Доброта других

От лица Аянокоджи Киётаки

— Эй. Если ты не против, можем мы сейчас немного поговорить?

Было чуть больше шести вечера, как раз перед ужином. Сузуне задала мне этот вопрос, пока я наблюдал, как конфорка нагревает кастрюлю. Вода закипела, весело бурля.

— Ты как раз готовил ужин? — спросила она.

— Да, но не беспокойся об этом. — Всё, что я сделал к этому моменту – вскипятил воду. Я ещё толком не начинал. — Так ты хотела поговорить? О чём?

Если она планировала попросить меня помочь придумать события, я собирался отказать.

— Не волнуйся. Я не прошу тебя решать, какие события мы выберем. Обещаю, — сказала она, по-видимому, догадавшись, о чём я думаю. — Но, если ты не против, я бы предпочла встретиться лично. Это займёт всего около часа. Вот и всё.

Неужели это было что-то сложное для обсуждения по телефону? Или, может быть, было что-то, в чём она хотела убедиться при личной встрече? Что ж, час — это не так уж и долго. Я не собирался ей отказывать.

— Хорошо. Ты придёшь ко мне? — спросил я.

— Как насчёт моей комнаты? — ответила она.

Ну, я уже бывал в комнате Сузуне раньше. У меня не было особых причин отказываться.

Я выключил плиту, взял только телефон и вышел из комнаты. Затем я вошёл в лифт и направился к комнате Сузуне. Солнце уже село, но вечер был ещё довольно ранний, поэтому неудивительно было видеть парней, прогуливающихся по верхним этажам, где располагалась зона для девочек.

.

.

Вскоре после звонка в дверь Сузуне я услышал звук отпираемого замка. Я ожидал, что она встретит меня своим обычным серьёзным взглядом, но был удивлён, когда она открыла дверь.

— Добро пожаловать, — сказала она.

Удивительно, но она не выглядела рассерженной. Я же, напротив, почувствовал лёгкое беспокойство от этой внезапной перемены. Из глубины комнаты доносился слабый аромат мисо.

— Я как раз готовила ужин. Входи, — сказала Сузуне.

Если она была в процессе приготовления ужина, она могла бы просто позвонить мне позже...

Когда я замешкался на пороге, Сузуне бросила на меня взгляд, призывая поторапливаться, поэтому я решил войти. Может быть, она не хотела, чтобы я приходил поздно ночью или что-то в этом роде. Я решил оставить всё как есть и не усложнять. Но как только я переступил порог её комнаты, я заметил кое-что странное.

Почему-то на её маленьком столе было накрыто на двоих. Интересно, собиралась ли она ужинать с кем-то после того, как мы закончим разговор?

— Ну что ж...

Как только я собрался уточнить её планы, Сузуне прервала меня.

— Пожалуйста, не стесняйся. Присаживайся.

Погодите. Секундочку...

На столе, куда она жестом пригласила меня сесть, явно лежала пара палочек для еды. Моё чутьё подсказывало, что это ловушка, призванная заставить меня что-то сделать.

— Итак, о чём ты хотела поговорить? — вместо того чтобы сесть, я попытался сразу начать разговор.

— Ты собираешься разговаривать стоя? У меня ещё есть незаконченные дела, так что не мог бы ты сесть и подождать меня?

— Ну... Мне просто хочется постоять.

— Тебе хочется чего? То, что ты там стоишь, заставляет меня чувствовать себя неловко. Сядь.

Её тон становился всё строже, поэтому я решил сесть. Прошло удивительно много времени с тех пор, как я подвергался её обычному властному, напористому и необоснованному отношению.

В любом случае, я решил, что мне, вероятно, следует просто сесть и тихо подождать. Однако беглый взгляд показал, что ужин всё ещё в процессе приготовления. Казалось, пройдёт немало времени, прежде чем она закончит готовить.

— Эй, ты же сказала, что это займёт час, верно? — спросил я.

— Да. Сам разговор не должен занять больше часа, — сказала Сузуне, стоя ко мне спиной.

Я не мог не обратить внимания на то, как она это сформулировала. Безусловно, когда мы говорили по телефону, она сказала, что разговор закончится через час. Это означало, что всё, что не входило в сам разговор, не учитывалось в этой оценке.

— Хорошо, а сколько времени займёт всё остальное? — спросил я.

