Лейтенант

Так называемые «морские сокровища» — это не творения рук человеческих!

Это особые предметы, которые под влиянием мистических факторов этого мира и в специфических условиях зарождаются естественным путём.

Причины их появления бесконечно разнообразны: уникальная география, масштабные исторические события, оставившие глубокий след, или даже массовая гибель живых существ.

Их внешний вид также может быть абсолютно любым: скульптура, как Панихида затонувших кораблей, ракушка, камень, карманные часы — всё, что может существовать в реальном мире.

Но у всех них есть одна общая черта: их невероятно трудно уничтожить.

У каждого «морского сокровища» есть своя уникальная способность — могущественная и загадочная.

И поскольку в их названии присутствует слово «морские», большинство этих способностей, естественно, связаны с океаном. В море они даруют кораблям своих владельцев невероятную поддержку, становясь желанной целью для всех, кто бороздит водные просторы.

«Морское сокровище» практически стало синонимом власти и богатства!

Конечно, не в каждом из них, как в Панихиде затонувших кораблей, обитает коварный злой дух, намеренно распространяющий знания о себе и уникальном сверхъестественном пути, чтобы искушать людей своей тёмной силой ради достижения скрытых целей.

Большинство таких сокровищ скрывают свою истинную природу, и человек, не обладающий нужными знаниями, просто не сможет распознать их ценность, держа в руках.

Надо признать, что дяде и племяннику, заполучившим голову Одноглазого Беки и случайно нашедшим этот артефакт, выпала невероятная удача!

Хотя использовать его они не могли — он был враждебен силам порядка, а становиться пиратами и предавать королевство офицеры не собирались — обменять его у аристократов со специфическими потребностями на какие-нибудь блага не составило бы труда.

— Как только я разберусь с затаившимся внутри злым духом, мы сможем выручить за него хорошую цену, — подытожил Гер.

Они даже не надеялись выменять его на сокровище, которое смогли бы использовать сами. Шансы на это были слишком малы и зависели от слепой удачи. Куда разумнее было превратить его в осязаемые богатства и ресурсы, которые принесут пользу уже сейчас.

— Кстати, дядя Гер, а что вы планируете делать со сверхъестественным путём? — Айвен с удивлением заметил, что Гер больше ни словом не обмолвился о Скорбящем о кораблекрушениях.

Когда речь зашла о силах, влияющих на будущее, Гер посерьёзнел и ответил вопросом на вопрос:

— Айвен, в этом мире существует множество сверхъестественных путей. Как ты думаешь, почему именно путь рыцаря стал доминирующим в человеческом обществе?

Несмотря на знания, опережающие эту эпоху, Айвен никогда об этом не задумывался. Немного поразмыслив и вспомнив наставления старого дедушки Лео, он неуверенно предположил:

— Из-за его стабильности?

— Верно! Но это лишь часть правды. Стабильность — это только одна сторона медали. На самом деле, текущее положение дел в цивилизованном мире определяется как внутренними, так и внешними факторами.

— Внутренний фактор заключается в том, что хотя путь рыцаря и дарует сверхъестественные возможности, они опираются на человеческое тело. Это относительно чистый и базовый подход. Риск потери контроля здесь минимален, а стабильность — наивысшая. Даже в худшем случае, потеря контроля не приведет к сильным разрушениям.

Гер сделал паузу, давая Айвену время на осмысление, и продолжил:

— Внешний фактор — это заслуга истинных церквей, высшей сверхъестественной силы в странах континента. Рыцари могущественны, но наш путь строго ограничен. Мы — словно клинки в чужих руках. Даже достигнув четвёртого ранга, титулованный рыцарь остаётся лишь божественным оружием и не способен представлять угрозу для их статуса.

В словах Гера, офицера старой закалки, проскользнуло едва заметное недовольство церковью. Если бы он сказал подобное на публике, проблем было бы не миновать. Айвен же сделал вид, что ничего не слышал.

