Завершение (18)

Я крепко сжал ладонь Луны и резко привел в движение свою ману. Пространство вокруг нас ощутимо задрожало, и реальность мгновенно исказилась, перенося нас вглубь запретной зоны. Луна, с легким головокружением наблюдавшая за этой стремительной деформацией окружения, взволнованно спросила:

— Чем конкретно я могу тебе помочь, Руди?

— Твой гримуар. Нам жизненно необходимо задействовать его скрытый потенциал.

— Гримуар?.. — Девушка недоуменно опустила взгляд на увесистую, исписанную рунами книгу в своих руках.

— Именно этот артефакт является главным ключом к разрешению нашего кризиса.

Данная магическая книга функционировала в абсолютном, безупречном согласии с фундаментальными законами мироздания. Первый закон магии — эквивалентный обмен. Но этот гримуар возводил данное незыблемое правило в абсолют, позволяя активировать сложнейшие магические круги посредством одной лишь чистой заливки маны. Книга, способная воплотить в реальность абсолютно любое чудо, если у ее владельца окажется достаточное количество магической энергии. Вот каким шедевром был артефакт, созданный великим Левианом.

— С помощью этой книги я намерен полностью, до самого основания стереть концепцию хрономагии в этом пространстве.

— ...Стереть временную магию?

Прежде чем я успел подробно ответить на вопрос удивленной спутницы, пространственный сдвиг завершился, и мы наконец ступили на территорию Святилища. Перед нашими глазами предстал исполинский древний храм, по всему периметру которого плотными рядами были расставлены десятки глиняных кувшинов.

— ...Мы на месте?

И прямо там, у самого подножия алтаря, бессильно осев на каменные плиты, сидел Ариандор. Из его рваной раны на животе непрерывным потоком струилась свежая кровь. Я холодным взглядом окинул лидера повстанцев — в его нынешнем состоянии он едва ли годился для полноценного боя. Тем не менее, стоило нам сделать несколько шагов вперед, как парень, превозмогая дикую боль и используя свой тяжелый клинок вместо опоры, заставил себя подняться на ноги.

— Руди Астрия... Теперь-то ты наконец осознал всю полноту картины, не так ли? — Ариандор бледно, торжествующе улыбнулся, глядя мне прямо в лицо.

— Да. Теперь все разрозненные кусочки этой головоломки наконец сошлись в единое целое.

— Ха... Ну раз уж тебе всё известно, ты и сам прекрасно понимаешь, к какому финалу всё движется.

Я мельком скользнул взглядом в сторону. Чуть поодаль застыла Беатрис, чье тело сейчас аномально, с колоссальной скоростью впитывало разлитую в воздухе потустороннюю энергию. Суть плана Ариандора была предельно проста и одновременно гениальна. Он вознамерился искусственно наделить Беатрис магией пространственных измерений. Существо, способное одновременно оперировать и законами времени, и законами измерений... А если добавить к этому коктейлю мою личную пространственную магию, то Беатрис — вернее, та бездушная оболочка, что от нее осталась, — превратится в абсолютное, совершенное божество, способное беспрепятственно вмешиваться в ткань любых существующих миров.

Магия измерений, магия пространства, магия времени. Каждое из этих направлений по отдельности имело свои фатальные, непреодолимые изъяны. Пространственная магия не позволяла перемещаться в те измерения, где изначально отсутствовало само существование мага. Временная магия была неспособна фиксировать или влиять на те реальности, где заклинатель никогда не рождался. Магия измерений, в свою очередь, позволяла созерцать абсолютно все параллельные миры, но не давала возможности напрямую вмешиваться в их ход — для любого мизерного воздействия требовалось уплатить непомерную, несопоставимую цену.

Однако все эти критические недостатки мгновенно нивелировались, стоило объединить эти силы в одном носителе. Если человек сумеет одновременно подчинить себе пространство, время и измерения, все ограничения попросту растворятся. Для такого существа не останется ничего невозможного. Оно получит абсолютную власть переписать саму суть вселенной.

— Всё кончено. Сосуд уже практически полностью поглотил колоссальную силу, — выдохнул повстанец.

