Яма

— Я говорю тебе, — с нажимом произнесла Геладис. — Ты был бы гораздо счастливее, если бы попробовал нормальную, всеядную жизнь хотя бы еще на одно-два воплощения. Ты мог бы—

— Пожалуйста, — перебил ее Саймон, сжавшись на краю этого хрупкого каната надежды.

— Ладно, — спустя мгновение согласилась она.

Очевидно, ей не понравилось, что ее прервали, и Саймон мысленно выругал себя. Он вовсе не пытался быть грубым — просто люди не всегда осознавали, насколько важны вещи, о которых он говорил.

— Если в прошлой жизни ты совершил ужасные поступки и тебе необходимо искупить свою карму, возможно, тебе придется прожить одно-два воплощения в по-настоящему жестоких условиях — например, родиться в беднейших районах или с тяжелым недугом. Сироты войны, дети во времена чумы и голода — что-то в этом роде. Но тебе это ничего не даст, Саймон. Просто поверь мне.

— А что насчет других вариантов? Воплощений-наказаний? Что это?

Он признавал, что перспектива родиться сиротой или больным чумой не выглядела заманчиво. Но если он мог попасть в фэнтезийный мир, то всегда оставался шанс найти целителя или какой-нибудь другой способ достичь своей цели.

— Это ложные жизни, — пояснила Геладис. — Скорее испытания, чем настоящие воплощения. Их существует множество, но суть у всех одна: тебя проверяют, и если ты проходишь испытание, то получаешь возможность обрести жизнь, которая тебе больше подходит. В одних из них ты сражаешься с нечеловеческими противниками, в других испытываешь невыносимые лишения или стремишься достичь мифических целей. Но, если честно, не уверена, что тебе это подойдет.

Саймон не сомневался. Это было именно то, что он искал. Сколько жизней он потратил бы, мирно пасущись в теле какого-нибудь травоядного, просто потому, что эта богиня не удосужилась сказать ему, что он мог бы заниматься тем, к чему готовился всю свою жизнь — играть в боевую игру.

— Я уважаю твое мнение, Геладис, — с легкостью соврал он. — Ты ведь богиня, в конце концов. Но это звучит именно так, как я хотел. Может, расскажешь мне больше? Даже если в итоге решу, что стать коалой — это мой истинный путь, я хочу знать все свои варианты.

— Хорошо, — ответила она, наклоняясь вперед и протягивая руку к другой книге, которая слетела с полки, словно подчиняясь невидимой силе.

— В осаде Антетона тебе придется удерживать город от демонических армий так долго, как сможешь. Если же он падет, тебя утащат в глубины ада на десятилетие, прежде чем ты попробуешь снова. В—

— Подожди, — перебил ее Саймон, моргнув. — Ад — это реальное место?

Любая игра, где поражение означало билет в ад, явно не входила в его список желаемых приключений.

— То есть, я могу там оказаться?

Богиня вздохнула.

— Разумеется, это реальное место. Рай тоже существует. Они не совсем такие, какими их описывают ваши религии, но оба являются конечными пунктами для душ, которым больше не нужно повторять бесконечный цикл жизни и смерти.

Саймон уже открыл рот, чтобы задать еще один вопрос, но захлопнул его, когда Геладис добавила:

— Но если ты продолжишь меня перебивать, мы никогда не закончим этот список.

Когда он на мгновение замолчал, она продолжила:

— Путь — это воплощение, в котором ты должен бежать, чтобы предупредить свою страну о надвигающейся атаке. Чтобы преуспеть, тебе придется мчаться до тех пор, пока сердце не откажет, а ступни не сотрутся в кровь. Если же ты потерпишь неудачу, то будешь бежать год и один день, даже после своей смерти.

Одна только мысль об этом утомляла. У Саймона не было иллюзий насчет своей физической формы. Он не мог пробежать и квартала, не задыхаясь.

