Результаты

Точка зрения Мисаки Микото

«Прежде чем мы начнём. У кого-нибудь из вас есть вопросы?» — спросил Сакагами-сенсей, закончив сегодняшний урок.

«Как насчёт того, чтобы показать нам результаты, а?» — потребовал Рьюен-кун.

Честное слово, все очки, которые мы потеряем в этом месяце, будут из-за него и Чикуджоин-сан.

«Это я и собираюсь сделать, Рьюен. Не нужно быть таким враждебным».

Затем он прикрепил лист бумаги со всеми результатами.

Как только результаты стали видны, в классе поднялся шум. Я была на вершине с максимальными баллами по всем предметам, но я была не единственной. Хиёри-сан, Канеда-кун, Ямада-кун, Чикуджоин-сан и Хироя-кун получили такие же баллы, как и я.

«Честно говоря, я озадачен. Самый низкий балл — шестьдесят восемь. Мне на самом деле очень приятно видеть результаты вашей преданности улучшению оценок. Само собой разумеется, никто из вас сегодня не будет исключён».

Он сказал это с улыбкой на лице. Я была почти уверена, что он знал, как мои одноклассники получили такие баллы.

Поскольку на этом всё закончилось, Сакагами-сенсей ушёл, и мы остались в классе, ожидая начала первого урока.

«Старые тесты оказались очень полезны, да?» — пробормотала я.

Я услышала хихиканье и повернулась направо, чтобы встретиться взглядом с Хиёри-сан.

«Действительно, Мисака-сан. Но сделка, которую ты заключила, была не единственным, что помогло нашим одноклассникам. Твои репетиторские занятия также сыграли важную роль в помощи им с учёбой».

«Я могла бы вернуть комплимент тебе, Хиёри-сан», — сказала я ей.

Она лишь застенчиво улыбнулась на мой комментарий и вернулась к своей книге. Она наконец-то читала «Гиперион» Дэна Симмонса, книгу, которую я ей порекомендовала в начале учебного года. Ей понадобилось столько времени, чтобы прочитать её, из-за её списка книг к прочтению, но я была рада наконец увидеть, как она читает эту книгу.

Благодаря этим экзаменам Хиёри-сан стала более важной для класса. Полезными были не только её академические способности, но и её острый глаз для наблюдений. Рьюен-кун заметил это, так как он был частью учебной группы Хиёри-сан. На самом деле, я была очень рада, когда заметила новообретённое уважение Рьюен-куна к Хиёри-сан после нашего последнего разговора.

«Ку-ку-ку, поздравляю вас, ребята!» — голос Рьюен-куна прогремел по классу.

Я закатила глаза и обхватила голову руками. Ну вот, опять...

«Похоже, ваши усилия окупились! Но не задирайте нос из-за каких-то хороших оценок. Теперь начинается настоящая работа. С этого момента и до летних каникул Класс C будет проводить некоторые эксперименты, и вы все будете в некоторых из них участвовать!»

Точка зрения Аянокоджи Киётаки

«Сорок два?! Вы нам об этом не говорили! Я это не приму!» — заорал Судо.

«Да, я тоже!» — подхватил Ике, вскакивая со своего места.

«Может, мне рассказать вам, как мы определяем проходной балл?»

Чабашира-сенсей написала на доске простую формулу: 83,7 разделить на 2 равно 41,85.

«Мы устанавливаем проходной балл для каждого отдельного класса, так же, как и на прошлом тесте. Мы рассчитали это число, разделив средний балл на два. Вот так мы и получили наш ответ. Это лишь доказывает, что вы провалились. Ни больше, ни меньше».

«Не может быть... Значит... это значит, что меня исключат?» — спросил Судо, снова падая на своё место.

«Хоть ваше время здесь было недолгим, вы доблестно боролись. После уроков вас попросят заполнить бланк об отчислении, но при этом должен присутствовать ваш законный опекун. Я свяжусь с ними за вас».

Чабашира-сенсей говорила так, будто не сообщала двум ученикам об их исключении. Вместо этого казалось, будто она просто зачитывает отчёт.

