Идеальное «Я»

От лица Аянокоджи Киётаки

Я вошёл в учительскую, расставшись с группой. Там я обнаружил Чабаширу-сенсей, расхаживающую по комнате взад-вперёд.

Она была единственным учителем здесь, что заставило меня задуматься, где же остальные трое. Впрочем, я не жаловался. Было лучше, если бы они ничего об этом не знали.

Чабашира-сенсей подошла ко мне, как только заметила. Она протянула мне телефон Кушиды.

— Она оскорбляла меня всю дорогу сюда! — прошептала она с силой, заметно злясь. — Я должна исключить её за словесные оскорбления. Эта девчонка – психопатка!

— Где она? — я проигнорировал её жалобы.

— В комнате для консультаций, — ответила она. — Мне войти с тобой?

Я покачал головой.

— Просто убедитесь, что больше никто не войдёт, — кивнула она. — Жучок?

— Его там больше нет, — ответила она, протягивая мне папку.

Я слегка кивнул, взял папку и повернулся, чтобы войти в комнату для консультаций.

Внутри я обнаружил подавленную Кушиду, сидящую на одном из диванов; чашка чая на столе уже остывала, так как она к ней не притронулась. На меня она не смотрела.

Я прошёл на кухню и тоже приготовил себе чашку чая. Как только с этим было покончено, я сел на диван напротив Кушиды. Я сделал глоток чая, прежде чем поставить его на стол.

— Это было нечто... — прокомментировал я, имея в виду то, что произошло в классе.

— Ой, заткнись, Аянокоджи! — раздражённо воскликнула Кушида. — Это твоя вина. Твоя, и Мацушиты, и Хорикиты, и Томори.

— Довольно длинный список, — безучастно ответил я. — Разве не было бы лучше, если бы ты была честна с самого начала?

Она усмехнулась.

— Ага, легко тебе говорить. Мистер Кукловод Класса D, которого все обожают.

— Люди не обожают меня, — озадаченно сказал я. С чего бы им меня обожать?

— Ты действительно понятия не имеешь, что на уме у наших одноклассников, — она раздражённо покачала головой. — Ну, это уже не имеет значения...

С самого начала Кушида была вовлечена во всё. Так что имело смысл, что она знала о впечатлении наших одноклассников касательно соревнования классов и его развития. В конце концов, она посвятила себя поддержке других учеников. Но теперь всё это рассыпалось прямо у неё на глазах, несмотря на её попытки это предотвратить.

— Что ты собираешься делать? — спросил я.

— Полагаю, я могу разоблачить всех и уйти, — она пожала плечами. — Я потеряла всё.

— Это преувеличение.

— О, я уверена, что парень без эмоций точно знает, что я сейчас чувствую, — саркастически заявила она.

— Почему бы тебе тогда не рассказать мне?

— А?

— Что ты чувствуешь? Ты говоришь, что потеряла всё, но я не думаю, что это так. Почему бы тебе не объяснить мне свои рассуждения?

— Зачем мне это?

— Мне любопытно, — пожал я плечами.

Она издала весёлый смешок.

— Это не причина.

Я сделал ещё один глоток чая. В последнее время люди не были удовлетворены моими отговорками.

— Что, если я скажу, что могу помочь тебе исправить ситуацию?

— Исправить ситуацию? Ладно. Ты сумасшедший, — она резко встала. — Я ухожу. Я даже не знаю, почему здесь ты, а не Чабашира.

— Мы не закончили, Кушида.

— А? Ты теперь мне приказываешь? — холодно спросила она. — У тебя нет дел поважнее? Не знаю, иди потрахайся со своими подружками или типа того.

Игнорируя её комментарий, я достал её телефон из кармана пиджака и положил на стол.

— Сядь, Кушида, — спокойно сказал я. — Мы не закончили.

Её взгляд подозрительно метался между мной и телефоном. Она заметила папку, лежавшую рядом со мной, и выражение её лица стало ещё более подозрительным.

— Чего ты добиваешься?

— Ты узнаешь, если вернёшься на своё место, — заявил я, делая ещё один глоток чая.

Поджав губы от досады, она вернулась на диван, где сидела минуту назад, и начала отстукивать ритм ногой.

— Я бы хотел, чтобы ты рассказала мне об инциденте в средней школе, — объявил я, снова отпивая чай.

— Зачем тебе это?

— Я же говорил тебе. Мне любопытно... — она бросила на меня резкий взгляд, словно говоря прекратить шутить. Я вздохнул. — Ты также можешь рассматривать это как плату за мою помощь в исправлении твоей ситуации.

— Как будто ты можешь это сделать. Моя истинная натура раскрыта, скоро все в Классе D и в школе ополчатся против меня!

Я сильно сомневался, что дело обстоит именно так. Если верить реакции всех в классе, то такие люди, как Йосуке, Ван и Иногашира, попытаются продолжить общаться с Кушидой. Первый был просто таким по натуре, в то время как другие двое полностью любили Кушиду за то, как она помогла им с их застенчивостью.