— В лесах Кенсая тебе нужно охотиться на—

— Извини, — вновь перебил Саймон. Слушать, как она перечисляет варианты, которые он все равно не выберет, было скучно. Он предпочел бы сразу перейти к делу. — Вместо того чтобы разбирать весь список, может, просто скажешь, есть ли что-то похожее на подземелье… как в "Темных Глубинах" или "Мече Славы 1 и 2"? Что-то, где я убиваю монстров и становлюсь сильнее, углубляясь все дальше?

Богиня задумалась на секунду, перелистывая несколько страниц, прежде чем остановилась.

— Да, есть нечто подобное, но предупреждаю — Яма является одним из самых ужасающих воплощений-наказаний, которые я могу предложить. Это не для слабонервных.

— Расскажи мне, — потребовал Саймон, лишь запоздало добавив: Пожалуйста, заметив, как лицо Геладис помрачнело.

— Это ровно то, что я описала. Это бездна кошмаров; каждый уровень страшнее предыдущего. Ты должен победить их всех, если хочешь когда-нибудь выйти, — сказала она. Тон ее был серьезен, но Саймон не мог не радоваться этой перспективе.

— А что случится, если я умру или проиграю? — спросил он. Ведь у всех остальных воплощений было наказание, значит, и у этого оно должно быть.

— Если ты умрешь, то начнешь сначала. Раз за разом, пока не пройдешь испытание, — ответила она. — Это узел реальности. Единственный выход — развязать его, завершив испытание.

— Так это просто рогалик, да? Если я умираю, то возрождаюсь? Сколько там уровней? — Саймон перебил ее. — И когда я завершу его, смогу выбрать любую жизнь? Я согласен.

— Саймон, я наблюдала за тобой на протяжении сотни жизней. Думаю, тебе не стоит так легкомысленно делать этот выбор, — в ее голосе прозвучало раздражение, но и беспокойство тоже.

Саймон же лишь сильнее разозлился.

— Пока там есть навыки и уровни, я справлюсь, — заявил он. — О, и магия. Для хорошего билда мне нужна магия, если я хочу пройти это в разумные сроки. Ближний бой занимает вечность.

— В этой Яме меньше ста этажей, и в ней есть все, что ты описал: уровни, множество навыков и заклинаний. Но тебе стоит задуматься, как частые смерти повлияют на твою психику…

Саймон нашел лазейку, чтобы стать героем, и собирался ее использовать.

— Я сказал, что сделаю это, — прервал он ее. — Я ценю твою заботу, но ты просто не понимаешь, насколько я к этому готов. Для большинства твое предложение — наказание, а для меня — подарок. Ты понимаешь? Я всю жизнь к этому готовился.

Саймон был разочарован. Казалось бы, всезнающая богиня должна была предложить этот вариант в первую очередь, сэкономив им обоим время, но, очевидно, ее осведомленность оставляла желать лучшего. Она даже не догадывалась, что он, вероятно, справится со всем этим за пять попыток или даже меньше. В последнее время ему приходилось играть на уровне «Кошмар», чтобы испытать хоть какой-то вызов.

— Хорошо, — произнесла она, и досье, представляющее собой сводку всей его жизни, устремилось к нему, сопровождаемое пером. — Просто подпиши это, и пусть резня начнётся.

Саймон быстро пробежался взглядом по контракту, удостоверяясь, что всё соответствует ее словам. Уровни. Монстры. Победы. Реинкарнация. Всё было так, как она описала. Не дожидаясь, пока богиня договорит, он поставил подпись, и только тогда заметил, что чернила были густыми и тёмно-красными, а из пальцев, державших перо, сочилась кровь.

Он уже собирался задать вопрос, но книга с его подписью плавно уплыла обратно на полку, а к нему стремительно подлетел шар белого света.

— Следуй за этим огоньком, он приведёт тебя к Яме, — с лучезарной улыбкой сказала Геладис. — Жду нашей следующей встречи и надеюсь, что ты насладишься этим местом так, как тебе кажется.

— Спасибо, — ответил Саймон, ощущая легкую неловкость от её выражения. Красивые девушки всегда ставили его в тупик, а поскольку он не знал, что ещё сказать, то просто неуклюже поклонился и последовал за светящимся проводником через другой выход из ротонды.

