Обеденный перерыв

От лица Томори Нао

Шоу продолжалось.

Неважно, были ли травмы или отсутствующие. Их просто дисквалифицировали, лишая возможности заработать очки. Правила были ясны.

И так гонки следовали одна за другой по той же схеме, что присутствовала с самого начала фестиваля. Единственная разница заключалась в том, что травмированные, такие как Мацуо, Киношита или Химено, не бежали.

В своём забеге я снова заняла второе место после Кочо. Те немногие очки, что я теряла в гонках против неё, должны быть в какой-то степени важны для определения итогового рейтинга нашей параллели. Не потому, что Класс B получал эти несколько лишних очков, а потому, что Класс A их терял.

Мне особо нечего сказать о забегах Кармы и Микото. Первый занял второе место, а вторая снова победила с разгромным счётом. У неё весь день было раздражённое лицо, но я полагаю, это было связано с тем, что у неё вообще не было конкуренции. Возможно, она ожидала, что будет бегать против кого-то из своих подруг из клуба лёгкой атлетики или чего-то подобного.

Что касается Киётаки, он снова занял второе место. Потому что, в отличие от меня или Кармы, которые сдерживались из-за распределения очков, он просто не мог удержаться; он просто оглядывался по сторонам, словно гулял по парку, подмечая позиции каждого. Несмотря на соперничество с Коенджи, он совсем не воспринимал их соревнование всерьёз. После забега Киётаки Коенджи просто ушёл, наградив его недовольным выражением лица, явно раздосадованный отсутствием серьёзности у Киётаки.

Хмпф.

Я знала, что Киётака не обратил внимания на взгляд Коенджи, но мне это принесло некоторое удовлетворение. Я немного потеряла бдительность некоторое время назад и была встречена свирепым взглядом. Ну, не все ученики из Белой комнаты способны бить олимпийские или японские рекорды. Насколько мне было известно, Киётака, Цукаса и Микото были единственными, кто побил какие-то рекорды в спорте.

В любом случае, после бега на 200 метров был пятидесятиминутный перерыв.

Ученики могли делать всё, что хотели во время обеденного перерыва, и пока одни обедали в столовой как обычно, другие ели в специально отведённом месте на поле.

Фестиваль предоставлял больше возможностей поесть вместе со старшеклассниками, независимо от пола. И я собиралась воспользоваться этой возможностью по полной.

Лучшим была гора бенто, предоставленных для фестиваля. Еда была приготовлена не в школьной столовой, это был высококачественный кейтеринг, доставленный из-за пределов кампуса. Только один вид обеда был бесплатным, поэтому почти все выбрали этот вариант. Очевидно, я не была среди них. Я купила самый дорогой бенто, который там был.

В конце концов, мне нужно было использовать ресурсы, которые дал мне Карма для осуществления его плана.

Однако некоторые ученики покидали поле, не притронувшись к своим ланч-боксам. Среди них я заметила Ичиносе и Канзаки, которые последовали за Хошиномией-сенсеем с поля.

Я не смогла сдержать улыбку. Приятно, когда всё идёт по твоему плану.

Я подобрала один из брошенных ланч-боксов и села к Нагумо Мияби и его друзьям, которые спокойно ели в отведённой зоне.

Мгновенно все разговоры прекратились, и все посмотрели на меня так, будто меня здесь быть не должно.

Я наклонила голову и посмотрела на них в замешательстве, словно не могла понять, почему они прервали свои оживлённые беседы.

— Что такое, семпаи? У меня что-то на лице?

Нагумо, сидевший прямо рядом со мной, первым вышел из ступора и улыбнулся.

— Вовсе нет, Нао. Ты выглядишь мило, как всегда. Могу я спросить, почему ты здесь?

Я захихикала и по-доброму улыбнулась ему.

— Я хотела поесть со своим любимым семпаем, — утвердительно сказала я, прежде чем сжаться. — Это неправильно? — спросила я тихим голосом.

Нагумо покачал головой, на его лице была привычная улыбка.

— Тебе здесь более чем рады, Нао.

— Ты уверен? Друзья Нагумо-семпая смотрят на меня волком.

