Лживые монстры

От лица Акабане Кармы

Около полуночи я проснулся и медленно выбрался из нашего лагеря, стараясь никого не разбудить. Конечно, она была единственной, кто заметил меня и последовал за мной.

Я решил пока оставить её в покое. Ранее я был вынужден объяснить часть своего плана другим лидерам, но они обещали никому не рассказывать. Так что остальные одноклассники останутся в неведении. Чем меньше людей знает, тем лучше. Это был момент, который мне пришлось прояснить и Ичиносе, и Мацуо: дело не в доверии, а в том, чтобы давать информацию тем, кому она нужна, и никому больше.

Я поднялся на гору острова к точке, которую отметил ранее, когда искал места. Мы, очевидно, нашли хижину и башню и заняли их, но после этого поискали ещё, чтобы проверить, есть ли другие точки. Мы нашли несколько мест, похожих на точки, но видимого механизма не было, так что на тот день мы оставили это и вернулись в лагерь, чтобы убедиться, что не опоздаем на перекличку. Разумеется, я незаметно пометил некоторые из них, чтобы обязательно вернуться позже и легко их узнать.

Мой сталкер всё ещё следовал за мной, но я не стал её окликать. Я хотел сначала кое-что проверить.

Придя на одно из тех мест, я увидел человека, с которым собирался встретиться. Мы никак не разговаривали и не отправляли друг другу сообщений, но так как наши интересы пересекаются, я был уверен, что она найдёт хотя бы одну из моих меток и будет ждать встречи со мной.

Я встал рядом с ней.

Она прислонилась к дереву, глядя на пейзаж. С этой высоты можно было ясно видеть часть острова, океан и ночное небо. Небо было даже более потрясающим, чем вчера, что вполне логично — световое загрязнение здесь было почти нулевым. На горизонте можно было даже разглядеть круизный лайнер; от него исходили какие-то огни, но по большей части он был в темноте.

Глядя на гигантский корабль, скрытый во тьме, я вспомнил те лавкрафтовские легенды, которые читал в том месте. Спящий монстр, чьё пробуждение уничтожит тебя.

— Будем надеяться, что наш монстр останется сонным... — пробормотал я в ночи, вспоминая вчерашний разговор на той скамейке.

Я думал, мои слова улетели по ветру, но Нао повернулась ко мне, спрашивая, сказал ли я что-то.

— Ничего важного, просто мысли вслух.

Она кивнула и снова повернулась к пейзажу.

— Как долго она там пробудет? — спросила она.

Значит, тест провалился, да? Что ж, теперь ей нет смысла прятаться.

— Можешь выходить, Шинобу, — обратился я к ней.

Позади нас Шинобу вышла из укрытия и присоединилась к нам. С вечной улыбкой на лице, она не казалась встревоженной тем, что её обнаружили. На самом деле, выглядело даже так, будто она этого ожидала. Обычно я не мог уловить эти тонкие нюансы на её лице, но после той ночи, когда она чуть не ударила меня ножом, мне становится всё легче и легче её читать.

— Интересная у вас встреча, — первой нарушила молчание она.

— Это было ожидаемо, наши интересы сходятся, — сказал я ей с улыбкой, её же улыбка не дрогнула.

Это всегда меня впечатляло. Даже при том, что она меня ненавидела, она была способна разговаривать со мной так, словно я её лучший друг.

— Что тебе нужно, Карма? — спросила Нао.

— О, ты не попытаешься торговаться? — поинтересовался я, и моя улыбка превратилась в ухмылку.

— О чём тут торговаться? Тебе нужны товары, и я готова предоставить тебе товаров на 270 очков. Без каких-либо обязательств.

— Значит, ты действительно собираешься саботировать свой класс, — утвердительно сказал я.

Она пожала плечами.

— Кацураги – помеха. Лидера я тебе, впрочем, не выдам. Ты уже знаешь, кто это, и если ошибёшься – это твоя проблема.

