Темное Царство (2)

Пэн Уджин и Эон Гахе были воинами, достигшими Стадии Пика.

Разумеется, учитывая их врожденный талант и прославленные боевые искусства их кланов, достижение ими Стадии Пика к двадцати годам могло показаться вполне естественным.

Но если отбросить их происхождение, то с точки зрения чистой боевой мощи они, бесспорно, считались грозными воинами в любом уголке Срединных Равнин.

Тому, кто всерьез вознамерился бы их устранить, не хватило бы горстки рядовых экспертов Стадии Пика; здесь потребовался бы мастер уровня Стадии Полусовершенства.

Кто-то вроде Кроваво-пламенного Демона Кулака, к примеру.

— Но Демонический Культ никак не ожидал, что на нашей стороне выступит Старшая Сомун Хварин.

— М-хм. Можешь положиться на Эту. Эту втайне тяготило то, что Эта могла лишь наблюдать за твоим сражением с Императором Меча Черных Небес, но, похоже, шанс отплатить тот долг представился быстрее, чем ожидалось.

— Долг, говорите? Тогда я принял такое решение, потому что считал его лучшим вариантом, и выступил вперед, потому что сам того желал.

— Твои чувства — это твоё дело. Но то, что чувствует Эта, касается лишь Этой. Эта была полна благодарности и вины перед тобой, так что теперь Эта намерена покончить с этими чувствами.

— Что ж... раз вы так считаете, спорить не стану. Честно говоря, мне так спокойнее.

— Кхм-кхм!

Сомун Хварин, заметив, как сильно группа на неё полагается, довольно выпятила грудь — она была явно польщена.

— В таком случае мы доверимся Старшей Сомун Хварин и приступим к выслеживанию Кроваво-пламенного Демона Кулака.

— М-м? Ты сказал «выслеживание»? Он приложил неимоверные усилия, чтобы стереть следы и заставить свидетелей замолчать, творя зверства лишь для того, чтобы скрыть свое присутствие… Неужели у тебя есть способ выследить его?

— В одиночку это было бы трудно, но я верю, что при поддержке остальных это осуществимо.

— Гм. Не знаю, что ты задумал, но делай так, как считаешь нужным.

Я кивнул Сомун Хварин, после чего повернулся к Пэн Уджину и Эон Гахе.

— Ситуация приняла серьезный оборот, но теперь уже слишком поздно просить помощи у Кланов Пэн или Эон. Вы оба знаете почему.

— М-да. Это правда.

— Да, я согласна с Братом Пэном.

Член Демонического Культа уровня Стадии Полусовершенства проник в Хубэй и учинил эти зверства.

Какими бы ни были обстоятельства, верным решением было бы обратиться за помощью к кланам.

В конце концов, Клан Пэн и Клан Эон — это праведные семьи, чьи корни глубоко ушли в провинцию Хубэй.

Истребление целой деревни — не то, на что можно закрыть глаза из-за межклановой вражды.

Но имелась причина, по которой они не могли действовать столь свободно.

— Мы не знаем, где в ваших кланах затаился шпион, поэтому не можем рисковать, раскрывая сведения.

— Когда всё закончится, мы выкурим эту крысу и заставим её заплатить.

Всё верно. Внутри Кланов Пэн и Эон скрывался шпион Демонического Культа.

Эти двое осознали это, когда сравнили собранную по отдельности информацию и заметили расхождения.

Именно поэтому они решили хранить свои находки в отдельном секретном месте, посчитав, что прятать что-либо в собственных домах слишком опасно.

Разумеется, то тайное убежище в итоге было обнаружено, и все собранные ими улики обратились в прах.

И всё же то, что они запомнили, никуда не исчезло. А значит, Кроваво-пламенный Демон Кулака, скорее всего, выберет их двоих своими следующими целями.

Пока я внутренне кивал, Пэн Уджин издал глубокий вздох.

— Фух. Если у шпиона был доступ к сведениям, предназначенным главе клана, значит, он занимает довольно высокий пост. Что же, черт возьми, заставило его предать Клан Пэн...?

— Скажу лишь одно: возможно, он предал вас не по своей воле.

— Что за чепуха? Предательство, которое не является таковым?

— Я говорю о том, что порой кто-то становится шпионом поневоле. Ты слышал о ментальных запретах или о боли, вызванной ядом?

— О ментальных запретах слышал. У Клана Пэн есть пара техник, похожих на это. Но боль от ядов... Я считал это просто преувеличением.