Я и сам был немного удивлён оценкой Ике в сорок один балл по математике, он довольно усердно занимался с Кушидой, но, полагаю, его излишняя самоуверенность взяла над ним верх. Что касается сорока баллов Судо по английскому, это было ожидаемо, он больше всего мучился с английским во время занятий в учебной группе, а в день экзаменов он как сумасшедший просматривал старый тест по английскому перед самым началом.

«Что касается остальных, хорошая работа. Вы все прошли без проблем. Трудитесь усердно, чтобы сдать и итоговый экзамен. Что ж, тогда, следующее—»

«С-сенсей. Нет ли способа спасти Судо-куна и Ике-куна?»

Хирата первым проявил беспокойство, хотя они оба ненавидели его и словесно на него набрасывались.

«Их исключают, у них обоих неудовлетворительная оценка».

«Можем ли мы посмотреть их листы с ответами?»

«Даже если вы их просмотрите, вы не найдёте ошибок в оценке. Я ожидала, что вы будете протестовать».

Она достала два теста и передала их Хирате, который немедленно просмотрел каждую задачу. Выражение его лица помрачнело.

«Здесь... нет ошибок».

«Что ж, если вы все согласны, классный час окончен».

Чабашира-сенсей только что объявила об исключении Судо и Ике, не предложив ни второго шанса, ни малейшего сочувствия. Ямаучи всё это время молчал и даже не пытался заговорить. Хирата тоже замолчал. Любопытно, что некоторые ученики, в основном девушки, казались этим облегчёнными. Неужели они были рады, что двое из трёх идиотов покидают класс?

«Судо, Ике, зайдите в учительскую после уроков. Это всё».

«Чабашира-сенсей. Могу я попросить у вас минутку?»

Хоть до этого момента она и молчала, Хорикита подняла руку и заговорила. Поскольку она всегда молчала и не делала замечаний без необходимости, Чабашира-сенсей и остальной класс выглядели потрясёнными.

«Ну, вот это необычно. Что такое, Хорикита?»

«Ранее вы сказали, что проходной балл на предыдущем тесте был тридцать два балла. Вы получили это число по той же формуле, что и на предыдущем тесте, которая, как вы нам показали, составляла 64,4 балла. Если бы я разделила это на два, я бы получила 32,2 балла. Другими словами, выше 32 баллов. Несмотря на это, проходной балл был установлен на уровне 32. Это означает, что вы отбросили десятичную часть. Это противоречит тому, что вы сделали на этот раз».

«Да! Верно. Если следовать тому, что вы делали в прошлый раз, то проходной балл сейчас должен быть сорок один!» — взвизгнул Ике, указывая на Чабаширу-сенсей.

«Понимаю. В таком случае, я полагаю, ты ожидала, что Судо провалится. В конце концов, твой балл по английскому был чрезвычайно низким. Тем не менее, даже если бы ты была права, ты могла бы спасти только Ике».

«Хорикита, ты...»

Судо заговорил, глядя на Хорикиту, будто нашёл свою спасительницу. Хотя комментарий Чабаширы-сенсей гласил, что по логике Хорикиты можно спасти только Ике.

Несколько учеников ахнули, осознав, что произошло. Хорикита получила высший балл по четырём из пяти основных предметов, но по английскому у неё был чрезвычайно низкий балл — пятьдесят один. Он сильно выделялся на фоне её остальных оценок.

«Ты действительно—»

«Если вы считаете, что мои рассуждения неверны, не могли бы вы, пожалуйста, сказать, почему расчёты для этого теста и прошлого отличаются?» — спросила она.

Последний луч света, последняя надежда...

«Понимаю. В таком случае, я объясню подробнее. К сожалению, твои расчёты неверны. Мы не просто отбрасывали десятичную часть при расчёте проходного балла. Мы округляли числа вверх или вниз. На прошлом тесте мы округлили вниз до тридцати двух баллов, а на этом — вверх до сорока двух. Вот твой и ответ».

... была полностью разбита Чабаширой-сенсей.

И Ике, и Хорикита издали звук, выражающий их недовольство.

«... В любом случае, скоро начнётся первый урок. Я пойду».

Хориките больше нечего было возразить, поэтому она молчала. Она не могла противоречить ничему, что сказала Чабашира-сенсей. Последний довод Хорикиты был уничтожен.

Дверь класса захлопнулась, и комнату окутала тишина.

