрожали — будто она боролась с привычкой, въевшейся в кости. Глаза так же ходили ходуном. Похоже на зависимость.
Лансель тихо цокнул языком.
«Так и думал.»
В «Симуляторе падшей благородной леди» клептомания — один из дебаффов.
===============Дебафф: «Клептомания» — способность «Шаловливая рука» время от времени срабатывает сама, и Мэриголд без осознания складывает ближайшие вещи в карман.===============
Болезнь, из-за которой она хватает предметы, не успевая даже подумать. По её виду Лансель понимал: всё уже дошло до опасной стадии.
«Такова судьба всех воров?»
Он недовольно цокнул… и тут глаза Мэриголд внезапно загорелись.
— Больше всего на свете у меня есть мечта. Я же не могу быть воровкой всю жизнь.
— Мечта?
— Да!
— Какая?
— Конечно же, сыграть главную роль на сцене! Вы же знаете, сэр Лансель, я работаю в театральной труппе!
Мэриголд положила фрукт на стол и сложила ладони вместе.
Её изумрудные глаза сияли почти фанатично.
— История, от которой сердце дрожит! Примадонна на сцене! Музыка и песни! Танцы и драма! Инструменты и переливы мелодий! Роскошный костюм! Любовь, приключения и судьба!
На миг шум трактира будто растворился — и на его месте вспыхнул ослепительный театр.
— Даже такая, как я, в спектакле может быть кем угодно: дворянкой, богатой, государственной служащей, жрицей, рыцарем, магом. Разве это не лучшее?
«Ты уже была всем этим…»
Лансель проглотил слова.
— Я люблю театр. Я хочу стоять на сцене главной героиней. Там — свобода без конца. Самое лучшее!
— Успокойся.
— Это лучшее, говорю же!
Империя довольно спокойно относилась к “культуре”: ограничений почти не было. Лишь бы не трогали Императорский двор — тогда можно ставить что угодно, и чиновники не вмешивались.
Вот что имела в виду Мэриголд.
— Я хочу сиять… как та главная актриса, которую наставница в детстве сводила посмотреть…
— Для мелкой воровки мечта обычная.
— Угх.
— Для мелкой воровки, которая чуть не стала «росинкой у виселицы», тем более.
— В-воры же уходят на покой! Когда труппа начнёт нормально платить. А сейчас мне дают 3 сказки в месяц — даже на еду не хватает.
— Тогда перестань воровать и заработай честно, мелкая.
Мэриголд отвела взгляд и пробормотала:
— …Мой благодетель…
Её взгляд цепко прилип к Ланселю.
«Благодетель.» Слово было до боли знакомым.
И, если честно, слегка неловким.
— Честно, сэр… иногда я закрываю глаза и представляю: историю, которая разворачивается между мной и тем рыцарем…
Лансель поднял кружку к губам, чувствуя её горячий, странный взгляд.
— Я верю в судьбу.
— …?
Той ночью Лансель проводил Мэриголд до общежития труппы — и сразу ушёл.
Дома, стягивая плащ, он услышал лёгкий шорох — что-то упало на пол.
— Сэр Лансель, вы уронили.
— Спасибо, Хести.
Хести протянула ему сложенный листок.
— Пожалуйста, приходите на спектакль.
— Я скоро перейду в труппу при дворянах, так что приходите, пока я не ушла!
— Моему благодетелю. От Мэри из труппы «Логи».
«Когда она успела сунуть это мне в карман?..»
Лансель сжал записку, не сразу находя слова.
Мэриголд — ученица Владычицы воров.
Карманные кражи у неё, похоже, уже были на уровне мастеров.
— Так…
Лансель вспомнил директора труппы «Логи», о котором говорила Мэриголд.
«Мои деньги на “поддержку”, значит, он просто сжёг и сделал вид, что так и надо.»
По тому, как Мэриголд выглядела — будто беспризорница, — это было очевидно.
Лансель тут же начал собираться обратно.
— Хести, передай главе Воровской гильдии.
— Да, молодой господин.
— Труппа «Логи» — это вовсе не театральная труппа, сэр Лансель.
И тут глава Воровской гильдии выдала то, чего Лансель никак не ожидал.
— Тогда что это?
— Это… торговая компания.
— Торговая компания?
— Да. Они торгуют людьми.
— ……
У Ланселя в голове всё смешалось.
— Все дети там — рабы. Просто товар. Рано или поздно их выставят на торги. И самое страшное: они сами поймут, что они рабы, только в тот день, когда это случится.