— Дай-ка подумать... Я бы сказала, мы закончим примерно через полтора-два часа или около того, — ответила она.

Я так и знал.

— Учитывая время, я подумала, что по крайней мере предложу тебе ужин, — добавила она.

Никто этого не просил. Я чувствовал, что нахожусь во власти её абсурдной игры слов. При этом я видел, что она уже начала готовить, и мне было неловко прямо отказываться от еды и возвращаться в свою комнату. Она умело заманила меня сюда.

Даже несмотря на то, что она стояла ко мне спиной, я видел, что кулинарные навыки Сузуне были неплохими. Во всяком случае, она была довольно хороша для первокурсницы старшей школы.

— Оба моих родителя работали, поэтому мне часто поручали приготовление ужина, — пробормотала Сузуне, словно поняв, о чём я думаю, по одному моему взгляду.

— Ты не считаешь это хлопотным или отнимающим время? — спросил я. Хотя готовка может быть весёлой, в этом процессе немало раздражающих аспектов.

— Когда я узнала, что онии-сама поступил в эту школу, я воспользовалась возможностью готовить чаще.

— Готовясь к поступлению в эту школу и самостоятельной жизни, я полагаю? — спросил я.

— Верно.

Хрясь. Она закончила нарезать что-то кухонным ножом, а затем перешла к завершению мисо-супа.

Интересно, о чём она хотела поговорить, если мы не обсуждали специальный экзамен? Это было единственное, чего я пока не мог понять.

.

.

Примерно через пятнадцать минут Сузуне закончила готовить и расставила всё на столе. Всё выглядело лучше, чем я ожидал. Такое угощение иногда можно увидеть в телешоу.

Сузуне села напротив меня. Если бы Судо увидел это, он бы, вероятно, пришёл в ярость и выбил из меня дух. Даже если бы я сказал ему, что это всё недоразумение, он бы, скорее всего, не стал слушать. Я надеялся, что его уже угощали подобным пиром... но, даже если и так, он, вероятно, всё равно бы ревновал.

— Ешь, — приказала Сузуне.

В ответ на её требование я взял палочки. Мы сидели друг напротив друга, а между нами была еда. Почему-то эта ситуация вызвала у меня сильное чувство дежавю. Это напомнило мне время, когда мы только начали учиться, когда Сузуне купила мне еду в школьной столовой, а затем использовала меня.

— Ты чувствуешь подозрение ко мне? — спросила она.

— Ну, честно говоря, я не могу не чувствовать себя неловко из-за всего этого, — сказал я ей.

— Если ты начинаешь сомневаться в доброте других, это доказательство того, что у тебя проблемы как у личности.

— И это говоришь мне ты?

— Сегодня особый день, — ответила она.

— .........

Что ж, если она приготовила это из уважения ко мне, было бы грубо с моей стороны даже не притронуться к еде. Но сомневаться было в моей природе. Ну, нет... скорее, всё пережитое научило меня быть подозрительным.

И всё же я полностью попал в её ловушку. Исход этой маленькой игры был решён в ту минуту, когда я неосторожно ступил в её комнату.

Для начала я решил попробовать суп. Запах мисо щекотал нос. Казалось, она использовала особенно полезные ингредиенты, главным из которых был дайкон.

— Ячменное мисо, да? — Его характерный насыщенный сладкий вкус разлился во рту, когда я сделал глоток супа.

— Ты разбираешься. Это тип мисо, который предпочитают на Кюсю, но я не была уверена, придётся ли он тебе по вкусу, — ответила она.

— Ты хорошо готовишь. — Я попытался сделать ей искренний комплимент, но она не выглядела особо довольной.

— В наше время не нужны какие-то особые навыки, чтобы уметь готовить. Тут нечем гордиться. Если ты хочешь что-то приготовить, всё, что тебе нужно сделать, это купить продукты в супермаркете или круглосуточном магазине, а затем найти рецепт в интернете. Верно?

Конечно, было легко просто смешать что-то на скорую руку. Но всё же можно было продемонстрировать свои навыки множеством других способов, например, сервировкой или нарезкой овощей. Этим навыкам нельзя научиться за одну ночь.

— Ты готовила так и для Судо? — спросил я.

Она бросила на меня несколько недовольный взгляд.