Судо, всё ещё пытаясь осмыслить эту новую реальность, посмотрел на Хорикиту. Ике просто лежал на своей парте, обхватив голову руками.

«Прости. Мне следовало попытаться снизить свой балл ещё немного», — пробормотала она.

Хорикита медленно села на место. Однако 51 балл Хорикиты по английскому уже был довольно низким. Если бы она набрала в районе 40 баллов, она сама рисковала бы быть исключённой.

«Почему? Ты же говорила, что ненавидишь меня», — сказал Судо.

«Не пойми неправильно. Я сделала это ради себя. Хотя всё было напрасно».

Я медленно встал со своего места.

«Куда ты идёшь, Аянокоджи?» — спросил Судо.

«В туалет».

С этими словами я вышел, достал телефон и написал ему сообщение, чтобы он встретил меня у учительской. Сделав это, я подошёл и застал Чабаширу-сенсей, смотрящую в окно в коридор первого этажа, почти так, будто она кого-то ждала.

«Аянокоджи, хм? Урок вот-вот начнётся, знаешь ли», — сказала она.

«Сенсей. Можно я задам вам один вопрос?»

«Один вопрос? И ты проделал весь этот путь ради этого?»

«Мне кое-что любопытно».

«Сначала Хорикита, теперь ты. Что, чёрт возьми, происходит?»

«Как вы думаете, справедливо ли сегодняшнее японское общество?»

«Какой внезапный вопрос. В нём есть какой-то особый смысл?»

«Это очень важно. Мне бы хотелось услышать ваше мнение».

«Если ты спрашиваешь моё личное мнение, то, нет, конечно, нет. Мир несправедлив, ни на йоту».

«Понимаю. Я чувствую то же самое. Я думаю, что равенство — это вымысел».

«...И это всё? Тогда я пойду».

«В течение первого месяца вы скрывали от нас важную информацию. Тем не менее, готовясь к промежуточным экзаменам, вы дали нам информацию, необходимую для сдачи, и умолчали о таких вещах, как определение проходного балла».

«И что с того?»

«Класс D столкнулся с неблагоприятными условиями в первые два месяца. Тем не менее, во второй месяц эти условия были смягчены».

«Тогда это отличный пример того, насколько несправедлив мир. Фактически, это можно назвать микрокосмом нашего несправедливого общества».

«Конечно. Как бы идеалистично мы ни старались быть, мир таков, какой он есть. Однако мы — люди, живые существа, которые могут думать».

«Что ты пытаешься сказать?»

«Я говорю, что мы должны стремиться к равенству. Хотя бы немного».

«Понимаю».

«Каковы были ваши мотивы... Это не так уж и важно. Важно то, что двое учеников покинут школу из-за этих несправедливых условий».

«Так что ты хочешь, чтобы я сделала?»

«Помогите мне исправить это неравенство».

«Я ничего не могу с этим поделать, Аянокоджи. Я уже ясно это сказала. Решение не может быть отменено на данном этапе».

Её ответы остаются логичными. Тем не менее, в них всегда есть какой-то скрытый смысл. Такой разговор очень хорошо дополнял имеющееся у меня на неё досье, позволяя понять, кем была Чабашира-сенсей и каковы были её мотивы.

«Вы сказали, что оно "не может быть отменено на данном этапе". Это означает, что может быть способ отменить решение».

«Аянокоджи, я лично отношусь к тебе с довольно высоким уважением. Я так думаю с тех пор, как назначила этот экзамен. Получение старых экзаменационных заданий, безусловно, было одним из верных решений. Такая идея выходит за рамки того, что многие могли бы рассмотреть. Более того, ты раздал старые задания всем в классе и поднял средние баллы. Я должна похвалить такое логичное решение. Честно говоря, ты очень хорошо справился».

«Какой интересный у вас разговор», — окликнул нас голос, прежде чем я успел ответить. — «Так ты всё-таки купил вопросы старых тестов, да? Киётака?»

Карма подошёл к нам, засунув руки в карманы. Глаза Чабаширы-сенсей сузились. Понятно, что она с опаской относилась к ученику Класса B, но мне нужно было, чтобы Карма был здесь. Поэтому я и написал ему, выходя из класса.

«Ты знал?» — спросил я его, сомневаясь, что Микото ему что-то рассказала, но важно было это подтвердить.