Он бросил взгляд на других старшеклассников, обедающих здесь, и они быстро начали извиняться и заявлять, что мне здесь рады и я могу оставаться столько, сколько захочу.

Я улыбнулась и поблагодарила их за щедрость. Открыв один из своих ланч-боксов, я начала есть.

— Приятного аппетита! — заявила я с довольной улыбкой.

— Ты собираешься съесть всё это, Нао-чан? — спросила меня Назуна.

Я радостно кивнула и подняла палочки для еды.

— Обед – самый важный приём пищи за день, поэтому очень важно хорошо поесть, — заявила я безапелляционно.

— Разве это не завтрак? — в замешательстве спросил Микитани.

— Мм. Завтрак тоже, — сказала я.

— Как два приёма пищи могут быть самыми важными? — снова спросил Микитани.

— Просто потому что, — ответила я.

Все посмотрели на меня, сбитые с толку моим совершенно нелогичным ответом.

Нагумо усмехнулся.

— Да ладно тебе, Нао. Не нужно прикидываться дурочкой, мы все знаем, насколько ты умна. Но скажи мне, ты ведь пришла сюда не просто для того, чтобы поговорить о том, какой приём пищи самый важный за день, верно?

— Зачем я пришла сюда? — пробормотала я, проглотив кусочек обеда. — Ну, я просто хотела провести обеденный перерыв со своим любимым семпаем! — сказала я ещё раз с радостной улыбкой на лице.

Он поднял руку и погладил меня по голове. Несмотря на желание ударить его по лицу, я сохранила радостный вид и захихикала, притворяясь, что мне это нравится.

— Нао~ Какой у тебя скрытый мотив?

— Хмм. Раз Нагумо-семпай так любопытен, полагаю, я могу сказать ему... Это насчёт студсовета.

— Студсовет? — сказал он с ухмылкой. — Ты приняла решение по моему предложению?

Я съела ещё кусочек и многократно кивнула.

— Мм. Я с радостью приму...

— Это замечательно, Нао. Мне приятно слышать...

— Я с радостью приму, если Нагумо-семпай предложит мне пост вице-президента, — продолжила я.

— Эй! Не забегай вперёд, эта должность уже занята, — воскликнул Микитани.

— Конечно, занята, Микитани-семпай. Нагумо-семпай – нынешний вице-президент. Я хочу стать его преемницей.

— Это любопытная просьба, Нао. Ты ведь знаешь, что эта должность была обещана Кирияме.

Я пожала плечами и продолжила есть.

— Это ничего не значит. В любом случае, зачем тебе отдавать пост вице-президента Кирияме-семпаю? Он хочет превзойти тебя, ты же знаешь?

Нагумо нахмурился.

— Это естественно для Кириямы-куна хотеть превзойти нас, Нао-чан. Мы же Класс A, в конце концов, — сказала Назуна.

Я покачала головой, открывая второй ланч-бокс.

— Я не имела в виду ваш класс, Назуна-семпай~. Я имела в виду Нагумо-семпая. Разве вы не видите это по фестивалю? У вас проблемы с Классом B, верно? — спросила я самым невинным и милым тоном, на который была способна.

Пока они обдумывали мои слова, я продолжала есть свой второй ланч-бокс. Несмотря на то, что он был бесплатным, он всё равно был лучше того, что продавали в столовой. В нём не было ничего исключительного, но он был приготовлен с такой заботой, что не мог не понравиться. Полагаю, это было естественно, раз они пригласили элитного шеф-повара по имени Юкихира Джоичиро, чтобы позаботиться об обедах.

Хмм. Я хорошо поступила, не отравив их. Было бы кощунством сделать такое с бенто Юкихиры-сана.

— Это правда, что я не ожидал, что Класс B будет выступать так хорошо, но это во многом связано с Кирюин.

— Верно, Нагумо-семпай. Ты совершенно прав. Но как думаешь, почему Фука-семпай вносит вклад в свой класс? Откуда у Класса B в одночасье взялось столько рвения?