— Почему я должна кормить его своей стряпнёй? — огрызнулась она.

— Ну... ты довольно часто занимаешься с ним репетиторством.

— Это правда. Но, с другой стороны, это не имеет никакого отношения к тому, чтобы я ему готовила, не так ли? — ответила она. — Ты занимаешься с Сакурой-сан, Хасебе-сан и Мияке-куном, ты готовишь для них?

Тут она меня подловила.

Я думал, что это просто тривиальный вопрос, но Сузуне продолжала засыпать меня возражениями.

— Вот если бы он был моим репетитором, тогда, полагаю, я могла бы понять твой вопрос. Это имело бы смысл как жест благодарности за всё, что он сделал. Но учитывая, что репетитор – я, нет никаких причин утруждать себя всем этим ради него, — сказала Сузуне.

Это была настолько впечатляющая логика, что я совершенно потерял дар речи, но...

— Не пойму, то ли ты умный, то ли глупый, — добавила она.

Честно говоря, она сняла слова у меня с языка. Судо был влюблён в Сузуне, и поэтому я подумал, что она могла когда-нибудь приготовить для него. Но, похоже, она ещё не смирилась с привязанностью Судо, вероятно, потому что не придавала большого значения таким вещам, как любовь. Она не повзрослела до такой степени, чтобы даже по-настоящему осознавать такие вещи. Хотя было хорошо, что теперь у неё есть друзья.

— Ну что ж. Как насчёт того, чтобы перейти к делу? — сказала Сузуне, доставая тетрадь.

Она передала её мне. Мне не нужно было спрашивать о содержании. Это было то, над чем Сузуне работала в последнее время.

— Я придумала план, который считаю лучшим для Класса B. Я бы хотела, чтобы ты высказал своё мнение о нём, — сказала Сузуне.

Сказав это, она добавила ещё кое-что.

— Ты ведь всё-таки съел мой ужин, не так ли? — Вот что значит играть грязно. Она сначала вручает награду, а потом ожидает, что я поработаю, чтобы её заслужить?

Не моргнув глазом, я взял тетрадь и открыл её. Она была битком набита информацией о специальном экзамене. Там также были заметки о десяти событиях от Класса D, но поскольку эти события были объявлены только сегодня, они казались незавершёнными.

Кстати, десять событий, выбранных Классом B, были: Английский, Баскетбол, Стрельба из лука, Плавание, Викторина по поп-культуре, Марио Карт, Навыки печати, Настольный футбол, Фортепиано и Камень-ножницы-бумага. Последнее, похоже, было добавлено как секретная, крайняя мера на случай, если у нас будут действительно большие проблемы. Сузуне также отметила, кто лучше всего подойдёт для каждого события и каковы наши шансы на победу.

Всё необходимое было собрано в этой тетради. Я тихо и внимательно просматривал записи. Сузуне сделала удивлённое лицо, увидев, что я делаю.

— Оставим в стороне тот факт, что ты накормила меня ужином. Ты не думала, что я буду читать это всерьёз, я полагаю? — спросил я.

— Н-ну, это правда, не думала. Я была готова к тому, что ты откажешься, но...

— Мне любопытно, — я пожал плечами.

Не было ни единого расхождения между тем, что записала она, и тем, что мне довелось узнать самому.

— Собранные здесь данные выглядят так, будто обнажают весь класс.

— Эти данные – кульминация всего, что я собрала за неделю напряжённой борьбы. Если бы они не были точными, у меня были бы проблемы.

Пока у нас было это, любой, вероятно, мог бы стать командующим, если бы до этого дошло.

— Я продолжу уточнять информацию, включённую в заметки. В конечном итоге я включу туда тех, кого следует назначить на каждое из десяти событий Класса D. Я думала, ты мог бы взглянуть; ты лучше всех понимаешь образ мыслей Кармы, — сказала Сузуне.

— Понятно. Что ж, полагаю, Судо и Акито были бы грозной силой даже за пределами событий один на один. В соревнованиях по плаванию было разумно разделить женский и мужской заплывы. Так шансы Онодеры на победу не уменьшатся из-за соперничества с парнем, — сказал я ей.

Сузуне тихо кивнула. Было бы обидно поспешить и назначить ученика на определённое событие, когда есть вероятность, что он может действительно блистать в других. В любом случае, пока мне не на что было жаловаться. Это была отличная работа.

