Завершение (15)

— Ариандор, так ты всё это время прятался здесь? Значит, ты изначально обо всем догадывался? — процедил мужчина, осторожно касаясь ушибленного места, куда мгновением ранее пришелся сокрушительный удар Луны.

Я пристально посмотрел на застывшего передо мной лидера повстанцев, после чего медленно перевел взгляд чуть в сторону. Туда, где замерла бледнолицая женщина с внешностью покойной святой Беатрис.

Глаза мои невольно сузились. Глядя на это безмолвное изваяние, я наконец окончательно пазл за пазлом выстроил в голове всю картину их тайной деятельности. Эксперименты, которые на протяжении долгих лет курировала верхушка повстанческой армии... Специфика способностей, которые они так яростно задействовали... И пускай случай с Сериной стоял немного особняком, подавляющее большинство их запретных техник было напрямую завязано на манипуляциях с человеческой плотью и биологическим материалом.

Именно в этот момент меня осенило. Его главной, одержимой целью всегда была Беатрис. Неужели этот безумец действительно рассчитывал полноценно вернуть её с того света?

Разумеется, само понятие 「воскрешение」 в данном контексте выглядело крайне спорным и размытым. Можно ли считать истинным возрождением процесс, при котором воссоздается лишь ментальная оболочка, слепо скопированная из чужих воспоминаний? И наоборот — если воссозданная плоть дышит и функционирует, но внутри нее бьется совершенно иное, чуждое сознание, имеет ли это хоть какое-то отношение к покойной? Если он пошел на столь радикальные меры ради подобного суррогата, то какую истинную цель он преследовал?

В моей голове один за другим проносились десятки противоречивых вопросов, однако итоговый вывод оставался неизменным. Метод, который Ариандор выбрал для реализации своей безумной идеи, заключался в искусственном выращивании идеального сосуда, в который затем планировалось насильно интегрировать остаточную душу или память Беатрис. Я мог лишь догадываться о его скрытых мотивах, но конечный, осязаемый результат его трудов сейчас находился прямо перед моими глазами.

Искусственное клонирование человека. Это было единственным логичным и исчерпывающим объяснением одновременного существования того Ариандора, с которым мы только что столкнулись на основном поле боя, и этой Беатрис, застывшей в руинах кабинета студсовета.

— Впрочем, мы в любом случае успели вовремя, — я слегка расслабил плечи и с теплой улыбкой посмотрел на застывшую рядом волшебницу: — Отличная работа, Луна. Ты просто умница.

— Хе-хе-хе... — девушка смущенно почесала затылок от моей искренней похвалы, а её щеки мгновенно залил легкий румянец.

— А теперь прикрой мне спину и позаботься о девочках. С этим парнем я разберусь сам.

— Принято! Полностью полагаюсь на тебя, Руди!

Мягким движением оттеснив Луну себе за спину, я до хруста сжал кулаки и вновь сфокусировал всё внимание на застывшем противнике. От этого Ариандора исходила совершенно иная, куда более тяжелая и зловещая аура, нежели от того суррогата, с которым наши силы рубились у ворот. Этот ментальный отпечаток, это высокомерие... Передо мной определенно стоял подлинный, настоящий лидер повстанцев, которого я знал изначально.

Ариандор с трудом, превозмогая боль, медленно поднялся на ноги и смахнул с подбородка каплю крови:

— Это Харуна умудрилась просчитать мое появление и слила тебе информацию о будущем?

— Нет. Исключительно мой собственный тактический расчет.

— Не смеши меня, мальчишка. Если бы там, у главных ворот, действительно сражался я в полную силу, от вашей жалкой обороны уже не осталось бы даже мокрого места. Неужели ты всерьез полагаешь, будто твое поспешное бегство сюда способно хоть как-то переломить исход этой войны?

— Кто знает? Даже если бы ты лично присутствовал на передовой, я сильно сомневаюсь, что тебе удалось бы устроиться там тотальную зачистку. В конце концов, наши защитники куда сильнее, чем ты привык думать.

На основном поле боя сейчас были сосредоточены колоссальные силы во главе с Астиной и профессором Кромвелем. И пускай мне пришлось экстренно покинуть свои позиции, я был абсолютно уверен, что временное отсутствие моей скромной персоны не приведет к мгновенному краху линии обороны. К тому же, не окажись тебя в этих стенах, я бы просто в ту же секунду задействовал пространственное перемещение и вернулся назад.