— Но если Кацураги-кун – помеха для вашего класса, зачем нам помогать тебе? — спросила Шинобу.

При нормальных обстоятельствах я бы с ней согласился. Однако мне нужны были очки Нао, чтобы осуществить свой план.

— Так уж вышло, что мы нужны друг другу для достижения наших целей, — ответила Нао.

Это было правдой, я думал о том, чтобы обратиться к Классу C, но Рьюен не пошёл бы мне навстречу, а мои отношения с Микото были не в лучшем состоянии. И несмотря на наш альянс, Класс D был не вариантом. Даже если бы я покрыл услугу, которую задолжал мне Киётака, его класс вцепился бы в эти очки, как стервятники в мертвечину. Кроме того, это скомпрометировало бы наш альянс с Классом D.

— Я понимаю, — сказал я. — На данный момент нам нужны ещё две палатки, туалет, душ и что-нибудь поесть. Я проверю, что ещё нам нужно, и вернусь к тебе завтра... Или, возможно, я просто отправлю Шинобу в качестве представителя.

— Думаю, ты ошибаешься, Карма-кун, — сладко произнесла Шинобу, поднимая палец. — Я не твой курьер.

— Возможно, нет, но здесь твоя ловкость весьма полезна, так что ты будешь лучшим выбором.

По правде говоря, я просто хотел избежать хлопот с хождением туда-сюда ради покупок. Меня больше заботил поиск новых точек.

Шинобу не выглядела довольной, но не ответила. Отлично, одно дело сделано.

— Ну тогда я позабочусь, чтобы это доставили в ваш лагерь до переклички.

— У тебя не будет проблем с тем, что Кацураги узнает об этом, верно?

— Нет, Машима-сенсей сделает так, что все подумают, будто у нас всё ещё 270 очков.

— Ты продолжаешь говорить «270 очков», как это возможно? В смысле, разве вы не потратили ни единого очка? — Шинобу сняла вопрос у меня с языка.

— Интересно, — ответила Нао с самодовольной улыбкой. — Я просто играю роль кассира. Все остальные вещи, которые происходят на этом экзамене, меня не касаются.

Она выпрямилась и потянулась. Я сдержал желание отметить, как она перерастает метр семьдесят, когда делает это.

— В любом случае, нам пора, я бы хотела немного поспать, — сказала она, уставившись на меня, словно читая мои мысли. Я ухмыльнулся ей, и она издала «Тц», прежде чем уйти.

Возвращаясь в лагерь, я думал о том, что у класса Нао всё ещё те же очки, с которыми они начали. Возможно, Кацураги придерживается той же стратегии, что и я? Если так, то единственный класс, с которым они могут работать, — это Класс C. Возможно, он заключил какое-то соглашение с Рьюеном. И каковы были условия, если он это сделал? В отличие от меня и Нао, интересы Кацураги и Рьюена не совпадали, поэтому для достижения соглашения должны были состояться переговоры.

Придётся завтра проверить Класс C. Ну, или отправить группу проверить их. Моим собственным приоритетом были точки.

***

От лица Томори Нао

Как только я убедилась, что Карма и Шинобу остались позади и нет риска, что кто-то из них подслушает, я остановилась и повернулась.

Я заметила присутствие сразу после того, как Кочо раскрыла себя. После того как она это сделала, моё ощущение, что за мной наблюдают, никуда не делось. Сначала я не могла сказать, кем было это присутствие, но убедившись, что Карма его не заметил, круг возможностей личности этого человека значительно сузился. Оценив всех первогодок, я была уверена, что только трое — не считая меня — могли скрыть своё присутствие от Кармы.

— Можешь выходить, — сказала я с самодовольной улыбкой, уверенная, что человек не ожидал быть замеченным.

Однако моя самодовольная улыбка полностью исчезла, когда человек вышел из кустов.

— Ки-Киётака? — Я была в шоке.