Сосуд. Беатрис сейчас являлась не более чем пустым сосудом. Она обладала базовым интеллектом и боевыми рефлексами, но была напрочь лишена собственной воли и души. И сделано это было умышленно — исключительно ради того, чтобы её телу было кратно легче безболезненно усваивать чужеродные способности. Некромантия. Запретное искусство, поднимающее мертвецов. Если быть точнее, речь шла не об истинном воскрешении, а об использовании мертвой плоти в качестве проводника и накопителя чужой магии. На само тело Беатрис были намертво выгравированы сложнейшие магические формулы, служащие первоисточником некромантии. Она должна была поглотить остаточную силу покоящихся здесь трупов древних праведников и за счет этого полностью овладеть магией измерений.

Я лишь искренне, презрительно усмехнулся в ответ на излишнюю самоуверенность Ариандора:

— Что значит «всё кончено»? Всё только начинается.

— Финал был предопределен в ту самую секунду, когда запустился этот процесс. Ты ведь ведь получил всю информацию из моих карманных часов, разве нет?

Данные из разбитого артефакта хрономагии. Я действительно впитал их до последней капли. И я прекрасно видел то грядущее, к которому все так упорно стремились. Из десятков тысяч просчитанных и зафиксированных там вариантов будущего Ариандор неизменно выходил абсолютным победителем в каждом первом случае.

— Ну и что с того?

Мне было абсолютно плевать, какие силы сойдутся в этой точке и как именно развернется ситуация. Даже если Ариандор одержал верх в миллионе других реальностей — это исключительно проблемы тех параллельных миров. Меня совершенно не заботили дела и судьбы чужих вселенных. Тот «я», который существует в этом конкретном мире — это фундаментально иной человек, не имеющий ничего общего с моими двойниками из других измерений. Мой жизненный путь, мои решения, люди, которых я встретил, и весь мой накопленный опыт кардинально отличаются от их аналогов. А раз исходные данные другие, значит, и финальный результат этой битвы будет совершенно иным.

Я резко, на пределе возможностей рванул вперед, сокращая дистанцию.

— Кха!..

Ариандор отчаянно попытался выставить блок и перехватить мою атаку, но в своем нынешнем искалеченном состоянии он попросту физически не успел среагировать. Мой тяжелый, налитый маной кулак сокрушительным ударом отправил лидера повстанцев в затяжной полет, и парень кубарем покатился по каменному полу Святилища. В ту же секунду в дело наконец вступила Беатрис.

— 「Королевское фехтование」.

Марионетка мгновенно атаковала меня, искусно орудуя коротким кинжалом, и одновременно с этим привела в действие свою главную силу:

— 「Полнолуние」.

В мою сторону хлынула ослепительная, яростная волна золотистой энергии клинка. И в это же мгновение активировалась хрономагия. Сама реальность, в которой совершался этот взмах, начала циклично, непрерывно дублироваться в пространстве. Создавалось полное ощущение, будто Беатрис одновременно взмахнула оружием несколько десятков раз, из-за чего на меня сплошной, непреодолимой стеной понеслись десятки смертоносных энергетических лезвий.

— 「Пространственный разрыв」!

Среагировав на угрозу, я мгновенно задействовал свою сильнейшую способность. Прямо перед летящими снарядами ткань реальности с сухим треском раскололась, бесследно поглощая и аннигилируя большую часть золотых лучей. От тех же немногих атак, что умудрились прорваться сквозь разрез, я уклонился в самый последний момент, резко изогнув корпус в безумном пируэте.

— 「Огненная сфера」!

Пока я тратил драгоценные мгновения на уклонение и защиту, Луна, занявшая позицию у меня за спиной, без промедления активировала свое заклинание. С кончиков ее пальцев сорвался крошечный, едва заметный язычок пламени. На огромной скорости он долетел до Беатрис и в ту же секунду детонировал колоссальным, оглушительным взрывом.

Бум!!!

Яростное пламя целиком поглотило фигуру святой. Более того, мощная ударная волна по цепочке ударила по расставленным у алтаря кувшинам. Глиняные сосуды, веками хранившие в себе бесценные реликвии великих Святых прошлого, с оглушительным звонком начали разлетаться на куски.

— Ах... — Увидев последствия своего промаха, Луна в ужасе округлила глаза. — Прости, Руди!.. Что... что нам теперь делать?!

Я лишь решительно качнул головой:

— Всё в порядке, не паникуй. Нам в любом случае так или иначе пришлось бы уничтожить их все до единого.

— ...Что?

Я до отказа напитать свой кулак плотной, концентрированной маной и со всей силы обрушил его на каменный постамент.

