Роберт (3)

— Папа!!! Посмотри на это!!

— Хм?

— Я могу использовать магию!!!

— Правда?

Годы летели незаметно. Ричард рос не по дням, а по часам, и ему уже перевалило за десять.

— Смотри! Огненный шар!

В тот же миг на ладони Ричарда вспыхнуло яркое пламя. Роберт удивленно округлил глаза. Для десятилетнего ребенка способность пробудить ману была огромной редкостью. Более того, сам Роберт никогда не учил сына заклинаниям.

— Как ты научился магии?

— Я прочитал книгу на твоем письменном столе, папа!

— На столе?

Самостоятельно освоил магию. Роберт невольно вспомнил собственное детство. Ведь он точно так же в одиночку постигал основы волшебства.

Заметив, что отец молчит, Ричард мгновенно погрустнел. До него дошло, что он залез на отцовский стол без разрешения.

— Ну... трогать твои вещи без спроса было...

Но не успел мальчик договорить и извиниться, как Роберт лучезарно улыбнулся и ласково взъерошил ему волосы:

— Ричард, да ты у меня гений!

Малыш так и засиял от отцовской похвалы:

— Да! Я гениален!

— И всё же тебе не стоит безрассудно лазить по моему столу. Там полно опасных вещей.

— Хорошо! Я понял!

Роберт поднялся со стула — сыну давно пора было ложиться. Ричард забрался под одеяло и, уже засыпая, тихо пробормотал:

— Папа, когда я вырасту, я хочу стать твоим учеником.

— Учеником?

— Ага! Хочу быть таким же выдающимся магом, как ты.

— Не думаю, что это хорошая идея...

Магия, которой владел Роберт, была искусством тьмы, а отношение в обществе к чернокнижникам оставалось, мягко говоря, предвзятым. И пусть Левиан прикладывал колоссальные усилия, чтобы изменить этот стереотип, общественное мнение не могло поменяться в одночасье.

— А я всё равно стану магом, как мой папа!

— ......Поговорим об этом позже.

Роберт в очередной раз уклонился от прямого ответа.

「Он еще совсем дитя. Подрастет — глядишь, и передумает.」

— А теперь спи.

— Спокойной ночи, папа. Тебе тоже сладких снов.

Уложив сына, Роберт дождался, пока тот крепко уснет, и спустился в глубокий подвал особняка.

— Почти готово.

Исследования магии воскрешения наконец-то близились к завершению. Фактически вся теоретическая база и сама структура заклинания были полностью завершены, оставалась лишь одна монументальная проблема — катастрофическая нехватка маны для активации.

— Сколько же еще камней маны мне потребуется...

Какие бы дорогостоящие и редкие магические кристаллы он ни встраивал в контур, круг упорно отказывался запускаться. Заклинание лишь жадно поглощало колоссальные объемы энергии, не выдавая абсолютно никакого результата.

— ......Ха-а.

Роберт тяжело вздохнул и вновь углубился в расчеты.

На следующий день.

*Стук.*

Задремавший прямо на рабочем месте Роберт с размаху приложился лбом о столешницу. Левиан, заставший эту картину, обеспокоенно нахмурился:

— Роберт, в последнее время ты выглядишь просто ужасно.

— Ах......

И в этом не было ничего удивительного: проводить ночи напролет за изучением некромантии, а днем исправно нести службу на посту королевского мага — такой график истощил бы кого угодно. Левиан пристально посмотрел на ученика.

— Роберт, выйдем на минуту.

— Слушаюсь.

Они вышли на свежий воздух, и Левиан привычным жестом прикурил сигарету. Роберт тут же полез в карман за своей пачкой.

— Ты разве не говорил Ричарду, что завязал с курением?

— Разве от такой привычки можно избавиться за один день?

— Но ты ведь дал обещание собственному сыну.

— Вот поэтому я никогда не курю в его присутствии.

— Ясно... Ладно, лучше скажи мне, чем ты занимаешься в последнее время?

— Что вы имеете в виду?

— До меня доходят определенные слухи. Ты стал подозрительно часто наведываться в Эфомос.

При этих словах Роберт заметно напрягся.

— Роберт, я прекрасно знаю, что ты задумал, — Левиан тяжело выдохнул, выпуская струю дыма. — Я понимаю, как сильно ты тоскуешь по Елене. Но ты не должен опускаться до некромантии. Задумайся, почему Империя наложила строжайшее табу на эти темные искусства. Это не та магия, что творит чудеса. Она грубо нарушает естественный порядок вещей.

— Я всё понимаю.

— Надеюсь, ты примешь правильное решение.

Сказав это, Левиан развернулся и в одиночестве скрылся в дверях Башни. Роберт долго смотрел ему вслед, после чего тихо, едва слышно прошептал:

— Простите меня, учитель.

