Прозвище (3)

Вернувшись с тренировочной площадки, мы все собрались, и Тан Соволь, наконец, продолжила то, что собиралась сказать ранее.

— Брат Чхон, нам дали Прозвища!

— Что ж, ты произвела достаточное впечатление, чтобы заслужить его.

Когда я безучастно кивнул, выражение лица Тан Соволь слегка омрачилось.

— Тебе совсем не любопытно, брат Чхон?

— Прозвища не имеют значения. Восхваляет ли мир меня или презирает, мой меч принадлежит только мне. Лучше потратить это время на тренировку, пусть даже самую малость.

— Хм-м. Но каковы твои истинные чувства?

— На Собрании Юнбон в основном сражались ты и Соль Лихян. Всё, что сделал я — это попал в плен, поэтому сомневаюсь, что получил лестный эпитет.

На мой резкий ответ Тан Соволь лишь хмыкнула и покачала головой.

— Не волнуйся. Тебе дали довольно крутой эпитет.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну... эта часть звучит немно-о-ожечко неловко...

Хотя она замолчала на полуслове, вскоре Тан Соволь махнула рукой, словно отмахиваясь от сомнений, и продолжила.

— Может, начнем сначала с моего и Лихян?

— Ты так откровенно пытаешься перевести тему, что это заставляет меня нервничать... но валяй.

Я неохотно кивнул и повернулся к Соль Лихян. Как и ожидалось, хотя она казалась ошеломленной известием о получении эпитета, её лицо светилось от предвкушения.

— Эпитет... для меня?

Её рот то и дело расплывался в улыбке, бедра слегка покачивались, и время от времени она бросала на Тан Соволь взгляды горящих глаз, без слов поторапливая её.

Реакция была настолько очевидной, что все присутствующие невольно улыбнулись.

Даже Сомун Хварин, дувшаяся из-за своего рухнувшего авторитета, расслабилась.

— Кхм. Раз уж Лихян так горит желанием, не буду тянуть. Скажу прямо... мне дали прозвище Летящая Бабочка, Ядовитый Феникс.

— Погоди-ка. Я знаю, насколько впечатляюще твоё искусство яда, но на Собрании Юнбон ты демонстрировала только техники скрытого оружия.

— Да, это правда. Но было бы немного странно давать эпитет, основываясь исключительно на скрытом оружии, когда искусство яда — мой основной путь.

— Что ж... полагаю, это выглядело бы как насмешка.

— Именно. Есть неписаное правило — когда участникам из Клана Тан дают Прозвища после Собрания Юнбон, в них включают фактическое основное боевое искусство, даже если оно не использовалось на турнире. К тому же, некоторое время назад я уже сразила ядом мастера высшего ранга из Демонического Культа.

Итак, на Собрании Юнбон она показала порхающую походку, подобную бабочке — отсюда «Летящая Бабочка». А так как её специализация — яды, добавили «Ядовитый Феникс».

Немного запутанно, но, полагаю, так и формируются прозвища. По крайней мере, Тан Соволь была довольна, и это главное.

Пока я кивал, Соль Лихян слегка подалась вперед к Тан Соволь и спросила:

— Сестрица Тан? А как же я?

— Хе-хе, тебе действительно не терпелось узнать, верно? Что ж, ты будешь рада услышать. Тебе тоже дали очень прелестный эпитет.

Когда Тан Соволь ухмыльнулась и приподняла уголок губа, Соль Лихян отчетливо сглотнула.

Посреди растущего напряжения Тан Соволь медленно произнесла:

— Тебе дали прозвище Чистый Звук, Ледяной Цветок.

— Чистый Звук, Ледяной Цветок! Я счастлива... но и немного смущена, раз в нем есть слово «Цветок».

Она покраснела, не переставая улыбаться. Я тихо усмехнулся, глядя на её реакцию.

— Почему? По-моему, тебе очень подходит.

— Правда?

— Конечно.

Прозвище, содержащий слово «Цветок», обычно предназначается для женщин, которые не только красивы, но и исключительно талантливы.

И в этом смысле Соль Лихян более чем достойна сравнения с цветком.

Её длинные черные волосы разительно контрастируют с бледной кожей. Живое лицо лишь подчеркивает благородные черты.

Хотя в облике еще остаются следы юности, она неоспоримо превращается в настоящую юную леди.

Даже несмотря на Чистое Тело Инь, скрывающее изгибы фигуры, в ней сквозит странная, притягательная аура.

Если не её сравнивать с цветком, то кого же тогда?

— Так что расслабься и просто наслаждайся.

— Хе-хе. Какое облегчение...

