Кто из вас... сможет покарать меня?
Алая кровь веером брызнула на ширму позади сцены. Барабанная дробь и звуки флейт по обе стороны подмостков мгновенно смолкли.
Все присутствующие замерли, их зрачки резко сузились. Резкий запах крови мгновенно выветрил алкогольный хмель, люди вскочили со своих мест, и на их лицах отразилось полное неверие.
— Ты...
Взор Костяного Ножа медленно поднялся от собственной залитой кровью груди к лицу Чэнь Линя. Казалось, что он о чем-то догадался.
— Ты... брат... того... пацана?
Кровь хлынула из его горла, делая слова невнятными. Его лицо исказил смертный ужас.
— Тебе нравится вырывать сердца и ранить души у других? — лицо Чэнь Линя было забрызгано кровью, а в глазах полыхала концентрированная ненависть и безумие. — Сегодня... я сам выпотрошу тебя дочиста!
— Дайте мне нож!
Чэнь Линь протянул руку к пустоте позади себя.
У одного из застывших внизу жителей улицы Ледяного Источника на поясе внезапно завибрировал острый кинжал. Словно невидимая ладонь схватила рукоять, клинок с силой вырвался из ножен и со свистом полетел к Чэнь Линю в центр сцены.
Зрители подыгрывали его представлению.
Чэнь Линь перехватил кинжал и молниеносно вонзил его в грудь Костяного Ножа. Ведя лезвие вниз от пробитой рукой раны, он одним движением вскрыл его от грудины до паха.
Костяной Нож непроизвольно широко разинул рот. Запредельная боль заставила его содрогнуться в безмолвном крике, но хлещущая из горла кровь забила дыхательные пути, оставляя лишь мучительное хрипение.
Кровь вперемешку с внутренностями хлынула из глубокого разреза наружу. Костяной Нож бессильно рухнул на колени, его руки безумно пытались запихнуть всё выпавшее обратно, но не успел он сделать и пары движений, как его агония прекратилась...
Он был мертв.
В его зрачках отражалась залитая кровью сцена и всё то, чем он сам являлся... но больше всего в них было ужаса и беспомощности.
Чэнь Линь смотрел на Костяного Ножа, застывшего на коленях в предсмертной позе, и выражение его лица почти не изменилось. Это было его первое убийство, но, возможно, из-за всепоглощающей ненависти и зашкаливающего адреналина он почти ничего не почувствовал... кроме легкого, едва уловимого приступа тошноты.
Он не заметил, как в этот миг на затянутом метелью небосводе тускло замерцала черная звезда.
— Чэнь Линь?! Ты что, с ума сошел?!
— Ты — Страж! Убивать людей по своей прихоти, без всякой причины?! Тебя ждет суровая кара! — Цянь Фань, увидев происходящее, непроизвольно расширил зрачки и немедленно сорвался на крик.
На кровавой сцене фигура в красном медленно развернулась...
Лицо юноши всё еще было покрыто горячими брызгами крови. Сжимая кинжал, он взирал сверху вниз на охваченную паникой толпу, и его взгляд был переполнен жаждой убийства и безумием!
В этот момент на ширме позади него капли крови начали слабо светиться, превращаясь в бесчисленные алые глаза. Словно невидимые зрители, восседая в пустоте театрального зала, пристально наблюдали за каждым его движением.
[Ожидание зрителей +5]
Пшик
Раздался тихий звук, и все факелы в усадьбе одновременно погасли.
— Кара для меня?
Чэнь Линь издал тихий смешок. Он медленно поднял руку и, коснувшись кончиками пальцев горячей крови на щеке, провел ими по векам, рисуя кровавые стрелки... В этом движении черты лица Чэнь Линя на миг слились с образом Чэнь Яня, наносившего грим. Весь его облик мгновенно стал демоническим и пугающим.
Он был духом Чэнь Линя и духом Чэнь Яня одновременно. Актером, исполняющим свою одинокую роль под пристальным взглядом Бедствия, несущего гибель миру.
