Глава 176.0

— Прежде чем она составила контракт, что она вам сказала, Ваше Величество?

Проницательно спросил Шуберт.

Если Альберт начал сомневаться в личности Розэ с тех пор, как я заговорила о контракте, то, должно быть, потому, что мои действия противоречили прошлым поступкам Розэ, и Шуберту это было любопытно.

— Она сказала, что очень, восхитительно счастлива жить со мной.

Альберт произнёс это спокойным тоном, но я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Сразу после таких слов тот человек внезапно изменился и стал говорить противоположное — это неминуемо вызовет подозрения, если затем он скажет, что хочет уйти.

— То, как она смотрела на меня, тоже изменилось. Её отношение, ритм слов, даже интонация. Она изменилась настолько, что трудно поверить, будто это тот же человек.

Похоже, я не могла и представить, насколько Альберт чувствителен к переменам в людях.

Он замолчал, на мгновение уставившись в воздух, и мне показалось, что он говорит прямо со мной.

— В любом случае, не было похоже, что она питает ко мне вражду, так что я решил использовать её.

Теперь эти слова пугали меня.

Ты… Ты и правда пытался меня обмануть.

Сразу после моего перемещения он постоянно твердил, что я ему нравлюсь, что я не хочу между нами прикосновений, — и всё из-за скрытого мотива.

В те первые дни я повторяла себе как мантру: не влюбляйся в него, не влюбляйся в него, — и, похоже, была права.

Мне вдруг стало немного обидно.

— Но потом я влюбился в тебя.

Альберт прошептал себе под нос, достаточно громко, чтобы услышала только я. Он улыбнулся так прекрасно — моей любимой искренней улыбкой.

— Я не мог не влюбиться в тебя.

Пока он шептал, его взгляд на мгновение расфокусировался.

Должно быть, он думал о мгновениях, проведённых вместе.

Не так трудно понять, что этот нежный взгляд сейчас был обращён ко мне.

Слыша, как он говорит, что не мог не влюбиться, я почувствовала, как мои чувства взмывают ввысь.

Всё это время я просто вела себя как обычно, и этого оказалось достаточно, чтобы тронуть сердце Альберта.

Я была просто собой, и Альберт полюбил меня.

Я знала, что каждое его слово искренне, но никогда не слышала от него ничего подобного.

Может, поэтому мой разум бомбардировали вопросы.

Я хочу поговорить с ним. Хочу извиниться. Хочу спросить его.

Хочу узнать подробнее, что именно во мне он любит.

Чувства, расцветшие за столь короткое время, были так сильны, что их хватило, чтобы он старался ради меня.

Я ничего этого не знала.

Хочу извиниться, сказать «прости» за то, что не доверяла его чувствам. Я трусиха, поэтому мне нужно было время.

Но в отличие от Альберта, передававшего мне величину своих чувств, я ничего не могла сделать.

Я не могла говорить. Никогда в жизни я не чувствовала такого отчаяния.

— А когда она была под действием сглаза, я убедился, что она не Розэ Артиус, и думал, что она сама расскажет мне, когда придёт время.

Каждое его слово удивляло меня.

Теперь я знала, что была слишком очевидна в своём неудобстве с этой темой.

Я была так нерешительна, боясь рассказать правду из-за страха перед его реакцией, а он видел меня насквозь каждый раз.

— Тогда, Ваше Величество, её душа исчезла, и вернулась изначальная Розэ Артиус.

Альберт кивнул, когда Лиам это отметил.

— Я не знаю точно, где душа Чонин, но этот драконий детёныш говорит, что она где-то жива.

— Долго ли продержится её душа?

Спросил Шуберт с любопытством.

— Нет, душа без тела не может жить долго. То же было и с Розэ Артиус. Думаю, поэтому она наложила на Чонин сглаз, чтобы вытеснить её душу.

— …Как мы можем помочь?

— Нужно найти способ извлечь душу Розэ Артиус из тела с наименьшим ущербом.

Глаза Альберта вспыхнули ярко-красным, как кровь.

— И в тот миг, когда душа Чонин вернётся в это тело, нам нужно убить душу Розэ Артиус.

Тон его голоса сменился на безжалостную усмешку, когда он заговорил о её убийстве.

В каком-то смысле это был неизбежный конец для Розэ — ведь она была тёмным магом.

Никто не стал это оспаривать.

— Тогда, сир, ещё одно, что нужно сделать, — узнать о ней больше. Мы копнём её прошлое и найдём достаточно улик, чтобы неоспоримо раскрыть её как тёмного мага. На данный момент нет доказательств.

Подхватывая разговор, Шуберт предложил это без запинки.

Альберт кивнул:

— Верно, Мёрси тоже принесла клятву.

Взъерошив волосы, Шуберт вздохнул, затем поднял голову и посмотрел Альберту в глаза.

С решимостью на лице он немедленно кивнул:

— Я понял. Нужно закончить это как можно скорее, я пойду первым.

— Спасибо, как всегда.

— Это ради Вашего Величества.

Улыбнувшись теперь, Шуберт бросил взгляд на Бланка и тут же вышел из комнаты. Его шаги по коридору звучали так, будто он почти летел.

Лиам стоял на том же месте, не проронив ни слова. Его лицо вернулось к тому же грубоватому выражению, и он уставился на Альберта.

Глаза герцога отличались от глаз барона — холодные, как стрела, пронзающая всё насквозь.

Испустив короткий выдох, Лиам разомкнул губы и заговорил тяжёлым тоном:

— Вы стали довольно эмоциональны, сир.

— Люди по своей сути эмоциональны. Признаю́, это я был странным, оставаясь таким рациональным всё это время.

Спокойно произнеся это, Альберт рассмеялся.

— Это нормально.