Официальный рыцарь
Бескрайнее Чёрное море.
Для всевозможных существ, обитающих в его водах, оно было как домом, где они рождались и размножались, так и жестоким полем битвы, где шла непрерывная борьба за выживание.
В один из дней в этих водах на свет появилась маленькая акула. Открыв глаза, она начала познавать этот незнакомый и смертельно опасный мир.
Она подбирала ошмётки гниющей плоти за другими хищниками, охотилась на мелкую рыбёшку и креветок, а порой вступала в схватки с гигантскими морскими монстрами.
Она безмятежно скользила под лазурным небом в тёплых водах, но с таким же бесстрашием встречала яростные штормы и ревущие бури.
Она блуждала среди руин древних городов на самом дне океана, давно стёртых из человеческой памяти, и видела, как крошечные прибрежные деревушки всего за десяток лет превращались в великие мегаполисы.
От хрупкого и уязвимого малька до несокрушимого исполина. Раз за разом спасаясь бегством, раз за разом выходя на охоту, она отшлифовала себя в безжалостном горниле естественного отбора, превратившись в свирепого, коварного и безупречного высшего хищника.
Теперь в Чёрном море почти не осталось того, что могло бы вселить в неё страх.
Айвен сопровождал эту Синефлаговую магическую акулу, проживая бесчисленные годы сквозь её зрение, чувства и даже мысли. В этом процессе его человеческое восприятие, мораль и эмоции слой за слоем отсекались, пока в конце концов не остался лишь первобытный инстинкт кровожадного чудовища.
Свист рассекаемой воды.
Громадная тёмная тень мелькнула под поверхностью моря и мгновенно исчезла.
Ледяные потоки омывали жабры демонической акулы, не создавая ни малейшего сопротивления. Напротив, бурлящие водовороты превращались в сокрушительную движущую силу, толкая обтекаемое тело всё быстрее и быстрее сквозь толщу воды.
Хруст!
Распахнув чудовищную пасть со скоростью молнии, акула одним рывком перекусила пополам крупную рыбу, едва ли уступавшую ей в размерах.
В этот миг сладкий, пьянящий вкус крови взорвался на языке, затмив собой весь остальной мир.
То, что чувствовала Синефлаговая магическая акула, чувствовал и Айвен.
Словно невидимый переключатель щёлкнул внутри него. Звериные инстинкты, спавшие в его крови тысячелетиями, пробудились с первобытной яростью!
В тёмной комнате фигура Айвена, сидевшего со скрещёнными ногами, внезапно вздрогнула. Он открыл глаза, и в их глубине вспыхнуло пугающее багровое свечение.
До того как возвести сияющие шпили цивилизации, человечество было лишь одним из бесчисленных видов животных, бродящих по первобытным лесам и саваннам.
Процесс высвобождения плоти рыцаря представлял собой эволюционный путь, который целая раса прошла, чтобы обуздать свою дикую природу и вернуться к цивилизованному разуму. Теперь этот путь предстояло пройти в одиночку.
Согласно пониманию Айвена, человеческая суть делилась на Оно, Я и Сверх-Я. Оно управляло всеми животными желаниями и инстинктами, являясь тем самым источником силы высвобождения плоти в теории сверхъестественного.
Использование Я, олицетворяющего разум и рассудок, а также Сверх-Я, воплощающего идеалы и высшее благо, чтобы загнать этого зверя обратно в клетку и подчинить его мощь своей воле — именно в этом заключалась истинная сверхъестественная сила рыцаря.
Тяжёлое, хриплое дыхание, подобное рёву крупного хищника, наполнило комнату. Обжигающая, словно расплавленная магма, сверхъестественная энергия хлынула из самых недр тела, грубо вторгаясь в каждую клетку, в мельчайшие волокна тканей.
В долю секунды спящий монстр был грубо разбужен. Кожа Айвена приобрела жуткий, налитый кровью багровый оттенок!
Но куда более глубокие метаморфозы происходили внутри.
Каждая мышца, кость, внутренний орган и даже нервные окончания начали судорожно дёргаться и пульсировать, словно обрели собственную зловещую волю. Они жаждали крови, скрежетали в невидимом нетерпении, готовые в следующее же мгновение разорвать своего хозяина изнутри.
Стиснутые зубы издали глухой скрежет. Горло исторгло сдавленный рык.
Однако под давлением стальной воли Айвена его собственное тело превратилось в неприступную тюрьму. Пусть внутри и бесновался самый свирепый из зверей, сам он продолжал неподвижно сидеть, не сдвинувшись ни на миллиметр.
В сущности, это было ожидаемо. Если даже такой рыцарь-ученик, как Айвен, с детства изнурявший себя тренировками и постоянно контролировавший своё тело с помощью системы оцифрованного зрения, балансировал на грани жизни и смерти, харкая кровью, то настоящих местных жителей иного мира, способных пережить подобное, оставались бы считанные единицы.
Даже в этом хаотичном состоянии Айвен смог отгородиться от агонии плоти и медленно погрузиться в неглубокую медитацию.