Неужели я только что заметила присутствие Киётаки, когда он прятался? Даже если наблюдение и сбор информации были моей специальностью, я сомневалась, что смогла бы просто так заметить присутствие Киётаки. Был ли он неосторожен? Нет, это было бы не похоже на него...

— Добрый вечер, Нао, — просто сказал он.

Я лишь стояла в замешательстве. Вопросы копились в моей голове. Если бы это были те двое других, я бы знала, как именно действовать, но с Киётакой?

Я позволила присутствию услышать мой разговор с Кармой и Кочо, думая, что это будет Микото или Чикуджоин, с ними я могла справиться, поэтому не придала значения возможности, что они подслушивают. Но теперь я дала Киётаке всю информацию; я отдала ему все карты из-за предположения, которое сделала!

— Не волнуйся, Нао. Я не собираюсь продавать тебя Кацураги.

— А?

— Твоё выражение лица говорит само за себя, не нужно быть гением, чтобы заметить твои страхи.

— ...Я-я понимаю... — Я тяжело сглотнула. Моя уверенность заставила меня совершить ошибку, и притом перед Шедевром. — И... Что ты планируешь делать?

— Ты звучишь обречённо.

— А чего ты ожидал? Я буквально в твоей власти.

— Тебе не стоит беспокоиться, Нао. Мне просто нужен лидер Класса A. Я видел сцену, которую Кацураги и Яхико устроили в лагере Класса B, поэтому я хотел бы, чтобы ты сказала мне, верны ли мои подозрения.

А? И это всё? Он не собирался воспользоваться этим?

— Е-если, — я на мгновение замолчала и покачала головой, чтобы прийти в себя. Заикаюсь? Это не я. Передо мной был Киётака, а не какой-то инструктор из Белой Комнаты. — Если ты видел сцену, то ты должен знать, кто лидер. Ты ведь читал отчёты, которые я делала?

Он кивнул и секунду обдумывал мои слова, прежде чем посмотреть мне прямо в глаза.

— Да. Твои отчёты. Знаешь, я нашёл их довольно любопытными. Хоть они и были весьма полезными, а некоторые из них – как у Кочо – довольно полными, при их чтении... У меня возникло такое чувство, будто это просто не то, что сделала бы ты.

Я застыла ещё сильнее. Он заметил? О чём я думаю? Конечно, он заметил, это же Киётака. Он был бы единственным, кто увидел бы несовершенство в отчётах, которые я им передала. Микото, Сакаянаги, даже Карма не заметили бы, но он...

Я вздохнула.

— Как ты заметил? — Я знала, в чём были несовершенства каждого отчёта, но хотела знать, что заставило его это увидеть.

— Файл Сакуры Айри был особенно поверхностным. Именно это вызвало у меня подозрения. Сначала я просто подумал, что ты уделяла меньше внимания наименее интересным ученикам. Но я просто подумал, что это не твой метод работы. Ты бы никогда не сделала что-то поверхностное или поспешное. Нет, если бы ты действительно оценивала Сакуру и знала, что её очки фальшивые, ты бы копнула глубже...

— ...и обнаружила бы, что на самом деле она идол Шизуку, ха!

Я посмеялась над собой, и как только мой смех собирался перерасти в истерический, взгляд Киётаки заставил меня полностью замолчать.

— Устрани Кацураги, — сказал он, как будто я не была на грани срыва секунду назад. — Тебе не нужно знать, почему падение Кацураги интересует меня. Ты можешь продолжать свой альянс с Кармой. Полагаю, ты уже обнаружила несколько точек...

Я кивнула.

— Две, и есть ещё две, которые похожи на точки... Мне нужно найти механизмы, правда.

— Хорошо. Ты планируешь уйти на третий или четвёртый день?

— Четвёртый, — слабо ответила я.

Это было жалко. Я была жалкой. Я пятая в своём поколении. Я не должна быть жалкой. Я могла бы уничтожить девяносто процентов своего потока одной публикацией на школьном форуме.

— Понятно. Тогда я хочу, чтобы ты кое-что сделала для меня после этого...