Нагумо внимательно изучал меня и каждое моё слово. Если бы я была милой девушкой, я бы подумала, что он смотрит на меня похотливо.

Было ясно, что мои слова дали ему много пищи для размышлений. Я не должна была знать о его пари с Кармой, так как это дело студсовета. Может быть, он подозревал, что я узнала о пари или Карма рассказал мне, но он не мог просто спросить об этом. Для него всё ещё существовала вероятность, что я не знаю об этом, поэтому признание существования пари не было вариантом. Мои слова также должны были направить его на верный путь, и если он придёт к очевидному выводу сам, то это хорошо. Я не хотела давать больше информации.

План Кармы сослужил мне хорошую службу. Я хотела войти в студенческий совет, но простой должности секретаря было недостаточно. Это была хорошая позиция, чтобы иметь власть, оставаясь незаметной и собирая информацию со всех углов, но это у меня уже было.

Однако вице-президентство дало бы мне доступ к совершенно новому уровню информации, который я не могла получить сейчас... Ну, по крайней мере, легальными средствами. Это также дало бы мне положение равной или даже большей важности, чем у Кармы, который в настоящее время был казначеем.

Тем не менее, Кирияма стоял на пути. И как раз когда я думала, как разобраться с ним, появился Карма с таким чудесным предложением. Он просто хотел поиграть с Нагумо, и поскольку он слишком сильно привязался к Хориките Манабу, он не думал на долгосрочную перспективу. По крайней мере, не так, как я. Его должности казначея ничего не угрожало из-за политики Нагумо принимать всех.

Мне просто нужно было, чтобы Нагумо подумал, что Кирияма и Класс B являются источником раздора на его параллели. Уберёт ли он Кирияму из своего студенческого совета или даст ему меньшую роль — мне было всё равно, лишь бы я получила пост вице-президента. Это также был способ подготовить почву для выборов в следующем году. Я могла бы выступить против Нагумо на выборах в этом году, и я бы, вероятно, победила, даже если бы у него были студенты второго года обучения; мне просто нужно было сплотить всех первокурсников вокруг себя. Он стал причиной нескольких исключений на своём потоке, так что нас было больше. Проблема с этим заключалась в том, что Нагумо определил бы меня как врага, и мне пришлось бы иметь с ним дело целый год или исключить его, а это хлопотно. Сакаянаги было более чем достаточно.

Лучшим вариантом было быть на его хорошей стороне. Нахождение на хорошей стороне кого-то столь амбициозного, как Нагумо, действительно могло облегчить жизнь. Его идеология была неактуальна, конечно.

— Фука? — спросила Назуна. — Ты близка с Кирюин-сан?

— Естественно, Назуна-семпай. Я друг для всех! — воскликнула я, радостно поднимая руки в воздух.

— Это довольно громкое заявление, я был бы признателен, если бы ты не включала меня в него, — сказал Микитани. — Кроме того, что это за обвинения?! Мы просто делаем всё возможное, а Кирюин всегда делает всё по прихоти.

Да, меня бы удивило, если бы Микитани знал что-либо о заключённых сделках.

— Ээээ? Но Микитани-семпай~ — проплакала я, надув губы.

— Ну-ну, Микитани, не будь таким, Нао просто пытается быть полезной, — сказал Нагумо и затем повернулся ко мне. — Спасибо за информацию, Нао. Я приму это к сведению. Ничего, если я дам тебе ответ в конце фестиваля?

Я радостно кивнула и удалилась, закончив свои бенто. Он согласится, я не сомневалась в этом.

Что ж, фестиваль ещё не закончился. Вторая половина скоро начнётся, слишком рано расслабляться.

***

От лица Ичиносе Хонами

С наступлением перерыва утренняя половина спортивного фестиваля подошла к концу, и наш класс застрял в наихудшем возможном положении.

Чтобы проанализировать нашу ситуацию, я решила пообедать с Рюджи-куном, Шинобу-сан и Эйичиро-куном.

Однако, как только мы собрались приступить к нашим обедам, прибыла Чие-сенсей.

— Хонами-чан! Рюджи-кун! Яхалло! — поприветствовала она.