Может быть, такие люди, как Ямаучи, попытаются травить её, но это не было чем-то, с чем Чиаки или Сузуне не могли бы справиться. Большинство людей просто будут игнорировать Кушиду с этого момента. Если, конечно, всё останется так, как есть сейчас.

— Твоя ситуация не выглядит такой уж катастрофической с моей точки зрения, — сказал я. Она открыла рот, чтобы ответить, но я продолжил. — Естественно, если ты сделаешь то, что планируешь, тогда точка невозврата официально останется позади, — я указал на её телефон. — Ты вольна использовать его. Раскрыть секреты каждого... У меня нет ни причин, ни власти, чтобы помешать тебе делать то, что ты хочешь. Но прежде чем ты сделаешь свой выбор... Не могла бы ты прочесть это? — я протянул ей папку.

— Это?..

— Да. Контракт, который ты подписала с Сузуне и Чиаки. Пункт 42. Прочитай его вслух.

С подозрением она взяла файл в руки и нашла абзац, который я попросил её прочесть.

— ...В случае, если истинная натура или прошлое ученицы Кушиды Кикё будут раскрыты кем-то иным, нежели ученицами Хорикитой Сузуне и Мацушитой Чиаки, упомянутые двое не понесут никаких последствий, а ученица Кушида Кикё должна продолжать помогать и способствовать продвижению нынешнего первого года Класса D и не будет распространять или раскрывать какие-либо секреты, которые она может иметь об учениках первого года Класса D или любом другом ученике из другого класса, а также не сможет отчислиться или добиваться своего исключения прямо или косвенно. В случае, если ученица Кушида Кикё не выполнит свою часть этого соглашения, она должна выплатить штраф, выбранный ученицами Хорикитой Сузуне и Мацушитой Чиаки, и ей не будет позволено покинуть школу путём отчисления или исключения до тех пор, пока выбранный штраф не будет выплачен, или пока обе ученицы, Хорикита Сузуне и Мацушита Чиаки, не дадут своё согласие... — она закусила губу, закончив чтение, и спокойно положила папку на стол.

— Значит, я не могу отчислиться... — медленно произнесла она, пытаясь сдержать ярость.

— Ты можешь говорить свободно, Кушида. Тебе нет причин сдерживаться, — невозмутимо заявил я.

— Что это за херня?! Это не то, что я подписывала!

— Однако там стоит твоя подпись.

Она перепрыгнула через стол, расплескав содержимое чашек, и схватила меня за воротник.

— Я читала этот грёбаный документ! И я говорю тебе, там не было этого дерьма! — она уставилась на меня в бешенстве.

Я ответил пустым взглядом.

— Пожалуйста, сядь, Кушида. Я пытаюсь вести цивилизованный разговор.

— Тц...

Она с силой оттолкнула меня и вернулась на диван, скрестив руки на груди, заметно расстроенная.

Очевидно, это был тот же самый контракт, который подписала Кушида. По словам Сузуне, Кушида просто пробежалась по нему глазами, так что было логично, что она забыла некоторые пункты или вовсе упустила их из виду.

— Мы можем продолжить? — спросил я.

— Очень смешно, Аянокоджи, — презрительно произнесла она. — Говоришь, что у тебя нет власти помешать мне делать всё, что я захочу, а потом показываешь мне это дерьмо! — она пнула журнальный столик, из-за чего пролилось ещё больше чая.

— Я не лгал, — сказал я. — Это твоё решение – раскрыть секреты всех. Если ты это сделаешь, будут последствия. Всё просто.

— Ты сказал, что точка невозврата будет позади, если я это сделаю. Почему?

Я пожал плечами.

— Ты достаточно умна, чтобы понять почему, Кушида.

— Ну, я не совсем в настроении говорить о делах, если позволишь, — ответила она.

— Возможно, использование твоего мозга для того, чтобы проклинать каждого знакомого тебе человека, сейчас не так уж полезно, — заметил я.

— О, не волнуйся. Я не проклинаю каждого знакомого мне человека. Я проклинаю только тебя и тех ублюдков, которые следуют за тобой повсюду, — произнесла она со всей злобой, на которую была способна.

— Это не отменяет моего замечания, — отметил я.

— Отвали, Аянокоджи! Почему бы тебе просто не сказать мне, чего ты хочешь?

— Тогда скажи мне, что у тебя на уме, — предложил я. — Это может быть полезно.

Она открыла рот, чтобы оскорбить меня, но в следующую секунду закрыла его. Её лицо стало более задумчивым, словно она решала, стоит ли говорить об этом.

— Ты хочешь понять, почему я такая? — спросила она, встречаясь со мной взглядом.

— Хотел бы, да.

Видео, опубликованное Нао, и последующее поведение Кушиды подтвердили, что она скрывала свою истинную натуру. Это была моя возможность понять, кем была Кушида Кикё. Её образ мышления. Её мотивы. Её отношение. Настоящая Кушида.