Ба-а-ам!!!

Оставшиеся десятки кувшинов за моей спиной разом разлетелись в мелкую крошку. Древние реликвии, находившиеся внутри них, рухнули на пол и начали стремительно рассеиваться в пространстве, превращаясь в мириады блеклых белых искр.

Глаза Ариандора в непередаваемом шоке расширились:

— ...Ты... что за безумие ты творишь?!

— А что такое? Возникли какие-то проблемы? Ах, ну конечно~ Ты ведь не видел подобного исхода ни в одном из своих хваленых вариантов будущего, верно? — Я хищно, торжествующе улыбнулся.

Именно в этом и заключался наш единственный, истинный путь к абсолютной победе. На самом деле, у меня в голове крутилось огромное количество вопросов еще в тот момент, когда Харуна только привела нас к этому скрытому храму. Почему мы просто не уничтожили это место с самого начала? Ведь именно это Святилище являлось ключевым узлом, делающим активацию магии измерений возможной. Был ли у нас хоть какой-то резон защищать его? Изначально я наивно полагал, что эта зона может послужить нам весомым козырем для сдерживания Ариандора. Однако после того, как я через карманные часы досконально изучил истинные намерения лидера повстанцев и природу этого сосуда по имени Беатрис, я окончательно осознал: стандартными методами нам их ни за что не остановить.

Я перевел взгляд вперед. Беатрис, которая только что приняла на себя весь прямой урон от сокрушительного взрыва Луны, как ни в чем не бывало спокойно шагнула из клубов дыма в нашу сторону. На ее теле не осталось ни единой, даже самой мизерной царапины. Способность к мгновенной, абсолютной регенерации любых повреждений — наследие покойного Вендервуда.

「Этого монстра невозможно одолеть или остановить привычными, обычными способами.」

Беатрис была абсолютно неуязвима для стандартных атак. Она виртуозно управляла временем, её плоть затягивалась в то же мгновение, когда наносился урон, и она была напрочь лишена болевого синдрома. Даже если бы мы выложились на все двести процентов, пытаясь физически заблокировать её продвижение, ей не составило бы ни малейшего труда прорваться к своей главной цели — к этому алтарю — и полностью впитать разлитую здесь силу. Само её нахождение в этой точке и получение любого урона лишь ускоряло процесс поглощения энергии.

И тут в моей голове родился еще более масштабный, логичный вопрос. А почему сама Харуна изначально не уничтожила это Святилище собственными силами? Если Беатрис в любом случае гарантированно должна была явиться в эту точку, разве не правильнее было бы превентивно стереть этот храм с лица земли? Да, сторонники этой теории могли бы возразить, что в таком случае провидцы полностью лишились бы возможности заглядывать в грядущее. Но разве это не в сотни раз лучше, чем позволить Ариандору успешно реализовать свой безумный замысел и полностью обнулить хронологию этого мира?

И тогда меня наконец осенило. А как бы поступили повстанцы, если бы мы уничтожили это Святилище в самый первый день? Вариант был только один, и он лежал на поверхности. Они бы мгновенно объявили тотальную охоту на саму Харуну. И если бы они сконцентрировали абсолютно все свои элитные силы на устранении провидицы, смогли бы мы гарантированно защитить её жизнь? В конечном счете она бы неизбежно погибла от их рук, и Ариандор точно так же заполучил бы желаемую магию измерений, просто выкачав её из свежего трупа Харуны.

Оставив Святилище в целости и сохранности, Харуна умышленно предоставила врагам иллюзию выбора. Либо вступать в тяжелую, непредсказуемую схватку со мной и остальными защитниками империи ради убийства провидицы, либо относительно спокойно пройти мимо нас и зайти в этот древний храм. Разумеется, повстанцы чисто на подсознательном уровне выбрали второй, кажущийся им менее рискованным вариант. Ведь в случае полномасштабной войны на уничтожение против нас у них не было никакой гарантии стопроцентной победы. Они не могли быть уверены, что одолеют нас, и уж тем более — что тело Харуны после такой мясорубки останется пригодным для извлечения магии.

И из всего этого следовал один единственный, неизбежный вывод. Харуна сознательно заманила их в эту ловушку. Те слова, что она уверенно произнесла мне перед отправкой сюда, вовсе не были ложью, но одновременно с этим они не являлись и абсолютной истиной. Сто процентов на победу. Если бы Харуна видела четко зафиксированный, стандартный вариант будущего, она бы никогда в жизни не озвучила подобную цифру. Но произнеся эту фразу, она дала мне важнейшую, бесценную подсказку.