— Чие-сенсей? Здравствуйте, что-то случилось? — спросила я.

Она мило хихикнула.

— Ну, полагаю, это зависит от вашего определения «случилось». Но я бы хотела, чтобы ты с Рюджи-куном прошли в медкабинет.

Мы с Рюджи-куном переглянулись, прежде чем встать, и, успокоив Эйичиро-куна и Шинобу-сан, последовали за Чие-сенсеем в медкабинет. Мне это показалось странным, так как на поле был доступен пункт скорой помощи, но, возможно, травма Юки-чан ухудшилась.

Когда мы прибыли в лазарет, я увидела, что здесь уже собралась довольно любопытная комбинация людей. Юки-чан сидела на одной из коек с раздражённым выражением лица, в то время как Киношита-сан лежала на койке напротив Юки-чан. Сакагами-сенсей и Рьюен-кун стояли рядом с ней.

— Киношита-сан упала во время бега с препятствиями этим утром. Вы помните это, Хонами-чан, Рюджи-кун? — спросила нас Чие-сенсей.

— Конечно, на бревне, как и все остальные, — сказал Рюджи-кун.

— Что ж, Киношита-сан получила серьёзную травму, и она заявляет, что Юки-чан воспользовалась неразберихой, чтобы умышленно травмировать её.

Мы тут же повернулись, чтобы посмотреть на Юки-чан.

— Почему вы так на меня смотрите? Это очевидная ложь, Киношита-сан сделала это сама с собой.

Замечательно, ещё одна сложная ситуация. Интересно, могут ли дела на этом фестивале пойти ещё хуже, но учитывая, что нам придётся иметь дело с Рьюеном-куном, чтобы решить этот вопрос, дела несомненно станут хуже.

Рьюен-кун фыркнул.

— Что ты несёшь, Химено? Ты явно метила в Киношиту. Ты провоцировала её с самого начала фестиваля, — сказал он.

— Мы уже проверили видеозапись; определённо похоже, что Химено целилась в ногу Киношиты, — сказал Сакагами-сенсей.

— То, что это кажется таковым, не означает, что так и было, — заявил Рюджи-кун. — И у Юки тоже травма от того падения. Они обе отсутствовали на соревнованиях с момента инцидента.

— Действительно, медсестра осмотрела обе травмы и пришла к выводу, что травма Химено была спровоцирована её падением. Однако травма Киношиты была вызвана тем, что кто-то ударил её по ноге со злым умыслом, — заявил Сакагами-сенсей.

— Ну, она лжёт, — агрессивно сказала Юки-чан. — Если кто-то и сломал ей ногу, то это не я.

— Мы верим тебе, Юки-чан. Проблема в том, что у нас пока нет доказательств.

— То, что говорит Хонами-чан, правда, — сказала Чие-сенсей. — Все улики подтверждают версию Киношиты-сан, и поскольку это серьёзное дело, у нас нет выбора, кроме как рассмотреть этот вопрос. На данный момент только учителя знают об этом, и мы хотели бы, чтобы так и оставалось. Вы же все помните о суде в начале года, верно?

Значит, мы должны решить этот вопрос как можно скорее, чтобы ни школа, ни студенческий совет не услышали об этом. Другими словами, нам нужно было достичь соглашения, которое могло бы удовлетворить всех и избежать ещё более сурового удара по Классу B из-за этого. Было крайне важно, чтобы это дело осталось несчастным случаем.

Если они докажут, что инцидент был умышленным, а не случайным, они аннулируют результаты Юки-чан, и она может даже подвергнуться более суровым санкциям.

Киношита-сан — спортивная ученица и важный актив для Класса C. Дела выглядят для нас не очень хорошо.

Мы не могли просто продолжать отрицать версию Киношиты-сан; может быть, если бы нам дали немного времени, мы могли бы найти какие-то доказательства невиновности Юки-чан, но был риск, что дело раздуется. И это не говоря уже о том, что найти доказательства невиновности Юки-чан было чрезвычайно трудно.

Судя по виду, состояние Киношиты-сан было неважным. Я не думала, что нам стоило обсуждать всё это здесь, перед ней.

