Логово
Спустя несколько минут Чэнь Линь оторвал голову последней сороконожке, окончательно лишив ее признаков жизни.
— Фух… — Чэнь Линь медленно поднялся посреди лужи крови. В мертвенно-тихом, густом тумане он остался стоять в полном одиночестве.
Юноша окинул взглядом окрестности. Прятавшиеся за окнами жители тут же в ужасе попадали на пол, панически боясь встретиться взглядом с этим живым воплощением бога смерти… Чэнь Линь только что избавил улицу от всех внешних проблем, но теперь он сам стал главной и самой пугающей проблемой этой улицы.
Чэнь Линь зашагал вперед по дороге. Из руин одного из разрушенных домов донеслось слабое, прерывистое всхлипывание. Среди обломков развороченной входной двери женщина, заливаясь слезами, прижимала к себе ребенка. Она стояла на коленях перед растерзанным трупом, чье лицо из-за укусов уже невозможно было разобрать. Чэнь Линь знал эту семью. В прошлые годы на Праздник весны он частенько заглядывал к ним вместе с Чэнь Янем, чтобы угоститься конфетами и мандаринами.
Однако при виде этой картины сердце Чэнь Линя никак не отозвалось. Возможно, из-за того, что его разум находился под сильным влиянием Божественного Пути, его способность к сопереживанию была практически полностью стерта. Даже эта некогда дружественная ему семья сейчас воспринималась им как персонажи фильма или театральной постановки — в его душе не шевельнулось ни единой эмоции.
— Тварь пришла и постучала в дверь? — спросил Чэнь Линь. Женщина опешила, но затем начала неистово кивать. — Вы ответили ей?
— …От… ответили, — тело женщины неконтролируемо тряслось, она со страхом посмотрела на труп перед собой. — Я изначально просила его помалкивать… Но он упрямо выкрикнул, спросив, кто там стучит. Тогда монстр за дверью сказал, что ищет какого-то… Короля?
— А дальше?
— Дальше мы поняли, что дело дрянь, и замолкли, но тварь в итоге всё равно ворвалась внутрь, и тогда… — голос женщины окончательно сорвался на рыдания.
— …Офицер Чэнь Линь, к нам тоже стучались, но мы прикинулись мертвыми и не отозвались… — в этот момент из соседнего дома осторожно высунулся лавочник Сюй. — Я слышал, что у каждого Бедствия есть свой Домен и свои правила убийства. Этот монстр… он ведь убивает именно тех, кто откликается на стук, верно?
Чэнь Линь удивленно посмотрел на лавочника. Этот человек хоть и был труслив, но соображал на редкость быстро.
— Судя по всему, высока вероятность, что так оно и есть, — кивнул Чэнь Линь.
Ранее он уже слышал о существовании «Доменов Бедствий», однако до настоящего момента еще не до конца разгадал природу сил этих монстров. Пока было ясно лишь то, что они способны брать под контроль человеческие тела через тени… а также приходить на стук.
Чэнь Линь не стал задерживаться и продолжил свой путь. На улице Холода нападению Бедствий подверглись восемь домов, и практически нигде не обошлось без жертв. Соседям, у которых погиб всего один человек, можно сказать, еще повезло — в двух других домах монстры сожрали людей подчистую, оставив после себя лишь размазанное по полу месиво из плоти и костей. И это при условии, что Чжао И успел вовремя сбежать и предупредить его… Случись это чуть позже, количество погибших наверняка бы удвоилось.
— На улице Холодной Луны прорыв Бедствия! На данный момент зафиксировано пять особей!
— На улице Холодного Ветра атака четырех особей!
— На улице Холодного Снега тоже несколько штук… Проклятье, они несутся прямо на нас!
Из рации то и дело доносились полные паники возгласы Стражей, которые тонули в волнах статических помех…
«Значит, пострадала не только улица Холода…» — лицо Чэнь Линя стало предельно серьезным.
— Говорит Си Жэньцзе. Я закончил зачистку на улице Холодного Ветра и сейчас выдвигаюсь на улицу Холодного Снега, — снова ожила рация. На этот раз новость была обнадеживающей: будучи Офицером с двумя полосами, Си Жэньцзе обладал весьма внушительной боевой мощью.
— Что там у Чэнь Линя? — раздался голос Хань Мэна.
Чэнь Линь поднес рацию к губам и спокойно ответил:
— Улица Холода полностью зачищена.
— Ты уже перебил их всех? — в голосе Си Жэньцзе сквозило неприкрытое изумление. Он сам только что дрался с этими Бедствиями и прекрасно знал их силу. То, что Чэнь Линь — зеленый новичок, едва ступивший на Путь Бога Войны, сумел за столь короткий срок в одиночку ликвидировать угрозу на целой улице, поражало воображение.
Чэнь Линь лишь равнодушно угукнул в ответ.
— Кстати, начальник, а вы сами где? — спросил Чэнь Линь, словно что-то вспомнив.
— Я на подходе к сталелитейному заводу.
