Шаг за шагом

Саймон проснулся посреди ночи — ему приснилось, что гоблины пытались открыть ставни. Он вышел на улицу, но свежих следов не нашёл, и вернулся обратно, лёг и снова провалился в сон.

Он уже не боялся гоблинов, но одно лишь бесстрашие не защитит от копья в живот или перегрызенного горла. Эти твари были как еноты… только более смертоносные.

Обе твари умели открывать двери и защёлки, конечно, но если еноты просто переворачивали мусорные баки и копались в отходах, то гоблины охотно полакомились бы тобой. Хотя… — размышлял Саймон, лёжа и засыпая, — будь у него мусорное ведро, гоблины, вероятно, с радостью начали бы именно с него.

Утром он не торопился. Готовился тщательно, как никогда прежде. Даже про топор не забыл, хотя ему и ужасно не нравилось таскать за собой мешок с барахлом вместо нормального рюкзака. При первом же удобном случае надо будет заказать такой.

В подвале он перебил всех крыс без особых проблем. Только когда последний грызун был мёртв, он захлопнул люк и принялся яростно разрубать его топором. Работа оказалась неловкой — бить сверху по доскам было неудобно, да и тяжело, а щепки сыпались прямо на голову.

Часть его боялась, что шум привлечёт кого-то, но другая — наоборот, надеялась на это. Разрубать доски в такой позе было сущим мучением.

Наконец, после нескольких минут кривых, пересекающихся надрезов, он отбросил топор и поднял булаву — и одним мощным ударом пробил ослабленные доски.

Он попытался сдвинуть засов, но никакого засовa не оказалось. Просто что-то тяжёлое лежало сверху.

Он нащупал это «что-то» и, затаив дыхание, медленно сдвинул — всё время ожидая, что ему тут же отрубят руку. Но нет — ничего не произошло. И когда он, наконец, открыл люк, то оказался в тёмной комнате.

Разглядев, где он, Саймон не поверил своим глазам.

Мебель была опрокинута и разбита, всё покрыто толстым слоем пыли и грязи, но он бы поставил на кон свою жизнь — это была его хижина. Только старее. И куда грязнее.

Он выбрался из подвала, произнёс Слово Света, и “факел” зажёгся в руке. Ответов это не дало.

Он видел следы гоблинов… но были и человеческие отпечатки. От зеркала почти ничего не осталось — только осколки, по которым разбегались слабые голубые искры текста, слишком тонкие, чтобы прочесть.

Саймон вышел наружу. Ночной вид почти не отличался от привычного. Он направился к храму — тот оказался чуть более заросшим, но в остальном неизменным. Где-то в лесу горел костёр — скорее всего, гоблинский — но он не пошёл туда: не хотел отвлекаться на сражения. Пока.

— Почему портал отправил меня вперёд во времени, но не в пространстве? — пробормотал он. Ответа не было. Хотя он чувствовал — разгадка где-то рядом.

Он дошёл до реки, использовал её как зеркало и спросил:

— Зеркало, можешь сказать, насколько далеко я попал в будущее?

— В будущее? — ответило зеркало. — Я не понимаю. Это настоящее.

— Да, — кивнул Саймон. — Для меня — настоящее. Но для прошлого уровня это — будущее. Можешь сказать, сколько времени прошло между «там» и «здесь»?

— Не могу, — ответило зеркало. — Время прошло, но оно течёт для меня иначе, чем для тебя.

— Что это вообще значит? — раздражённо бросил Саймон.

— Не могу сказать, — проступило на воде дрожащими синими буквами.

Саймон тяжело вздохнул, погасил факел и пошёл к костру. Он не планировал драться. Но зеркало его разозлило — хотелось выместить злость. Он бы это сделал… если бы нашёл всего пару гоблинов, как ожидал.

Но в пляшущем свете костра он увидел десятки. И застыл.

«Откуда их столько? — подумал он. Может, в этом и есть моя цель?»

Честно говоря, он сомневался. Сейчас он был не в лучшей форме для такой бойни. Даже с магией шанс не получить копьём в бок был… невелик.

Но когда позади него затрещала ветка — он не колебался ни секунды.

— Гервуул Унбетит, — произнёс он.

Слово Силы вырвалось наружу, как невидимая гильотина, пронесшаяся волной вперёд, срезая всё на своём пути.

