Отборочный раунд (2)

Соль Лихян, скованная напряжением, негнущимися шагами вышла к противнику.

Казалось, поединок против живого человека — особенно перед лицом столь внушительной толпы — стал для неё непосильным испытанием.

С навыками Соль Лихян у неё не было ни малейшей причины для такого волнения.

Пока я качал головой, Тан Соволь, всё еще восседавшая на моих плечах, с энтузиазмом замахала рукой.

— Лихян!

Она не стала кричать пожеланий удачи — просто выкликнула её имя и помахала.

Соль Лихян рефлекторно обернулась на звук, на мгновение застыв с отсутствующим выражением лица. Затем в её сознании будто что-то щелкнуло; она расплылась в сияющей улыбке и помахала в ответ.

Опустив голову, она внезапно ухмыльнулась и бросила взгляд на Сомун Хварин, стоявшую неподалеку.

— Видишь? Она прекрасно реагирует. Неужели мы действительно настолько позорные?

— Ну, я уже по горло сыта этим позором, так что надеялась, что вы просто прикинетесь незнакомыми.

— О боги, а я-то думала, что мы стали хоть чуточку ближе. Видимо, я ошиблась.

— Д-дело вовсе не в этом!

Сомун Хварин надула щеки, явно сдерживая рвущиеся наружу слова, но мгновением позже сдулась.

Она принадлежала к тому типу людей, что слишком остро реагируют даже на сущие мелочи.

Я невольно задался вопросом: если она доберется до основного турнира и раскроет свою личность перед лицом всей Муримской Лиги, как она вообще с этим справится?

Пока я тяжело вздыхал, Соль Лихян, заметно успокоившись, приняла позу Пхочжун перед противником.

— Рассчитываю на ваше наставничество.

— Хм! К слову, юная леди, вы тоже из этой группы?

— Эти люди стоят на голову выше кого-то вроде меня.

Обменявшись краткими фразами, противники приняли боевые стойки.

Похоже, экзаменаторов меняли по мере их истощения, но раз уж Сомун Хварин закончила свой поединок прежде, чем её оппонент успел что-либо предпринять, этот боец продолжал работу.

Оба мастера были первого ранга, но противник, вероятно, шел к этому уровню десятилетие или больше — он был закаленным воином с богатым боевым опытом.

Соль Лихян, напротив, совершила резкий рывок за короткий срок. Она почти не сражалась ни с кем за пределами Клана Тан, не говоря уже о реальном бое.

На бумаге она находилась в крайне невыгодном положении.

Но я так не считал.

Да, Соль Лихян практиковала боевые искусства всего три года. Даже со своим лучшим оружием — кнутом — она еще не достигла мастерства первого ранга.

Однако, когда дело доходило до контроля внутренней энергии, её таланту не было равных — даже среди известных мне гениев.

А теперь она в совершенстве овладела продвинутой внутренней техникой — Истинной Ци Холода, силой столь же морозной и пронзительной, как и сама чистая энергия Инь.

С таким преимуществом у неё было более чем достаточно шансов на победу.

Игнорируя не слишком угрожающий взор Сомун Хварин, я полностью сосредоточился на Соль Лихян.

Сделав полшага вперед, она взмахнула бичом по широкой дуге.

— Хуп!

Её движения оставались плавными, будто бич стал продолжением руки, извиваясь подобно набегающей волне.

Вж-жух—!

Поначалу траектория оружия шла по гладкой кривой, но в миг бич ударил с взрывной скоростью — столь стремительно, что стал почти невидимым, — целясь прямо в оппонента.

Добротная атака.

Но недостаточно мощная, чтобы пошатнуть опытного бойца.

Хладнокровно экзаменатор выставил копье, позволяя кнуту обвиться вокруг древка.

Хрясь—!

Бич плотно обвил древко, но вместо сопротивления противник плавно провернул наконечник в том же направлении.

Это была хрестоматийная демонстрация Техники Пресечения Преград — одной из основ копейного боя.

Затем он с силой рванул руку в сторону.

Копье уже вращалось, запутывая бич сильнее, чем планировала Соль Лихян, и рывок лишь усилил натяжение.

— Угх!

Вместо того чтобы тянуть его, она сама потеряла равновесие под встречным импульсом.