Мое стратегическое чутье в очередной раз меня не подвело. А раз этот монстр лично подтвердил, что его двойник у ворот являлся всего лишь расходным клоном, у меня отпали последние сомнения.

— И всё же... Неужели ты действительно веришь, будто твое появление способно что-то кардинально изменить?

— Вообще-то, очень многое уже изменилось. К тому же, твое собственное тело сейчас находится далеко не в идеальной кондиции, не так ли?

Ариандор так и не сумел с ходу пробить оборону Луны. И пускай сама девушка за последнее время совершила колоссальный качественный рывок в освоении магии, физические показатели мужчины выглядели откровенно странно. Мана, циркулирующая по его энергетическим каналам, была завязана в тугие, хаотичные и невероятно запутанные узлы. А это означало лишь одно — его тело всё еще могло двигаться на чистых рефлексах, однако полноценно высвободить и сфокусировать фирменную ауру меча он был объективно не в состоянии.

— Надо же. Неужели процесс создания искусственных клонов намертво перегрузил и извратил твои собственные магические цепи?

Подобное хаотичное переплетение потоков маны обычно являлось прямым следствием жесткого отката из-за критического перенапряжения источника. Сама природа темной магии, в изучении которой я провел бесчисленное количество часов, не прощала подобных вольностей, так что с симптомами магической отдачи я был знаком не понаслышке.

— Какой острый и ядовитый язык... — Ариандор медленно поднял оружие, направляя острие клинка точно мне в межбровье.

— Да, согласен, что-то я сегодня слишком много болтаю. Прошу прощения. Ну а теперь... начнем.

Я сорвался с места, мгновенно разрывая дистанцию на запредельной скорости. Ариандор в ту же секунду до отказа напитал лезвие меча бушующей энергией. Я ответил симметрично, концентрируя колоссальный объем маны в своем кулаке. Мы оба преследовали абсолютно идентичную тактическую цель — подавить, смять и доминировать над оппонентом с самого первого, стартового движения.

— Явись передо мной, 「Бельфегор」.

В ответ на мой призыв за моей спиной соткался исполинский, зловещий силуэт высшего демона. Его природа в корне отличалась от того существа, которое в свое время призывал профессор Роберт, однако этот монстр обладал сопоставимой, если не превосходящей разрушительной мощью.

Я сделал глубокий, размеренный вдох и резко занес кулак для удара. Ариандор синхронно вскинул клинок.

— 「Королевское фехтование」. — В глазах лидера повстанцев вспыхнул холодный, пронзительный золотистый свет. — 「Лунный свет」.

Мы обрушили свои лучшие атаки одновременно. Из лезвия клинка Ариандора вырвалась колоссальная серповидная волна золотой энергии меча, в то время как мой кулак взорвался ослепительным, концентрированным потоком чистой маны.

Бум!!!!!!!!!!

Пространство вокруг нас разорвалось чудовищным, ослепительным белым сполохом, за которым мгновенно последовал оглушительный взрыв. Поскольку наше столкновение произошло в замкнутом пространстве, старинные перекрытия центрального корпуса попросту не выдержали нагрузки — стены кабинета студсовета с грохотом начали рушиться, погребая всё под лавиной каменных обломков и бетонной крошки.

Я остался абсолютно невредим, поскольку сумел полностью погасить и нивелировать встречный импульс его атаки.

— Угх...!

Лихорадочно обернувшись назад, я с облегчением зафиксировал, что Луна успела своевременно выстроить монолитную защитную сферу, надежно укрыв Харуну и Юни от летящих обломков. Девочки были в полной безопасности. Однако пространство между мной и лидером повстанцев теперь заволокло густой, абсолютно непроницаемой пеленой серой пыли.

— Ху-у-ух...

Я сделал медленный, глубокий вдох, полностью абстрагируясь от внешних раздражителей, и максимально сконцентрировался. Мое магическое восприятие четко отслеживало тончайшие, едва уловимые вибрации чужой маны. Следующий выпад последует...

「Справа.」

Я резко распахнул глаза и на чистых рефлексах выбросил руку в сторону. Ариандор материализовался именно там, где я и рассчитывал. Играючи уклонившись от жалящего выпада меча, нацеленного мне прямо в шею, я мертвой хваткой вцепился пальцами за оголенное лезвие.

— Попался, ублюдок.

— Неужели ты всерьез думаешь, будто этот бой окончен только потому, что тебе удалось перехватить мою сталь? — процедил Ариандор, бросив короткий взгляд на зажатое в моей ладони оружие.