— У меня нет возражений ни к чему в твоих записях. Однако, могу я добавить две вещи? — спросил я.

— Какие? — спросила она.

— Фехтование будет одним из пяти событий, — сказал я. — Нам следует отказаться от него, никто в классе не сможет победить Кочо.

— Понятно... Полагаю, в этом есть смысл. Кочо-сан выиграла национальные соревнования прошлым летом, верно?

Я кивнул.

— Также боксерский поединок, вероятно, тоже будет одним из пяти. Карма будет драться.

— Тогда...

— Если это событие выберут, выставь меня против него.

— Потому что никто другой не сможет его победить? — она с юмором улыбнулась.

— Коенджи мог бы дать бой, думаю, но я не могу сказать, насколько хорошо он справится.

Даже спустя столько времени я понятия не имел, каков полный потенциал Коенджи.

— Что ж, в любом случае это хорошо. Это значит, что я уже знаю, что делать с двумя событиями Класса D.

Я кивнул, и Сузуне продолжила рассказывать о своих планах. Только после того, как я ушёл, я вспомнил, что не спросил Сузуне, разговаривали ли они уже с Кушидой. Думаю, на самом деле это была не моя проблема.

.

.

От лица Мисаки Микото

Вечер сменился ночью, Рьюен и я находились в моей комнате, внимательно глядя на человека перед нами.

Мой разум был занят предстоящим экзаменом, организацией событий и оценкой одноклассников. Поэтому, как я и делала раньше, я предоставила Магане полную свободу действий в ответ на любую возможную атаку со стороны Класса A, как она сочтёт нужным.

У меня не было сомнений, что выходка в спортзале была идеей Нао, но когда я попыталась осмотреть оборудование, не нашла ничего, что указывало бы на саботаж. Проверила камеры — ничего. Альберт был первым, кто подошёл к той зоне в тот день. Я даже умудрилась просмотреть записи за предыдущую ночь, и всё равно ничего. Мне хотелось бы верить, что люди в спортзале любили меня больше, чем Нао, и предпочли бы исправить несправедливость, а не помогать моей подруге детства с её тактикой, но я не была настолько наивной.

Затем последовала расплата Магане. Я понимала, почему она нацелилась на Муто, но активировать пожарную сигнализацию в торговом центре и сделать это... Муто повезло отделаться несколькими переломами, учитывая, как она упала.

Ответ Нао не заставил себя ждать. Таким образом, Ишизаки, Комия и Кондо выбыли.

Магане и Рьюен хотели ответить снова, но я положила этому конец после телефонного звонка Сакаянаги. Такими темпами, из-за чрезмерно агрессивной стратегии, которую использовали Нао и Магане, у нас не осталось бы никого для участия в экзамене. Поэтому перемирие до дня событий стало единственным решением, несмотря на то, что могли чувствовать люди в моём классе.

Тем не менее, мы были здесь, глядя на Магане с недоверием и гневом, совсем не по этой причине. Нет, цель этой конфронтации была совершенно иной. Дело было в том, что Магане творила всё, что ей вздумается... снова, полностью игнорируя любые наши предыдущие планы.

Губы Магане изогнулись в злобной улыбке, глаза сузились с намерением.

— Ну, вы собираетесь что-то сказать?

Не в силах постичь решение Магане оставить роль командующего себе вместо того, чтобы передать её Рьюену, он рявкнул голосом, полным недоверия и гнева.

— Ты совсем спятила, дура?! — закричал он. — У нас был договор! План! А ты просто решаешь это по прихоти!

Магане ответила небрежным пожатием плеч, загадочная улыбка играла на её губах.

— Ну, это на самом деле не так уж важно, — парировала она.

— Ты уверена, что хочешь рискнуть исключением? — спросила я.

Она посмотрела на меня, подняв бровь, явно позабавленная.

— Ты говоришь, что мы проиграем, Микото-чан?

— Я спрашиваю, готова ли ты пойти на этот риск, — холодно ответила я.

— Конечно, готова. Я выиграю, — сказала она со сладкой улыбкой.

— И ты откажешься от участия в том событии с детективной загадкой, которое сама создала? — спросил Рьюен. — Ты просто ведёшь себя как капризный ребёнок, Магане. Я возьму роль командующего и буду действовать по плану.

