Угроза (1)

Примерно определив план действий, мы с Сомун Хварин провели несколько дней в спорах о том, стоит ли мне становиться её приемным сыном.

Даже сегодня она изо всех сил пыталась соблазнить меня, перечисляя выгоды от принятия её предложения.

Но внезапно её настроение омрачилось.

— Они быстрее, чем я ожидала.

— Если вам нужно было в уборную, стоило сходить до того, как мы отправились в путь.

— Эй! Я не об этом! Я говорю о преследователях!

— Ах. В таком случае, да, они шустрее, чем я предполагал.

Сомун Хварин сильно надавила на тыльную сторону моей ладони, хотя и воздержалась от того, чтобы ущипнуть меня по-настоящему.

Я ещё ничего не ощущал, но её восприятие было куда острее моего — она наверняка что-то уловила.

Это случилось раньше, чем ожидалось, но, возможно, пришло время уходить.

Пока я молча кивал самому себе, вечно невозмутимое лицо Сомун Хварин внезапно застыло.

— Как?..

— Что теперь?

— …Мы должны немедленно уйти. Нет — уже слишком поздно. Быстро, стань позади меня.

Её слова прозвучали внезапно.

Но в отличие от слегка небрежного поведения, которое она обычно демонстрировала, сейчас она источала острую ауру истинного мастера стадии Хвагён.

Я не понимал, что происходит, но было ясно: сейчас не время для шуток.

И тогда я почувствовал это — присутствие, одновременно знакомое и то, к которому совершенно невозможно привыкнуть.

— …Ах.

Моё сенсорное восприятие было точным, но его радиус не отличался особой широтой.

Тем не менее, я чувствовал это на столь огромном расстоянии по одной простой причине.

Потому что они намеренно распространяли свою ауру на колоссальное расстояние.

Даже среди высокоранговых воинов большинство либо подавляли бы свое присутствие, либо, по крайней мере, соблюдали определенную сдержанность.

Это делалось не только ради сокрытия истинной силы, но и в качестве элементарной вежливости по отношению к тем, кто слабее.

Но этот человек был другим.

Вместо того чтобы скрывать мощь, он безрассудно разбрасывал свое подавляющее, деспотичное присутствие во всех направлениях.

Я знал лишь одного мастера боевых искусств, который столь отчаянно выставлял бы напоказ само свое существование.

Глава Чёрного Союза — Санван Гык.

Известный также под прозвищем «Король Копий, Парный Тиран», он был пресловутым деспотом, который подчинил всю Нечестивую Фракцию своими двумя копьями и основал Чёрный Союз — первую крупномасштабную организацию в истории нечестивых боевых искусств.

И знание этого лишь делало текущую ситуацию ещё более шокирующей.

Что, черт возьми, он здесь делал?

Пусть мы и находились на окраине, это всё еще была территория Клана Намгун в провинции Аньхой.

Пока я пребывал в неверии, Санван Гык, должно быть, заметил, что мы его учуяли.

Его далекое присутствие начало стремительно приближаться.

Маленькое пятнышко на горизонте росло и росло, пока не приняло облик массивного мужчины средних лет.

Стоя сейчас передо мной, он выглядел точь-в-точь как я помнил — нет, даже моложе и свирепее, чем в моих последних воспоминаниях о нем.

Что ж, это имело смысл.

В последний раз я видел его более чем десять лет спустя в моей прошлой жизни.

Я не ожидал встретить его так скоро и издал тихий вздох, наблюдая за незваным гостем.

Он возвышался более чем на семь футов, а всё его тело бугрилось массивными, раздутыми мускулами.

За спиной были закреплены два копья — одно длинное, одно короткое, — и пусть они оставались в чехлах, их острая аура ощущалась почти физически.

Его колоссальный размер сам по себе внушал страх, но истинный источник его подавляющей ауры крылся в другом.

Его дикая, всклокоченная грива волос, густая и острая борода и — прежде всего — глаза, горящие безудержными амбициями.

Необузданный, явный голод — желание поглотить всё на своем пути.

Эта ненасытная алчность — такова была истинная сущность Санвана Гыка.

От одного лишь пребывания в поле его зрения казалось, будто я засунул голову в пасть хищника.

Давненько я не чувствовал подобного давления.

И если честно… я в какой-то мере даже соскучился по нему.

Однако Сомун Хварин, похоже, приняла мою неподвижность за оцепенение и немедленно загородила меня собой.

Её позиция была предельно ясна — она защищала меня от Санвана Гыка.

При виде её реакции в его взгляде мелькнул огонек интереса.

Но прежде чем он успел что-либо сказать, я мягко отодвинул Сомун Хварин в сторону и шагнул вперед.

Несмотря на то что его яростная аура обрушилась на меня, требуя подчинения, я сохранял спокойствие и поприветствовал его подобающим образом.