В следующую секунду он совершил абсолютно немыслимый для классического мечника маневр — попросту разжал пальцы, полностью выпуская рукоять из рук, и на запредельном рывке нанес мощнейший, сокрушительный удар ногой точно мне в область солнечного сплетения.

Тудум!

— Кха...!

Мечник, добровольно расставшийся со своим собственным оружием?! Я оказался абсолютно не готов к подобной импровизации и пропустил тяжелейший, сбивающий дыхание прямой удар в живот. Воспользовавшись моей секундной дезориентацией, Ариандор плотно сжал кулаки и на ураганной скорости сократил дистанцию для ближнего боя.

Я яростно стиснул зубы, напрочь игнорируя пульсирующую боль в желудке.

— Отлично... Раз уж ты сам напросился на рукопашную — давай поиграем.

Презрительным движением отшвырнув трофейный меч Ариандора далеко в сторону разрушенных перекрытий, я до упора сжал пальцы в кулаки. Уж в чем, а в искусстве прямого мордобоя я был абсолютно уверен на все сто процентов.

Я нанес мощнейший, прямой апперкот точно в челюсть противника. В ту же долю секунды Ариандор ответил симметричным встречным выпадом, с размаху впечатывая свой кулак мне в скулу. Принять на себя минимальный урон, чтобы взамен нанести оппоненту максимальные разрушения — такова была негласная формула этого безумного клинча.

Мы методично, методично и безжалостно осыпали друг друга градом тяжелейших ударов, практически полностью отказавшись от какой-либо защиты. У меня банально не оставалось времени и лишних секунд на то, чтобы полноценно концентрировать огромные объемы маны в кулаках перед каждым замахом — приходилось бить сериями, раз за разом, не давая врагу перевести дух.

Ариандор, будучи элитным магическим мечником, обладал невероятно прочным, закаленным в бесчисленных боях телом, однако мой организм в этом плане существенно уступал его физическим показателям. И тем не менее, за счет перманентного насыщения кулаков взрывными импульсами маны, каждый мой отдельный удар выходил куда более разрушительным и болезненным, нежели выпады противника. Это было чистое, бескомпромиссное столкновение абсолютного копья и монолитного щита.

И итоговым результатом этой безумной рубки стала...

— Кха... угх...

Моя безоговорочная победа.

Ариандор, тяжело покачиваясь из стороны в сторону и едва удерживая равновесие, судорожно отступил на несколько шагов назад. Я пристально посмотрел на поверженного лидера повстанцев и с явным пренебрежением сплюнул скопившуюся во рту кровавую слюну прямо на полуразрушенные камни:

— Ну и зачем, спрашивается, истинному мастеру клинка нужно было так глупо и безрассудно разбрасываться своим собственным оружием? — я издевательски усмехнулся в лицо противнику.

Впрочем, мое собственное положение тоже нельзя было назвать идеальным. И пускай на мне беспрерывно работали сложнейшие пассивные заклинания укрепления плоти, снижающие физический импульс до возможного минимума, лицо и всё тело всё равно нещадно горели от тупой, пульсирующей боли. Но Ариандору, без сомнения, пришлось в разы хуже.

— Ха-а... Ха-а...

Мужчина судорожно, с явным трудом смахнул набежавшую на глаза кровь. Он выглядел абсолютно истощенным, измотанным и избитым до полусмерти. Его текущее физическое состояние окончательно пробило критическое дно.

— Ну и чего же ты ждешь? Почему до сих пор не используешь свою хваленую хрономагию?

Я был полностью, до секунды готов к подобному развитию событий. Благодаря многочасовым, изнурительным совместным тренировкам с Ианом, я успел в общих чертах нащупать и освоить базовые принципы противодействия магии времени. И тот факт, что моя задумка идеально сработала во время его недавней стычки с Луной, служил лучшим доказательством того, что я овладел этим навыком на весьма приличном уровне.

И в этот самый момент со стороны разрушенных перекрытий свистящим росчерком мне в бок устремилось брошенное ранее оружие.

— Что за...!

Резко крутанув головой, я зафиксировал, что женщина с лицом Беатрис умудрилась незаметно подойти к куче обломков и подобрала тот самый меч, который я так опрометчиво отшвырнул в сторону.

— Ху-у-ух... — я тяжело, устало вздохнул и вновь перевел взгляд на Ариандора.