Естественно, как и я, Рьюен беспокоился, что, будучи командующим, Магане повлияет на участников каждого события. Зная Магане, она вполне могла заставить Ибуки заниматься ментальной арифметикой, а Хиёри отправить на карате.

— Ты слишком много волнуешься, Какеру-кун, — Магане пренебрежительно махнула рукой. — Я не буду менять план... сильно.

Я нахмурилась, моё разочарование было очевидным.

— Магане... — произнесла я с предупреждением в голосе.

— Кроме того, — продолжила она. — Если я буду командующим, я смогу более напрямую взаимодействовать с Нао-чан во время события с детективной загадкой. И давайте не будем забывать, я буду в одной комнате с Сакаянаги-чан. Это будет так весело!

Глаза Рьюена пылали смесью ярости и решимости.

— Магане, ты явно не понимаешь значимости этого. Передача роли командующего мне – это логичный выбор!

Взгляд Магане задержался на Рьюене, выражение её лица было непроницаемым.

— О, я понимаю важность Очка Защиты, которое у тебя есть, Какеру-кун, — сказала она голосом с оттенком тайны. — Но поверь мне. Иногда стоит рискнуть.

Моё разочарование усилилось, и я заговорила с ноткой настойчивости.

— Магане, мы усердно работали, чтобы добиться реального сотрудничества в нашем классе, чтобы спланировать и выработать стратегию для этого момента. Не выбрасывай всё это ради личных прихотей.

Улыбка Магане стала шире, в глазах блеснул озорной огонек.

— Ах, но Микото-чан, класс ведь не знает, что мы планировали сделать Какеру-куна командующим, верно? И кто знает? Может быть, моё присутствие в качестве командующего внесёт неожиданный поворот в события, который может сыграть нам на руку~

Раздражение Рьюена росло, в его голосе звучало предупреждение.

— Магане, помни, что нам нужно победить здесь, мы не можем позволить себе терять очки сейчас. Больше нет. И то, что самая нестабильная девчонка в моём классе будет командующим, совсем не обнадеживает.

Выражение лица Магане оставалось невозмутимым, её голос сочился пугающей уверенностью.

— О, Какеру-кун, я очень хорошо знаю, как важна победа. Я просто иду к ней другим путём. Поверь мне, скоро всё станет ясно.

Судя по тому, как она говорила, можно было поверить, что у Магане есть план, но у меня были сомнения: она не из тех, кто строит подобные планы. Она будет искать союзников, которые смогут дать ей желаемое веселье, и позволит им делать работу, а если нет, то она просто... будет действовать.

Итак, если Рьюен и я не были её союзниками в этом, то кто? Это не мог быть никто из нашего класса или Карма. У Кармы, вероятно, было своё представление о том, каков мой план, точно так же, как у Нао и Сакаянаги были свои идеи, но он не мог предсказать прихоти Магане. Это значительно сокращало список кандидатов. У Киётаки не было интереса к этому, и...

В моём сознании возникла догадка.

Я направилась к своему рюкзаку, достала листок с поданными нами событиями и просмотрела правила события, созданного Магане. Мои глаза расширились, когда я осознала.

Мой взгляд переместился на Магане, которая внимательно слушала оскорбления Рьюена с ухмылкой на лице. Заметив мой взгляд, она ухмыльнулась ещё шире.

И всё же мне было интересно...

За какой победой ты гонишься, Магане?

Я видела ситуацию яснее, но всё равно не была согласна, как и Рьюен. Но теперь я понимала: даже если бы мы попытались заменить её на посту командующего, это бы не сработало. Если бы это событие выбрали, Магане была бы судьей, присяжным и палачом.

Жребий был брошен в тот момент, когда я позволила Магане включить это событие в список.

После того как Магане и Рьюен ушли, напряжение осталось, но одна уверенность нависла надо мной.

Я не могла довольствоваться руководством классом и наличием друзей в клубе лёгкой атлетики.

Мне нужна была настоящая сеть по всей школе, как у Нао и Кармы.

Мне нужно было влияние.

.

.

От лица Акабане Кармы

Комната Ичиносе была залита мягким светом вечернего солнца, придававшем уютному пространству тёплый оттенок. Почему-то в её комнате всегда было это гостеприимное и домашнее чувство.