Она поразила не только того, кто подкрадывался, но и нескольких гоблинов у костра — а также срезала стволы нескольких деревьев, которые с грохотом рухнули на лагерь, вызывая визг и панику.

Гоблины в ужасе бросились врассыпную.

Саймон надеялся одним ударом погасить пламя насилия, но вместо этого распугал гоблинов в разные стороны, разметав при этом угли во все стороны. Он воспринял это как сигнал к отступлению и со всех ног бросился обратно к хижине.

По-честному, он мог бы уложить четырёх-пяти сразу, но как только его обнаружат, всё быстро выйдет из-под контроля — налетят вдвое больше, и тогда уж точно не поздоровится. Терять жизнь так глупо ему совершенно не хотелось, так что он просто ушёл.

— Всё равно это побочная задача, — рассудил он, спускаясь по лестнице обратно в подземелье.

Там он сделал паузу, чтобы прийти в себя и не налететь на какую-нибудь ловушку.
— Может, смысл этого уровня — в том, чтобы вытащить отсюда всё золото, — размышлял он вслух, продвигаясь вперёд. — Может, однажды сюда придут другие искатели — и из-за этого будут проблемы?

Это была пока его лучшая гипотеза. И пока он методично перебивал летучих мышей, он продолжал обдумывать её. Забрать с собой всё золото он не мог, но мог запечатать проход с помощью слова земли, чтобы никто не добрался до него… С другой стороны, если уровень завершится, тогда он лишится удобного способа пополнять запасы монет. А значит — вопрос был не таким уж простым.

Саймон долго об этом размышлял, особенно когда дошёл до потайного прохода, открывающего сокровищницу. В итоге он всё-таки запечатал золото в стене, оставив себе только мешочек золотых и серебряных монет.

— Дальше будет только сложнее, — вздохнул он и произнёс:
— Восден.

Камень сомкнулся над кладом, образовав тонкую стену. Он постарался, чтобы она выглядела как остальная кладка, но оттенок всё же вышел немного не тот. Хотя, может, это и не важно.

Следующей была крипта со скелетами — как всегда, лёгкая. Там Саймон провёл эксперимент: с помощью малого слова земли превратил серебряную монету в ладонное зеркало, вместо того чтобы выливать воду на пол. Это сработало, хоть и не сразу — пришлось произнести заклинание дважды, чтобы добиться нужной формы.

И это было не напрасно: он узнал, что слово земли действует и на металл — хоть и хуже, чем на камень. Зеркало ему в этот раз не требовалось. Он просто хотел записать руны с меча, потому что забирать его с собой в этот раз не собирался.

Он мельком подумал: а может, уничтожить меч и таким образом завершить уровень? Но быстро передумал — по двум причинам. Первая — он почти уверен, что меч ещё пригодится, если снова решится на уровень с огнём. Вторая — идея ковыряться в рунах без полного понимания заставляла его вспомнить ледяную сферу… и содрогаться.

— Не стоит разминировать бомбу, пока не понял, какой провод резать, — пробормотал он себе под нос, заканчивая осмотр.

Потом он сделал пометки по гербам, вдруг захочется разобраться, почему это место вообще важно. Разобрал мешок. И только когда был на середине, понял — он тянет время. Он боится следующего уровня.

Таверна страшила его больше, чем логово дракона. И он бы рассмеялся — если бы это не было так грустно.

— Я не останусь, — сказал он себе, сжимая ключ от скелета-рыцаря. — Будет она там или нет — я пройду мимо и пойду дальше.

Саймон подождал, пока сам не поверил в эти слова. Только тогда он поднялся и пошёл к вратам. Открыл их осторожно, опасаясь, что уровень вновь стал зомби-кошмаром… Но нет. Это был тот же оживлённый трактир, что и в прошлый раз.

Саймон закрыл за собой дверь и вошёл в общий зал. Он увидел Фрею — за столом, с теми же авантюристами, что и прежде. Но это лишь заставило его идти быстрее. Он сдержал обещание: не оглянулся ни разу.

И только захлопнув за собой дверь в канализации, он позволил себе сесть и на минуту раствориться в сожалении. А потом встал и пошёл дальше.

Он, возможно, уже завершил один уровень. Но впереди оставалась масса дел — и он не собирался позволить ей снова отвлекать его.