В густом тумане над Третьим районом стремительной черной молнией пронеслась фигура! Яростный ветер с силой трепал плащ, на котором отчетливо выделялись четыре полосы. Хань Мэн холодным, сосредоточенным взглядом буравил приближающуюся промзону, негромко произнося в рацию:
— Это Бедствие репродуктивного типа. Пока мы не уничтожим матку, ее потомство будет бесконечным… Продолжайте зачистку жилых кварталов, а матку я беру на себя.
Спрятав рацию под плащ, Хань Мэн подобно черному метеору спикировал из ночного неба, твердо приземлившись прямо перед воротами завода. Потоки воздуха, поднятые полами его пальто, заставили гравий на земле взметнуться вверх, прорубив в плотном тумане идеальную просеку. Хань Мэн прищурился, опасно и хищно разглядывая высившееся перед ним пульсирующее черное здание.
— …Дело дрянь.
Появление Хань Мэна, похоже, встревожило затаившиеся в тумане тени. Огромный, абсолютно черный завод пришел в яростное движение. Если присмотреться, можно было увидеть, как по его стенам копошатся бесчисленные продолговатые сороконожки, которые живой волной начали переваливать через забор, устремляясь к стоящему у ворот Стражу. Эта промзона незаметно для всех превратилась в колоссальное гнездо Бедствия. И сейчас в это гнездо бесстрашно явился смертоносно опасный чужак.
— Вывести такое чудовищное количество потомства всего за сутки… Это значит, что ранг самой матки, как минимум пятый… — Хань Мэн удерживал пистолет в одной руке, а другой привычным движением достал из кармана самокрутку и прикурил ее от дешевой зажигалки.
Он сделал глубокую затяжку. Оранжевый огонек на мгновение прожег темноту тумана, и в ту же секунду под его ногами бесшумно развернулся невидимый Домен. Он вскинул пистолет, целясь прямо в ревущую лавину черных теней, и тихо прошептал:
— Суд… начинается.
Бабах!!!
Невидимая пуля сорвалась со ствола, в одно мгновение пробив в черной волне вакуумный коридор шириной в несколько метров. Все теневые сороконожки, оказавшиеся на этой траектории, были мгновенно деструктурированы до молекулярного уровня, бесследно растворившись в пустоте…
Плотные гроздья теней с визгом вырывались из железных ворот. Сначала они веером хлынули во все стороны, а затем начали стремительно сжиматься к центру, беря Хань Мэна в плотное кольцо. По самым скромным подсчетам, их было не меньше сотни!
Хань Мэн непрерывно нажимал на спуск. Сила Суда раз за разом пробивала бреши в этой живой стене, однако под натиском со всех четырех сторон пространство для его маневра стремительно сокращалось. Полагаться исключительно на мелкокалиберное оружие против целого океана врагов было слишком неэффективно. Если бы кто-то посмотрел сейчас на поле боя с высоты птичьего полета, Хань Мэн показался бы ему крошечным одиноким островком, который вот-вот поглотит прибывающий прилив черной жижи.
Брови Хань Мэна слегка сдвинулись к переносице. Видя, что волна монстров уже готова сомкнуться над его головой, он резко вскинул свободную руку вверх. Тяжелая железная балка, секундой ранее выломанная монстрами из ограждения, вздрогнула и сама взмыла в воздух, послушно прыгнув прямо ему в ладонь!
Удерживая в одной руке пистолет, а в другой — массивный кусок железа, Хань Мэн на бешеной скорости прокрутил балку вокруг себя, а затем с силой вогнал ее глубоко в землю!
Бум!
Видимая невооруженным глазом ударная волна мощной пульсацией разошлась во все стороны, заставив землю под ногами покрыться глубокими трещинами! Сила молекулярного распада, смешавшись с этой кинетической волной, прокатилась по округе. Несколько десятков ближайших теневых сороконожек мгновенно взорвались кровавой пылью. Пространство, покрытое Доменом, снова превратилось в чистый вакуум — словно невидимая исполинская длань начисто стерла отсюда всю материю. Разрушительная, колоссальная мощь Тропы Судьи в этот миг проявилась во всем своем первозданном великолепии!
Взгляд Хань Мэна намертво зафиксировал здание завода. Он с силой выдернул железную балку из расколотой земли и наотмашь метнул ее вперед, словно тяжелое копье. Черная молния с гулом прорезала сумерки!
Бо-о-о-ом!!!
В монолитной стене сталелитейного цеха образовалась сквозная брешь шириной более десяти метров — толстая кирпичная кладка словно испарилась в воздухе. Через этот пролом стало видно колоссальную сороконожку, которая свила кольца прямо поверх полуразрушенных станков. Ее жуткая морда, лишенная глаз и имеющая лишь пульсирующий темно-красный зев, медленно повернулась в сторону пролома.
Хань Мэн стоял посреди разорванной в клочья земли. Его взгляд, пробив пелену клубящихся черных волн, намертво сфокусировался на затаившемся внутри завода гиганте.
— Я нашел тебя.