Вооружён острым клинком

Он был быстр, но Айвен оказался быстрее! В то мгновение, когда пират развернулся для бегства, Айвен активировал Форму меча: Парящая лодка. Превратившись в струйку сизого дыма, он оказался за спиной врага и вонзил клинок ему в бедро.

— А-а-а-а!

Капитан «Барракуды» потерял равновесие и кубарем полетел по палубе.

Айвен сделал несколько стремительных шагов, намереваясь воспользоваться моментом и добить ублюдка, но за спиной раздался оглушительный, полный первобытной ярости рёв:

— Р-р-ра!!! Мелкий ублюдок, я сожру тебя заживо!

Даже в состоянии кромешного безумия Скук никогда не обращал жажду крови против собственных сверхъестественных бойцов. Как бы глубоко он ни проваливался в ярость, он чётко понимал: его власть зиждется на силе и лояльности подчинённых офицеров.

Пока жив он, пушечного мяса из простых матросов можно набрать сколько угодно. Но вот официальных рыцарей, какими бы слабыми они ни были, на дороге не валяется.

Гоняясь за Гером, Скук краем глаза отслеживал ситуацию на палубе. Смерть старика не укрылась от его внимания. А когда Айвен пронзил ногу капитана «Барракуды», Скук мгновенно бросил Гера и, распахнув свою бездонную, усеянную клыками пасть, ринулся на юношу.

Чудовищная сила в 6 единиц вырвалась из ног Скука, пробив в палубе «Серебряного Крыла» сквозную дыру.

Грохот!

— Айвен, берегись!

Только сейчас юноша, полностью поглощённый преследованием, осознал, что превратился в мишень для Белой Акулы. Он торопливо вскинул меч для защиты.

Лязг!!!

Грохот!!!

Два чудовищных удара слились воедино.

Первый звук напомнил удар кувалды о наковальню: Гер, используя преимущество в скорости, успел вклиниться между Айвеном и монстром. Применив хрестоматийную верхнюю стойку защиты из армейского фехтования Фалетиса, он погасил семьдесят процентов кинетической энергии от сокрушительного рубящего удара Скука.

Но из-за жёсткого лобового столкновения самого Гера снесло непреодолимой силой. Он вылетел за борт, несколько раз, словно брошенный камень, отрикошетил от поверхности воды и скрылся в волнах.

Жалкое зрелище.

Второй звук был более глухим. Ослабленный, но всё ещё смертоносный удар обрушился на лезвие полуторного меча, который Айвен удерживал обеими руками. Разница в физической мощи оказалась слишком велика.

Сплюнув вязкую кровь, Айвен почувствовал, как трещат кости. Доски под его ногами разлетелись в щепки, и юноша вместе с мечом рухнул в нижний трюм.

— Хр-р... Не смей... хр-р... разочаровывать меня, — прохрипел Скук, глядя в чёрную дыру пролома. Спускаться следом он не собирался.

Бросив короткий приказ подоспевшему капитану «Барракуды», Скук с громким всплеском нырнул в океан, чтобы добить Гера.

— Да, да, капитан! Я принесу вам голову этого щенка! — крикнул пират вслед удаляющимся кругам на воде. Забыв о пульсирующей боли в бедре, он шагнул в пролом.

Айвен пробил обе палубы и рухнул на самое дно трюма.

Бам!

Ударившись спиной о днище корабля, Айвен почувствовал, как его скелет норовит рассыпаться на части. Во рту стоял тошнотворный вкус железа — внутренности явно получили серьёзные повреждения.

«Слишком слаб! Неужели на уровне официального рыцаря разница между мной и настоящим мастером настолько чудовищна?» Во время спаррингов с Гером Айвену казалось, что он уже способен противостоять опытным рыцарям, но реальность оказалась сурова: он не смог пережить даже одного удара Скука.

Закашлявшись, Айвен опёрся на погнувшийся клинок и с трудом поднялся на ноги. Ему нужно было срочно вернуться наверх. В этой битве каждая капля силы на вес золота, и отсиживаться здесь — непозволительная роскошь. Интересно, как там остальные?

Шурх...

