Это ты!

В то же мгновение Чэнь Линь медленно подошел к брату сзади. Его взгляд прошел сквозь толпу Стражей и встретился с глазами Ли Сючунь.

Как только она увидела его, её зрачки снова сузились до предела!

— Ты... это ты! — Ли Сючунь безумно забилась, пытаясь вырваться из веревок, но Стражи намертво прижали её к месту. — Ты должен быть мертв! Тебе давно пора было сдохнуть! Бедствие! Ты — Бедствие!!!

Её яростный рев эхом разносился в ночной тишине. Чэнь Линь стоял неподвижно, и его взгляд, устремленный на неё, был полон противоречивых чувств.

— А-Янь... А-Янь, — он тихо позвал брата, стоявшего рядом. — Иди подожди вон там... Я сам со всем разберусь.

Чэнь Янь, оцепенело смотревший на беснующуюся мать, пришел в себя от голоса брата. Помолчав долгое время, он всё же кивнул... Он в одиночестве отошел в тень безлюдного угла, сел на корточки, обхватив колени руками, и его тело начало мелко дрожать.

— Что такое, даже рот нормально заткнуть не можете? — один из Стражей зыркнул на коллегу, тут же нагнулся, поднял белую ткань и снова запихнул её в рот Ли Сючунь.

Затем он тяжело вздохнул и утешающе произнес: 

— Мальчик, не принимай это близко к сердцу... Твоя мать сошла с ума, она сама не понимает, что несет. Ради общественной безопасности мы отправим их в психиатрическую лечебницу для прохождения курса стабилизирующей терапии. У них еще есть надежда вернуть рассудок. Разумеется, в это время ты сможешь навещать их в любой момент.

Он подал знак остальным Стражам, и те, мгновенно всё поняв, ускорили конвоирование пары к штабу района.

Чэнь Линь спокойно наблюдал за этой сценой, не в силах до конца понять свои чувства. Эти двое вырастили прежнего владельца тела, а затем лишили его жизни; с точки зрения оригинала, их взаимные долги и обиды уже были полностью погашены.

Чэнь Линь унаследовал память оригинала и его чувства. Он смутно ощущал, что в душе «того» Чэнь Линя не было сильной ненависти, во многом потому, что он искренне любил своего младшего брата Чэнь Яня. Если бы Ли Сючунь и её муж честно всё ему объяснили, оригинал, скорее всего, сам согласился бы отдать жизнь, чтобы спасти брата.

К несчастью, Чэнь Линь доверял им, а они ему — нет... Лишь потому, что он был приёмным ребенком.

— Ты ведь Чэнь Линь? — к нему подошел один из Стражей. — Где ты только что был?

Чэнь Линь обернулся и, словно пребывая в прострации, некоторое время молча смотрел на офицера, прежде чем хрипло спросить: 

— Господин... что здесь произошло?

— Сейчас вопросы задаю я, — Страж слегка нахмурился, но, вспомнив, через какой кошмар только что прошел этот юноша, смягчился и добавил: — В ваш дом ворвалось Бедствие и до смерти напугало ваших родителей... К счастью, они не сопротивлялись. Можешь не переживать, их жизни сейчас ничего не угрожает.

— Понятно...

Чэнь Линь будто очнулся ото сна: 

— Сегодня я водил брата на репетицию.

— Что за репетиция?

— Традиционный театр.

Чэнь Линь приподнял руки и показал прижатое к груди аккуратно сложенное театральное одеяние. Увидев это, Страж заметно расслабился. В конце концов, обычные люди не разгуливают с театральными костюмами в руках просто так, поэтому слова Чэнь Линя о репетиции вызвали у него доверие. Тем не менее, следуя протоколу, он уточнил:

— Где именно вы репетировали? Кто-нибудь вас видел?

— На пустыре в самом восточном конце улицы Холода... Нас никто не видел. Мой брат очень застенчив, он стесняется петь при людях, иначе мы бы репетировали прямо перед домом.

Страж кивнул: 

— В последнее время снаружи небезопасно, не бродите где попало. Если заметите что-то подозрительное, сразу ищи меня... Мое имя Цзянь Цинь, я каждый день патрулирую окрестные кварталы.

— Хорошо.

— Кстати, а где твой брат?

— Он... он очень испугался мамы, прячется там, — Чэнь Линь указал рукой на темный угол, где, свернувшись в клубок, дрожала маленькая фигура, словно в рыданиях.

Цзянь Цинь взглянул в ту сторону и коротко кивнул. В этот момент ему будто что-то пришло в голову:

— И еще одно. Сколько всего детей в вашей семье?

— Двое.

Цзянь Цинь прищурился: 

— Двое?