Он отвесил низкий поклон в сторону ушедшего мастера, потушил сигарету и вошел внутрь.

— Вы берете отпуск?

— Да, мне нужно немного перевести дух.

— Но... эм...

— У меня накопилось достаточно отгулов. Оформи всё как положено.

— Слушаюсь... Но не стоит ли хотя бы поставить в известность лорда Левиана...

— Не нужно. Я сам со всем разберусь.

— Понял.

Оставив дела, Роберт немедленно отправился в Эфомос.

— Мои изыскания практически завершены. Но почему контур не активируется? С точки зрения теории всё рассчитано безупречно.

— Вы и сами прекрасно знаете ответ, лорд Роберт. Всё дело в нехватке чистой энергии.

— Нехватке энергии? Да я использую самые высокосортные камни маны!

— Но разве можно приравнивать человеческую жизнь к обычному мертвому кристаллу?

— И что ты предлагаешь?

Некромант задумчиво потер подбородок и поднялся со стула:

— Что ж... Раз уж вы так сильно помогли нашей общине с исследованиями, я передам вам наше главное сокровище.

— Сокровище?

Чернокнижник подошел к массивному сейфу в углу лаборатории и извлек оттуда шкатулку.

— Вот он, истинный камень маны.

От кристалла исходили волны настолько колоссальной, концентрированной маны, что любые высшие камни блекли на его фоне.

— Откуда у вас такая вещь?

— Этого я вам сказать не могу.

Роберт сверлил некроманта тяжелым, пронзительным взглядом.

— Даже не смотрите на меня так, я не пророню ни слова. Если я проболтаюсь, меня попросту убьют!

— Ладно. Раз уж ты отдаешь его мне, я не стану расспрашивать.

Забрав бесценный артефакт, Роберт поспешил обратно в свой столичный особняк.

— Папа? — Ричард удивленно захлопал глазами, увидев отца на пороге. Роберт никогда не возвращался домой в такое время. Мальчик, хоть и растерялся, тут же радостно вскрикнул: — Папа! Что случилось? Почему ты так рано?..

Роберт мягко улыбнулся:

— Ричард, папа взял отпуск.

— Правда?! Значит, ты поиграешь со мной?

Роберт на секунду замялся, его пальцы судорожно сжали холодную грань камня маны в кармане. Однако он решительно отогнал все тревожные мысли прочь:

— Да, давай повеселимся сегодня как следует!

— Ура-а-а!

— Ну, во что сыграем?

Роберт без остатка посвятил этот день сыну. Они без устали играли до самого заката, и лишь когда сумерки сгустились над городом, глаза Ричарда начали слипаться от усталости.

— Ричард, пора ложиться в кроватку.

— Ну па-ап... я хочу еще поиграть с тобой...

— У папы долгий отпуск, так что завтра мы продолжим. Обязательно сыграем во все твои игры.

— Честное слово?

— Честное слово.

Услышав это, Ричард резво припустил в свою спальню. Выглянув из-за двери, он весело крикнул:

— Тогда я поскорее усну, чтобы завтра играть с самого утра!

Роберт тихо рассмеялся:

— Договорились, завтра оторвемся по полной.

— Спокойной ночи, папа!

Как только дверь в спальню сына закрылась, улыбка мгновенно сползла с лица Роберта, сменившись мертвенной серьезностью. Тяжело вздохнув, он достал из кармана зловеще мерцающий камень маны и медленно спустился в подвал.

Там, занимая почти всё пространство пола, пламенел сложнейший магический круг — венец его многолетних трудов.

— Умоляю... Елена...

Роберт бережно опустил кристалл в самый центр геометрического узора. В ту же секунду подвал залило ослепительным, багровым сиянием. Рисунок, который раньше не выдавал ни единой искры даже от высших камней, наконец-то пробудился и пришел в движение. На глаза Роберта навернулись слезы счастья. Наконец-то он сможет снова увидеть Елену... вернуть её в этот мир...

Однако реальность оказалась далека от его ожиданий. Магический круг внезапно задрожал с такой силой, что стены подвала заходили ходуном.

— Что за...

Почуяв неладное, Роберт едва удержался на ногах, ухватившись за каменную кладку. Из эпицентра плетения начала исходить удушающая, чужеродная волна давления. Вдруг из багрового света вынырнуло нечто антрацитово-черное, напоминающее уродливую, огромную руку. А следом за ней со свистом распахнулась колоссальная, зубастая пасть. Тварь принялась слепо крушить и хватать всё до чего могла дотянуться — столы, стулья, ценнейшие магические инструменты без разбора летели в эту бездонную глотку.

— Да что здесь происходит?!