Ичиносе расхаживала взад-вперед по комнате, пока я сидел на полу у кровати. Мы ждали прихода Юки, так как Ичиносе хотела, чтобы мы снова стали друзьями, и, к моему большому огорчению, её решением было поместить меня и Юки в одно место и заставить нас разговаривать. Поэтому Юки не знала, что я здесь.

Когда раздался звонок, Ичиносе бросилась к двери, исчезая из моего поля зрения. Дверь со скрипом открылась, и я услышал звуки разговора. Через несколько мгновений Юки вошла в комнату, и я поднял руку в знак приветствия. Её глаза расширились от удивления, и она немедленно развернулась, чтобы отступить. Однако, прежде чем она успела сбежать, Ичиносе шагнула вперёд, преграждая ей путь.

— Юки-сан, я рада, что ты пришла, — сказала Ичиносе с нежной улыбкой.

— Что это значит, Хонами?

— Я думаю, ты очень хорошо понимаешь, Юки-сан. Этот разговор откладывался слишком долго, — заметила Ичиносе, жестом приглашая Юки войти и занять место передо мной.

Глаза Юки бегали между Ичиносе и мной, на её лице читалась неуверенность. Она колебалась мгновение, прежде чем неохотно села, держась на осторожном расстоянии от меня. Было ясно, что она опасается меня, находясь настороже.

Ичиносе глубоко вздохнула, её голос был мягким, но решительным.

— Карма-кун рассказал мне о причинах ваших... разногласий. И я могу понять, почему ты чувствуешь себя уязвленной, Юки-сан. Но это не здорово ни для кого из вас, ни для нашего класса. Экзамен приближается, и вам двоим пора помириться.

Юки избегала взгляда Ичиносе.

— Я не знаю, о чём ты говоришь, я не ненавижу Карму. Если уж на то пошло, тебе следовало бы провести этот разговор со всеми остальными идиотами в нашем классе.

Ичиносе повернулась ко мне.

— Карма, ты не хочешь что-нибудь сказать Юки-сан?

Я не особо горел желанием делать это, но мог подыграть Ичиносе.

— Прости, Юки. Мне следовало поговорить с тобой о деньгах и, ну... проинформировать тебя о моих планах насчёт классного голосования...

Юки фыркнула.

— Ты думаешь, это причина, по которой я избегала тебя?

— А разве нет? Я имею в виду, я знаю, что вёл себя как настоящий мудак, но...

— Дело не в этом, Карма, — снова перебила меня Юки. — Дело в... — она опустила взгляд. — В том, что ты сделал с Мацуо в тот день в караоке... Это напугало меня, ясно? Я видела тебя злым, видела, как ты срываешься, но... никогда так. Казалось, ты действительно мог навредить кому-то, и я не говорю о какой-то травме. Казалось, ты действительно мог навредить кому-то... словно ты был способен... способен...

— На убийство? — закончил я за неё с кривой улыбкой на лице.

Она медленно кивнула, не отрывая глаз от пола.

— А потом, когда я спросила Чие-сенсея о трёхстах тысячах очков, она объяснила мне, что ты сделал в классе, и история, которую она мне рассказала... она меня совсем не успокоила.

Мой взгляд смягчился, когда я понял, почему Юки на самом деле избегала меня.

— Юки, я... — начал я, подбирая правильные слова. — Я не хотел тебя пугать. Мацуо заслужил это, то, что он сказал... но я понимаю, что это было чересчур.

Глаза Юки впервые встретились с моими, полные смеси страха и тоски.

— Не то чтобы я ненавидела тебя или что-то в этом роде, — сказала она голосом с оттенком уязвимости. — Я знаю, что ты наш лучший шанс попасть в Класс A, и я ценю это. Но нелегко видеть, как мой лучший друг срывается на людей подобным образом.

Я нахмурился, и мои глаза расширились от удивления.

— Лучший друг? — повторил я, в моём голосе звучало недоверие.

Я всегда шутил об этом и о том, что мы с Юки встречаемся, но Юки всегда меня одёргивала, не любя подобные шутки. По правде говоря, в лучшем случае я думал, что Юки видит во мне соучастника преступления, кого-то, кто нужен ей, чтобы возглавить класс и привести нас к вершине.

Юки издала горький смешок, в её глазах читалась печаль.