— Хмм... — пробормотала она задумчиво. — ...Разве... Разве ты не думаешь, что лучшее в мире – это чувствовать, что тебя ценят по-особенному? Как когда ты бежал в эстафете во время спортивного фестиваля. Все осыпали тебя комплиментами. Взоры всех были прикованы к тебе. Всё их внимание на тебе.

Я кивнул, вспоминая тот момент. После эстафеты все мои одноклассники подбежали ко мне, совершенно взволнованные тем, как быстро я бежал.

— Я думаю, что я зависима от этого чувства, — продолжила Кушида. — Я не могу не хотеть выпендриваться. Я не могу не хотеть выделяться. Я не могу не хотеть, чтобы меня хвалили. Это наполняет меня ликованием. В такие моменты я чувствую, что жизнь не может быть прекраснее... Но я знаю свои пределы. Как бы сильно я ни старалась, я никогда не буду номером один в учёбе или в спорте. Второе или третье место никогда не смогло бы меня удовлетворить. Поэтому мне пришлось найти то, в чём никто не смог бы меня превзойти, то, что могла делать только я...

— ...Быть любимой всеми, будучи милее и добрее кого бы то ни было, — закончил я.

Она слегка кивнула с грустной улыбкой на лице.

Я понимал, что люди жаждут одобрения других. Работа с полной отдачей, чтобы заслужить похвалу за достижения, была фундаментом функционирования человеческого общества. Даже Карма, Нао и Микото любили, когда их усилия признавали.

А заслуживающие доверия люди получают доступ к секретам. Когда люди находят кого-то, кому могут по-настоящему доверять, они обнажают душу. Кушида накапливала эту валюту. Узнавала всё, что могла, от каждого человека, который пересекал её путь, от самого незначительного до самого тяжкого секрета.

И всё же, метод, выбранный Кушидой для получения похвалы, был разрушительным как в ментальном, так и в физическом аспекте, хотя бы из-за количества стресса, с которым ей приходилось справляться.

Это было корнем доброты Кушиды.

Тем не менее, в конечном счёте, лучше быть искренне добрым, полезным человеком, который совершает ошибки, чем двуличным, который просто хвастается своей идеальной добродетелью. Добрый, но несовершенный человек честнее, чем святой лжец.

В этом смысле такие люди, как Ичиносе или Мацуо, искренне заботились о каждом. А репутация Кармы была обусловлена тем фактом, что ему было абсолютно наплевать, как его воспринимают другие люди. Даже когда Нао принимала своё жизнерадостное поведение, люди знали, что она просто играет, чтобы подразнить всех. Людям они могли нравиться больше или меньше, но они знали, что эта четвёрка не будет фальшивой, вот почему у них были четыре самые важные социальные сети на потоке.

— Должно быть, это было мучительно, — сказал я. — Лгать каждый день всем на протяжении всего этого времени.

— О, так и было, — признала она. — День за днём я находилась в таком сильном стрессе, что мне казалось, я облысею. Я вырывала на себе волосы и меня тошнило от тревоги. Но я не могла позволить никому увидеть эту мою сторону. В конце концов, я должна была быть идеальной подругой. Вот почему я продолжала терпеть, и терпеть, и терпеть... Но не всё было плохо... — тихо сказала она. — Благодаря этому я стала популярна среди мальчиков и девочек. Меня любили одноклассники, как старшеклассники, так и младшеклассники, мои учителя и опекуны, даже незнакомцы. Когда дело доходило до симпатии, мне не было равных. Я получала удовольствие от того, что мне доверяли и на меня полагались... Учитывая всё это, начальная и средняя школа были действительно весёлыми.

— Я думаю, это впечатляет, что ты так долго поддерживала этот спектакль. Особенно учитывая, как ты выпускаешь пар...

— Нет, я начала выпускать пар только тогда, когда думала, что осталась одна, после того инцидента. До этого у меня был блог. Это была огромная помощь. Мой способ выплеснуть весь стресс. Я рассказывала всё, никаких секретов, никакой лжи, только чистая неприкрытая правда. Он был анонимным, конечно, и я была так взволнована, когда получала поддержку от людей, которых никогда в жизни не видела. Но всё рухнуло в один день, когда одноклассник обнаружил блог. Я никого не называла по именам, но у меня не было фильтра, посты описывали вещи такими, какими они были. На следующий день в классе моими постами поделились со всем классом. Меня немедленно пометили как врага для всех. Я так сильно им помогала, и всё же они все ополчились против меня в тот момент, когда мой ангельский образ рассыпался. Эгоистично, тебе не кажется? Парень, который сказал мне, что я ему нравлюсь, на самом деле толкнул меня. У него было право сделать это, полагаю. Я написала, что его романтическое признание вызвало у меня отвращение и я желала ему смерти. Девушка, которую я утешала после того, как её бросили, даже пнула мою парту. Я подробно расписала, почему её бросили, и высмеяла её.

— Но ты остановила это, — утвердительно сказал я. — Ты отвела их внимание от себя.

Она кивнула.