— Итак. Кто возьмёт на себя ответственность за это? Вы двое – лидеры Класса B, не так ли? — спросил нас Рьюен-кун.

— К чему ты клонишь, Рьюен? — спросил Рюджи-кун.

Он поднял руки и пожал плечами.

— Я просто думаю, что это довольно странное совпадение. Химено провоцировала одного из наших лучших элементов, а затем она ломает ногу Киношиты, заставляя её сняться. Она собиралась участвовать во всех соревнованиях для рекомендуемых участников, знаете ли. Тем временем вы ничего не потеряли. Не могу не задаться вопросом, что вы планируете. Мы ведь в одной команде, в конце концов.

— Слышать это от того, кто саботировал нас, довольно иронично. И я не знаю, что ты имеешь в виду под «мы ничего не потеряли», Юки собиралась участвовать в охоте за предметами, — парировал Рюджи-кун.

Потеря товарища по команде, неважно кого, всегда была негативом. Не только из-за самой травмы, но и потому, что её не всегда можно было заменить, а потеря или недобор очков были неизбежны.

Это была очевидно очередная схема Рьюена-куна. Мы ожидали от него какой-то нечестной игры и готовились к этому во время событий, но подумать только, что он зайдёт так далеко, чтобы саботировать свою собственную команду.

Что на самом деле произошло во время того падения на бревне? После падения Киношита-сан даже не смогла встать на ноги, и персоналу пришлось унести её с поля, в то время как Юки-чан продолжила гонку с ушибом. Только Нао-сан, Шинобу-сан и Мацушита-сан избежали падения. И, насколько я могла судить, ни Юки-чан, ни Киношита-сан не стали причиной падения.

Кроме того, я понятия не имела, было ли заявление Рьюена-куна о том, что Киношита-сан участвует во всех соревнованиях для рекомендуемых участников, правдой или нет; в конце концов, мы не знали их таблицы участия. И почему он так зациклился на Классе B? Он также преследовал нас на экзамене на круизном лайнере. Я не упоминала экзамен на острове, потому что в тот раз его стратегия затрагивала все классы.

— О, правда? Тогда твой план действительно сбивает меня с толку...

— Ты действительно собираешься так себя вести? Довольно очевидно, что ты знал о нашей таблице участия, кто-то слил её тебе. Также совершенно ясно, что это ещё одна из твоих махинаций, так почему бы тебе просто не сказать нам, чего ты хочешь?

Рьюен-кун ухмыльнулся.

— Киношита, покажи нам свою ногу, — потребовал он.

Киношита-сан подчинилась и вытащила ногу из-под простыни. Правая нога Киношиты-сан была туго перебинтована. Её травма выглядела болезненной.

Рьюен-кун сунул руку в карман и заговорил.

— Выглядит плохо, тебе не кажется, Канзаки?

— Прости, но я не понимаю, что это добавляет к обсуждению, Рьюен, — ответил тот.

— Всё очень просто. Это было вызвано твоей одноклассницей. Вы можете либо позволить ей взять вину на себя, либо взять ответственность как лидеры своего класса.

— Мы ни за что не бросим Юки-чан на произвол судьбы, — сказала я. — Мы не признаем никакой нечестной игры, потому что её не было, но мы открыты для переговоров.

— Я не думаю, что вам есть с чем вести переговоры, вообще-то.

— Не будь смешным, Рьюен. Дела так не делаются; ты не можешь просто навязывать нам свои условия. Более того, как лидер своего класса, ты должен был уделять больше внимания тому, что делают твои одноклассники, — сказал Рюджи-кун.

Этот спор продолжался бы вечно, если бы я позволила Рюджи-куну и Рьюену-куну разбираться с этим. Кроме того, Рьюен-кун и Киношита-сан наверняка отрепетировали весь этот акт. Мы не выберемся из этого, бросаясь обвинениями и колкостями друг в друга.

— Значит, ты говоришь, что это моя вина, что Киношита пострадала? — спросил Рьюен.

— Ты волен интерпретировать мои слова как тебе угодно, — ответил Рюджи-кун.