— Карма, ты единственный, кто был со мной с самого начала, — тихо сказала она голосом, полным привязанности. — Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо другой. Ты знаешь, что я чувствую, находясь в окружении этих святош, — добавила она, бросив игривый взгляд на Ичиносе, которая ухмыльнулась в ответ. — Конечно, ты мой лучший друг, и я никогда раньше не пыталась лезть в твою жизнь... до этого, — она жестом обвела пространство вокруг, имея в виду старшую школу. — Но я думала, ты знаешь, что я здесь, если тебе когда-нибудь понадобится кто-то, кто выслушает.

— Это...

— И я знаю, что слова Мацуо о твоём таланте задели тебя по какой-то причине, и я понятия не имею, почему! Я просто подумала, что ты пугающий, и избегала тебя, а ты ведёшь себя так уверенно и самодовольно, что я никогда не думала... что тебе может быть больно, и я жалею, что не вмешалась в твою жизнь, даже если бы это означало, что ты возненавидишь меня и... о Боже, я такая хреновая подруга! — К этому моменту Юки плакала, её слёзы текли рекой.

Ичиносе начала двигаться к ней, но я оказался быстрее и обнял Юки. Она крепко прижалась ко мне, извиняясь за то, что была ужасным другом. Я посмотрел на Ичиносе, так как понятия не имел, что делать в такой ситуации, и она жестами подбодрила меня поговорить с Юки.

— Юки... эм... я... спасибо тебе, — сумел выдавить я. — Я... я не думаю, что ты была плохим другом, знаешь? Это... ты была единственной, с кем я мог свободно говорить о своих планах и... боже, ты навестила меня в мой день рождения и поздравила! — Я недоверчиво рассмеялся. — Ты знаешь, что ты единственный человек, который когда-либо делал это?

Даже Мацуо-сенсей, всегда такой прилежный, никогда не поздравлял меня с днём рождения. Может, у него были свои причины, но факт оставался фактом... Юки была единственной, кто вызвал у меня улыбку в день, который я обычно презираю.

— Так что... так что не плачь, ладно? Это... это действительно странно.

Юки и даже Ичиносе рассмеялись. Затем Юки вырвалась из моих объятий и игриво ударила меня в плечо.

— Какой же ты идиот! — смеялась она. — Я тут вся в слезах, а ты говоришь мне, что я выгляжу странно.

— Но это же правда.

Она закатила глаза, продолжая вытирать слёзы.

— Вот поэтому у тебя и нет девушки.

— Эй! — запротестовал я в той же шутливой манере. — Она была бы у меня, если бы ты не продолжала мне отказывать.

— Так, Карма, лучше прекращай эти ремарки о том, что мы встречаемся, понял?

Я поднял руки, сдаваясь, с озорным блеском в глазах.

— Ладно, ладно, — усмехнулся я. — Обещаю, больше никаких шуток про свидания. Но не вини меня, если люди всё равно начнут пускать о нас слухи.

— Хорошо, — кивнула Юки. — Я бы предпочла, чтобы у меня был лучший друг... это тот, кто мне нужен.

Нужен?

На мгновение я не смог понять её слова.

Зачем ей нужен лучший друг?

В чём разница с любым другим типом отношений?

Люди используют друг друга ради собственной выгоды. Какими бы ни были мои отношения с Юки, этот факт оставался неизменным.

Так почему она хочет, чтобы именно я был её лучшим другом?

Дело в том, чтобы верить в меня? В достижение Класса A? В доверие к моему суждению?

В чём была бы разница?

В конце концов, я просто Карма...

Я импульсивен и опрометчив. Я хочу преданности, но не люблю ни правил, ни ограничений, и часто нарушаю их, не заботясь о последствиях. Я хочу совершенства. Я склонен к конкуренции. Я ненавижу видеть рыбу крупнее себя. Я не хочу проигрывать, кто вообще хочет проигрывать?

Слабые.

Они довольствуются участием, они сдаются и придумывают оправдания. Они просто счастливы быть там. Быть частью чего-то. Но я этого не хочу.

Я никогда не мог довольствоваться этим.

Я не хочу быть частью чего-то.

Я хочу быть чем-то.

Я не какая-то пешка, не лабораторная крыса, которую отложат в сторону.

Четвёртый из ста?