В своем текущем, полуживом состоянии этот человек физически не мог свободно и безболезненно оперировать потоками хрономагии. Тем не менее, мужчина медленно, с каким-то благоговейным трепетом поднял руку вверх. Этот характерный жест... Точно такое же движение он совершал абсолютно каждый раз перед тем, как запустить пространственно-временной откат. Мои брови невольно поползли вверх от дурного предчувствия.

— 「Возврат времени」.

— 「Присцилла」.

Бум!

Я среагировал мгновенно, на корню блокируя и рассеивая зарождающиеся пространственные колебания хрономагии. Осознав, что его фирменное плетение в очередной раз наткнулось на глухую ментальную стену, Ариандор медленно поднял голову, а на его избитых губах вдруг заиграла холодная, пугающе уверенная усмешка.

— Ты действительно свято веришь, будто твоя куцая блокировка способна удержать меня?

В ту же секунду его мана взорвалась колоссальным, безумным импульсом.

— ......?

Задействовать резервы подобным образом... Магические каналы Ариандора и без того были завязаны в тугие, кровоточащие узлы. Насильственное принуждение столь нестабильной энергии к масштабной циркуляции априори должно было причинить ему нечеловеческую, разрывающую плоть боль. И тем не менее, Ариандор продолжал с маниакальным упрямством разгонять потоки маны внутри своего тела.

— 「Возврат времени」... — я на автомате приготовился вновь задействовать блокирующее заклинание, считая этот маневр само собой разумеющимся.

Но эта горькая, торжествующая усмешка на его лице... Глядя на это выражение, я внутренне содрогнулся от нахлынувшего чувства липкого, необъяснимого беспокойства. Подобная специфическая структура манипуляции маной... Я ведь уже сталкивался с чем-то очень похожим совсем недавно. Буквально несколько минут назад, когда я безжалостно шинковал на куски тело Вендервуда. Тогда мне пришлось задействовать пространственную магию бесчисленное количество раз подряд, буквально разрывая плоть врага на атомы.

А это значит...

— Угх! — я лихорадочно, на пределе возможностей начал концентрировать собственные магические резервы.

Этот безумец планировал активировать заклинание отката времени одновременно несколько десятков раз подряд. И существовала лишь одна единственная, весомая причина для столь радикального шага. Если ему удастся провернуть множественный хронологический откат собственного физического состояния, то все текущие деструктивные штрафы, разрывающие его магические цепи, попросту аннулируются, вернувшись в исходную точку. Пускай он прямо сейчас наносит своему телу колоссальный, необратимый ущерб — запустив маховик времени вспять, он гарантированно вернется к своему первоначальному, абсолютно здоровому и полному сил состоянию.

— Ха... Ха-ха... Ты еще слишком глуп и неопытен, мальчишка, чтобы тягаться со мной в этой плоскости. Ты едва-едва прикоснулся к азам этой техники. Но я... я оттачивал её на протяжении долгих лет. Это заклинание, которое я лично активировал десятки, сотни и тысячи раз подряд!

Пространство вокруг Ариандора начало стремительно полыхать и пойти тяжелой, осязаемой рябью.

— 「Присцилла!」

— Руди, их слишком много! Я не справляюсь! — раздался панический, испуганный голос артефакта в моей голове.

Несколько десятков автономных формул хрономагии активировались абсолютно синхронно, окутывая фигуру лидера повстанцев плотным коконом. Если хотя бы одно, даже самое слабейшее плетение из этой огромной массы умудрится благополучно завершить свой цикл — время неумолимо повернется вспять.

Я до предела обострил свое восприятие, лихорадочно и напрочь сжигая собственные резервы в попытках точечно стирать и аннулировать загорающиеся огоньки вражеских формул. Но... их объективно было слишком много. Моя скорость деконструкции банально уступала их колоссальному количеству. Я физически не успевал зачистить всю область.

Какая поразительная, чудовищно несправедливая магия... Использовать колоссальные объемы маны для того, чтобы повернуть время вспять. Задействовать физическую энергию организма для хронологического отката. И при этом полностью нивелировать любые побочные эффекты и штрафы за счет того же самого отката. Как вообще в рамках законов мироздания может существовать столь читерское, идеальное плетение? Неужели именно поэтому люди с благоговейным трепетом нарекли этот феномен 「божественной магией」?

Эти пораженческие мысли тяжелым грузом давили на мое сознание, пока я судорожно пытался перемалывать чужие заклинания. Но затем в глубине моего разума внезапно промелькнула одна очень странная, парадоксальная мысль.

