Путешествие в Шэньси (1)

Обряд помолвки прошел в атмосфере, которую нельзя было назвать ни скромной, ни чрезмерно пышной.

Украшения были роскошными, а Тан Соволь нарядили еще великолепнее, чем обычно. Тем не менее сама церемония оказалась краткой и завершилась быстро.

Хотя собралось много народу, единственными приглашенными со стороны были посланники Секты Хао, которые весьма вовремя прибыли, чтобы доставить Пилюлю Конджин.

Был устроен скромный банкет, а еду раздали жителям окрестных домов Чэнду. И всё же очень немногие на самом деле знали мое имя.

Что ж... это не означало, что всё прошло гладко.

— Сюда! Пей!

— Но, Старейшина, у меня еще полна чаша, которую я только что получил от Третьего Старейшины.

— Тогда поторапливайся и осуши её, чтобы принять мою!

Зажмурившись, я осушил кубок одним глотком.

Обжигающий жар пронесся по горлу, за которым последовал запоздалый спиртной аромат. Перед глазами на миг всё поплыло.

Я не питал неприязни к выпивке — по правде говоря, время от времени я даже наслаждался ею.

Но в этом новом теле я пил впервые после возвращения в прошлое, и меня еще никогда не заставляли вливать в себя столько за раз. Справляться с опьянением было непросто.

— Пху-у-у...

— Ха-ха! Молодец! Я налью побольше, чем этот скупердяй Третий Старейшина, так что готовься!

Стоило мне выдохнуть, как Первый Старейшина, сидевший рядом, разразился хохотом и снова наполнил мой пустой кубок.

Кап— Кап—

Я едва успел его опустошить, а чаша снова наполнилась до краев.

Отражение на поверхности явило мне моё лицо, ставшее багрово-красным.

Сам обряд помолвки прошел без сучка и задоринки.

Проблемой стал последовавший за ним банкет.

Старейшины, которых я никогда прежде не видел, подходили один за другим, предлагая выпить. Высокопоставленные члены Клана Тан тоже присоединились, и каждый наливал мне чашу.

С моей стороны, я уже выпил десятки кубков без передышки.

Хотя я скрытно использовал внутреннюю энергию, чтобы выводить алкоголь, моё тело — всё еще не до конца окрепшее — с трудом справлялось с нагрузкой.

В конце концов, я проглотил гордость и осторожно произнес:

— Могу ли я немного поесть, прежде чем продолжать?

— Хм? Ах, конечно! Ха-ха-ха!

По крайней мере, Первый Старейшина, только что наливший мне, еще сохранял каплю благоразумия.

Он от души рассмеялся, вместо того чтобы понукать меня пить дальше.

Я запихнул в рот добрый кусок жирной свинины.

По крайней мере, они не станут заставлять меня пить, пока я жую.

Пока я медленно пережевывал пищу, Первый Старейшина хмыкнул и похлопал меня по спине.

— Похоже, эти старые пердуны задали тебе жару. Прости уж. Но у нас были свои причины.

С набитым ртом я не мог ответить, поэтому просто слушал.

Седые волосы и борода, а также слегка поношенный зеленый боевой халат придавали ему старческий вид.

И всё же его глаза сверкали острым блеском — классический образ старого мастера.

Тот самый тип, о котором предупреждают в Муриме: «Берегись стариков и детей».

Судя по его ауре, Первый Старейшина действительно был воином запредельного мастерства.

Он ухмыльнулся.

— Можешь не отвечать. Просто слушай. Глава клана строго велел нам, старейшинам, почтить старое обещание теперь, когда Соволь привела домой своего суженого.

— ...?

— Обычно брак прямого потомка — дело огромной важности для всего клана. Но у Соволь была проблема с её Духовным Телом Яда.

Духовное Тело Яда изменяет организм, делая его почти родственным самому яду.

Пока человек еще не начал поглощать токсины, это не проблема.

Но как только начинаются серьезные тренировки в искусстве ядов, токсичная энергия естественным образом пропитывает всё тело.

Владелец Духовного Тела Яда вырабатывает иммунитет к собственному яду, так что для него это не помеха — но для потомства?

Хрупкий плод не продержался бы и мига против такой токсичной энергии.

Как только обладатель Духовного Тела Яда достигает определенного уровня, иметь детей становится почти невозможно.

— Соволь — это благословение Клана Тан. Она, несомненно, добьется величия и продвинет наше искусство еще дальше. Но для этого ей пришлось пожертвовать частью своего будущего.

Её талант был настолько велик, что сама практика техник яда практически гарантировала успех.

Однако тренировки означали отказ от определенных аспектов жизни.

Тан Соволь была частью Сычуаньского Клана Тан.