— Ясно, что Химено сделала это намеренно. Это очевидное дело. Здесь нет места для дальнейших дебатов, так почему бы нам просто не доложить об этом вышестоящим? — заявил Рьюен-кун, которому не понравился тон Рюджи-куна.

Мы не могли позволить этой проблеме выйти из-под контроля. Мы попали в паутину.

— И всё же у меня нет желания затягивать это, — продолжил Рьюен-кун. — Соревнования для рекомендуемых участников начнутся сразу после обеда. Я буду участвовать в них, поэтому я хотел бы закончить с этим. Проще всего было бы оставить решение за вышестоящими... Впрочем, можно заключить быструю сделку.

— Какую сделку? — поинтересовалась я.

— Вы должны компенсировать Киношите и Классу C любые потери.

— Но опять же? — спросил Рюджи-кун.

Сделка не будет дешёвой, но это было лучше, чем докладывать вышестоящим. Более того, это означало бы принять их ложь за правду, но у нас не то чтобы было тридцать вариантов.

— Если вы передадите два миллиона очков, я заставлю Киношиту отозвать жалобу. Таким образом, мы сможем подготовить замену для событий рекомендуемых участников, а Киношита получит некоторый непредвиденный доход. Просто, верно?

— У тебя хватает наглости выдвигать такие требования. Если я не ошибаюсь, ещё в начале года, когда ты пошёл против того парня из Класса D, ты оказался в плохом положении, — сказал Рюджи-кун.

— Я признаю, что тот случай был довольно особенным, но здесь нет лжи, и мы можем это доказать. Я не против позволить студенческому совету разобраться с этим делом.

Карма-кун сыграл решающую роль в поражении Класса C во время того суда, но если до этого дойдёт, не было уверенности, что мы получим его поддержку. И даже если я была частью студенческого совета, я не смогла бы много сделать для класса. Моё влияние в совете было очень ограниченным.

Рюджи-кун занимал важную должность в школьной газете, но он не согласился бы распространять дезинформацию. Тогда он и президент школьной газеты согласились помочь с пропагандистской кампанией, потому что не нужно было лгать. Ситуация, хоть и была в некоторой степени сопоставимой, во многом отличалась.

Более того, все студенты были свидетелеми падения. Не было сомнений в том, у кого было преимущество в этой ситуации. Киношита-сан была гораздо спортивнее Юки-чан, и видеозапись выставляла Юки-чан в дурном свете.

И даже не принимая во внимание слова Рьюена-куна о том, что Киношита-сан участвует во всех соревнованиях для рекомендуемых участников. Правда заключалась в том, что она получила травмы, достаточно серьёзные, чтобы помешать ей соревноваться, если бы ей это понадобилось.

Хуже всего было время. Это произошло во время обеденного перерыва. Через мгновение после того, как Киношита-сан пропустила несколько событий, и когда инцидент на бревне прочно закрепился в умах каждого. Я бы не удивилась, если бы люди обсуждали это за обедом.

Класс C собирался завершить фестиваль с отличным результатом, но это не было их целью. Нет. Их целью было падение Класса B.

И я не могла отделаться от чувства, что Карма-кун знал обо всём этом и всё же решил отойти в сторону, потому что мы недостаточно ему доверяли.

Точка невозврата была давно пройдена. Класс C и все вокруг нас плели интриги с момента объявления фестиваля, в то время как мы просто решили относиться к этому как к любому другому спортивному фестивалю, веселиться и пытаться попасть на как можно большее количество подиумов.

Мы обманули себя тем фактом, что другие параллели относились к этому как к фестивалю, а не как к специальному экзамену. Это было нашей ошибкой.

— С моей точки зрения, схема повторяется. Ты обвиняешь кого-то несправедливо и выставляешь косвенные улики, которые намекают, что твоя версия верна.

— Значит, ты называешь травму Киношиты и видеозапись косвенными уликами? Ха! Ты действительно нечто, Канзаки.

Рьюен-кун выглядел весьма удивлённым поведением Рюджи-куна.