Сам термин 「божественная магия」 — это ведь всего лишь красивое, пафосное название, придуманное обычными смертными людьми. Как в свое время резонно подметила Харуна, это прозвище родилось в те темные века, когда религия, большая политика и фундаментальная наука слились в едином экстазе ради удержания власти.

А это значит...

Перед моими глазами сейчас разворачивалось самое обычное, фундаментальное магическое искусство. Чары, которые в обязательном порядке подчиняются базовому закону эквивалентного обмена между затраченной маной и полученным результатом. Из ничего не бывает ничего. Следовательно, должна существовать определенная, очень высокая цена, которую Ариандор неизбежно платит за каждый такой хронологический финт. Какую именно жертву он приносит на алтарь мироздания, чтобы умудряться прокручивать стрелки часов назад?

Я лихорадочно прокручивал в голове этот алгоритм, прекрасно понимая, что если время сейчас действительно вернется вспять, я окончательно проиграю эту партию. Секунды стремительно таяли.

И тут мой взгляд вновь наткнулся на бледное, безжизненное лицо Беатрис. Искусственное клонирование человека. Создание биологической плоти. Физическое состояние организма лидера повстанцев сейчас откатывается назад. Его тело гарантированно и абсолютно необратимо возвращается к параметрам своего условного прошлого.

Но если это так, то у меня возникал один колоссальный, фундаментальный вопрос. Почему при каждом таком масштабном откате Ариандор умудрялся полностью, до мельчайших деталей сохранять свою собственную память и разум? Если его мозг и физическая оболочка возвращаются в прошлое состояние, разве вся накопленная за время этого боя ментальная информация не должна была точно так же бесследно испариться, стирая саму память об этой схватке?

Одержимый этим внезапным сомнением, я во все глаза уставился на застывшего врага. Характерный, пафосный жест, который Ариандор беспрерывно делал своей правой рукой... Он мерно пощелкивал пальцами, словно именно это движение запускало скрытый механизм заклинания.

Но что, если зайти с абсолютно противоположной стороны? Что, если этот пижонский взмах — не более чем высококлассный, просчитанный отвлекающий маневр для замыливания глаз оппонента?

Я резко перевел взгляд с его высоко поднятой правой кисти... на левую руку Ариандора, которая всё это время оставалась неподвижной. Я пристально всмотрелся в очертания его фигуры. Его левая ладонь глубоко и плотно покоилась в кармане брюк.

Я сделал короткий, резкий вдох. Ну конечно. Вот она, та самая недостающая деталь пазла.

— 「Возврат вре...」

— 「Пространственное перемещение」.

Я напрочь, полностью отказался от дальнейших бессмысленных попыток деконструировать и стирать десятки кружащих в воздухе формул хрономагии, вместо этого перенаправив всю свободную ману на точечное пространственное плетение. Моей целью было вовсе не перемещение собственного тела в пространстве. Я нацелился на конкретный, материальный объект, скрытый на теле моего оппонента. Извлечь и переместить эту вещь.

— ?!

В ту же секунду глаза Ариандора в диком шоке и ужасе округлились.

— Что за...

В мою раскрытую ладонь с негромким металлическим звяканьем плавно опустились старинные, покрытые изящной гравировкой карманные часы. Тот самый предмет, который лидер повстанцев на протяжении всего боя судорожно сжимал в своем левом кармане. Я просто выдернул этот артефакт из его одежды с помощью базовой магии пространства.

Я с пренебрежением посмотрел на застывшего мужчину. В ту же долю секунды, стоило часам покинуть его карман, все бесчисленные, готовые к детонации формулы хрономагии в воздухе мгновенно погасли и растаяли призрачным маревом, так и не завершив свой цикл.

Я издевательски усмехнулся:

— Ой, прошу прощения. У меня с детства есть одна очень дурная, неискоренимая привычка — каждый раз, когда я сталкиваюсь с красивыми и необъяснимыми фокусами, я в первую очередь начинаю судорожно искать скрытый реквизит иллюзиониста.

Подцепив пальцем тонкую золотую цепочку карманных часов, я принялся лениво и демонстративно покачивать артефакт из стороны в сторону, словно маятник перед носом у поверженного врага. Дело сделано.

— Ну так что, может, теперь поведаешь мне во всех деталях, как именно на самом деле функционирует твоя хваленая 「божественная хрономагия」?

Секрет фокуса, за счет которого Ариандор так долго строил из себя всемогущего бога времени, наконец-то был раскрыт.