Завершение (12)

— Заблокируй его, Деймон, — сухо бросил Ариандор, едва заметив, что Руди на полной скорости устремился в сторону Академии.

— 「Костяное копье」.

Повинуясь приказу, некромант мгновенно высвободил колоссальный объем маны, пытаясь перерезать парню траекторию и намертво сковать его движения.

Однако остановить Руди ему было не суждено.

— 「Гравитация」.

Астина мощным пространственным импульсом жестко впечатала летящие снаряды в каменистую землю, полностью нивелируя атаку.

— Мне казалось, у вас здесь есть куда более насущные соперники, не так ли? — с легкой, хищной усмешкой поинтересовалась принцесса.

— Угх...

Астина краем глаза мазнула по застывшему лже-Ариандору. Тот факт, что верховный лидер повстанцев так бурно среагировал на маневр Руди, окончательно подтверждал — они нащупали правильный след.

Вот только общее положение дел на передовой от этого легче не становилось. Уход Руди неизбежно оголял их центральный сектор, образуя опасную брешь в обороне. Пускай Астина уже подала сигнал скрытым резервам, и они вполне могли продержаться, сам факт столь грубого нарушения первоначального тактического плана вызывал серьезные опасения.

Деймон испытывал схожие чувства. Он прекрасно знал, что Ариандор параллельно ведет какую-то свою, скрытую игру, но ему и в кошмарном сне не могло привидеться, что имперские ищейки сумеют просчитать этот ход на опережение.

「И тем не менее.」

Первоочередная и фундаментальная задача сил восстания оставалась неизменной — любой ценой проломить оборонительные редуты и занять ущелье. Даже без четкого понимания того, что прямо сейчас происходит в тылу, общая диспозиция на поле боя складывалась в их пользу.

「Чтобы закрепить этот успех...」

Некромант принял молниеносное решение. Дабы не позволить имперцам перехватить инициативу, необходимо было намертво связать руки Кромвелю и Астине, лишая их возможности маневрировать. Только так легионы нежити смогут беспрепятственно вгрызться вглубь каньона.

Деймон резко опустил обе ладони к земле:

— О существа, познавшие хладный финал бытия, примите мою волю и станьте единым целым со своим господином.

В ту же секунду бескрайняя равнина буквально заходила ходуном. Горы трупов, усеявших передовую, со зловещим скрежетом принялись сползаться со всех сторон, стягиваясь в одну гигантскую точку прямо к ногам Деймона.

Заметив это, Астина тяжело нахмурилась. Пускай она не могла с ходу определить структуру этого заклинания, его некромантская природа не вызывала сомнений. Эту тварь нужно было душить в зародыше.

— 「Гравитационное поле」!

Принцесса попыталась колоссальным давлением расплющить бурлящую массу плоти и костей, однако Деймон лишь презрительно качнул頭:

— Бесполезно.

Процесс слияния уже было не остановить. К источнику тянулись не только павшие в сегодняшней резне — земля у самого подножия каньона разверзлась, и наружу косяками повалили древние останки, веками покоившиеся в этой глуши. Всё мёртвое, что находилось в радиусе мили, восстало по его зову. Несмотря на яростное противодействие магии Астины, трупы упрямо преодолевали давление, с хрустом выламывая собственные суставы, лишь бы подняться на ноги и продолжить движение.

「Он пытается поднять очередную орду?」

В обычных условиях массовый призыв низкоуровневой нежити не представлял для магов такого ранга серьезной угрозы. Подобное пушечное мясо брало исключительно числом, напрочь уступая в качестве, и стиралось площадной магией в считанные мгновения.

Однако сейчас ситуация развивалась по совершенно иному сценарию.

— Кости и плоть сплетутся в единый узел, и сотворенное тело преклонит колено предо мной, — монотонно продолжал зачитывать заклинание Деймон.

Сотни сползшихся трупов принялись плавиться и деформироваться, словно попав в колоссальную доменную печь, постепенно переплавляясь в единый, монолитный конгломерат колоссальных размеров.

— Это еще что за чертовщина...

— Чудовище?!

У стоявших на бруствере имперских солдат глаза полезли на лоб от первобытного ужаса. Сплавленный воедино кошмар из сотен тел стремительно увеличивался в объемах, формируя исполинский силуэт и увлекая самого Деймона на многометровую высоту. Тварь постепенно обретала грубые человеческие очертания, превращаясь в истинного колосса.

— Не может быть... — Астина мгновенно опознала природу этого существа.

Нечто поразительно похожее они с Луной уже встречали во время памятного визита к семейству Райлер, когда профессор Роберт перехватил их на обратном пути. Бессмертный монстр с колоссальными габаритами и практически мгновенной, абсолютной регенерацией плоти.

— Концепция та же.

— Да свершится единая смерть, — Деймон выкрикнул финальную фразу плетения. — 「Восставший Титан」!