Даже если это делалось на благо семьи, было несправедливо принуждать её к односторонней жертве.

— Поэтому мы, старейшины, дали обещание главе клана. Если Соволь когда-нибудь решит выйти замуж, это останется делом Клана Тан, но без нашего вмешательства. Мы согласились уважать её выбор и не чинить препятствий.

Я действительно много сделал для Клана Тан.

Я спас жизнь Тан Соволь.

Я добыл для неё Пурпурную Траву Усиления Яда, бесценный ингредиент для мастера ядов.

Я также предоставил метод культивации, который мог смягчить побочные эффекты Духовного Тела Яда.

И всё же, даже с учетом всего этого, скорость и полное отсутствие оппозиции нашей помолвке меня озадачивали.

Теперь я наконец понял почему.

— Ты уже довольно долго живешь в Клане Тан, но встретился со старейшинами только на обряде помолвки. Это было намеренно. Раньше я думал, что не стану таким, но с возрастом превратился в упрямого старика. Чтобы не ляпнуть чего лишнего, я решил вообще избегать встреч с тобой.

Хрум—

Я проглотил еду, прежде чем заговорить.

— В таком случае... стоит ли мне считать, что вы сидите здесь со мной сейчас только потому, что «лишних слов» больше не будет?

— Соображаешь на лету. Другие старейшины, вероятно, чувствуют то же самое, но я тоже тебе благодарен. Благодаря тебе я смог избавиться от одного из своих бремен. Чувствую себя легче, чем когда-либо. Так что пей. У тебя было достаточно времени, чтобы вывести алкоголь.

— ...Вы знали?

— Твой контроль внутренней энергии был достаточно тонким, чтобы впечатлить даже меня, но запах скрыть невозможно.

Культиваторы яда славятся чрезвычайно чуткими носами.

Они обязаны различать сотни токсинов по одному аромату.

Я не ожидал, что они смогут отличить естественный запах выпивки от неестественного смрада выводимого спирта.

Боевое мастерство — это одно, но опыт, накопленный этими старейшинами за десятилетия, был оружием сам по себе.

Я издал сухой смешок и поднял чашу.

— В таком случае я с радостью приму еще одно подношение.

......

На следующее утро я проснулся оттого, что Тан Соволь вошла в мою комнату.

Я тяжело вздохнул.

— ...убей меня.

— Я говорила тебе пить в меру. Ты принимал всё, что предлагали старейшины — разумеется, твое тело не выдержало.

— Были... причины.

— Да-да. Ты пил впервые и не рассчитал свои силы? Я понимаю. Со мной было так же. Но в следующий раз пей со мной.

Тан Соволь похлопала меня по спине, как неразумного ребенка, который забрел слишком глубоко в воду.

Я почувствовал странное смятение от того, как обернулись дела.

Но оправданий у меня не было — я действительно упился до беспамятства.

— Ты уверен, что хочешь выехать сегодня? Мы могли бы отдохнуть денек перед дорогой.

— У меня есть план. Просто смотри.

Я потянулся, чтобы прояснить голову, а затем достал из складок халата маленькую деревянную шкатулку.

Стоило мне открыть крышку, как воздух наполнился характерным затхлым ароматом лекарственных трав.

— Это... Пилюля Конджин, не так ли?

— Верно. Та самая, что прислала Секта Хао.

Секта Хао оказалась в отчаянном положении из-за хаоса, устроенного хозяином Павильона Ясной Луны.

Пытаясь загладить вину, они в спешке прислали это в качестве извинения.

Это было не ровень легендарным эликсирам вроде Пилюли Чистой Крови Сотни Ядов, но всё же это было одно из лучших средств, которые можно было купить за деньги.

Так они демонстрировали свою крайнюю искренность.

Тан Соволь посмотрела на меня с недоверием.

— ...Брат Чхон, ты ведь не собираешься...?

— М-м-м. Если я поглощу её, похмелье должно испариться.

Эликсир был обработан для легкого усвоения, но это не значило, что весь его эффект напрямую превратится во внутреннюю энергию.

Некоторая потеря была неизбежна — энергия либо выветрится с дыханием, либо впитается в меридианы тела.

Как только энергия просочится в меридианы, тело естественным образом обретет жизненную силу, а мелкие недуги, вроде похмелья, мгновенно исчезнут.

Если бы я не страдал от тяжелой внутренней травмы, эффект эликсира не сильно уменьшился бы из-за такой тривиальной вещи, как похмелье.

Даже при этом большинство воинов предпочитали принимать эликсиры, когда их тела были в оптимальном состоянии — ради концентрации.

Иными словами, пока мой фокус оставался непоколебимым, не было никакой проблемы в использовании эликсира как средства от похмелья.