Его духовная сила, куда более мощная, чем у обычного рыцаря-ученика, и уже способная проявляться физически, под руководством инстинктов стремительно хлынула в тело. Миллиметр за миллиметром она отвоёвывала контроль над тканями, захваченными первобытным зверем.
Этот метод был на порядки эффективнее, чем у тех, кто полагался исключительно на грубую силу воли, пытаясь перетерпеть собственную взбунтовавшуюся плоть.
Едва вернув контроль над большей частью тела, Айвен вышел из медитации. Ритм его дыхания неуловимо изменился — он начал применять дыхательную технику, дополняющую Фехтование Белого Паруса.
Вдох... выдох... вдох... выдох...
В моменты, когда предаёт даже собственная нервная система, биологическая энергия, внешним проявлением которой является дыхание — это последний и самый надёжный оплот любого рыцаря.
Разные школы дыхательных техник обладали своими уникальными свойствами. Их следовало тщательно подбирать под индивидуальные особенности рыцаря и используемые им сверхъестественные характеристики, иначе все усилия пропали бы впустую.
Самый опасный этап остался позади.
За окном солнце сменилось луной, а луна — солнцем. Сидящий со скрещёнными ногами Айвен дышал ровно и глубоко. Мятеж плоти был полностью подавлен, и к нему вернулась прежняя аура спокойствия и ясности ума.
Его телосложение не претерпело радикальных внешних изменений, но в нём определённо появилось нечто совершенно иное, неуловимо опасное.
На горизонте забрезжил бледный рассвет. Айвен открыл глаза. Его взгляд был чистым и проницательным, последние следы безумия рассеялись без остатка.
Первый шаг прорыва был успешно завершён.
Главное испытание на пути к возвышению пройдено, однако нынешнего Айвена ещё нельзя было назвать полноценным сверхъестественным рыцарем.
Ничто в этом мире не происходит по щелчку пальцев, тем более такое масштабное перерождение.
В течение следующих нескольких недель глубинные изменения в его теле продолжатся, пока на клеточном уровне не завершится полное обновление.
К тому моменту его тело станет ещё сильнее, быстрее и выносливее, окончательно адаптировавшись к циркуляции сверхъестественной энергии.
Это напоминало повторное взросление, при котором стирались все былые изъяны и тело приближалось к идеалу, заложенному в его генетическом коде.
Лязг!
Разумеется, первым, кто заметил перемены в Айвене, был Гари, живший с ним бок о бок. Проснувшись пораньше, чтобы умыться, он застыл на месте при виде своего командира, и лишь звук упавшего на пол медного таза вывел его из оцепенения.
Будь он прежним деревенским простаком, полагающимся лишь на грубую силу, он бы, возможно, ничего и не понял. Но теперь, сам ступив на путь сверхъестественного, Гари мгновенно распознал кардинальные изменения в ауре Айвена.
— Босс, ты... ты уже стал официальным рыцарем?
Термин сверхъестественное был весьма широким, но в цивилизованном мире легально существовал лишь один путь — путь рыцаря. В какой-то мере слова рыцарь и сверхъестественное стали синонимами.
Айвен с улыбкой кивнул.
Сила рыцаря не предназначалась для того, чтобы прятать её в тени. Она была неразрывно связана со статусом, славой и влиянием. Скрывать её, притворяясь слабым ради сомнительного удовольствия удивить врагов, было уделом лишь тех, кому совершенно нечем заняться.
Айвен совершенно не собирался скрывать новость о своём прорыве.
— Потрясающе, босс! Я так и знал, что ты справишься, ха-ха-ха! Побегу на Серебряное Крыло, обрадую всех!
Не успев даже умыться, Гари развернулся и с топотом умчался прочь.
Достигнув своей краткосрочной цели, Айвен решил не перенапрягаться. Он неспешно направился в ванную, принял душ, а затем, накинув халат, пошёл на кухню. Поджарив себе огромную порцию яичницы с колбасками и налив стакан свежего молока, только что доставленного молочником, он с удовольствием приступил к завтраку.
«М-м, а готовлю я всё так же отменно!»
Чтобы как можно скорее завершить финальную стадию трансформации, главной задачей Айвена на ближайшее время было усиленно питаться, обеспечивая организм колоссальными объёмами питательных веществ.
Даже сверхъестественные тренировки подчинялись базовым законам физики. Мгновенные мутации, превращающие человека в бога за одну ночь, существовали лишь в дешёвых сказках. Если бы кто-то и попытался форсировать процесс, он стал бы не героем, а изуродованным, потерявшим рассудок монстром!
Не успел он доесть и половины завтрака, как вернулся Гари.
К удивлению Айвена, вместе с ним пришли не матросы с корабля, а дядя Гер, который, судя по всему, только-только вернулся в Габрейд.
Спешно войдя в комнату и увидев Айвена, невозмутимо поглощающего яичницу, покрытый дорожной пылью Гер мгновенно расслабился. Тяжело выдохнув, он подошёл и крепко обнял племянника.
— Айвен, я горжусь тобой!
...