Прямо посреди кипящего поля боя монументальной горой вырос колоссальный исполин. Чудовище, сотканное из сотен переплетенных трупов, тяжелых комьев земли и вековой грязи, полностью слилось с Деймоном, выступавшим в роли живого ядра на вершине этой живой горы.

— И эта тварь выглядит на порядок мощнее той, с которой нам довелось столкнуться ранее, — тяжело вздохнула Астина.

К счастью, благодаря наглядному уроку профессора Роберта, она прекрасно знала, как именно следует вести бой против подобных бессмертных колоссов. Бессмысленно пытаться искромсать или расчленить это тело — оно восстановит любые повреждения за секунду. Единственный рабочий вариант — пробиваться напрямую к управляющему ядру.

— Астина! Что это за кошмар у нас по курсу? — Кромвель, вынужденный временно разорвать дистанцию с лже-Ариандором и Вендервудом, тяжело задышал, пристроившись рядом с принцессой.

— Высшее творение школы некромантии, профессор. Бессмертный голем из плоти.

— Некромантия?

— С этой штукой придется изрядно повозиться.

Одолеть такого монстра в одиночку было практически невыполнимой задачей. Точнее, сдержать его натиск они бы еще сумели, но вот окончательно уничтожить — вряд ли. При этом оставлять титана без присмотра было категорически нельзя. Вокруг кипело полномасштабное сражение. Люди гибли каждую секунду, и этот великан будет без устали впитывать в себя новые свежие трупы, увеличиваясь в размерах в геометрической прогрессии. Его необходимо было стереть в порошок прямо сейчас.

— Профессор, подсобите мне с ним?

— Я бы с радостью, но... — Кромвель красноречиво скосил взгляд чуть в сторону.

Там, у подножия, по-прежнему застыли Вендервуд и фальшивый Ариандор. Пускай этот рыцарь и не являлся истинным лидером повстанцев, его боевой потенциал объективно превосходил возможности рядовых солдат, и оставлять его на растерзание обычной пехоте было равносильно самоубийству.

— А почему бы нам не перепоручить этих господ вон тем ребятам? — Астина уверенно указала рукой на далекую равнину с противоположной стороны каньона.

Там, заходя во фланг основной группировке повстанцев, стремительным маршем разворачивались свежие боевые порядки. Северные корпуса под предводительством Риэ наконец-то прибыли на театр военных действий.

— Ты уверена, что они сдюжат?

— Абсолютно. На них можно полностью положиться.

— А как быть с прорывом вглубь ущелья?

Внешний периметр — это лишь полдела, но ситуация внутри самого каньона оставалась критической. Нежить непрерывным потоком просачивалась сквозь бреши, и там жизненно необходим был кто-то, способный выстроить монолитную оборону.

— Разве там сейчас не дежурит профессор Макгуайр? Ну и, в конце концов, с ним ведь остался *он*.

— *Он*?

— Тот, чья специализация является абсолютным, природным кошмаром для любой нежити.

Уникальная магия, демонстрирующая абсолютную, стопроцентную эффективность против мертвецов. Магия, способная выжигать скверну на корню.

И обладателем этого дара был Эван. Его природное чародейство находилось в диаметральной, полярной оппозиции к некромантии, нанося структурам нежити гарантированно летальный, непоправимый урон.

Кромвель, выслушав аргументы принцессы, согласно кивнул:

— Что ж, ладно. Твой план звучит здраво, действуем по твоей указке.

Астина довольно улыбнулась:

— Вот видите, профессор? Слушаться собственную любимую ученицу иногда бывает крайне полезно для здоровья.

— Ага, сейчас как раз и поглядим, насколько ты у меня великая тактичка.

С этими словами Кромвель и Астина синхронно перевели тяжелые взгляды на возвышающегося перед ними плотоядного титана, намертво концентрируя ману.

Перед главными воротами Академии Либерион.

Одинокий мужчина стоял у центрального входа, пристально вглядываясь в массивные очертания замка.

— Надо же, они всё-таки успели возвести защитный контур?

Этот человек пришел сюда не один. Чуть позади него замерла безмолвная фигура, чье лицо было наглухо скрыто под глубоким, плотным капюшоном плаща. Они застыли у самых ворот Академии, не имея возможности продвинуться ни на шаг из-за мерцающей полусферы мощнейшего барьера.

— Стой! Кто идет! — заметив подозрительное шевеление у центрального периметра, из караульного помещения Академии стремительно вышел мужчина средних лет в профессорской мантии.

— Хм-м...?

— Я еще раз спрашиваю — кто вы такие?! Назовите себя и цель вашего визита! — потребовал преподаватель, мгновенно принимая боевую стойку и активируя боевые контуры.

Тук!

— Будь так любезен, любезный... не подскажешь, как мне побыстрее снять эту назойливую пелену? — небрежно поинтересовался застывший впереди мужчина, шутливо постучав костяшками пальцев по вибрирующей кромке силового поля.

— Что за бред ты...