«Нет... Хотя были подозрения. Ты и та девушка из Класса D, разговаривающие с тем старшеклассником, выглядели довольно подозрительно».

«Понятно... Теперь к делу». Я достал свою ID-карту из кармана. «Пожалуйста, продайте мне три балла, которые я могу применить к тесту Судо по английскому и тесту Ике по математике».

«.........»

Глаза Чабаширы-сенсей расширились, затем она громко рассмеялась, на секунду совершенно забыв о присутствии Кармы.

«Ха-ха-ха-ха! Какая интересная идея. Ты действительно другой ученик, Аянокоджи. Я и представить не могла, что ты попытаешься купить баллы».

«Вы так сказали в день нашего поступления, не так ли, сенсей? Вы сказали, что за наши очки мы можем купить всё, что угодно. Промежуточный экзамен — это всего лишь ещё одна "вещь" в этой школе, в конце концов».

«Понятно, понятно. Конечно, можно и так на это посмотреть. Однако, у тебя вообще достаточно денег, чтобы это себе позволить?»

«Ну, сколько это стоит?»

«...Дайте-ка подумать. Мне никогда раньше не задавали такого вопроса. С другой стороны, поскольку это особый случай, я продам каждый балл за исключительную цену в 100 000 очков».

«Вы жестоки, сенсей». Я взглянул на Карму.

«Это ваша цена или цена школы?» — спросил он с широкой ухмылкой на лице.

«Интересно», — ответила она, недоверчиво посмотрев на него.

«Я заплачу половину, Киё. Остальное за тобой».

Понятно. Мой текущий баланс составлял 73 109 очков. Мне удавалось жить нормально, не тратя больше необходимого. Если я не найду кого-то ещё, кто поможет заплатить, это будет проблемой. Нао отпадала, так как она потратила большую часть своих двухмесячных пособий на камеру и компьютер. Ну, она ещё зачем-то купила портативный MP4-плеер.

«Мы тоже заплатим», — сказал кто-то позади Кармы и меня. Когда мы обернулись, мы увидели там Хорикиту и Мацушиту.

«О, так ты наконец решила выйти?» — насмешливо спросил Карма.

Хорикита одарила его холодным взглядом, отчего ухмылка Кармы стала ещё шире. Мацушита лишь невинно улыбнулась, как маленький ребёнок, который делает вид, что не виноват в том, в чём его обвиняют.

«Хех. Вы, безусловно, интересная группа».

Чабашира-сенсей взяла наши ID-карты. Карма заплатил половину суммы, как и обещал, в то время как я и Хорикита заплатили по шестьдесят тысяч очков, чтобы облегчить бремя Мацушиты, поскольку на её счету едва набиралось пятьдесят тысяч очков.

«Хорошо. Я принимаю вашу сделку. Я продам вам три балла для тестов Судо и Ике, забрав в общей сложности 300 000 очков с вас четверых. Что касается исключений, можете сообщить классу, что этого больше не будет».

«И это всё?» — спросила Хорикита.

«Вы заплатили соответствующую сумму. Больше ничего делать не нужно». Чабашира-сенсей казалась одновременно раздосадованной и позабавленной.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но в итоге передумала. Возможно, из-за присутствия Кармы. Вместо этого она повернулась, чтобы уйти.

«Если позволите, сенсей?» — заговорила Хорикита. — «Наш класс определённо доберётся до Класса A».

«Никто из Класса D никогда раньше не повышался. Школа уже заклеймила вас как дефективных и холодно отбросит в сторону. Как вы достигнете своей цели?»

«Тот факт, что ученики Класса D дефективны, не означает, что они мусор».

«А разница в чём?» — поинтересовался Карма.

«Разница тонкая как бумага. Тем не менее, после ремонта дефективный продукт может стать превосходным изделием».

«Понимаю. Это интересный момент». Он перевёл своё внимание на Чабаширу-сенсей. «У вас определённо интересные ученики, сенсей. Возможно, я поиграю с ними немного в будущем».

Аргумент Хорикиты был сильным, и Карма не преминул это заметить. Лично я разделял её мнение. Интересно, смогла бы Хорикита двухмесячной давности произнести такие слова или даже рассмотреть такую идею.