— Очень хорошо, — продолжил он. — Мы доложим об этом в студенческий совет и позволим им уладить дело. Школьные чиновники должны понимать, насколько это серьёзно. Они наверняка не потерпят чего-то столь подлого и злобного.

— Нет нужды заходить так далеко, Рьюен-кун, — сказала я.

— Это может быть твоим мнением, Ичиносе. К сожалению, Канзаки, похоже, с тобой не согласен.

— Ты просто хочешь унизить нас. Ты ожидаешь, что я соглашусь с улыбкой на лице? — спросил он.

— Ну... — начал Рьюен-кун. — Не с улыбкой~, — сардонически прокомментировал он. — Я понимаю, у тебя есть гордость, Канзаки. Я могу уважать это, наверное. И у меня нет проблем с заключением сделки.

— Значит, мы забудем об этом, если заплатим тебе два миллиона очков? — спросила я. — Мы все будем вести себя так, будто этого никогда не было?

— Это, безусловно, было предыдущим предложением. Но вы его отклонили. Если мы идём на второй раунд, мне придётся добавить больше условий.

— Дело уже не только в победе над Классом B. Ты просто наслаждаешься этим, — сказал Рюджи-кун.

Рьюен-кун продемонстрировал злобную улыбку.

— Как насчёт того, чтобы встать на колени и умолять, Канзаки? Если она увидит, как лидер Класса B кланяется, то, может быть, чувства Киношиты изменятся. Мы не можем забывать, что она главная жертва этого дела.

— Ну-ну, Рьюен-кун, тебе не кажется, что ты заходишь слишком далеко? — наконец вмешалась Чие-сенсей.

Сакагами-сенсей просто стоял там с напыщенной улыбкой.

— Извините, сенсей, но это проблема между учениками. Учителя должны оставаться в стороне, — ответил он Чие-сенсею, прежде чем снова повернуться к Рюджи-куну. — Что ж, я не буду заставлять тебя решать прямо сейчас. Я выслушаю твой ответ в конце спортивного фестиваля. Мне любопытно посмотреть, что ты выберешь, Канзаки. Ку-ку-ку.

Рьюен-кун ушёл, и за ним последовали Сакагами-сан и Чие-сенсей. Естественно, Чие-сенсей ушла, наградив нас утешительным комментарием.

Мы просто стояли там, Киношита-сан снова легла на свою койку, чтобы отдохнуть, в то время как Юки-чан встала и ушла, извинившись перед нами за причинённые неприятности. Я, очевидно, сказала ей, что она не сделала ничего плохого, так как она невиновна.

Рюджи-кун просто стоял там, в растерянности. Я положила руку ему на плечо.

— Рюджи-кун...

Внезапно он повернулся и вылетел из лазарета.

— Э?

Осмыслив действия Рюджи-куна, я бросилась за ним в погоню.

Я последовала за ним из школьного здания. Он вернулся на поле и, оглядевшись, издал разочарованный звук и ушёл, снова направившись в сторону школьного здания.

Он выглядел действительно злым, и мне это не нравилось. Он полностью терял самообладание.

Через несколько мгновений мы были в столовой.

Рюджи-кун сканировал столовую в поисках кого-то, и когда его взгляд упал на определённого человека, он направился прямо к нему решительным шагом.

О нет...

Рюджи-кун ударил руками по столу, привлекая внимание большого количества людей в столовой. Два человека, обедавшие там, бросили на Рюджи-куна вопросительный взгляд, вовсе не выглядя испуганными.

— Что ты сделал? — громко потребовал ответа Рюджи-кун, не утруждая себя тем, чтобы скрыть свою обиду.

Карма-кун озорно улыбнулся, услышав вопрос. Он указал на Рюджи-куна своими палочками для еды и заговорил расслабленным и беззаботным тоном.

— Тебе придётся быть точнее, Канзаки. Я много чего делаю.

— Не неси мне эту чушь, Карма! — выпалил Рюджи-кун. — Ты работал с Классом C. Ты сказал, что не будешь делать ничего ни против, ни в пользу нас, но это была просто ещё одна твоя ложь.

— Хмм...

Карма-кун откусил кусочек своего обеда, кивая и выглядя так, словно он что-то обдумывал.