Она застенчиво хихикнула, но внезапно замерла и посмотрела на Тан Соволь.

Тан Соволь, озадаченная этим взглядом, быстро махнула рукой и улыбнулась, словно успокаивая её.

— Всё в порядке, Лихян. На самом деле мне больше нравится мой эпитет «Феникс», так как я больше ценю боевое мастерство... и, кроме того, я с самого начала не ожидала получить «цветочный» эпитет.

— А? Но почему нет? Ты ведь куда более...

— Нет-нет. Дело не в этом. «Цветочный» эпитет обычно дают только незамужним женщинам.

— ...Что?

Глаза Соль Лихян округлились, а Тан Соволь мягко продолжила:

— Я не ходила повсюду, трубя об этом, но и не скрывала того факта, что брат Чхон — мой жених, верно? Прошло уже несколько лет, и большинство тех, кому положено знать, уже в курсе. Мы еще не женаты, но раз я уже обещана другому, меня нельзя называть цветком, выставляющим свою красоту на всеобщее обозрение.

— Ах.

Наконец всё поняв, Соль Лихян медленно кивнула в оцепенении. Затем она начала украдкой бросать на меня взгляды.

Обычно я бы не придал этому значения, но после того, что она показала во время нашего спарринга, и её недавних, участившихся подначек, смысл было несложно угадать.

Теперь настал мой черед чувствовать на себе взгляд Тан Соволь.

Конечно, Тан Соволь, которая наверняка всё поняла, лишь спокойно улыбнулась и вернула разговор к главной теме.

— Теперь, наконец, мы подошли к эпитету брата Чхона.

— Какое же это прозвище, если ты так долго тянула...?

В отличие от Тан Соволь или Соль Лихян, мне уже давали Прозвища раньше.

В конце концов, это случалось дважды до моей регрессии.

Хотя они были печально известными — Кровавый Волк и Демон Меча — они приносили пользу. Не престижные, но эффективные в плане отпугивания лишних проблем.

Конечно, в этой жизни я ожидал чего-то менее... зловещего.

Я не перегибал палку, но и не сдерживался. И теперь я был будущим зятем престижного Сычуаньского Клана Тан.

Они не дали бы мне что-то нелеп—

— Кроваво-пламенный Демон Меча.

— ......?

— Твой эпитет — Демон Меча.

— ...Кто вообще дал мне такое прозвище?

Мне уже не нравилось, что в нем присутствует Демон Меча — то самое прозвище, что было у меня до регрессии. Но еще больше беспокоила часть про «Кровавое Пламя».

Как ни крути, это слишком зловещий эпитет для мастера боевых искусств праведных сект.

Раздражение подступило к горлу, но я замолчал, когда Тан Соволь продолжила.

— Говорят, его дал лично Лидер Чёрного Союза.

— Понятно. Тогда ничего не поделаешь.

Лидер Чёрного Союза видел, как я сражался с Императором Меча Черных Небес. Он один из немногих, кто мельком видел образ, запечатленный в моем сердце.

Он также был тем, кто дал мне прозвище Демон Меча в прошлой жизни, так что в каком-то смысле это было неизбежно.

И раз оно исходило от него, кто посмеет возразить?

Если эпитет распространился от Чжэцзяна до самого города Ухуань, теперь его не изменить.

Тем не менее, то, что мне пришлось его принять, не означало, что оно мне нравится.

Если быть точным, я не беспокоился за себя — я переживал за Клан Тан.

Я осторожно посмотрел на Тан Джинчхона. Он невозмутимо потягивал чай, не выказывая беспокойства.

— Всё в порядке. Ты не сделал ничего дурного. И честно говоря, я ожидал чего-то подобного с того самого момента, как увидел твои боевые искусства.

— Тесть...

— Я знаю, что ты обладаешь подавляющей жаждой крови, но ты не подвластен ей. Ты быстро рос, ни разу не впав в искажение энергии. Каким бы ни было твое прошлое, Клан Тан принял тебя. Так что всё хорошо.

— Благодарю вас.

Я глубоко поклонился. Тан Джинчхон усмехнулся и плеснул яда в остатки чая, превращая его в пузырящееся токсичное варево.

Затем, не колеблясь, он одним глотком осушил явно смертельную жидкость, широко раскрыв глаза.

— И всё же. Одно — это одно, а Лидер Чёрного Союза, посмевший дать моему зятю такой эпитет... С ним мне когда-нибудь придется свести счеты.

...Он вовсе не выглядит спокойным. Как ни посмотри, он в ярости.

— Погоди. Тан Соволь, разве ты не сказала, что это крутой эпитет?