— Я, скромный младший из Клана Тан, приветствую Главу Чёрного Союза. Моё имя — Чхон Хвида.

— О? Ты знаешь обо мне?

— Я никогда раньше не видел вашего лица, но… как я мог не узнать ваше присутствие после того, как ощутил эту сокрушительную ауру?

— Хе. А это любопытно.

Санван Гык погладил бороду, а уголки его губ скривились в ухмылке.

Это было игривое выражение лица, странным образом диссонирующее с исходящей от него дикой аурой — будто он только что нашел забавную новую игрушку.

Сомун Хварин, явно встревоженная, ткнула меня в спину, словно призывая отступить.

Но из всех людей Санван Гык был тем, перед кем ни в коем случае нельзя было проявлять робость.

Воин, идущий по Пути Тирании — один из сильнейших на стадии Хвагён, даже среди равных себе.

Он был человеком, дословно следующим жестоким законам Нечестивой Фракции.

Он презирал слабых и почитал сильных.

Человек, ожидавший преклонения от тех, кто слабее него, — но при этом ненавидевший тех, кто подчинялся слишком легко.

Это был извращенный тип воина.

В моей прошлой жизни, после смерти Сомун Хварин и Соль Лихян, я стал печально известен как Демон Меча.

И Санвану Гыку нравилась та версия меня.

Потому что тогда я был совершенно бесстрашным — даже перед ним.

Невзирая на мой прошлый опыт, общение с ним сейчас требовало тонкого баланса.

Мне следовало проявить уважение, не позволив раздавить себя его авторитетом.

В конце концов, это был человек, который источал свою гнетущую ауру даже во сне, и его забавляли те, кто отказывался съеживаться перед ним.

Если подумать, он был совершенно безумен.

Хотя… большинство воинов Нечестивой Фракции были безумны.

И если это так, то вполне естественно, что самый могущественный среди них — Санван Гык — оказался самым безумным изо всех.

Предсказуемо, он разразился раскатистым смехом, явно оставшись довольным.

— Ха-ха-ха-ха! Значит, Седовласая Ракшаса похитила сопляка, и мне всё было любопытно, к чему это… Но теперь я вижу. Юный воин, уже стоящий на вершине стадии Пика и обладающий такой мощной аурой…! Я понимаю, почему она захотела сожрать тебя!

— Ч-что за чепуху ты несешь?! Сожрать?! Что ты имеешь в виду?!

Лицо Сомун Хварин вспыхнуло красным, когда она выкрикнула протест, но Санван Гык лишь невозмутимо отмахнулся.

— Воу, воу. Полегче. Не нужно смущаться. Глава Чёрного Союза не из тех, кто судит чужие вкусы.

— Я уже говорила тебе, что всё совсем не так!

— Значит, планируешь его немного откормить, прежде чем проглотишь?

— Ах ты, ублюдок!..

Энергия Сомун Хварин вскипела, и она снова выступила вперед, закрывая меня.

Две ауры яростно столкнулись.

Перед моей регрессией Тан Соволь говорила мне, что Стадии Цветущей Гармонии — это уровень, на котором мастер боевых искусств достигает абсолютного контроля над собой.

Именно поэтому каждый мастер источал уникальное присутствие.

Прямо сейчас столкновение аур окровавленного прошлого Сомун Хварин и тиранической мощи Санвана Гыка наполняло воздух удушающей силой.

Было бы странно, если бы атмосфера не казалась столь смертоносной.

Тем не менее, противостояние длилось недолго.

К моему удивлению, Санван Гык отступил, прекращая стычку.

— Остановимся на этом. Я пришел не воевать.

— Ха! Тогда зачем ты проделал такой путь? А главное — как ты вообще меня нашел?

— Я прибыл первым, потому что ты, черт возьми, была слишком медлительна. Но твоё местоположение мне сообщил кое-кто другой. А насчет того, зачем я здесь… Я пришел услышать ответ на мое предыдущее предложение.

— Ты имеешь в виду предложение вступить в Чёрный Союз? Я уже отказалась.

— То было тогда. Сейчас ситуация изменилась. Только не говори мне, что ты всё еще не осознала: твоему жалкому маленькому сну пришел конец.

Губы Сомун Хварин плотно сжались.

Я повернулся к ней и спросил:

— Старшая Сомун Хварин… вы знакомы с Главой Чёрного Союза?

— Не пойми превратно. До этого мы встречались лишь однажды.

— «До этого» — это?..

Прежде чем она успела ответить, заговорил Санван Гык.

— Когда я подумывал распространить свое влияние из провинции Чжэцзян на провинцию Цзянси, я вспомнил о слухах про Седовласую Ракшасу и послал своих людей разыскать её. К тому времени, когда я прибыл, она, впрочем, уже прошла через технику омоложения. Поэтому я не стал её принуждать. Я просто сделал предложение. Спросил, хочет ли она присоединиться к Чёрному Союзу.