Игнорируя комментарий Кармы, на лице Чабаширы-сенсей появилась слабая улыбка.

«Что ж, я с нетерпением жду, что вы сделаете дальше. Как ваш классный руководитель, я обязательно буду наблюдать за вами с большим вниманием и заботой».

С этими словами Чабашира-сенсей направилась в учительскую, оставив нас четверых в коридоре.

«Ты ведь знаешь, что я не отдал 150 000 просто так, да?» — спросил Карма, глядя мне в глаза.

«Знаю», — ответил я. — «Полагаю, ты захочешь услугу».

Он кивнул.

«Да, но я приберегу её на потом. Она определённо пригодится летом».

С этими словами Карма вернулся в свой класс.

«Это может дорого нам обойтись в будущем», — прокомментировала Мацушита, заговорив впервые.

«Он мне не нравится», — сказала Хорикита.

«Тебе никто не нравится, Хорикита», — парировал я.

Мацушита хихикнула, а Хорикита ткнула меня в бок и ушла.

Я схватился за бок в агонии.

«Ну, я уверена, что мы сможем его переиграть, если услуга, которую он попросит, будет для нас плохой, в конце концов, у нас есть ты, Аянокоджи-кун», — сказала Мацушита, всё ещё хихикая себе под нос и прикрывая рот рукой.

«Давайте пока вернёмся. Урок всё равно вот-вот начнётся», — сказал я.

Точка зрения Томори Нао

«Фу-фу-фу, кажется, Классы C и D выкинули что-то интересное во время этих промежуточных экзаменов, не так ли, Нао-сан, Масуми-сан?»

«Да...» — сказала я, в то время как Камуро лишь издала раздосадованный звук.

Я сейчас была с Сакаянаги и Камуро в коридоре, где были вывешены результаты промежуточных экзаменов всех учеников школы.

Сакаянаги стало любопытно, как справились другие классы, поэтому она притащила нас сюда, чтобы посмотреть на них. Признаюсь, мне и самой было немного любопытно.

В Классах A, B и C я, Карма и Микото получили максимальные баллы по всем предметам. Но это не было удивительно. В моём классе никто не набрал ниже шестидесяти, так что всё было в порядке. При обычных обстоятельствах средний балл нашего класса был бы лучшим за год. Однако со средним баллом 82,4 у нас был худший результат года.

Класс B получил средний балл 87,2, причём оценки Кочо и Мацуо были довольно впечатляющими, сопоставимыми с оценками Сакаянаги и Кацураги в моём классе.

У Класса C был лучший средний балл года — 89,5, их самый низкий балл был шестьдесят восемь, и было много максимальных оценок.

Класс D был в похожей ситуации. Со средним баллом 83,7 рост по сравнению с коротким тестом был выдающимся.

«Они, должно быть, достали старые тесты или что-то в этом роде», — сказала я.

«Да, это наиболее вероятная возможность», — ответила Сакаянаги. — «Интересно, имел ли он к этому какое-то отношение. Как ты думаешь, Нао-сан? Сделал ли он какой-нибудь ход?» Она посмотрела на меня краем глаза с улыбкой на лице.

«Не знаю», — ответила я почти мгновенно. — «Он мне ничего не говорил».

«Что ж, очень жаль. Я бы хотела спросить его, как он действовал. Кстати, ты всё ещё не назначила встречу, не так ли? Нао-сан?»

На этот раз её улыбка не коснулась глаз. Вероятно, она думала, что я мешаю ей встретиться с Киётакой. Однако мне придётся скоро назначить встречу, если я не хочу, чтобы она просто публично с ним столкнулась. Хотя она сделала бы это в основном, чтобы разозлить меня.

«Нет, я скоро её спланирую. Так что не волнуйся».

«Пока что я этим удовольствуюсь». Она повернулась, чтобы уйти, звук её трости отдавался эхом с каждым шагом.

Мы с Камуро последовали за ней. В коридоре, идя нам навстречу, или, скорее всего, туда, где были результаты, я увидела двух интересных людей: Мацуо Эйичиро и Кочо Шинобу. Довольно любопытная пара.

Было скучно просто сидеть в режиме ожидания, поэтому я надеялась, что скоро произойдёт что-нибудь интересное.