— В обычных условиях — да. Но не в случае с Демоническим Культом. Пусть в боевых искусствах они могут уступать, но когда дело касается колдовства — ни у кого в Срединных Равнинах нет столь глубоких познаний.

— В их духе. Ты намекаешь на то, что шпиона заставили действовать подобными методами?

— Я не уверен. Лишь считаю эту вероятность высокой. Кроме того, даже если ими манипулировали через ментальный запрет или боль от яда, это не отменяет самого факта их предательства.

— Это тоже верно.

Пэн Уджин снова вздохнул, и лицо его приняло сложное выражение.

Спустя мгновение я подождал, пока Эон Гахе закончит мягко похлопывать его по спине, прежде чем продолжить.

— В любом случае, раз мы не можем положиться на помощь ваших кланов, мы можем рассчитывать на Старшую Сомун Хварин. Поэтому я намерен выследить Кроваво-пламенного Демона Кулака прямо отсюда.

— Ты владеешь техниками выслеживания?

— В некоторой степени.

До моей регрессии, когда война против Демонического Культа становилась всё более долгой и жестокой, мне пришлось изучать не только искусство меча, чтобы выжить.

Чтобы пресечь будущие угрозы, нужно было догонять убегающих врагов. А чтобы выжить самому во время погони — учиться заметать собственные следы.

Так что да, я постиг основы выслеживания.

— Разумеется, одного этого не хватит, чтобы найти Кроваво-пламенного Демона Кулака. Даже если пожар уничтожил часть следов, редко бывает так чисто. Культисты умеют сражаться, но не умеют прятаться.

— Значит, это работа Жнецов Душ.

Я медленно кивнул на мрачное замечание Эон Гахе.

— Весьма вероятно. Мы уже устранили многих их способных бойцов, но то, что им недостает мощи в бою, не означает, что их легко поймать. Тот факт, что кто-то вроде Кроваво-пламенного Демона Кулака действует так осторожно, означает лишь одно — ассасины, скорее всего, помогают ему заметать следы.

— Звучит логично. Но тем труднее понять — как ты планируешь выследить того, чьи следы скрыты так тщательно?

— Не всё обязательно решать собственной силой. Я воспользуюсь ядом Тан Соволь.

— Прошу прощения??

— Яд тоже может стать лекарством, если его правильно использовать.

— Сейчас ты звучишь совсем как человек из Клана Тан.

Эон Гахе восхищенно кивнула, а я продолжил.

— Как бы то ни было, есть причина, по которой я говорю вам это. Даже с помощью Тан Соволь будет трудно безупречно раскрыть работу профессиональных ассасинов. Поэтому сначала я хочу сузить круг вариантов.

— Сузить? И как же?

— Пэн Уджин. Эон Гахе. Расскажите мне о каждом месте, которое вы использовали для своих тайных встреч — ничего не скрывайте. Если им было известно о вашем убежище, значит, расследование о вас завершено. Это означает, что следующей целью Кроваво-пламенного Демона Кулака наверняка станет одно из мест, которые вы двое посещали вместе.

Эти двое переглянулись, густо покраснев.

Спустя долгую паузу Пэн Уджин нарушил тишину неловким кашлем.

— Кхм! Если дело в этом, то, разумеется, я расскажу... но то, что вы услышите, должно остаться строго между нами. Понятно?

— Само собой. Не беспокойся.

Я кивнул без малейших колебаний, и Пэн Уджин наклонил ко мне, чтобы зашептать на ухо.

Вот тогда-то я и понял, почему эти двое так отреагировали.

Эти двое... действительно перепробовали всё, да?

После того как я случайно узнал о частной жизни Пэн Уджина и Эон Гахе чуть больше, чем хотел бы...

Я направился к Тан Соволь, которая вместе с остальными копала землю.

— Чем занимаешься?

— Не могла я просто так уйти. Деревня не столь велика, а мы уже перевернули половину руин. Подумала, что нам стоит хотя бы предать тела земле.

— Я помогу.

Мы докопали оставшиеся наполовину готовыми могилы и устроили мертвецам достойные, пусть и скромные похороны.

Только после этого я заговорил.

— Мне нужен яд.

— Какой именно?

— Состоящий из равных частей Йольхончхо, Чахванва, Самёпхваса и яда Стоножки Пэкгак.

— Если он нужен тебе для допроса культистов, есть куда более эффективные составы…

— Мне он нужен для того, чтобы принять самому.

— ...Не знаю, почему брат Чхон решил покинуть этот мир, но знай — я намерена последовать за тобой в ближайшее время.