Проходя через громадный зал, он заметил, как ещё один человек — темноволосая девушка — поднималась по ступеням, приближаясь к своей встрече с богиней жизни и смерти. Он почти не сомневался, что такая красивая девушка получит куда более выгодные условия. Красавицам всегда выпадало лучшее, подумал он с горечью, покидая помещение.

Но на этот раз ему не было дела до чужих судеб. Какой смысл тревожиться о том, что получат другие, если он наконец-то добился желаемого? Теперь он окажется в настоящей игре. Больше не нужно сидеть в кресле, сражаясь с демонами через лагающее соединение. Впереди его ждала реальная битва, где он мог продемонстрировать, насколько сильно его недооценивали.

Путь к цели казался бесконечным. Сначала они прошли по широкому коридору, затем — по узким извилистым переходам, пока, наконец, не достигли спиральной лестницы, ведущей глубоко под землю. Обстановка становилась всё более мрачной, но мягкое сияние огонька разгоняло тени, позволяя двигаться без страха. Саймон решил, что бояться темноты бессмысленно. Скоро в ней появятся вещи, которые действительно заслуживают ужаса, но он их научит бояться себя.

Эта уверенность не пошатнулась, пока они не добрались до цели: дряхлой деревянной двери с потрепанной табличкой, на которой неровными буквами было выведено слово «Яма».

Саймон замер на мгновение, не из-за страха, а чтобы мысленно подготовиться к тому, что его ожидало. За этой дверью могло скрываться что угодно — от мрачной гробницы, сочащейся кровью, до зловонной пещеры, полной орков. Он глубоко вдохнул и распахнул дверь.

Перед ним оказалась… небольшая хижина в лесу.

Как только он вошёл, огонёк устремился к зеркалу во всю стену и исчез в его глубине. Поверхность мигнула призрачным свечением, и на ней проступили слова, напоминающие текст на экранной заставке: «Пожалуйста, дайте мне знать, если вам что-то понадобится». Спустя мгновение зеркальная гладь вновь стала отражать лишь комнату.

Саймон начал осматривать жилище, и чем больше он видел, тем шире становилась его улыбка. В какой-то момент ему даже пришлось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. Всё выглядело слишком идеально. Уединенная хижина вдали от раздражающих людей и постоянных хлопот, а за её порогом — подземелье, полное монстров, которых он мог истреблять по своему желанию. Что может быть лучше?

Позади раздался глухой звук — дверь медленно закрывалась. Саймон потянулся, чтобы задержать её, но замешкался, и, когда он открыл ее снова, за ней уже не было тех катакомб, которыми он сюда попал.

Теперь там простиралась травянистая поляна, ведущая в живописный лес из высоких сосен и елей.

Логика подсказывала, что следовало бы оставить дверь открытой дольше, чтобы удостовериться, что это не ловушка. Но на самом деле он не испытывал особого желания возвращаться в жуткий дворец богини. Геладис могла быть добродушной, но явно не имела ни малейшего представления о том, что делает. Сколько жизней, подобных его, были разрушены её некомпетентными советами?

Впрочем, она теперь не имела никакого значения.

Саймон бросил последний взгляд на дверь и окончательно забыл о ней. Всё, что ему нужно, было здесь. Пусть богиня продолжает отправлять людей в бесполезные реинкарнации, превращая их в панд и прочих тварей. А он займётся действительно важным делом.

Окинув взглядом комнату, он принялся изучать снаряжение. Оружие, доспехи, провизия — всё выглядело на удивление качественно. В шкафах нашлось достаточно еды на пару приёмов пищи, и даже белый сыр, который он с любопытством откусил. Конечно, это не «Доритос», но терпимо.

Однако еда была второстепенной. Главным было оружие.

Он подошёл к длинному мечу, покоившемуся у стены, взял его в руку и усмехнулся.

— Это подойдёт, — пробормотал он себе под нос.

Теперь он был готов начать.