— Что же касается тех путей, которые легко выходят из-под контроля и ведут к массовым жертвам, или же тех, что слишком креативны и обладают огромным потенциалом, отношение к ним со стороны всех семи истинных церквей — от Церкви Чёрного Железного Креста в нашем Альянсе Тюльпанов до Церкви Утренней Зари в Империи Сак и Неугасимого Пламени в Королевстве Сириус — одинаково: подавление и уничтожение!

— Такие редкие пути, как Скорбящий о кораблекрушениях, обычно имеют изъяны. И по тем причинам, что я назвал, чем дальше от цивилизованного мира, тем больше таких нестандартных сверхъестественных существ. Неполные пути или фатальные дефекты делают риск потери контроля пугающе высоким.

Этих знаний нельзя было найти ни в одной книге. Они были плодом собственного опыта Гера.

Опытный капитан, много лет бороздящий моря, поделился с Айвеном своим глубоким пониманием мира, и у юноши словно открылись глаза.

Он не мог не порадоваться, что у него есть такой наставник.

— Оставь его, чтобы подставить кого-нибудь, сынок! — Гер похлопал Айвена по плечу и сунул ему в руки упакованную статуэтку. — Отнеси в свою каюту и охраняй на обратном пути. В ближайшие годы то, насколько сытно мы с тобой будем есть, зависит только от неё.

Затем они вернулись на главную палубу, отрядили часть команды на экстренный ремонт пиратского судна, чтобы оно смогло хоть как-то двигаться.

«Серебряное Крыло» взяло его на буксир и медленно направилось обратно к Архипелагу Диких Камней.

— «Серебряное Крыло» вернулось!

— Мы спасены!

К этому времени обугленные останки «Храбреца» давно погрузились на дно. На поверхности покачивались спасательные шлюпки, в которых сидели унылые моряки затонувшего крейсера. Увидев возвращение «Серебряного Крыла», они снова обрели надежду.

Подняв их на борт, команда узнала, что после эвакуации офицеры «Храбреца» стали главной целью пиратов. Никто не выжил, включая капитана. Штурман, который когда-то столовался на «Серебряном Крыле», оказался самым старшим по званию из выживших.

Гер нашёл для них слова утешения, ведь, как ни крути, их преждевременный бой с пиратами значительно истощил врага, что можно было считать отличной поддержкой.

Правда, на долю в трофеях им, понятное дело, рассчитывать не приходилось.

Время пролетело незаметно. Наступил третий день после их возвращения в Габрейд.

После короткого ажиотажа, вызванного успешным выполнением задания, жизнь, казалось, вернулась в привычное русло.

В эти дни Гер, овеянный славой убийцы безумного пирата Одноглазого Беки, активно общался с аристократами и торговцами Габрейда. Со стороны могло показаться, что он просто заводит полезные знакомства, но Айвен-то знал: дядя подыскивает покупателя на их «трофей».

Айвен пока не мог помочь ему в этом, но у него была своя важная миссия.

Штаб-квартира Третьего флота.

Стены коридора в синих тонах были увешаны огромными картинами: пейзажи, портреты, батальные сцены. Каждое полотно запечатлело знаменательный момент в истории Третьего флота. Для всех здесь это была настоящая стена славы.

Идти по этому коридору было всё равно что идти сквозь саму историю. Чувство глубокой гордости от принадлежности к чему-то великому рождалось само собой. Даже Айвен, который не испытывал особой привязанности к этому чужому миру, невольно замедлил шаг.

Остановившись перед дверью с медной табличкой, он поправил морскую форму и тихонько постучал.

Тук! Тук! Тук!

Умеренно и чётко. Три удара — опыт из прошлой офисной жизни.

— Войдите! — раздался спокойный голос пожилого мужчины.

Толкнув дверь, он вошёл в скромно обставленный кабинет. Задёрнутые шторы скрывали солнечный свет, но газовая лампа создавала тихую, торжественную атмосферу.