— На каком основании вы собрались меня карать?
— Кто из вас... вообще способен меня покарать?
В следующий миг красная фигура на сцене мгновенно исчезла.
Кинжал рассек пустоту так быстро, что никто из присутствующих не успел среагировать. Раздался приглушенный стон, и у одного из жителей улицы Ледяного Источника, сидевшего ближе всех к сцене, из горла брызнула кровь, после чего он рухнул замертво.
Ли Ман, Сунь Лаолю и остальные в ужасе побледнели. Они уже сталкивались с Чэнь Линем и знали, насколько он страшен в бою. Но что еще важнее, сегодня они пришли на праздник веселиться, и почти никто не взял с собой огнестрельное оружие, максимум припрятали пару клинков... Но если они не смогли справиться с Чэнь Линем в таверне, даже имея при себе пушки, то на что они надеялись сейчас?
Красный призрак метался между столами, неистово пожиная жизни. С каждым убитым Чэнь Линь окончательно преодолевал остатки тошноты, напротив, он становился пугающе искусным в этом деле. Посреди бескрайних снегов в стенах усадьбы развернулась кровавая и жуткая резня.
В это же самое время в паре сотен метров от поместья.
— Неужели он привлек взор Пути Бога Войны? — Чу Муюнь стоял под заснеженным деревом, не отрывая взгляда от далекой усадьбы. — Кто бы мог подумать, что он настоящий гений... в искусстве убивать.
— Не только Пути Бога Войны.
Из пустоты медленно соткался силуэт мужчины, полностью окутанного черной тенью.
— Ты разве не заметил? Звезда Пути Бога Шаманов тоже отреагировала...
— Путь Бога Шаманов? — Чу Муюнь оторопел. — Какое отношение он имеет к этому Пути? Почему он пробудил их интерес?
— Неизвестно. Но не кажется ли тебе это странным?
— Что именно?
— Как «слившийся» может привлечь взоры Божественных Путей? Более того, он носитель Бедствия уровня «Конец Света»...
— В этом нет ничего удивительного. Он лишь привлек их внимание.Его врожденный талант был замечен Божествами, но он не получил истинной Божественной Милости... Путь к обожествлению закрыт для монстров.
— Вот оно как.
— Впрочем, этот малец и впрямь достаточно безумен и свиреп, у тебя неплохой вкус. — Чу Муюнь лишь слегка улыбнулся, не проронив ни слова. — Но дальше ему придется несладко.
— Почему?
— Я чую это, — теневой силуэт на мгновение замер. — От этого Стража по имени Цянь Фань исходит аура «Жертвенного сосуда».
Усадьба.
Один за другим под ударами клинка Чэнь Линя пали семь или восемь жителей улицы Ледяного Источника. В отсутствие огнестрельного оружия эти люди поголовно предпочли бегство, но их скорость не шла ни в какое сравнение с Чэнь Линем, находящимся под действием Танца резни. Стоило им добежать до переднего двора, как их настигала смерть.
— Брат Фань! Что нам делать?! — в панике вскрикнул один из Стражей.
— Он, должно быть, уже получил Божественную милость и ступил на Божественный путь... — Цянь Фань вспомнил, как Чэнь Линь мгновение назад выхватил кинжал прямо из воздуха, его лицо стало темнее тучи. — Проклятье, на какой же именно путь он встал?
— Значит, он теперь считается Офицером? — другой Страж побледнел как полотно. — Как нам вообще с ним сражаться?
— Почему брат Ма до сих пор не пришел?!
— Слишком поздно... Если так пойдет и дальше, не только улица Ледяного Источника будет стерта с лица земли, но и мы вряд ли сохраним свои жизни.
В глазах Цянь Фаня сверкнула решимость. Он запустил руку за пазуху и достал предмет, обернутый в черную ткань. Когда он медленно развернул её, на свет показалась обломанная кость пальца...