— Это было легко. Я была честна со всеми. Я рассказала им секреты каждого. Правда, которую они не хотели делать известной. Кто кого ненавидел, каковы были их тайные пристрастия, кто кому нравился, их неловкие и унизительные моменты. Всё. Я раскрыла правду, которую не писала в своём блоге. Я могла бы настроить всю школу друг против друга, если бы потребовалось.

Правда. Оружие, которое можно получить только через доверие. Хотя поначалу оно может казаться безобидным. Правда приходила с секретами каждого. Именно те вещи, о которых люди не хотели, чтобы знали другие, будь то что-то маленькое или что-то большое, что-то, касающееся их прямо или косвенно. Единственная проблема заключалась в том, что использовать это можно было исключительно ценой того же самого инструмента, который использовался для её получения: доверия.

— Мои одноклассники просто начали ненавидеть друг друга. Мальчики ввязывались в драки на кулаках, а девочки таскали друг друга за волосы и толкали. Оскорбления и предметы летали отовсюду. Во всём классе царил хаос. Я была поражена, я никогда не видела ничего столь выдающегося.

— Значит, это и был инцидент... — пробормотал я, ставя пустую чашку чая на стол. Там оставалось не так много после того, как Кушида его расплескала, но всё же...

— Мгм, — кивнула Кушида. — Класс больше не мог функционировать. Школа сделала мне выговор, но мой блог был анонимным, и всё, что я технически сделала, – это сказала своим одноклассникам правду, — говорила она безразлично, но каждое её слово имело вес. — Я не знаю всего, но секреты, которые у меня есть, вполне могут уничтожить Класс D.

При нормальных обстоятельствах это была бы угроза, которой стоило опасаться. Но здесь это было совершенно неактуально. Прямо сейчас у Кушиды было мало пространства для манёвра, и если бы она раскрыла хотя бы один секрет, она оказалась бы в полной власти Сузуне и Чиаки.

— Секреты, которые есть и у Нао, если я не ошибаюсь, — сказал я.

— Тц... Да, мне не удалось утаить ни одного от неё, эту суку чертовски трудно одурачить. Я не понимаю, как она просто приняла вопросы, которые я ей дала.

Как и ожидалось, Нао действительно попросила у Кушиды вопросы Класса D, и заставить её принять вопросы было гораздо проще, чем воображала Кушида. Мало того, что Нао была не в своём обычном состоянии ума, но для неё Кушида пользовалась доверием всех в Классе D, кроме меня, Чиаки и Сузуне. Убедить Нао в том, что Юкимура или Йосуке передали вопросы Кушиде, не было сложным. В конце концов, это было то, чего Нао ожидала. Тем более, когда Кушида и Юкимура предположительно подали вопросы (через день после того, как Кей подала правильные), которые создали Юкимура, Сузуне, Чиаки и Йосуке. Нао не купилась на то, что я буду создавать вопросы Класса D, поэтому мы не могли отправить те самые и использовали вопросы из коротких тестов.

Я пожал плечами.

— Это просто сработало, полагаю.

— Ах да! Твои дерьмовые ответы, — она рассмеялась. — Вполне можно сказать, что это не моё дело.

— Я учту это в следующий раз, — сказал я. — В любом случае, что ты собираешься делать?

— Просто останусь полностью отчуждённой от любой социальной жизни, так как все будут меня ненавидеть, и я не позволю Хориките и Мацушите навязать мне какое-то дерьмовое наказание. Кроме того, если бы я попыталась отчислиться, наше подобие учителя только отказало бы в этом; если ты здесь, значит, она твоя маленькая марионетка.

Она ничего не могла сделать против условий контракта, так как подписала его добровольно и прочитав; контракт был полностью законным согласно школьным правилам. Кушида могла покинуть школу только в том случае, если бы кто-то попытался исключить её напрямую, или если бы она получила разрешение и от Чиаки, и от Сузуне. Угроза штрафа, который Чиаки и Сузуне могли наложить на неё, действовала как сдерживающий фактор для Кушиды при рассмотрении возможности раскрытия секретов наших одноклассников. Однако одно это не удерживало бы её вечно. Естественно, существовал метод, который Кушида могла использовать, чтобы быть исключённой, который был отчасти указан в абзаце, следующем за тем, который она прочитала. Но у меня не было причин говорить ей об этом.

— Значит, ты позволишь всему развалиться?

— Что ты имеешь в виду?

— Ещё есть время восстановить некоторые вещи.

Она фыркнула.

— Я потеряла смысл своего существования, Аянокоджи! Что ты хочешь, чтобы я теперь делала?! Я буду чёртовым изгоем в школе, в своём собственном классе!

Знание тревог, страданий, смущения и надежд, которые люди хранили глубоко в своих сердцах, было запретным плодом Кушиды. Это только что у неё отняли. И теперь она искала цели. Но ей нужно было найти другую цель.

— Я думаю, это хорошая возможность для тебя показать свою настоящую личность.

— Конечно. Не то чтобы кто-то когда-либо снова подошёл ко мне.