Трое пожилых мужчин в офицерских мундирах сидели за длинным столом, накрытым зелёным бархатом. Перед каждым лежал раскрытый блокнот.

Айвен подошёл к пустому стулу перед столом, вытянулся по стойке смирно и отдал воинское приветствие:

— Здравствуйте, господа офицеры! Мичман «Серебряного Крыла» Айвен Галлиот прибыл для сдачи экзамена!

— Не волнуйтесь, молодой человек! Присаживайтесь, — седовласый офицер в монокле, сидевший посередине, добродушно улыбнулся и жестом пригласил его начать.

— Перед тем как мы начнём, я хочу, чтобы вы отнеслись к этому экзамену со всей серьёзностью. Ваши заслуги полностью соответствуют требованиям, что удивительно для юноши, прослужившего всего несколько месяцев. Но в критический момент на плечах каждого офицера лежит ответственность за честь и жизни его подчинённых. Если ваш ответ нас не удовлетворит, мы не сможем доверить вам эту ношу! — строгим голосом произнёс офицер с короткими седыми волосами, сидевший справа.

— Я всё понимаю! Пожалуйста, начинайте! — Айвен не растерялся. Он догадывался, что это тоже часть испытания — проверка на устойчивость к стрессу и пресечение попыток отнестись к экзамену как к пустой формальности.

— Назовите три вида такелажа на военном корабле и их функции.

— Для управления реями требуются фалы, топенанты, брасы...

— Если ваш корабль оказался под перекрёстным огнём в основном линейном бою, вы отдадите приказ об уклонении?

— ...

— Скорость ветра от десяти до четырнадцати узлов, высота волны не менее метра. Можно ли в таких условиях идти на полных парусах?

— Никак нет. В таких условиях марсели на фок- и грот-мачте берутся на рифы, оставляя лишь «полпаруса», чтобы приподнять нос корабля, уменьшить зарывание в волну и избежать опрокидывания!

От начала и до конца, какие бы каверзные вопросы ни задавали экзаменаторы, Айвен отвечал гладко и уверенно.

Узнав от Гера формат экзамена, он начал готовиться. Для многих кандидатов это было невероятно сложно, но для Айвена, который в прошлой жизни продрался через горы учебников и моря тестов, это было плёвым делом.

В конце концов, любой кандидат в офицеры, добравшийся до этого этапа, провёл на корабле достаточно времени, и его практические навыки не вызывали сомнений. Именно поэтому использовался формат устного опроса опытными офицерами.

Экзамен длился двадцать минут. Каждый из экзаменаторов задал по несколько широких, но не слишком коварных вопросов.

Когда Айвен ответил на последний, старики переглянулись и пришли к единому мнению. Печать была поставлена на личное дело Айвена.

— Поздравляю, Айвен с «Серебряного Крыла». С сегодняшнего дня вы — лейтенант военно-морского флота! — торжественно объявил добродушный старик в центре.

— Благодарю вас, господа экзаменаторы! Для меня это огромная честь!

С улыбкой на лице Айвен поднялся, обменялся рукопожатиями со всеми экзаменаторами, отдал честь, затем отступил к двери и только после этого развернулся и вышел.

— Мне нравится этот парень. Надеюсь, в будущем мы увидим на флоте всё больше таких энергичных и воспитанных молодых людей.

— Хе-хе, всю жизнь просидел на бумажной работе, скоро на пенсию, а всё туда же — волнуешься за флот...

— А твоё какое дело?

Пройдя первый важный рубеж в своей военной карьере и превратившись из кандидата в полноправного офицера, Айвен почувствовал, как у него захватывает дух. Даже невнятное ворчание старых офицеров, доносившееся из-за двери, казалось ему милым и забавным.

С лёгкой улыбкой он зашагал по коридору, пропитанному историей. Но на этот раз его шаги были удивительно лёгкими.