Пронзающая Золотая Роза
Пока Айвен тихо бормотал себе под нос, ситуация с торговым судном получила новое развитие.
Хотя контрабандистов и поймали с поличным, флот направлялся на фестиваль, и тащить с собой конфискованный груз было крайне неудобно.
Генерал Снайт взял инициативу в свои руки и широким жестом отмахнулся:
— Учитывая, что это не запрещённые товары, просто доплатите налоги.
На глазах у своих детей, особенно юной и невинной дочери, он не хотел устраивать жестоких сцен. Это можно было считать проявлением милосердия, дающим мерзкому контрабандисту шанс на выживание.
— Да-да, конечно, огромное спасибо, господин! — переняв приказ от майора, тучный торговец рассыпался в благодарностях и, спотыкаясь, побежал в свою каюту готовить штраф.
Хотя после уплаты налога его прибыль неизбежно сократится, он всё равно останется в плюсе. Это в десять тысяч раз лучше, чем полная конфискация!
...
Вскоре он, тяжело дыша, вынес деревянный сундук и длинную коробку, с болью на лице поставив их перед майором.
— Господин, это всё моё имущество, помимо товаров. Пересчитайте, пожалуйста, достаточно ли этого.
— Ха.
Глядя на эту усеянную льстивой улыбкой толстую физиономию, майор не поверил ни единому его слову.
Он знал лишь одно: если этот мерзавец осмелится утаить хоть один медный фолл, ему даже не понадобится приказ генерала, чтобы выбить из него дурь!
Открыв сундук, офицер скривил губы.
На вид сундук был немаленьким, но на самом деле, помимо небольшого количества золотых львов, большую часть составляли серебряные быки и даже изрядное количество медных фоллов. Несколько изящных карманных часов, инкрустированных драгоценными камнями и хрусталём, тарелки и столовые приборы из чистого серебра, а также рулон гладкого белоснежного шёлка.
Казалось, он и впрямь выгреб всё до последней монеты.
К счастью, помимо валюты и драгоценных металлов, карманные часы и шёлк также являлись твёрдой валютой в королевстве. Очевидно, в такой ситуации, даже имея десять жизней, он не посмел бы дурачить флот.
Но сумма всё равно не сходилась!
Стоило майору нахмуриться, как умеющий читать по лицам толстый торговец уже протянул последнюю длинную коробку.
Лишь приоткрыв её и бросив быстрый взгляд, майор тут же захлопнул крышку. Выражение его лица заметно смягчилось. Он снова похлопал торговца по плечу и прямо объявил об отступлении.
«Что там такое таинственное?» — Айвен стоял слишком далеко, и мимолётного взгляда не хватило, чтобы разглядеть содержимое коробки.
Но вскоре генерал удовлетворил его любопытство.
Собранный штраф немедленно передали в руки генерала Снайта. Он не обратил внимания на мелочёвку в деревянном сундуке, так как полностью доверял зоркости своего подчинённого.
Гораздо больше его заинтересовало содержимое длинной коробки.
Там лежало ружьё.
Строго говоря, это было алхимическое ружьё!
В отличие от обычного огнестрельного оружия, которое в основном выковывалось кузнецами в арсеналах, алхимические ружья, алхимические бомбы, а также более удивительный Компас на монстров — всё это выходило из-под рук таинственных алхимиков.
— Ха, это действительно шедевр, созданный мастером-алхимиком!
Удивительная алхимия наделяла эти творения превосходными характеристиками, опережающими свою эпоху, и каждый мастер стрельбы почитал их как величайшее сокровище.
Однако, в отличие от стандартизированных алхимических бомб, точность алхимического ружья означала невероятную сложность его изготовления. Каждый сохранившийся в мире экземпляр был синонимом редкости и ценности.
Неизвестно, где этот невзрачный контрабандист раздобыл такое сокровище, но из-за драматичной операции по борьбе с контрабандой он навсегда с ним распрощался.
Айвен прослужил во флоте достаточно долго и, естественно, был знаком с отличным оружием.
Насколько ему было известно.
Хотя в целом производительные силы этой эпохи были весьма отсталыми, из-за сосуществования колдовства и технологий алхимические ружья в руках мастеров обладали ужасающей мощью, превосходящей современное огнестрельное оружие из его прошлой жизни.