— Ты действительно в это веришь?

— Аргх!! Почему ты такой чертовски настойчивый?! — раздражённо спросила она. — Какого чёрта ты хочешь мне помочь?! Какая тебе от этого выгода? Я уже рассказала тебе свою грёбаную историю, так что убирайся с моих грёбаных глаз!

— Ты же хотела моей помощи, верно?

— Да! Чтобы исключить этих шлюх! — произнесла она. — Угх... Мне следовало пойти в школу в какой-нибудь дерьмовой деревне посреди нигде.

— Думаю, я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, — начал я. — Но я всё ещё думаю, что ты неправильно видишь то, что произошло.

— И как же я должна видеть происходящее, о мудрейший, — съязвила она.

— Ты намного выше среднего, Кушида. Во всех аспектах. Если бы мы составили рейтинг, где учитываются все способности, ты, вероятно, была бы в двадцатке лучших нашего года. Я понимаю, что это тебя не удовлетворило бы. Но прямо сейчас твоя истинная натура вышла на свет. Ничего больше. Я думаю, ещё есть время это исправить.

— Это было бы не то же самое. Даже если бы некоторые люди всё ещё хотели со мной дружить, всё кончено. Я обещала себе, что никогда не пройду через это снова, и посмотри, где мы теперь.

— Значит, ты думаешь, что та иллюзия была твоим идеальным «я»? — поинтересовался я.

— Да. Я создала эту идеальную персону, чтобы достичь того, чего хотела. Быть всеобщей любимицей.

— В этом-то и проблема, Кушида, — сказал я. — Ты жила жизнью, полной лжи.

Я встал с дивана, взял папку со стола и убедился, что она не повреждена.

— Ты пока ещё не сделала ничего такого, что действительно могло бы заставить всех безоговорочно ненавидеть тебя, — сказал я. — Конечно, они будут недоверчивы, и ты будешь изгоем какое-то время, но то, что произошло, можно исправить. Вернуть утраченное доверие не должно быть так уж сложно для кого-то настолько проницательного и гибкого, как ты, верно? Твои принципы привели тебя к этому моменту. Вместо того чтобы повторять всё заново, не думаешь ли ты, что это хорошая идея – попробовать другой подход? Увидеть, как на самом деле выглядит твоё идеальное «я»?

— Ты идиот? Ты вообще видел, как Каруизава и Сато набросились на меня?

Ну, Кей пошла на Кушиду, потому что я сказал ей настроиться против неё. Это был лучший и самый быстрый способ заставить истинную натуру Кушиды проявиться после видео.

— Если ты будешь действовать по принципу «око за око», ты никуда не придёшь, — ответил я.

— Это всё равно ничего мне не даёт. Как я могу быть чем-то довольна?

Идеалы Кушиды, похоже, не пошатнулись. Даже после того, как она увидела, что история повторяется. С таким состоянием ума она всегда будет опасна, как бы сильно мы её ни сдерживали; малейшая трещина будет стоить нам дорого.

— Тебе просто нужно попробовать что-то другое, Кушида. В мире есть гораздо больше вещей.

— Думаешь, я уже не пробовала?!

— Я просто говорю, что ты недостаточно старалась. Например, ты когда-нибудь пробовала драматический кружок?

— Драматический кружок?

— Я верю, что ты могла бы стать великой актрисой...

— Это оскорбление, — резко сказала она.

— Это просто правда, Кушида. Мы в этой школе фактически восемь месяцев, и никто никогда не рассматривал возможность того, что ты, возможно, играла... — сказал я правдиво.

— Ну... Полагаю, это правда... — задумчиво произнесла она.

— Как бы то ни было, тебе нужно сделать выбор, Кушида, — сказал я, указывая на её телефон. — Ты можешь повторить свои действия и пережить тот инцидент ещё раз, или ты можешь попытаться стать лучшей в чём-то другом, возвращая доверие каждого. Хороший вызов, и, как по мне, немногие люди могут с ним справиться. Но в конце концов, выбор за тобой.

***

Выходя из комнаты для консультаций, я обнаружил в учительской только одного человека.

Я бы с удовольствием покинул комнату незамеченным, но чтобы пройти через дверь, мне нужно было пройти перед этим человеком... Может быть, я мог бы воспользоваться окном...

— Разве ты не собираешься поздороваться? Хех~ Кохай-кун~? — насмешливо спросила персона, ожидавшая меня перед столом Чабаширы-сенсей.

— Добрый день, Кирюин-семпай, — поздоровался я. — Как твои дела?

— О, просто превосходно, Кохай-кун~, — ответила она, наклоняясь ближе ко мне. — Но знаешь, меня весьма огорчило, что ты не ответил на моё сообщение с днём рождения.

— Это было больше месяца назад, — сказал я.

— Я знаю! И всё ещё никакого сообщения... — она надула губы. — Тебе оно не понравилось, так?