Уловив едва заметную перемену в его тоне, Чэнь Линь внутренне похолодел. Годы занятий актерским мастерством сделали его крайне чувствительным к малейшим нюансам в интонациях собеседника. Он тут же взял себя в руки и с нарочито невинным видом переспросил: 

— Что-то не так?

— В документах указано, что в вашей семье двое детей, и ты говоришь то же самое, — медленно произнес Цзянь Цинь. — Но вчера вечером мы столкнулись с твоими родителями на кладбище, и они сказали, что пришли навестить могилу сына... Если оба сына живы, то кого же они поминают?

Атмосфера мгновенно накалилась.

— А, так вы об этом, — мысли Чэнь Линя неслись со скоростью молнии, а на лице отразилось понимание. — Много лет назад, уже после рождения А-Яня, мама снова забеременела... Но тогда у неё было слабое здоровье, и младенец, родившись, прожил всего несколько дней. Родителям пришлось похоронить его на холмах, и с тех пор каждый год в день его рождения они ходят туда на поминание. Когда это случилось, А-Яню было всего года два, он ничего не понимал, да и я помню всё лишь смутно.

Последнюю фразу Чэнь Линь добавил как страховку на случай, если Цзянь Цинь решит допросить их с братом по отдельности. Теперь, даже если у Стража возникнут подозрения и он начнет расспрашивать Чэнь Яня, легенда будет логически завершенной. К тому же, сам Чэнь Линь мог избежать глубоких расспросов, сославшись на то, что был тогда слишком мал.

— Умер во младенчестве... Неудивительно, что в архивах нет записей.

Как выяснилось, Чэнь Линь переоценил бдительность офицера. Цзянь Цинь просто кивнул, сделал пометку в блокноте и развернулся, чтобы уйти. Чэнь Линь мысленно выдохнул... Он и представить не мог, что в ту ночь, когда он «вернулся», Ли Сючунь с мужем тоже были на кладбище и попались на глаза Стражам. Всё едва не раскрылось.

— Ах да! — Цзянь Цинь снова обернулся.

Чэнь Линь:

«... Да когда же это кончится!»

Пока сердце Чэнь Линя снова уходило в пятки, Цзянь Цинь достал из-за пазухи письмо и протянул ему. 

— Мы нашли это при обыске Чэнь Таня. Это приказ о твоём зачислении в корпус Стражей. Завтра утром явишься в штаб для регистрации. Не опаздывай.

Сказав это, Цзянь Цинь ушел и на этот раз окончательно. С уходом Стражей улица Холода снова погрузилась в тишину. Чэнь Линь подошел к темному углу, и на душе у него было неспокойно.

— А-Янь...

Чэнь Линь посмотрел на поникшего Чэнь Яня, не зная, что сказать. Ситуация зашла так далеко, что даже если бы Чэнь Янь был совсем глуп, он бы понял: тем самым Бедствием, напавшим на их дом, был его собственный брат. И хотя в тот момент телом Чэнь Линя завладели зрители, он понятия не имел, как это объяснить.

Чэнь Линь, который всегда мастерски виртуозно владел словом, в этот редкий миг лишился дара речи.

— Брат, — негромко произнес Чэнь Янь. — Я устал...

Чэнь Линь замер. Меньше всего он ожидал, что в итоге Чэнь Янь скажет лишь эти три слова. Ни гнева, ни допросов, ни непонимания... Карие глаза Чэнь Яня смотрели на него так же чисто и спокойно, как и всегда.

Чэнь Линь долго пребывал в оцепенении, осознав, что совершенно не понимает, о чем думает этот юноша. Он слегка наклонился и нежно погладил его по волосам.

— Устал — значит, спи... Я буду рядом, я тебя посторожу.

Их когда-то уютный дом зиял двумя огромными дырами, а гостиная и вовсе превратилась в руины. Если бы мимо проходил вор или грабитель, он бы оскорбил достоинство своей профессии, не прихватив здесь чего-нибудь ценного.

Чэнь Янь лег в свою привычную постель и молча свернулся калачиком под одеялом. Чэнь Линь подошел к нему и, прислонившись спиной к обломкам стены, медленно опустился на пол.

Сквозь проломленную крышу он видел бескрайние ленты синих полярных сияний, пляшущих в ночном небе. Они укрывали небосвод, словно нежные шелковые ленты. Чэнь Линь впервые мог спокойно созерцать сияние этого мира; казалось, стоило лишь взглянуть на них, как все суетные мысли исчезали, оставляя в душе лишь вечное спокойствие.

— Брат, тебе не холодно? — донесся голос Чэнь Яня из-под одеяла.

— Не холодно.

— Понятно...

Чэнь Янь замолчал. Спустя долгое время в ушах Чэнь Линя осталось лишь ровное дыхание спящего брата. Прошло еще несколько часов, и глаза Чэнь Линя тоже начали закрываться...

Он уснул.