Хотя ей удалось удержать оружие, разница в физической мощи — и в опыте внешних техник — делала исход очевидным.

Продолжись это, она либо лишится бича, либо её стойка будет окончательно сокрушена.

Несмотря на то что это лишь тренировочный бой, этого хватило бы для завершения матча.

Её первый удар оказался достаточно свирепым, чтобы она всё равно получила достойную оценку.

Но если бы Соль Лихян была из тех, кто довольствуется «достойным», она бы не достигла середины первого ранга за три года и не дрожала бы так перед обычным отборочным.

Притворная паника в её глазах внезапно сменилась острой решимостью.

Теперь настала очередь противника удивляться.

В отличие от её реакции, его была абсолютно искренней.

— Бингун…!

Его глаза расширились, пока он перехватывал копье поудобнее.

В какой-то момент всё древко — вместе с намотанным на него бичом — стало жутковато-белым, покрывшись слоем инея.

Если так пойдет и дальше, Истинной Ци Холода не потребуется много времени, чтобы просочиться сквозь оружие и добраться до его ладоней.

Решив не допустить этого, экзаменатор стиснул зубы и начал выжимать последние капли внутренней энергии из ядра.

Но нейтральная, праведная энергия плохо подходила для противостояния хладной инь Соль Лихян, которая растекалась колючими иглами сквозь любую брешь.

В итоге ему оставалось лишь вливать вдвое больше сил, чем она, чтобы изгнать наступающий холод и силой стряхнуть бич.

Его полы одежд неистово затрепетали от резкого выброса энергии, а копье в руках мелко задрожало.

Скорее всего, он уже планировал смениться после этого поединка.

Возможно, именно поэтому — будучи поглощен концентрацией сил — он не заметил, как приоткрылись губы Соль Лихян.

— Фью-ю—

Это не было песней в чистом виде.

Всего лишь одна тягучая нота, выведенная её чистым, приятным голосом.

И всё же, напитанная силой, эта внутренняя энергия скользнула прямо в уши оппонента.

— …Тц!

Застигнутый в момент циркуляции Ци в копье, экзаменатор оставил каналы в собственном теле без защиты.

Теперь его мышцы сковало, они оцепенели от холода.

Продолжись это, он либо пал бы под Истинной Ци Холода, ползущей от копья, либо получил бы внутренние травмы от энергии Инь, проникающей через звук.

В конце концов он был вынужден выпустить копье из рук, перенаправляя всю энергию внутрь, чтобы изгнать вторгшийся мороз.

С двусмысленным выражением лица он наконец произнес:

— Довольно! На этом бой окончен. Я признаю поражение.

— Хорошо.

— Это был весьма поучительный опыт. Теперь я воистину понимаю, почему Техники Энергии Ян и Искусство Холода считаются столь опасными.

— Б-благодарю!

Стоило поединку завершиться, как Соль Лихян сбросила ледяную, острую как бритва маску и почтительно исполнила поклон Пхочжун.

В ту секунду, когда она подняла голову, она со всех ног бросилась к нам и начала возбужденно подпрыгивать перед нами с Тан Соволь.

— Сестра Тан! Сестра Тан…!

Она явно хотела что-то сказать, но слова застревали в горле.

Тан Соволь, наблюдая за ней мягким взором, наконец заговорила:

— Ты отлично справилась, Лихян.

— Да!

— Я конечно не хочу прерывать твой триумф, но, может, мы продолжим этот разговор после того, как ты слезешь с моих плеч?

— У тебя совсем нет чувства момента, знаешь ли. В такое время тебе следовало бы хоть парой слов похвалить Лихян.

— Да-да! Живо хвали меня! Скажи, что я была великолепна! Скажи, что я молодец!

Я взглянул на Сомун Хварин, гадая, не я ли тут неправ, но та была слишком занята попытками сдержать смех.

В конце концов я глубоко вздохнул и выдал Соль Лихян ответ, которого она так ждала.

— …Ладно, ладно. Ты молодец.

— Это было вяло! А ну еще раз!

— В бою контратаковать летящий бич, рассекая его или наматывая на свое оружие для обезоруживания — это стандартный прием. Использование этого знания, чтобы напитать оружие врага Истинной Ци Холода, было мудрым решением.