Сообщение, которое прислала мне Кирюин-семпай, было простым поздравлением с днём рождения. Особенностью было прикреплённое к нему видео. Осознав, что это было, я удалил видео и сообщение со своего телефона. Если бы Сузуне, Харука или Чиаки обнаружили это в моём телефоне, сказать, что на меня наклеили бы ярлык извращенца — ничего не сказать.

— Я просто не знал, что ответить, Кирюин-семпай, — сказал я.

— Хмм... На этот раз я тебя прощу, — заявила она с кивком. — Теперь мы можем идти? Ты и Двуличная закончили? Я бы хотела кофе.

Я просто хотел пойти в общежитие и отдохнуть, но Кирюин-семпай не позволила бы мне, а теперь, когда она пришла сюда, пытаться убедить её встретиться в другой день было бы бессмысленно. Поэтому я просто кивнул, и мы вышли из учительской, направляясь в кафе «Паллет» за кофе.

— А почему ты была одна в учительской? — поинтересовался я.

— Твоя учительница и остальные трое ушли за несколько минут до того, как ты вышел из комнаты для консультаций. Не знаю, у них ужин позже или что-то в этом роде.

Я кивнул, принимая её ответ.

Мы быстро добрались до «Паллета», и как только получили свои напитки, она выбрала столик в глубине. В отличие от большинства дней, когда в кафе было полно народу, сегодня было много пустых столов, и немногие студенты, что были здесь, в основном были второкурсниками и третьекурсниками. К счастью, я был не единственным парнем; в зоне у окна, где располагались диваны, был Коенджи в окружении трёх девушек-третьекурсниц, которых я не узнал.

— Ну что, Кохай-кун~ Как проходят твои экзамены? — поинтересовалась Кирюин-семпай. — Полагаю, всё прошло по плану.

— Нам ещё нужно дождаться завтрашних экзаменов, — сказал я, попивая клубничный смузи.

— И всё же ты разговаривал с той двуличной кохай...

— Я не знал, что Нао разоблачит её, — откровенно ответил я.

— Вот как? — спросила она с ухмылкой, делая глоток кофе. — Я полагаю, ты ожидал такого исхода с самого начала. Вот почему ты позволил мне опубликовать тот пост~

— Это не имело никакого отношения к экзамену, — заявил я.

Я не мог отрицать, что позволил ей опубликовать это на форуме, так как у нас был разговор об этом, когда я столкнулся с ней. Сначала я не собирался позволять ей распространять тот факт, что мы с Нао поцеловались, но в конечном итоге позволил ей делать так, как ей заблагорассудится, чтобы посмотреть, как Нао отреагирует на то, что все будут знать и задавать вопросы.

— О, так ты не знал об экзамене до того, как его объявили?

— Объявление экзамена было полным совпадением, — заявил я.

Её ухмылка исчезла, когда она услышала эти слова, и она посмотрела на меня вопросительно.

— Чего же ты добивался тогда? Ты просто играешь с сердцем Нао-чан?

— Мне просто нужно было дестабилизировать её, — резко сказал я.

Экзамен стал идеальной возможностью дестабилизировать Нао и разобраться с Кушидой. Прямо сейчас я только что увидел первую реакцию Нао на её проигрыш, и единственное, что мне нужно было сделать, — это ждать и смотреть, какое решение примут она и Кушида.

— Дестабилизировать её, ха? — она покачала головой, позабавленная. — Я совсем не могу прочитать тебя, Кохай-кун. Чего ты добиваешься?

— А ты? — спросил я.

— Я довольно прямолинейна в своих желаниях, Кохай-кун~, — она пожала плечами.

— Развлечения? — спросил я, прежде чем слегка покачать головой. — Извини, но я на это не куплюсь. Может быть, это правда, что тебе нравится развлекаться, но я думаю, что здесь есть что-то ещё.

— Да неужели? И что бы это могло быть?

— Люди просто так не лезут из кожи вон ради развлечения, — сказал я. — Если бы дело было в этом, ты бы искала его сама, а не соглашались участвовать в том, что делаем я или Карма.

— И какова же моя мотивация, по-твоему?

Мы мгновение смотрели друг другу в глаза. Пытаясь прочитать другого. Кирюин происходила из очень важной семьи, и ей не нужно было беспокоиться о конкуренции классов, её способности были достаточно велики, чтобы позволить ей поступить в любой университет, какой она пожелает. Так что для неё это было как любая обычная школа. Единственным отличием было то, что люди вокруг неё двигались иначе из-за конкуренции за выпуск из Класса А.

Это было именно то, что всегда делала Чикуджоин. Если она видела возможность развлечься, она действовала и меняла ход вещей так, чтобы заставить людей выполнять её волю. Кирюин и Коенджи действовали иначе. Они игнорировали всё, что их не интересовало, и действовали только в том случае, если видели, что могут получить от этого что-то, не просто развлечение.

Вот почему одно лишь развлечение не заставило бы её следовать за Кармой во время спортивного фестиваля или за мной, когда я позволил ей опубликовать это на форуме. На первый взгляд, эти две вещи ничего ей не давали, не приносили никакой пользы; особенно учитывая, что одно не имело ничего общего с другим. Но было что-то, что связывало эти два события.