Какое выдающееся достижение. Я должен гордиться. Позади Демона. Позади Мисс Совершенство. Позади Чародея.

Я мог бы рассмеяться.

Четвёртый в своём поколении?

Как я мог когда-либо довольствоваться этим?

Люди забывают о втором месте, как только вручают награды.

Что происходит с парнем, который даже не может попасть на подиум?

Но в конце концов, я — Карма.

Что я реально могу сделать?

Я пытался, но я нестабилен. Я срываюсь, когда всё идёт не по-моему, и, вероятно, сделаю это снова. Я убил сенсея, потому что запаниковал, и ради чего? Меня бесчисленное количество раз отправляли в изолятор за нарушение границ. Я причинял вред людям, я не тот, на кого можно положиться, не по-настоящему. Так зачем я нужен Юки в качестве лучшего друга? Почему Хонами продолжает быть доброй после того, как я рассказал какую-то глупую историю о своём прошлом?

Я могу быть полезным.

Я могу быть находчивым, но я не...

Надёжный.

Я хочу вашего доверия, вашей преданности для моих целей.

Я этого не заслуживаю.

У меня нет таланта, вот почему слова Мацуо задели меня. У меня нет таланта. Я просто упрямый, я никогда не знаю, когда выбросить полотенце. Я просто...

Я просто...

...Я хотел выжить.

Но в конце концов... я просто Карма.

Я не заслуживаю доброты других.

Мир не таков...

Мои глаза расширились.

В конце концов...

...Ха.

Я издал радостный смешок.

— Не волнуйся, Юки. Я буду рядом, — сказал я так тепло, как только мог, пытаясь передать, насколько я благодарен за её слова. — И если мне это понадобится, я знаю, что ты тоже будешь рядом.

Услышав мои слова, на лице Юки появилась сияющая улыбка.

В конце концов, я всё ещё Карма... да?

Как бы я ни называл то, что преследую, а?

Вот что ты сказал.

Верно?

Цукаса.

Нет цели...

Всё, чего я хочу, — это достичь своих целей, но что потом?..

Разве не это ты говорил?

Киётака.

Тихий смешок сорвался с моих губ.

Почему так происходит...?

...что мне всегда в конечном итоге читаете нотации вы двое?

Ичиносе в восторге захлопала в ладоши, вырывая меня из моих мыслей; в её глазах горел озорной огонёк, а на лице сияла широкая улыбка.

— Ну, теперь, когда мы разрядили обстановку, я думаю, пришло время для нового начала, — заявила она игривым тоном. — Однако, Юки-сан, я должна тебе напомнить: Карма-кун больше не лидер класса, так что он и я – идём в комплекте. — Юки закатила глаза. — А теперь! — Ичиносе протянула руку к центру стола. — Юки-сан, после Кармы-куна ты, вероятно, самая осведомленная, когда дело касается соревнований классов, планирования и исполнения. Мне нужна твоя поддержка сейчас и в будущем.

Юки сделала то же самое, что и Ичиносе, положив свою руку поверх её.

— Она у тебя есть, Хонами.

Ичиносе снова посмотрела на меня.

— А что насчёт тебя, Карма-кун? Мне понадобятся мой туз и спаситель, если я хочу, чтобы наш класс двигался вперёд.

Туз и спаситель?

...Как театрально.

— Ты знаешь, что у тебя есть моя поддержка, Ичиносе, — сказал я, закатывая глаза.

Ичиносе жестом пригласила меня присоединиться к их «башне из рук», и я не смог сдержать смешка.

— Нам что, по семь лет? — засмеялся я.

— Я знаю, что это глупо, — сказала Ичиносе. — Вот почему я хочу, чтобы мы это сделали. Ну так что? Что скажешь? Ты нужен нам, Карма.

Я нужен им, да?

Усмехнувшись, я присоединился, положив руки сверху. Затем Ичиносе прокричала приветствие классу и заключила нас с Юки в объятия.

Комната наполнилась смехом, напряжение сменилось новообретённым теплом и духом товарищества. И Ичиносе купалась в блаженстве от того, что мы с Юки помирились. Полагаю, план шёл как по маслу.

Я не мог не почувствовать некоторую гордость, когда на моём лице появилась искренняя улыбка. Мне действительно не терпелось увидеть потенциал Хонами.