Из-за своей огромной мощности и точности они даже получили специальное название — снайперские алхимические ружья.
Их характеристики позволяли выдающимся снайперам с помощью специальных прицелов точно убивать противников с расстояния более одного километра. Даже могущественные сверхъестественные рыцари на подходящей дистанции не могли устоять перед внезапным выстрелом из снайперского ружья.
Несомненно, Айвен пускал слюни на такое мощное оружие.
Хотя он сам превосходно владел мечом, у него не было навязчивой идеи, что только искренность к мечу может привести к вершине. Будучи типичным прагматиком, он, конечно же, предпочитал использовать то, что было эффективнее.
В прошлой жизни у каждого мальчика в детстве была мечта об огнестрельном оружии.
Айвен, естественно, глубоко изучил мощь алхимического ружья, которое называли сильнейшим индивидуальным оружием на вершине эпохи.
Ходили слухи.
Даже те великие рыцари, чья воля была непоколебима, а разум настолько силён, что они могли влиять на реальность, пробуждая сверхъестественную силу боевой ауры, не решались разрывать дистанцию, чтобы одновременно противостоять трём или пяти алхимическим ружьям в руках отличных снайперов.
Хотя с большой вероятностью победителем в итоге вышел бы рыцарь, ему непременно пришлось бы заплатить поистине трагическую цену.
Это косвенно доказывало устрашающую силу алхимического ружья.
Конечно, алхимическое оружие было редкостью, но отличные снайперы встречались ещё реже. На суше требования могли быть не такими суровыми, поскольку твёрдая земля обеспечивала снайперам достаточную устойчивость.
Но на военном корабле никогда не было стабильной платформы для стрельбы. Постоянные волны и ветер резко повышали сложность прицеливания, и при стрельбе на дальние дистанции фраза «ошибка на волос приведёт к промаху на тысячу ли» не была пустым звуком.
А снайпер, как и математик, — профессия, требующая огромного таланта. Так называемый талант больше походил на особую интуицию, которую очень трудно развить тренировками.
Поэтому в королевском флоте могущественных снайперов, способных по-настоящему раскрыть потенциал алхимического ружья, можно было пересчитать по пальцам. Возможно, их было даже меньше, чем самих алхимических ружей в мире.
«Даже самое мощное алхимическое ружьё в руках бездарности мало чем отличается от творения обычного кузнеца».
Очевидно, не только Айвен разделял подобные мысли.
Когда генерал поднял алхимическое ружьё, чтобы полюбоваться им, Айвен смог разглядеть его целиком.
Слегка тусклый серебристый ствол, ложа из тонкого дерева насыщенного бордового цвета и виноградная лоза, украшенная узором из золотых роз, проходящая через весь корпус оружия. Назвать это орудием убийства язык не поворачивался, скорее — великолепным произведением искусства.
На самом конце приклада была выгравирована мелкая надпись, и генерал с лицом, полным обожания, прочитал его название:
— Пронзающая Золотая Роза!
— Ах! Какое красивое ружьё, и название очень красивое! — искренне восхитилась маленькая девочка, ничего не смыслящая в оружии.
Она даже несколько раз потянулась, чтобы потрогать его, но генерал уклонился. Вице-адмирал не мог позволить ребёнку прикасаться к таким вещам, даже если это был очень милый ребёнок.
Полюбовавшись им долгое время, генерал Снайт с некоторым сожалением опустил алхимическое ружьё. Группа стоявших рядом офицеров смотрела на него с горящими глазами, но большинство из них обладали самосознанием и понимали, что ни их способности, ни статус не соответствуют этому оружию.
Хотя генерал Снайт и был вице-адмиралом военно-морского флота, он оставался стопроцентным кабинетным генералом. Он прекрасно понимал, что даже если оставит это ружьё себе, оно станет лишь драгоценным украшением, и он не сможет раскрыть его ценность. Это было бы слишком безрассудной тратой такого сокровища.
— Запечатайте его! Надеюсь, в будущем оно встретит хозяина, который будет его достоин.
Группа людей провожала взглядами заново запечатанное алхимическое ружьё, пока его не унесли на нижнюю палубу, и лишь когда оно скрылось из виду, все пришли в себя.
«Ах, если бы у меня тоже был талант снайпера...»
В этот момент в сердцах всех присутствующих эхом отдался один и тот же вздох.
...