Люди всегда пытались жить согласно своим принципам. Кушида была отличным примером этого, желая, чтобы все любили её, дабы она могла удовлетворить это желание быть признанной, быть первой в чём-то. То же самое было и с Нао. Она хотела доказать, что ей никто не нужен и она вполне может выжить самостоятельно, бороться самостоятельно. Уход Рин и тот факт, что она лучше любого из нас знала, каково это — быть на грани того, чтобы быть выброшенной, оставили на ней след. Таким образом, она продолжала жить так же, как и до своего партнёрства с Рин, контролируя умы людей и пренебрегая всеми, кто не был ею. Мне было любопытно посмотреть, как эта любовь, которую она чувствовала ко мне, заставит её эволюционировать.

— Ты помнишь, что Нао сказала мне перед тем, как поцеловала? — наконец спросил я.

— О, она наговорила много всего~.

— Она сказала, что это довольно любопытно, какими жадными мы, люди, можем быть. Не имеет значения, чего мы хотим. Как только мы это получаем, мы хотим чего-то ещё.

— Значит, ты думаешь, что я жадная? — спросила она, подавшись вперёд с ухмылкой на лице. — Что я двигаюсь ради денег и власти?

Я покачал головой.

— Жадность – это не только деньги и власть. Все хотят чего-то, чего у них нет, Кирюин-семпай. И это не совсем плохая вещь. В конце концов, это то, что помогает миру двигаться вперёд.

Одержимость людей чего-то достичь, следовать своим идеалам и принципам, достигать своих целей. Простого удовольствия было недостаточно, чтобы толкать людей вперёд, потому что в конечном итоге они теряли интерес. Вещи приносят удовольствие лишь до поры до времени.

— И что же это за вещь, которой у меня нет? Ты знаешь, я просто стараюсь быть собой, верно?

Я допил остатки своего смузи.

— Ты проверяешь нас, — заявил я.

— И кого ты имеешь в виду под «нами»? — осведомилась она.

— Меня, Карму, Нао, первокурсников... — я пожал плечами. — Ты уделяешь своё внимание нам, тем, кого находишь достаточно интересными.

— Ну, это не секрет, я уже говорила тебе, что ты интересен~ — сказала она, наклоняясь ближе.

— Это правда. Но что от меня ускользает, так это причина. Каковы твои ожидания.

— Мои ожидания? — она нахмурилась, не понимая моего комментария.

Я слегка кивнул.

— Ты хочешь найти кого-то, кто соответствует твоим ожиданиям. Вот почему ты заинтересовалась Нагумо и Хорикитой-семпаем и назвали Кирияму идиотом, несмотря на то, что он довольно компетентный студент. Они привлекли твой интерес на мгновение, но не смогли оправдать ожиданий, которые у тебя были.

— Да, Кирияма может быть компетентным для обычной школы, — рассмеялась она. — Здесь он не более чем собачонка Нагумо.

— Хмм... В любом случае, как я сказал, от меня ускользают твои ожидания. Я не совсем понимаю, в чём они заключаются.

С самодовольной улыбкой она встала со своего места и, приблизив своё лицо к моему, мягко прошептала мне на ухо:

— Покажи мне, на что ты способен, и тогда я скажу тебе, соответствуешь ли ты им~.

Сказав это, она выпрямилась и, взяв свой кофе, улыбнулась мне.

— Увидимся, Кохай-кун. Мне не терпится увидеть, что ты сделаешь в январе, — она попрощалась и оставила меня одного с пустым стаканом из-под смузи на столе.

***

От лица Мацуо Эйичиро

Сегодняшние экзамены прошли гладко.

Все вопросы соответствовали тому, что Карма-кун получил от своей «птички», как он любил это называть. Я понятия не имел, кто эта «птичка» или как он мог получить доступ к вопросам Класса C, но он проделал великолепную работу.

Прямо сейчас мы были в зале игровых автоматов в торговом центре Кеяки, и я наблюдал, как Карма-кун начал девятнадцатую волну в этой зомби-игре, в которую он играл уже некоторое время. Казалось, он получал огромное удовольствие, убивая одного зомби за другим.

Мы должны были встретиться с этой «птичкой», но он всё ещё не пришёл.

— Я рад, что тебе весело, Карма-кун, — прямо сказал я.

Он рассмеялся и убил ещё нескольких зомби.

— Ты мог бы поиграть на другом автомате, — весело сказал он.

— Как ты можешь быть таким расслабленным?

— А почему бы и нет? — спросил он. — Всё прошло именно так, как я предсказывал.

Здесь я не мог ему возразить. Он предвидел, что Класс C будет следить за местами, где мы, скорее всего, будем проводить встречи. Затем он выбрал одно из таких мест и устроил ловушку для Рьюена-куна и Мисаки-сан, используя Юки-сан и Чие-сенсей.