Роберт застыл в абсолютном шоке. Созданный им круг просто пожирал окружающее пространство. Происходящее полностью противоречило всем известным законам магии. В этот момент черная плеть-рука резко метнулась в сторону самого мага.

— Гх... Бегемот!

С яростным ревом Роберт мгновенно призвал своего сильнейшего фамильяра, который точным ударом когтей перерубил тянущуюся к нему конечность твари.

「Нужно немедленно это остановить!」

Что-то пошло в корне не так. Несмотря на безупречное следование теории, результат оказался чудовищным и непредсказуемым.

— Стой... Да прекратись же ты!..

Роберт изо всех сил атаковал прорывающееся нечто своей темной магией. Но он понятия не имел, как оборвать запущенный ритуал.

「Придется уничтожить весь контур.」

Сейчас было не время сокрушаться о потерянных записях и годах работы. Если эту чертовщину не запечатать прямо сейчас, под угрозой окажется весь особняк... и, что страшнее всего, Ричард. Роберт сконцентрировал всю доступную ману, вкладывая её в разрушение магических линий. Именно в этот момент наивысшего напряжения...

— Папа?

— Ах...

В проеме подвальной двери показался заспанный мальчик.

— Что это за шум...?

— Ричард! Нет! Беги отсюда...!!

Договорить он не успел. Черная как смоль рука со свистом метнулась вперед и намертво обвилась вокруг тела ребенка.

— А-а...

Из груди Роберта вырвался дикий, полный отчаяния крик. Отсечь, нужно немедленно отсечь эту тварь! Ричард... его мальчик...

— О вы, поправшие волю богов... — Роберт полностью отбросил остатки рассудка, думая лишь о спасении сына. — Снизойди!

В ту же секунду за спиной мага соткался колоссальный силуэт. Демон. Он решился на крайнюю, запретную меру — призвал высшую сущность прямо в собственное тело в качестве сосуда.

— Защити... Ричарда...

— ПАПА!!!!!

Черная бездна уже затягивала кричащего от страха мальчика в пасть, когда призванный демон намертво перехватил угасающий контур и вонзил свои когти в самый центр безумного плетения. А затем весь подвал поглотила ослепительная вспышка.

*БА-А-АМ!!!!*

Оглушительный взрыв потряс основание дома. Когда дым и багровое марево начали рассеиваться, являя взору лишь руины, Роберт из последних сил бросился к эпицентру:

— Ричард! Ричард!

Задыхаясь от гари и пыли, он лихорадочно разгребал обломки. И тут из самого центра разрушенного круга донесся слабый, полный боли плач:

— Папа... мне больно... очень больно...

Это был Ричард. Роберт подлетел к сыну и замер от ужаса — мальчик был искалечен, его тело покрывали страшные раны.

— Ричард... маленьким мой, всё хорошо... сейчас всё пройдет...

— Папа... как же больно...

Слезы душили Роберта, когда он прижимал к себе хрупкое, истекающее кровью тело:

— Прости меня. Прости... Умоляю, прости своего глупого отца...

— Прости...? За что ты извиняешься, папа... Не плачь, пожалуйста... — Ричард сквозь силу попытался улыбнуться, размазывая слезы по щекам. — Папа... только не плачь... не надо... ах...

— Ри-Ричард! Потерпи, умоляю, не закрывай глаза! Ричард!

Роберт истошно кричал, пытаясь растолкать теряющего сознание сына. Однако... мальчик больше не издал ни звука. Его дыхание оборвалось.

— А-а-а... Ричард... Ричард!!!

*Грохот!*

Пока Роберт бился в истерике над телом сына, сзади в подвал ворвался человек.

— Роберт! Что здесь произошло?! Что это был за взрыв...

Это был Левиан. Он закричал, но осекся на полуслове, стоило ему увидеть безжизненного ребенка на руках ученика.

— Роберт... Что, во имя всех богов, ты натворил!!! Роберт!!!!!! — старый маг сорвался на яростный крик. — Разве я не говорил тебе четко и ясно — не смей прикасаться к этому дерьму!! Некромантия!!!! Проклятая некромантия!!!!!

На этот крик Роберт лишь медленно, словно манекен, повернул голову:

— Учи... учитель...

Лицо Левиана исказилось от гнева и глубочайшего разочарования:

— Нет. Отныне ты мне больше не ученик.

В этот момент за спиной архимага показались вооруженные гвардейцы:

— Что здесь стряслось? Это ведь...

— Взять его, — ледяным тоном приказал Левиан.

— Его? Но ведь он королевский маг...

— Он больше не королевский маг, — Левиан посмотрел на Роберта взглядом, полным смертельной ненависти. — Перед вами обычный преступник, опустившийся до запретной некромантии.

