Неожиданная находка

Саймон задержался в Линдон-Хиллз всего на одну ночь, а затем двинулся на север, в Каусбёрл. Он вполне мог бы сразу вернуться в Дарнделль, но история зацепила его слишком сильно, чтобы бросить её на полпути.

Что до самого Линдон-Хиллз, то «холмы» в названии были сказаны не зря: городок стоял на границе болотистой низины и конца нормальных дорог, так что дальше Саймону приходилось идти по звериным тропам, петляя и обходя размытые участки.

Путь оказался трудным, но, по правде говоря, не таким уж плохим. Погода была хорошей, дичи хватало, так что он не торопился. К северу над горизонтом медленно поднимались горы, и Саймон пожалел, что у него нет камеры, чтобы запечатлеть суровую красоту этих пейзажей.

— Похоже, придётся учиться рисовать, — вздохнул он, в очередной раз пытаясь уговорить зеркало сделать снимок. Зеркало, конечно, могло точно воспроизвести увиденное, но у изображения не было души — всё выглядело как инженерный чертёж или план архитектора.

На третью ночь после выхода из Линдон-Хиллз его атаковала небольшая стая гоблинов. К счастью, он проснулся прежде, чем они нанесли первый удар, и успел проломить череп первому напавшему.

Затем он использовал слово малого усилия, чтобы прыгнуть на вершину валуна, и оттуда начал расстреливать врагов из лука, пока те его искали. Много раз он промахивался, и приходилось стрелять снова — после чего он начинал ругать себя:

— Ты не можешь всё решать магией! — ворчал он. — Так ты и сдохнешь однажды в особо нелепой ситуации!

Это стало для него своеобразной мантрой: и потому что он действительно начал полагаться на магию слишком часто, и потому что ему приходилось сдерживать желание высосать этих мелких уродов досуха, как какой-нибудь энергетический вампир. Сам факт, что спустя недели без единого «Зивон» желание всё ещё было с ним, пугало. Похоже, это было сродни ломке после отказа от курения.

Остальной путь прошёл спокойно. Ещё пара дней пешего хода, день ожидания из-за дождя — и вот он, наконец, добрался до нужного места. Хотя, честнее было бы назвать это не городом, а деревней. Было видно, что она пережила лучшие времена.

Саймон за последнее время видел немало мест, пострадавших от бед и упадка — но даже по сравнению с ними Каусбёрл выглядел тенью былого. Кому-то когда-то не жалко было сил: построены настоящие городские стены, проложены два каменных моста через бурную реку. Даже дома когда-то явно принадлежали зажиточным людям. Но больше — нет.

Многие строения находились в полуразрушенном состоянии, и жило в них не больше половины прежнего населения. Кроме оловянной шахты и кожевенного завода, особой промышленности в городе не было.

К Саймону отнеслись настороженно, но стоило ему соврать, что его послали из храма собирать важные сведения для окончательной очистки мира от наследия Чёрного Сердца, — и люди стали чуточку сговорчивее.

— Не часто у нас тут чужаки, — сказал страж у ворот. — Надо быть начеку.

Один из городских стражников был назначен проводником. Он знал немного, что оказалось не слишком полезным, но всё же показал Саймону памятную табличку на кладбище, посвящённую событиям, и обугленные руины домика на холме. Дом стоял на окраине кладбища. Не то чтобы табличка или руины были ценными находками, но богатое убранство усыпальниц в древней части кладбища намекало на былое величие.

Саймон пытался выведать у стражника его мнение, но тот явно был обучен держать язык за зубами. На вопросы вроде «Как думаешь, откуда пришёл этот колдун?» или «Почему он выбрал именно Каусбёрл?» — он отвечал с нарочитой отстранённостью.

— Боги творят по своей воле, — пожал он плечами. — Но надеюсь, твой визит даст хоть какую-то подсказку, как положить конец этой чуме.

Пустые слова. Здесь не было ничего нового. И Саймон с трудом сдерживался, чтобы не развернуться и не уйти с досады. Остановило его лишь одно, цеплявшееся за сознание ощущение. Дело было не в том, что на месте разрушенного дома не росли даже сорняки — это легко объяснялось магией. Он и сам мог бы выжечь место настолько мёртвым заклинанием вроде «Зивон», что ничего бы больше не проросло.

Нет, его смутила… каменная плитка на полу. Это беспокоило его даже ночью в постели. Каждый дом, в котором он останавливался в этом мире, имел земляной пол, а если везло — деревянный. Каменные полы он видел лишь в замках, храмах и в особняке барона в Слани. Но в домике? Это было странно.

На рассвете он вернулся к руинам. И, осмотревшись повнимательнее, понял, в чём тут дело. Каменный пол был уложен после того, как стены были построены. Камень чуть выступал над порогом. Его положили не для уюта, а чтобы что-то скрыть.

Он начал стучать по плитам рукоятью меча, пока не нашёл участок, звучащий глухо. Попробовал поддеть камень кинжалом — но швы были слишком плотными, работа продвигалась медленно.