Сделав неуверенный шаг, Айвен споткнулся обо что-то в темноте. Сквозь пролом в палубе пробивался тусклый свет. Приглядевшись, юноша почувствовал, как по венам разливается адреналин.

Это же сундук из партии контрабанды, конфискованной на таможне!

В груди вспыхнула надежда, подобная спасательному кругу в бушующем море: «Шанс есть!»

Одним ударом меча он сбил замок. Внутри, на бархатной подложке, покоилось то самое алхимическое ружьё, изъятое в качестве уплаты пошлины — Пронзающая Золотая Роза!

Хотя Айвену никогда раньше не доводилось держать в руках алхимическое огнестрельное оружие, благодаря связям Гера в морском ведомстве он был прекрасно осведомлён о принципах работы передового магического арсенала этого мира. Он изучал инструкции к алхимическим бомбам, Компасу на монстров и, разумеется, к алхимическим ружьям.

В обоих мирах действовало золотое правило: чем совершеннее технология, тем проще она в использовании. Являясь венцом оружейной мысли своей эпохи, алхимическое ружьё в обращении было в разы эргономичнее примитивных мушкетов и даже современного огнестрела из его прошлой жизни.

Симбиоз колдовства и механики делал это оружие похожим на прототип пушки Гаусса, где вместо электромагнитного поля использовалась энергия философского камня.

Восстановив в памяти теоретические знания, Айвен быстро осмотрел механизм. Замысловатые узоры, покрывавшие ствол Пронзающей Золотой Розы, налились мягким свечением — оружие было взведено и готово к бою.

Гулкий резонанс...

С мощным оружием в руках в сердце Айвена вновь закипела жажда крови. Появилось даже шальное желание подняться наверх и помериться силами с самой Белой Акулой: «Скук... Кто победит: грубая мощь официального рыцаря или бронебойность алхимического ружья? Как же мне хочется... Стоп, кто-то идёт».

Айвен с ружьём наперевес растворился в густой тени трюма.

Спустя мгновение сверху спустилась верёвка, и в проломе показался капитан «Барракуды». Прихрамывая и сжимая в зубах факел, он медленно скользил вниз.

Крейсер пятого ранга имел два яруса под главной палубой, и Айвен пробил их насквозь. Пирату пришлось потратить время, чтобы найти верёвку и факел на первом ярусе, прежде чем спуститься в сырую, пропахшую гнилью утробу корабля.

Проникающее ранение бедра для рыцаря — не более чем болезненная царапина, которая затянется сама собой через пару дней. А вот Айвен, рухнувший с высоты сквозь две прочные палубы, должен был превратиться в переломанный кусок мяса. Капитан не сомневался в своей лёгкой победе.

— Эй, щенок, хорош прятаться! Удар господина Скука, должно быть, сломал тебе все рёбра. Вылезай, я избавлю тебя от мучений.

Топ.

Спрыгнув на доски, пират продолжал изрыгать угрозы.

— А?

Развернувшись, он замер в оцепенении. Айвен стоял прямо перед ним, даже не пытаясь слиться с тенями.

— Ха-ха-ха! Какой послушный мальчик! Решил не утруждать дядюшку поисками? Иди сюда, дай я снесу тебе башку.

Заметив мертвенную бледность на лице юноши и струйку запекшейся крови в уголке губ, пират окончательно уверился, что Айвен сдался, раздавленный тяжестью собственных травм.

Он расхохотался и, поигрывая скимитаром, двинулся к Айвену, уже предвкушая щедрую награду от капитана за первую кровь сверхъестественного бойца в этом бою.

— Ни с места!

Глядя в чёрный зев роскошного, покрытого гравировкой ружья, капитан лишь презрительно фыркнул.

— Пукалка? Решил побарахтаться напоследок? Юнец, ты когда-нибудь видел сверхъестественного бойца, которого убили из мушкета? Ха-ха-ха...

Впрочем, смех смехом, а шагать вперёд он благоразумно перестал.

Огнестрельное оружие в руках сверхъестественного бойца всё же обладало неким сдерживающим фактором. Правда, совсем небольшим.

Ведь если стрелок промажет, у него уже не будет времени выхватить меч — смерть настигнет его мгновенно!

...