С каждым словом, слетавшим с губ Киётаки, мои кулаки сжимались всё сильнее и сильнее. Я прекрасно понимала, что он заметил, но мне было всё равно.

Сакаянаги и Киётака видят во мне пешку? Слона? Тогда ладно. Я стану той, кто управляет умами и нравами людей. Я покажу им, во что верить.

***

От лица Аянокоджи Киётаки

Возвращаясь в лагерь после разговора с Нао, я чувствовал себя немного виноватым перед ней. Я надавил на неё, чтобы заставить делать так, как я хотел. Было очевидно, что она не будет рассматривать меня как возможное присутствие, и зная, какой эффект произведёт моё появление, я позволил обнаружить себя.

Я бы на самом деле ничего ей не сделал, если бы она не подчинилась, но ей не нужно было этого знать.

Её отношение, когда я объяснял ей, как действовать начиная с четвёртого дня, немного меня обеспокоило. Однако, в отличие от Микото или Кармы, она была не из тех, кто делает что-то безрассудное. Если гнев заставит её что-то сделать, она спланирует это тщательно, так что немедленной проблемы на этом фронте не было.

Когда я собирался направиться к сумкам, я заметил кого-то, сидящего перед потухшим костром. Заинтересовавшись, я приблизился к фигуре, в которой смог опознать Хирату.

Это определённо удивило меня. Я ожидал бы кого-то вроде Хорикиты или даже Кушиды. Последняя стала в какой-то мере близка со мной, так как время от времени приходила ко мне в комнату и говорила о своих проблемах; в основном это было что-то неважное и касалось её группы друзей. Тем не менее, от неё всегда исходило ощущение, что она хочет поговорить о чём-то другом. О какой-то более серьёзной проблеме. Впрочем, я не спрашивал её об этом. Ей решать, рассказывать мне или нет.

— Не спится? — спросил я, садясь рядом с Хиратой.

— А? Аянокоджи-кун? Где ты был? Я волновался, когда проснулся и не увидел тебя в палатке.

Так вот в чём дело. Это было в его духе — не спать допоздна, беспокоясь об однокласснике. Мы не были особенно близки, но для Хираты это не имело значения, он бы одинаково волновался за всех своих одноклассников, а может быть, даже за людей из других классов.

— Я был в туалете.

— Хе-хе. Понятно. Значит, я волновался зря...

Мы помолчали несколько минут, глаза Хираты были прикованы к кострищу, он выглядел погружённым в свои мысли.

— Что-то ещё, Хирата?

— Я... я просто думаю, как пройдёт этот экзамен.

— Я уверен, мы получим хороший результат. С тобой и Мацушитой во главе нам не о чем беспокоиться.

— Тогда, думаю, тебе стоит включить и Хорикиту-сан... И тебя, конечно.

— Меня?

Он кивнул и повернулся ко мне с мягкой улыбкой.

— Возможно, ты этого не осознаёшь, но большинство наших одноклассников относятся к тебе с большим уважением.

В это мне верилось с трудом, я на самом деле не сделал ничего, чтобы выделиться... По крайней мере, публично.

— Ты уверен, что не неправильно их понял?

Он немного хихикнул и покачал головой.

— Нет, все знают, как ты помог Мацушите-сан и Хориките-сан во время промежуточных экзаменов и в случае с Судо-куном. И повышение оценок Хасебе-сан, Мияке-куна и Сакуры-сан во время финальных экзаменов не осталось незамеченным. Ты был их репетитором, верно? Твои баллы на финальных экзаменах тоже были впечатляющими, лично я нашёл экзамены довольно сложными.

Я кивнул. Полагаю, репетиторство с этими тремя на самом деле не было хорошим решением с моей стороны. Тем не менее, мне было невозможно отказать в просьбе Харуки, я просто не мог проигнорировать предложение о мороженом в течение месяца, которое она выложила на стол. Я сделал немного переусердствовал на промежуточных, и мой самый низкий балл был 84, поэтому Харука и обратилась с просьбой.