— А? Разве Кроваво-пламенный Демон Меча не звучит чертовски круто?

— ...??

— ...??

Мы с ней уставились друг на друга, хлопая глазами.

Я наклонил голову влево, она повторила за мной. Наклонил вправо — она снова скопировала движение. Довольно мило, если честно.

Мы покачали головами туда-сюда еще мгновение — пока осознание не ударило меня, как кирпичом.

— Погоди... Ты серьезно считаешь, что это звучит круто?

— Конечно! В нем четыре веских слова. Как это может быть не круто?

Такой невозмутимый ответ. В её голосе даже промелькнули нотки разочарования, словно она не могла понять моего замешательства.

— Что ж... полагаю, общественное мнение не имеет значения. Раз это нравится моей невесте, этого достаточно.

— Хе-хе, я знала, что ты так на это посмотришь.

Она лучезарно улыбнулась, наконец оставшись довольной.

Что ж, даже если это звучит как демоническое прозвище, сам факт того, что я его обрел, стоит отпраздновать.

Я изрядно вырос и восстановил большую часть боевого мастерства прошлой жизни, так что настало время начать больше вникать в дела Мурима.

Наличие эпитета упрощает узнаваемость — избавляет от проблем обе стороны.

На самом деле, демонически звучащее прозвище может даже помочь.

Причина, по которой я решил начать участвовать в делах Мурима именно сейчас, проста.

До регрессии, будучи ребенком, я был настолько сосредоточен на выживании, что у меня не оставалось сил ни на что другое...

Позже, когда я смог регулярно есть и перестал бояться голодной смерти или побоев, я наконец начал обращать внимание на слухи в Муриме.

И это произошло примерно в этом же возрасте.

Так что скоро инциденты, которые я помню, снова начнут всплывать в вечно хаотичном Муриме.

Если я правильно выберу время, я смогу что-то обрести — или изменить ситуацию к лучшему.

Конечно, я делаю это не ради славы или власти.

Разве я не вспоминал об этом во время легкого спарринга с Сомун Хварин?

Моя цель в конечном счете — встретиться с Небесным Демоном.

Хотя Небесный Демон поистине достоин титула сильнейшего в Поднебесной, это не значит, что другие мастера Стадии Цветущей Гармонии слабы.

Во время ранней фазы вторжения Демонического Культа половина лучших мастеров Девяти Великих Сект и Пяти Великих Кланов погибла — либо недооценив Небесного Демона, либо из-за столкновения собственных эго.

Оставшаяся половина объединила силы с Чёрным Союзом, чтобы противостоять ему, но и они были уничтожены.

Иными словами, Срединные Равнины встретили Небесного Демона, имея лишь половину своей мощи.

Если бы они были осторожны с самого начала — если бы предпочли общее благо и выживание собственной гордости — возможно, исход был бы иным.

Мой личный рост важен, но объединение мощи Мурима столь же жизненно необходимо.

К счастью, я провел жизнь среди нечестивцев, поэтому хорошо понимаю их склад ума, а теперь я принадлежу к праведному клану.

Стоит попробовать.

Чтобы сделать это, я должен быть признан Муримом.

Какая там была самая крупная заварушка в последнее время...?

Пытаясь вспомнить её, я услышал голос Тан Джинчхона, допившего еще одну чашку ядовитого чая.

— Ах, чуть не забыл. Я кое-что услышал от Главы Муримской Лиги. Думаю, тебе стоит об этом знать.

— А? Что именно?

— Помнишь, как вы с Соволь отправились в Шэньси и там начался сущий ад? Тот эликсир, который Призрачный Вор-Тень украл у Демонического Культа и передал Лиге?

— Конечно. Кто забудет снадобье, сделанное из людей?... Только не говорите, что что-то подобное случилось снова?

— Похоже на то. Инцидент произошел в другом регионе, но ясно, что Демонический Культ замешан.

Тан Джинчхон легко вздохнул, прежде чем продолжить.

— В провинции Хэбэй начал распространяться подобный эликсир. Он немного слабее в плане усиления внутренней энергии, но имеет меньше побочных эффектов.

— Что?

— И из-за этого эликсира Клан Пэн и Клан Ён вцепились друг другу в глотки. Всё непросто, поэтому Глава Лиги и я сами со всем разберемся — но будь осторожен, не впутайся в это.

— Не может быть...

Воспоминание вспыхнуло в моем мозгу.

Конфликт между Кланом Пэн из Хэбэя и Кланом Эон из Чзиньчжу.

Всё закончилось двойным самоубийством наследников обоих домов.