— Еще!

— Скрытие части сил для усыпления бдительности противника — это базовый навык выживания в Муриме. Сегодня ты без тени сомнения доказала, что ты — истинный мастер боевых искусств.

— О-о-о! Что еще?!

Её глаза игриво заблестели в ожидании продолжения. Я лишь молча посмотрел на неё мгновение, прежде чем покачать говолой.

— …Уйти прямо сейчас было бы не такой уж плохой идеей.

Я развернулся с Тан Соволь на плечах. В панике она наклонилась и дернула меня за волосы.

— Брат Чхон? Ты ведь не серьезно собрался возвращаться в постоялый двор в таком виде…?

— Чхон Хви? Эй! Да ладно тебе, скажи еще разок! Это всё, о чем я прошу! Ты правда уходишь?

Вместо ответа я просто продолжил шагать.

В конце концов, я был не из тех, кто вступает в битвы, в которых заведомо не может победить.

......

После возвращения в «Золотой Цветок» наше эксцентричное появление, похоже, породило какие-то слухи.

Не то чтобы это имело значение.

Все прошли отборочные, и теперь оставалось лишь ждать начала основного турнира.

Хотя я и не был так воодушевлен, как Сомун Хварин, я тоже возлагал большие надежды на Собрание Юнбон.

Это была редкая возможность увидеть в одном месте бесчисленные стили боевых искусств — и, что важнее, изучить техники праведных сект, с которыми я не был знаком.

Мой подход к боевым искусствам был прост: собирать и очищать. Анализируя различные техники, перенимая их сильные стороны и адаптируя под себя, я постепенно эволюционировал в собственном стиле.

Для такого, как я, Собрание Юнбон было ничем иным как великим пиршеством.

И я был не единственным, кто предвкушал это.

Перед моим отъездом Тан Джинчхон упоминал, что из-за правил соревнований в Клане Тан никогда не было победителя Собрания Юнбон.

Клан Тан часто выпускал обладателей титулов Драконов и Фениксов, но никогда — абсолютного чемпиона.

Дело было не в гордости или репутации, но факт того, что они возложили на меня столь высокие ожидания, был неоспорим.

Тан Соволь и Соль Лихян тоже лелеяли свои надежды.

Они уже спорили о том, как им стоит представить меня своим близким знакомым после окончания турнира.

Однако для меня было нечто еще более важное.

Сомун Хварин.

Я не мог позволить ей вступить на путь Чёрного Союза в этой жизни.

Я слишком хорошо знал, как сильно она жаждала нормальной жизни даже в свои последние мгновения.

Сомун Хварин оставила после себя кое-что — нечто, что прошло сквозь время и всё еще жило внутри меня.

Разве мог я стоять в стороне и ничего не делать?

Даже когда я взмахивал мечом на тренировке и циркулировал Ци, мой разум бесконечно перебирал варианты.

Что бы я ни предпринял, я не мог предотвратить неизбежную встречу Сомун Хварин и Главы Муримской Лиги.

Кто я такой, чтобы просить Главу Лиги задержать свой приезд на пару дней?

И уж точно я не мог остановить саму Сомун Хварин.

Я уже прощупывал почву, заводя этот разговор издалека.

Её ответ был ясен — она была готова рискнуть.

Она видела в Собрании Юнбон шанс проложить для себя новый путь.

Как и большинство мастеров, если уж она что-то вбила себе в голову, пути назад не было.

Даже если бы я раскрыл, что знаю её истинную личность…

Даже если бы я сказал, что её непременно разоблачат…

Ничего бы не изменилось.

Потому что она уже примирилась с такой возможностью.

Цель была ясна. Условия заданы.

Я мало что мог сделать.

Чтобы получить что-то, нужно либо обладать подавляющей мощью, либо принести что-то в жертву.

И потому я сделал свой выбор.

......

Возможно, это была судьба.

Моим первым противником оказалась Сомун Хварин.

Её белые волосы развевались на ветру, пока я пристально смотрел на неё.

Затем тихим шепотом я отправил звуковую передачу прямо ей:

[— Седовласая Ракшаса, Сомун Хварин. Похить меня.]

Это был лучший план, который я смог придумать.