Профессор смерил незнакомца глубоко возмущенным, ошарашенным взглядом, однако стоило ему как следует присмотреться к чертам чужого лица, как его глаза расширились от абсолютного, дикого шока. Это лицо было слишком хорошо известно каждому в Империи. Лицо, появление которого здесь и сейчас категорически исключалось всеми законами логики.

— Ариандор?!

Преподаватель судорожно зачастил, лихорадочно выстраивая вокруг себя каскад защитных заклинаний и разгоняя ману до предела.

— Ох, ну что за манеры. Когда к тебе приходят столь почтенные гости, приличный хозяин должен в первую очередь подумать о подобающем гостеприимстве. Ты ведь вроде как местный профессор, верно? Неужели вас в этой дыре элементарному этикету не обучают? — с издевательской, приторной улыбкой протянул Ариандор.

— Как... как ты вообще умудрился оказаться здесь...

Мужчина прекрасно знал, что в эти самые минуты у подножия каньона гремит генеральное сражение всей гражданской войны, и был свято уверен, что тыловая Академия находится в абсолютной безопасности. И это было его фатальной ошибкой. Если бы Кромвель не проявил предельную осмотрительность и не активировал защитный барьер Либериона заранее, здесь бы уже давно всё полыхало синим пламенем.

Профессор, судорожно сглотнув, с легким облегчением посильнее вцепился в артефакт управления контуром, глядя на врага.

— Ну да ладно. Мне, честно говоря, безумно не хочется тратить драгоценную энергию на банальный взлом этой игрушки, так что будь хорошим мальчиком — открой барьер добровольно.

— Полнейший абсурд! Проваливай отсюда, тварь! Нога мятежника никогда не переступит этот порог!

— Хм-м... Значит, конструктивного диалога у нас не получится? Жаль, очень жаль. А ведь я собирался предложить тебе отличную сделку: ты открываешь ворота, а я, так и быть, дарую тебе жизнь. Как тебе такой расклад?

Преподаватель уже физически не мог слушать этот самовлюбленный, безумный лепет. О каком вообще милосердии могла идти речь?

Мужчина решительным жестом вскинул руку высоко к небу. С его ладони сорвался ослепительно-алый сгусток света. Это был заранее утвержденный экстренный сигнал тревоги для всех внутренних сил обороны Академии.

「Но кто, черт возьми, застыл у него за спиной?」

Честно говоря, фигура в капюшоне внушала профессору куда более глубокий, подсознательный ужас, нежели сам лидер повстанцев. Пускай личность незнакомца была надежно скрыта плотной тканью, сама его аура источала настолько концентрированную, первобытную и зловещую ману, что по спине преподавателя градом катился холодный пот.

Мужчина судорожно тряхнул頭, силой заставляя себя сконцентрироваться на текущей угрозе. Ему необходимо было выработать четкий план противодействия Ариандору.

「Он не должен пройти. Ни в коем случае.」

Обливаясь холодным потом, профессор неотрывно следил за каждым микродвижением врага. Тот факт, что лидер мятежников просто стоял перед воротами, дарил слабую надежду — барьер действительно держал удар. И по всем законам магической науки преодолеть его с ходу было попросту невозможно. Контур, который возвел лично вице-ректор Кромвель, являлся величайшим наследием, передававшимся в Академии из поколения в поколение. Это была древняя, монолитная реликвия, созданная предками специально для защиты цитадели знаний от угроз любого масштаба. Какой бы запредельной мощью ни обладал Ариандор, он физически не мог в одиночку пробить щит, в основу которого легли коллективные усилия десятков величайших чародеев прошлого.

Вот только...

— Хм-м... То есть ты на полном серьезе заявляешь, что не собираешься подчиниться моему великодушному предложению даже после всего услышанного? Ну что ж. В таком случае...

Ариандор плавно поднес ладонь к мерцающей полусфере барьера, и пространство вокруг его пальцев внезапно пошло глубокими, неестественными искажениями.

— Когда я ворвусь внутрь, ты станешь самым первым, с кого я лично спущу шкуру.

— ...Что?

Магические потоки вокруг Ариандора дико забурлили, и сама реальность в радиусе нескольких метров начала мелко, хаотично фликерить.

— 「Возврат времени」.

И в то же мгновение...

Монументальный, многослойный защитный барьер Академии бесследно растворился в воздухе, словно его никогда не существовало в природе.

— Хм, ну надо же. А я-то думал, этот контур запитан от каких-то редких старинных артефактов. Какое разочарование, — лениво протянул Ариандор, делая размеренный шаг вперед и пересекая невидимую границу Либериона.

Мужчина шел абсолютно свободно и непринужденно, будто с самого начала перед ним не было вообще никакой преграды. Безмолвная фигура в капюшоне тенью последовала прямиком за своим предводителем.

— А... Ах... А-а-а... — профессор в диком, парализующем ужасе затрясся всем телом, судорожно пятясь назад.

— Как я и обещал, — Ариандор с мягким шелестом обнажил из ножен свой сверкающий клинок. — Ты сдохнешь первым.