Шагнуть прямиком в неизведанное грядущее. Туда, куда не способен заглянуть ни один провидец. В будущее, которого изначально не существовало ни в одном раскладе.

— Останови... Останови его любой ценой!.. — сорвав голос, яростно закричал Ариандор, указывая на меня пальцем.

Беатрис мгновенно сорвалась с места, на огромной скорости устремляясь ко мне, пока я методично продолжал крушить оставшиеся глиняные кувшины.

— Ариандор, ну теперь-то до твоего скудоумия наконец дошло, почему ты ни разу не видел того варианта будущего, где победа остаётся за нами?

Это древнее Святилище служило уникальным связующим звеном между параллельными измерениями, далеким будущим и далеким прошлым. Реликвии древних Святых содержали в себе концентрированную магию измерений, намертво скрепляя грядущее и ушедшее с нашей текущей реальностью. Именно благодаря этим артефактам люди из прошлого могли созерцать настоящее, а живущие в настоящем — беспрепятственно заглядывать в будущее. Они выступали в роли идеального ретранслятора, позволяющего пользователям магии измерений и времени сканировать временные потоки.

Но что произойдет, если абсолютно все эти реликвии будут стерты в порошок? Если само это Святилище навсегда перестанет существовать как магический объект?

— Начнется будущее, которое ты физически не способен увидеть.

Грядущее, скрытое от любых глаз. Стоит нам уничтожить эти якоря, и наш таймлайн мгновенно превратится в чистый лист — в будущее, которое отныне не сможет просчитать ни одно существо в мире.

Бум!

Я с размаху раздавил очередной кувшин. Беатрис прикладывала колоссальные, безумные усилия, пытаясь защитить оставшиеся сосуды, но она банально не успевала перехватить мои точечные атаки. И что самое главное — она была не в силах обратить эти разрушения вспять с помощью своей хрономагии. Магия времени принципиально не могла оказывать прямого воздействия на объекты других измерений. А эти реликвии Святых оказывали самое непосредственное, фундаментальное влияние на параллельные миры — именно они позволяли иным вселенным фиксировать будущее нашей реальности. А раз так, хрономагия Беатрис была против них абсолютно бессильна.

— Луна! — громко крикнул я, одновременно с этим мощным пассом призывая Присциллу.

— А...?! — Глаза Луны в изумлении округлились.

— Присцилла, немедленно заключи официальный контракт с Луной.

— Руди... о чем ты вообще говоришь так внезапно?! — взволнованно воскликнула волшебница.

— Я же ясно сказал тебе минуту назад: я намерен полностью, под корень уничтожить концепцию хрономагии в этой зоне.

— Но как... как мы вообще способны провернуть подобное?!

— Стоит тебе заключить полноценный контракт с Присциллой, как ты на глубинном, ментальном уровне сможешь отчетливо прочувствовать ту невидимую магическую связь, что существует между мной и тобой.

— Неужели нечто подобное в принципе возможно?..

— Мы не узнаем наверняка, пока лично не попробуем. И как только ты четко зафиксируешь эту связь, используй мою личную пространственную магию в качестве эквивалентной жертвы для гримуара, чтобы полностью аннулировать и стереть временную магию этого ублюдка. А я тем временем возьму на себя весь авангард и свяжу их боем.

— Пожертвовать пространственной магией?! — Услышавший наш уединенный разговор Ариандор в диком ужасе вытаращил глаза. — Ты... ты сумасшедший!..

— Ну и как тебе мой план, а? По-моему, звучит просто потрясающе, не находишь? — Я хищно улыбнулся побелевшему повстанцу, после чего резко развернулся к напарнице: — Сможешь провернуть такое, Луна?

— Я... я сделаю всё, но обязательно справлюсь!

— Вот и отлично.

Я решительно кивнул. Теперь перед нами стояла одна единственная, ключевая задача — мы обязаны были во что бы то ни стало удержать Беатрис на месте. Не позволить этой марионетке вырваться за пределы храма. Она должна была бесследно сгинуть и раствориться вместе со всем этим разрушающимся пространством.

Не теряя ни секунды, я рванул прямо наперерез врагу.