Это не какая-то бесценная древняя реликвия — всего лишь Пилюля Конджин. В моем нынешнем состоянии я всё еще мог извлечь из неё весь потенциал.

Пилюля Конджин считалась эликсиром высокого класса, но в прошлой жизни я принимал её не раз. Причин для беспокойства не было.

Конечно, Тан Соволь, не знавшая об этом, была не на шутку встревожена и поспешила меня остановить.

— П-погоди секунду! Может, примешь её позже...

Но я был быстрее.

В тот миг, когда пилюля коснулась языка, она растаяла, словно густой мед.

Секунду назад она пахла горькими травами, теперь же от неё исходил свежий, бодрящий аромат.

Как только эликсир скользнул в горло, я стремительно направил его энергию по пути Техники Погибели, Крушащей Волны.

Одновременно с этим я до максимума разогнал циркуляцию внутренней энергии, используя созданный поток для форсированного очищения энергии Пилюли Конджин.

Энергия, которая начала было рассеиваться, быстро ассимилировалась моей собственной ци и устремилась по меридианам.

Один круг. Два круга. Три круга.

С каждым повторением энергия эликсира постепенно сливалась с моей, полностью настраиваясь на мою внутреннюю мощь.

Спустя несколько циклов вся энергия Пилюли Конджин стала моей — за исключением той малой доли, что была потеряна во время начального ускорения.

Для завершения я еще дважды прогнал ци по телу, позволяя вновь обретенной энергии осесть в дантяне.

Лишь полностью стабилизировав свою ци, я медленно открыл глаза.

— Ху-у-ух...

Мой дантянь, ставший заметно тяжелее прежнего, вызывал странное чувство непривычности.

Похмелье, тяготившее меня, полностью прошло, а разум стал кристально чистым.

Довольно ухмыльнувшись, я кивнул.

— Недурно.

— Недурно?! Да что в этом недурного?!

Тан Соволь, стоявшая на страже, раздраженно вздохнула и принялась неистово колотить меня по плечу.

Я безропотно принял несколько ударов, прежде чем подняться на ноги.

— Хватит. Просто смотри.

— Смотреть на что?

Хоть она и ворчала, она прекратила свою атаку и присмотрелась.

В ответ я обнажил меч.

Затем, без колебаний, я направил свою вновь возросшую внутреннюю энергию в лезвие.

У-у-унг—

Раздался слабый резонанс, и вдоль меча вспыхнула багровая аура.

В отличие от того раза, когда я сражался с Ведьмой Демонического Звука, теперь я мог проявлять энергию клинка, не насилуя собственное тело.

Это не продлится долго, но для реального боя этого было более чем достаточно.

Тан Соволь, замерев на месте, уставилась на пылающую энергию, покрывающую мой меч.

Её редкое ошеломленное выражение лица заставило меня ухмыльнуться.

— Ну как? Кажется, я неплохо её усвоил.

— Э? А, кхм.

Она быстро прочистила горло и вернула себе самообладание.

— Полагаю, я волновалась зря. И всё же ты меня напугал, так что в следующий раз хотя бы предупреждай.

— Буду иметь в виду.

Тан Соволь, чьё лицо всё еще слегка горело румянцем, поспешно кивнула, после чего неловко сменила тему.

— В-впрочем, ты полностью готов к поездке?

— Планирую закончить прямо сейчас. Но основное я собрал еще вчера.

Крепкий боевой халат, хорошо наточенный меч и дорожная сумка умеренных размеров.

Для путешествия в Шэньси это могло показаться слишком простым, но тяжелый кошель с монетами менял дело.

Тан Соволь, похоже, думала о том же — её наряд был почти идентичен моему.

Почему-то это напомнило мне о том дне, когда я впервые похитил её.

Заметив мой взгляд, Тан Соволь, чьи щеки всё еще были розовыми, хихикнула и игриво раскинула руки.

— В этот раз ты не собираешься меня похищать, а?

— Если хочешь, я могу.

— Хе-хе. Заманчиво, но, пожалуй, в другой раз. К тому же мой отец и Соль Лихян уже ждут нас снаружи.

— ...Погоди. С каких это пор?

— С тех самых, как я вошла, скорее всего.

— Сколько времени у меня заняло поглощение Пилюли Конджин?

— Хм... Примерно четверть часа... о.

Только тут Тан Соволь осознала, что именно произошло.

Её глаза расширились от шока.

Ранее утро.

Помолвленная дочь вошла в комнату своего жениха.

И вышла оттуда лишь спустя приличное время.

А жених, который, по идее, пил всю ночь, выглядел подозрительно бодрым — если не более энергичным, чем прежде.

— ...Хм.

Я что, только что сам себе выкопал яму?