Конечно, после репетиторства с Харукой, Акито и Сакурой было бы странно, если бы я получил меньше, чем они, поэтому на финальных я тоже нацелился на баллы от 80 до 90.

— И всё же, я думаю, мои баллы были нормальными, репетиторство позволило мне больше повторить материал, так что результат был ожидаем.

— Полагаю, ты прав.

— Если ты не против вопроса, что ты имеешь в виду, когда говоришь, что я помог Мацушите и Хориките?

— О, это? Ну, твоя идея во время промежуточных. И все знают, что ты был вовлечён в план по спасению Судо-куна. Даже если никто не знает, что именно сделали ты, Мацушита-сан и Хорикита-сан. Среди наших одноклассников ходит много теорий об этом.

— И что говорят эти теории?

— Ну, я не думаю, что тебе стоит обращать на них внимание. Некоторые теории вполне логичны, а другие совершенно безумны.

— Правда? Насколько безумны?

— Да, например, теория Сотомуры-куна. Он утверждает, что существовал мастер-план, разработанный тобой и Кармой-куном, чтобы полностью сокрушить Класс C, но вы проявили милосердие из-за Мисаки-сан.

Я посмотрел на Хирату; как Сотомура мог придумать что-то подобное? Всё происходило не так, фактор Кармы был для нас совершенно неожиданным.

— Что заставляет его так говорить?

— Твои отношения с ними обоими. Видимо, он видел, как ты ел в ресторане в первый учебный день с Томори-сан из Класса A, и подумал, что вы четверо – какие-то гении, планирующие захватить школу.

— Понятно. Ты прав, Хирата, эти теории нелепы. Правда менее захватывающая. Всё просто пошло так, как планировали Мацушита и Хорикита. Я просто делал то, что мне говорили.

— Ну, даже если я считаю, что теория Сотомуры-куна переходит границы, я определённо думаю, что ты не просто второй номер. Вполне возможно, ты кто-то невероятный.

Тишина снова окутала нас. На этот раз она длилась дольше, мы оба смотрели на пламя, которого там не было.

Я не кто-то особенный или невероятный, как ты думаешь, Хирата. Некоторые вещи, которые я сделал, чтобы выжить, определённо лишили бы такую добрую душу, как ты, сна по ночам.

Я удержался от того, чтобы произнести эти слова.

У меня не было причин говорить ему это. При нынешнем положении дел этот экзамен лишь раскроет меня перед всеми. Я оставил Цукасу в том месте, чтобы жить мирной, бессобытийной жизнью, но я слишком сильно вовлёкся.

Мало того, что мне нужно беспокоиться о присмотре за этой троицей, так ещё и ученик здесь знает о Белой Комнате, и мне придётся рано или поздно с этим разобраться.

Попытки того человека забрать меня из школы также могут возникнуть в будущем.

Если и нужно отдать должное Мацушите, так это за то, что её мягкий и пассивный подход к тому, чтобы заставить меня помогать классу подняться, сработал безупречно. И тот факт, что я честно наслаждался разговорами с ней, сильно этому помог.

Хирата встал и стряхнул грязь с одежды.

— Что ж, нам пора возвращаться спать. Завтра, нет... Эта неделя будет насыщенной, так что нам нужно хорошенько отдохнуть.

— Иди, — сказал я ему. — Я хочу побыть здесь ещё немного.

— Хорошо тогда, но не задерживайся, уже поздно.

Я кивнул на его слова, и с мягкой улыбкой он вернулся в палатку.

Я подождал несколько минут, прежде чем встать и подойти к сумкам. Взяв сумку Ибуки, я начал изучать содержимое.

Глядя на камеру, я вздохнул.

Прости, Хирата, я хотел бы быть как ты, нежной и заботливой душой, но это невозможно. Как тот огонь, на который мы смотрели, моя человечность осталась в прошлом.

Да буду я на небесах за полчаса до того, как дьявол узнает, что я мёртв.