— К чёрту, — пробормотал он, убедившись, что поблизости никого нет, и прошептал:
— Ауфварум Восден.

Малое слово земли заставило раствор отступить, как глинистая грязь после ливня.

Когда путь был расчищен, Саймон стал убирать плиты — и быстро нашёл то, что и ожидал: сгнивший от времени люк. На секунду его накрыло дежавю… но он тут же понял, что это не может быть его хижина. Несмотря на схожесть, это было совсем другое место.

Вторая волна дежавю накрыла его куда сильнее, когда он наконец открыл люк и увидел лестницу, ведущую вниз. Эти ступени он точно уже видел. Он понял это ещё до того, как холодный воздух окатил его лицо.

— Сука… — выдохнул он, обнажая меч и начиная спуск вглубь бывшего домика. Это было не просто строение на холме. Домик стоял на погребальном кургане — как тот, в котором его раздавило насмерть.

Саймон тут же напрягся. Он ступал по знакомым ступеням с предельной осторожностью, вспоминая путь, который уже проходил… не меньше тридцати раз. Это был уровень рыцаря-скелета. Он был в этом уверен. Каким-то образом, он снова сюда попал.

Место выглядело чуть более потрёпанным, чем он запомнил, но это не пугало его. Главное было — почему он оказался здесь и как это связано с тем, что он ищет. А потом возник вопрос куда более пугающий:

Если эта лестница находится в погребальном кургане, то что тогда обычно за дверью в пещере гоблинов?

До этого момента всё складывалось в чёткую цепочку. Один уровень сменял другой — логично, последовательно. Сначала гоблины, потом скелеты, затем орки. Это был предсказуемый порядок. Но теперь всё, всё больше напоминало не уровни Ямы, а реальный мир. И эта мысль закружила ему голову.

Когда он добрался до самого низа, особых сюрпризов не было. Комната была завалена останками, как и раньше. Сам рыцарь-скелет лежал мёртвым на полу, но Саймон лишь мельком на него взглянул, прежде чем осветил помещение и подошёл к решётке в дальнем конце склепа. «Если она не вела к следующему уровню, то куда тогда?»

Ответом оказалась прихожая и ещё один лестничный пролёт. Он тут же изменил своё мнение: это было не похоже на курганы возле Шварценбрука. Это скорее напоминало египетские гробницы, которые он видел в документальных фильмах про Долину Царей.

Правда, без иероглифов. Всё, что когда-то было нарисовано на стенах, давно осыпалось. Саймон продолжил спуск в темноту — и вскоре оказался в ещё одной комнате, полной мёртвых.

Он тут же поднял меч, чтобы разбить первого, кто начнёт шевелиться… но никто не пошевелился. Все тела лежали неподвижно на своих постаментах, сбивая его с толку.

— Почему эти не оживают? — пробормотал Саймон, осматривая зал. Ответа не было.

«Если только…» — Он застыл на месте, в ледяной тишине, когда в голову пришла догадка. — «А что, если та же сила, что поднимала мёртвых здесь, была причиной появления призраков в Дарнделле?» —  Не такая уж безумная мысль. Здесь у духов были тела, а там… тела не было, и приходилось использовать “души”.

Это была не полноценная теория, но рабочая гипотеза, и он вцепился в неё, как утопающий в спасательный круг. Развернулся и бегом понёсся вверх по каменной лестнице, перескакивая через две ступени.

Что-то, что было здесь раньше, теперь исчезло. И тот самый колдун, вероятно, взял это с собой. Возможно, оно всё ещё где-то на кладбище.
Оставалось выяснить что именно.

Наверху первым делом он стал искать меч. Тот оказался примерно там же, где он его и оставил. И это его немного разочаровало.
«Если бы в нём было дело, я бы случайно решил эту головоломку давным-давно», — с досадой подумал он.

Затем он принялся искать ключ — это был второй заметный предмет, с которым у него был опыт. Но, перевернув тело рыцаря-скелета, он нашёл совсем не то, что ожидал: в нагруднике зияла огромная дыра. Будто кто-то пробил металл ударом кулака… или разорвал его, как обёртку.

«Неужели существует слово силы, связанное с физической мощью?» — подумал он, разглядывая зияющий разрыв.

Саймон бывал в этой комнате не раз, но никогда не догадался снять доспех с рыцаря — и теперь это аукнулось ему.

Он смотрел на пробоину в груди и пытался понять, что же там было…
И тут его осенило.

— Только не говори мне, что «Чёрное Сердце» — это “буквально” чёрное сердце, а не просто крутое прозвище для этого долбаного колдуна, — простонал он.

Он не знал, смеяться ему или плакать от внезапной догадки, но почти не сомневался в её верности. Тот, кто раскопал гниющий труп, по какой-то причине оставил проклятый артефакт, и именно он будоражил мёртвых. Теперь всё зависело от него — найти реликвию и уничтожить её.

Вопрос оставался только один: где его уничтожать — здесь или на уровне рыцаря-скелета?