Левиан бережно забрал тело Ричарда из рук онемевшего отца, после чего стража силой уволокла Роберта прочь. Это был последний раз, когда он видел своего наставника.

Роберта бросили в самую глубокую и темную темницу. Но спустя долгие месяцы дверь его камеры неожиданно открылась.

— Что это значит?

— Высочайший указ Его Величества Императора. Принимая во внимание твои прошлые великие заслуги перед государством, тебе даруется жизнь. Однако ты навсегда лишаешься титула королевского мага, всех дворянских привилегий и почетных званий. Взамен тебе даруется свобода. Иди и искупай свои грехи.

— Свобода...?

Солдаты бесцеремонно выставили Роберта за ворота тюрьмы. Он поднял голову и отрешенно посмотрел на серое небо. Он абсолютно не понимал, как и зачем ему жить дальше. Елена мертва, Ричард погиб по его собственной вине, а единственный близкий человек отрекся от него.

В поисках забвения он отправился на передовую, кочуя из одной горячей точки в другую. Он бездумно блуждал по полям сражений, ввязываясь в самые самоубийственные схватки. Не ради победы или выживания — он просто отчаянно пытался стереть из памяти ужасы прошлого.

Как-то раз, после очередного кровопролитного боя, он на автопилоте достал из кармана помятую сигарету. Долго смотрел на неё, а затем со злостью сжал в кулаке, превращая в труху. К чему всё это... Ради чего он продолжает коптить небо...?

— И долго ты собираешься страдать этой херней, Роберт? — раздался в тишине знакомый голос.

Роберт медленно поднял голову. Перед ним стоял немолодой мужчина. Несмотря на прошедшие годы и прибавившиеся морщины, он узнал бы его из тысячи.

— Кромвель...

— Что ты с собой сделал, Роберт?

— Я...

*БАЦ!*

Кромвель с размаху впечатал кулак в челюсть друга. Роберт рухнул на грязную землю, ошарашенно снизу вверх глядя на товарища.

— Неужели ты думаешь, что Елена хотела видеть тебя таким?! Думаешь, Ричард гордился бы отцом, который превратился в опустившееся животное?! А ну приди в себя, Роберт!

— Кромвель...

— Не пора ли тебе наконец включить мозги? Прошло уже пять лет. Пять лет с тех пор, как погиб Ричард. А ты до сих пор...

— Я просто не знаю... что мне делать. Чего я хочу. Я... я...

Кромвель пристально посмотрел на сломленного друга, а затем уверенно протянул ему руку:

— Возвращайся в академию.

— Что? — Роберт не поверил собственным ушам.

— Возвращайся в академию Либерион.

— Это абсурд...

— Я уже получил официальное одобрение от директора Макдауэлла. Так что завали рот и просто иди за мной. В академию.

Кромвель буквально силой притащил его обратно. Так Роберт занял должность профессора. Он работал на износ, отдавая всего себя преподаванию — хотя бы ради того, чтобы отплатить Кромвелю, который вытащил его со дна. Каждый раз, когда из глубин сознания пытались выбраться призраки прошлого, он просто еще сильнее погружался в работу.

И за годы своего профессорства... Роберт встретил Руди.

Магический камень находился на грани разрушения, готовый вот-вот взорваться и разнести всё в щепки. Вендевуд валялся где-то в стороне, а посреди этого хаоса сидел Руди — обессиленный, беспомощный и загнанный в угол.

Роберт медленно обвел взглядом поле боя. Ему уже доводилось бывать в подобной ситуации.

「Я показала тебе и прошлое, и будущее. А теперь — каков будет твой выбор?」

В памяти всплыли слова святой Харуны. Она ведь действительно показала ему всё. В прошлом он со слезами на глазах проводил на тот свет жену. С истошным криком упустил сына. И без единого слова расстался с учителем.

Роберт был никудышным мужем. Паршивым отцом. Ужасным учеником.

— Руди.

Но сейчас, на самом исходе своего пути.

— Ты был моим лучшим учеником.

Он хотел стать для него самым лучшим учителем.

— Профессор? — прохрипел Руди.

Роберт решительно зваггнул вперед. За его спиной соткался колоссальный, иссиня-черный силуэт демона. Маг спокойно обратился к сущности:

— Уничтожь этот камень маны.

— Какова цена вопроса?

— Моя жизнь.

— Сделка скреплена.

Глаза Руди в ужасе расширились:

— Профессор?! — он попытался рвануться вперед, преодолевая дикую боль во всем теле.

Роберт слегка повернул голову и в последний раз посмотрел на своего преемника. На его лице играла самая теплая, искренняя и лучезарная улыбка за всю жизнь.

— Береги себя, Руди.