— Ценю этот порыв, но нет. Если я умру, Тан Соволь, ты должна жить дальше. К тому же я принимаю его не для того, чтобы свести счеты с жизнью. Знаешь ли, я тоже дорожу собой.

— Уж не знаю. Судя по твоим обычным делам, ты ведешь себя так, будто можешь отдать концы в любой день.

— У меня всегда была полная уверенность, что я выживу. И в этот раз ничего не изменится.

— Хмпф.

Тан Соволь скептически вскинула подбородок, требуя дальнейших объяснений.

Я усмехнулся и пояснил:

— Ты знаешь не хуже меня — все яды, что я перечислил, являются крайне мощными составами на основе ян.

— Они не просто на основе ян. Каждый из них достаточно смертоносен, чтобы расплавить внутренние органы. Но излишек чего угодно — это плохо. При смешивании их токсичность значительно падает.

— Это мне известно. Но яд не исчезает полностью. Даже при нейтрализации остаточный эффект может и не убить, но из-за природы яда ян — это будет чертовски больно.

— Зато в ответ чувства принявшего обостряются до предела.

— То есть ты витиевато пытаешься сказать, что будет больно до жути.

— Вот тут-то в дело и вступает Соль Лихян.

— …?

Тан Соволь растерянно заморгала, а я лишь слегка улыбнулся ей.

— С помощью энергии инь Соль Лихян я нейтрализую боль. Останется лишь обостренная чувствительность.

— Это умный подход, но нет никаких гарантий, что он сработает.

— Я не говорю, что приму его немедленно. Сначала мы его протестируем — может, на горном звере или еще ком. Если результаты окажутся приемлемыми, тогда введешь яд мне.

— В таком случае я не против... но мне всё же любопытно, сработает ли это.

Несмотря на сомнения, Тан Соволь принялась выделять капли различных ядов из кончиков своих пальцев.

Наверное, всё будет хорошо.

В моей прошлой жизни, после того как Кроваво-пламенный Демон Кулака избил меня до полусмерти, Тан Соволь разработала этот самый ядовитый состав специально для меня — сказав, чтобы в следующий раз я наносил удар первым и не позволял застать себя врасплох.

Тогда Соль Лихян не было рядом, поэтому Тан Соволь сама проводила инь-нейтрализацию.

Но с Соль Лихян в этом нет нужды.

Если Тан Соволь обладала непревзойденным талантом в ядах, то Соль Лихян обладала столь же врожденным мастерством в управлении энергией инь.

Не говоря уже о том, что нынешняя Тан Соволь — в отличие от той, что была в моей прошлой жизни, — была еще немного «необработанной».

Вот почему я выбрал этот метод.

Пока Тан Соволь сомневающимся видом смешивала яды, мы позвали Соль Лихян и испытали состав на пролетавшей мимо птице.

Как и ожидалось... птица улетела, не ощутив никакого вреда.

Лишь убедившись в этом, Тан Соволь подошла ко мне, с кончиков её пальцев капал яд.

— Где, во имя всего святого, ты узнал о подобном, брат Чхон?

— Это секрет. Но могу сказать лишь одно — я услышал об этом от того, кто разработал формулу по улучшению Духовного Тела Яда.

— ...Только не говори мне. Очередная женщина?

— Она была женщиной, да. Но тебе не о чем беспокоиться — её больше нет в живых.

— ...Ах.

Это было уже давно.

На следующий день после того, как я победил Призрака Тени, я рассказал об этом Тан Соволь, которая тайком пробралась в мою комнату.

Освежив это воспоминание, она кивнула с несколько неловким выражением лица.

— Что ж, сейчас я введу яд, так что открой рот. Лихян, положи руку ему на спину и будь готова немедленно нейтрализовать отраву.

— Есть!

Соль Лихян подбежала и положила руку мне на спину.

Встретив её широко раскрытый взгляд, Тан Соволь медленно ввела пальцы в мой рот.

Четыре пальца заполнили рот, и прежде чем я успел осознать это ощущение, густой яд скользнул в мое горло.

Тело в мгновение ока вспыхнуло жаром. Как раз в тот момент, когда я готов был закричать от невыносимой боли, захлестнувшей меня...

...прохладная энергия потекла из ладони Соль Лихян в мою спину.

Боль, взметнувшаяся подобно буре, быстро утихла.

Вскоре мои пять чувств обострились. И едва уловимо — очень слабо — вещи, которые я обычно не замечал, начали представать предо мной.

— ...Нашел.

Теперь охотниками будем мы.