…Так вот почему в моей прошлой жизни Сомун Хварин немедленно вступила в Чёрный Союз после того, как её личность раскрыли на Собрании Юнбон.

И в итоге Санван Гык всё же основал филиал Чёрного Союза в провинции Цзянси.

Пусть из-за сопротивления Клана Намгун в Аньхое и Клана Чжугэ в Хубэе ему удалось захватить лишь половину региона.

Это я понимал.

Но это привело к другому вопросу: почему он ополчился на Сомун Хварин после её вступления?

Даже после её смерти он ни разу не оскорбил её открыто, однако при жизни постоянно держал под строгим контролем.

У меня не было намерения озвучивать свои мысли, но, возможно, меня выдало выражение лица.

Санван Гык ухмыльнулся.

— Похоже, ты чего-то не понимаешь.

— В самом деле. Разве еще один мастер Стадии Цветущей Гармонии в Чёрном Союзе не стал бы ценным приобретением?

— Стал бы. Но так как она оказалась не той Ракшасой, которую я ожидал увидеть, это было бы также неудобно.

— Тогда…

— Но даже несмотря на это, Чёрный Союз должен быть в состоянии приютить её. В этом и заключается причина, по которой я вообще создал Чёрный Союз. Даже если я поставлю её на какую-нибудь незначительную должность, мне нужно хотя бы создать видимость принятия. В противном случае дураки, что следуют за мной, перестанут мне доверять.

— …То есть вы никогда не планировали делать её настоящей частью организации. Это лишь для галочки.

— Верно. Но это не значит, что сделка плоха для Седовласой Ракшасы, не так ли?

Сомун Хварин вздохнула и кивнула.

— Раз моя личность уже раскрыта, всё, что мне сейчас нужно — это тихое место для жизни. Меня не интересует борьба за власть, так что если Чёрный Союз сможет послужить моим щитом, я не вижу причин отказываться.

— Но!..

— Вот именно. По сути, это то же самое, что предложил мне Чхон Хвида.

— Что?

Лицо Санвана Гыка, которое было относительно дружелюбным вопреки сокрушительному присутствию, исказилось в глубокой гримасе.

Затем, внезапно — невыносимое давление сдавило мне горло.

— Ты пытаешься вмешиваться в мои планы? Не думай, что раз ты на территории Праведных или принадлежишь Клану Тан, то ты в безопасности. Я бы на это не рассчитывал.

Это была пропитанная смертью угроза.

Любой обычный воин — даже мастер высокого ранга — инстинктивно попятился бы.

Не из-за слабой воли, а потому что тело отказалось бы двигаться перед лицом столь ошеломляющего разрыва в силах.

Но я был тем, кому слишком хорошо знакомо намерение убить.

Будет ли ложью сказать, что это не было обременительным? Да.

Но достаточно ли этого, чтобы заставить меня склонить голову? Нет.

Я посмотрел на Санвана Гыка и ответил спокойным голосом:

— Ни я, ни вы не вправе решать, куда идти старшей Сомун Хварин. Она решает это сама. Разве я не прав?

— Это верно.

Сомун Хварин кивнула и сконцентрировала собственную ауру, чтобы защитить меня.

Затем она прищурилась, глядя на Санвана Гыка, и добавила в свой голос едва уловимую нотку жажды крови.

— Он мой заложник. Я была бы признательна, если бы ты не трогал его без моего разрешения.

— Ха.

Санван Гык издал сухой смешок, прежде чем окончательно отозвать смертоносную ауру.

Он пожал плечами, и его обычная ухмылка вернулась.

— Тут и вправду что-то назревает, да? Стоило мне слегка ткнуть пацана, а ты уже дважды скалишь на меня зубы. Ну, как я и сказал, я пришел сюда не драться.

— Тогда позволь мне дать тебе ответ еще раз — я не вступлю в Чёрный Союз. А теперь проваливай и возвращайся в Чжэцзян.

— Хе. Ты, должно быть, ошибаешься, если думаешь, что я вернулся только ради повторного предложения.

Санван Гык поднял большой палец и указал себе за спину.

Из-за сокрушительного давления его ауры я этого даже не заметил.

Но теперь я их увидел — десятки воинов, одетых в черные одеяния, выстроились в ряд позади него.

Те самые, кого он оставил позади ранее из-за их медлительности.

У каждого на поясе висел меч, а на рукавах отчетливо выделялись вышитые иероглифы — «Черное Небо».

Каждый из них был как минимум первого ранга, а несколько даже достигли стадии Пика.

Но их сила не имела для меня значения.

Важно было лишь то… что я узнал их лица.

Внутри меня вскипела первобытная ярость.

Я никогда не смогу забыть их.

Потому что в моей прошлой жизни именно они были теми, кто…

Отнял жизни Соль Лихян и Сомун Хварин.

— Секта Меча Черных Небес…

Я сжал кулаки, едва сдерживая гнев.