— ...Неа. Извини. Понятия не имею, о чём ты говоришь, — наконец сказал Карма-кун, всё ещё безразличный к происходящему.

Рюджи-кун сжал кулак. Я легко могла сказать, что он изо всех сил старался не ударить Карму-куна. Рюджи-кун обычно был кем-то спокойным и собранным, но с момента экзамена на круизном лайнере он терял терпение всё быстрее и быстрее.

— Рюджи-кун... — начала я, но он перебил меня.

— Нет, Хонами. Ты просто снова будешь защищать его. Пусть защищается сам, он умеет говорить.

Он свирепо посмотрел на Карму-куна, ожидая его ответа. Йомозуки-сан спокойно ела, как будто ничего не происходило прямо рядом с ней. Я всегда удивляюсь, как она может оставаться такой нейтральной в любой ситуации.

— Я не вижу, почему я должен защищаться, вообще-то. Я буквально понятия не имею, что происходит у первогодок, — небрежно сказал Карма-кун.

Рюджи-кун не знал о пари, которое заключили Карма-кун и Нагумо-семпай, и мы не собирались ему рассказывать. Я понятия не имела, что Карма-кун планировал делать после спортивного фестиваля, независимо от исхода пари, но если он проиграет, мы никак не сможем скрыть это от наших одноклассников, и они будут в ярости.

На данный момент я не могла сказать, каков рейтинг команд. После бега на 100 метров Белая команда лидировала, но результаты наверняка сдвинули ситуацию, я просто не могла сказать, насколько. Мы, Класс 1B, выступали катастрофически, но, насколько я могла судить, у Классов 2D и 3D тоже были трудные времена.

— О, неужели? Тогда как наша таблица участия утекла? Как ты объяснишь своё отношение во время перетягивания каната, битвы кавалерии и захвата флага? Шинобу была последней, у кого была таблица участия в руках, и Юки поставила нас в эту ситуацию из-за своего внезапного соперничества с Киношитой. Эти двое – твои главные сторонники, не было бы странным, если бы они саботировали нас, чтобы вернуть тебя в лидеры.

Карма-кун посмотрел Рюджи-куну прямо в глаза с серьёзным лицом, прежде чем вздохнуть и положить палочки на стол. Он повернулся к Рюджи-куну, чтобы лучше видеть его. Впрочем, вставать он не стал.

— Послушай, Канзаки. Я понятия не имею, какова ситуация в Классе B. Да, я лажу с Шинобу и Юки, но если ты думаешь, что они будут саботировать класс ради меня, ты бредишь. А теперь возьми себя в руки. Если ты собираешься видеть призраков на каждом углу, то ты бесполезен. Просто уйди в отставку и оставь лидерство Ичиносе.

— Ребята, пожалуйста. Нет нужды посылать друг другу сообщения между строк. Прости, что мы потревожили твой обед, Карма-кун. Мы решим это сами, тебе не нужно вмешиваться.

Я вмешалась, положив руку на плечо Рюджи-куна и заставив его немного отступить. Я встретилась глазами с Кармой-куном, и он адресовал мне добрую улыбку.

— Тогда так и сделайте, Ичиносе. Ты можешь проконсультироваться со мной, если тебе что-то понадобится, хотя я не уверен, что буду чем-то полезен.

Я кивнула и поблагодарила его, прежде чем выйти оттуда под взглядами всех присутствующих.

Всё это было из-за нашей беспечности. Мы думали о возможности того, что другие классы получат нашу таблицу участия, но не приняли никаких реальных мер, чтобы этому противостоять.

Теперь Рьюен-кун хотел, чтобы Рюджи-кун встал перед ним на колени и предложил два миллиона приватных очков. Чие-сенсей и Сакагами-сенсей были свидетелями этого, так что шансы на то, что Рьюен-кун передумает в последнюю минуту, были низки.

И поскольку нам всё ещё нужно было думать о получении хороших результатов в соревнованиях для рекомендуемых участников, мы не могли просто разгуливать повсюду в поисках доказательств невиновности Юки-чан.