Заставив Юки-сан сказать некоторые вещи, которые, как он знал, Рьюен-кун и Мисака-сан подхватят. Конечно, чтобы они подхватили эти реплики, они должны были знать, что Карма-кун попытается их подставить. Я не знаю, как Карма-кун предвидел это, и единственным ответом, который я получил, когда спросил его об этом, было то, что они с Мисакой-сан давно знакомы.

Он просто вставил туда эти несколько фраз, чтобы заманить их, хотя на самом деле он просто сказал правду. Чие-сенсей могла принять вопросы только в том случае, если они исходили от Юки-сан, и она отправила вопросы Чие-сенсей по электронной почте. Должно быть, именно это Чие-сенсей распечатывала на днях. Всё, что мне нужно было сказать Чие-сенсей, — это чтобы она подала эти вопросы, и она интерпретировала это так, как ей было наиболее выгодно.

— Даже то, что случилось с Классом D? — спросил я. — Ты не казался удивлённым видео.

— Ха! Получи, безмозглое дерьмо! — выкрикнул он, когда голова зомби взорвалась на экране. — Мм? Прости, ты сказал что-то про видео?

Я просто вздохнул и покачал головой. Карма-кун никогда не изменится.

— Ничего. Забудь.

После сегодняшних экзаменов я был уверен, что мы выиграем специальный экзамен против Класса C. Я даже думал, что получил сто баллов по всем четырём экзаменам. И моим главным приоритетом была безопасность моего класса и моих одноклассников. В этом смысле план Кармы-куна сработал блестяще. Мы выиграли экзамен и показали Рьюену-куну, что нападение на наш класс имеет свою цену. Но для Кармы-куна этого было недостаточно.

Ученик, которого я узнал как одного из Класса C, встал у автомата рядом с Кармой-куном и начал играть, убив первого зомби.

— Исключение моих одноклассников не было частью сделки, — тихо сказал он.

— Это не имело никакого отношения к нашей сделке, — сказал Карма-кун, переходя на двадцатую волну.

— Тогда зачем ты это сделал?

— Были причины, — Карма-кун пожал плечами.

— Ага, ну, твои причины будут стоить моему классу пятьсот очков.

— На самом деле триста, — поправил Карма-кун. — Из-за системы партнёрства это будет считаться как одно исключение. Так что двести за это и сто за проигрыш на экзамене.

— О, значит, я должен быть благодарен, что всё не так плохо, как я думал.

— Да ладно тебе, Хироя. Это просто часть игры. Без обид, — заявил Карма-кун с ухмылкой на лице.

— Конечно. Не то чтобы ты просто хотел унизить мой класс. А он почему здесь? — Хироя-кун указал на меня пистолетом из игры.

— Я пригласил его. Кроме того, мне плевать на твой класс.

— Почему бы тогда просто не ограничиться победой на экзамене?

— Я же говорил тебе, разве нет? У меня были свои причины, — Карма-кун сильно сжал губы, пытаясь отбиться от зомби. — Чёрт, да сдохни ты просто... Нет! Нет! Проклятье!

Карма-кун вернул пистолет на место и пнул автомат. На экране появился рейтинг, указывающий, что Карма-кун получил третий лучший результат.

— В любом случае, ты получил то, что хотел, верно? — спросил Карма-кун, сунув руки в карманы. — Поражение Класса C.

— Я хотел, чтобы Рьюен ушёл. Не думаю, что этого будет достаточно.

— Это уже твоя проблема, как с этим разобраться, — ответил Карма-кун. — Не надо хмуриться, Хироя. Это было хорошее партнёрство. Я получил то, что хотел, и ты получишь то, что хочешь, если правильно разыграешь свои карты.

— Знаешь, когда ты так это преподносишь, это кажется не таким уж честным, — сказал Хироя-кун. — Я всё ещё ничего не получил от этого альянса.

— Я расставил все фигуры там, где они должны быть, — сказал Карма-кун. — То, что произойдёт с Классом C, будет зависеть от твоей способности закончить игру... Пойдём, Мацуо. Наши дела здесь закончены. Веселись, убивая зомби, Хироя.

Мы спокойно вышли из зала игровых автоматов. Значит, Хироя-кун был «птичкой»... Я нашел это довольно странным, так как Хироя-кун был одним из учеников Класса C, который больше всех сотрудничал в своём классе. Не было секретом, что он не слишком любил Рьюена-куна, но опять же, немногие ученики любили Рьюена-куна.

— Что-то не так, Мацуо? — поинтересовался Карма, глядя на меня краем глаза. — Ты выглядишь озадаченным.

— Нет. Просто... Ну, как он получил доступ к вопросам Класса C? — спросил я. — Я думал, Чикуджоин-сан и Мисака-сан придумали их.

— Да, они их создали. И это правда, что Рьюен и Микото просто так никому не показали бы вопросы.

— Именно в этом моя мысль, — сказал я.

— Но Хироя не просто «кто-то», Мацуо. Он важный элемент Класса C. Ты думаешь, Рьюен просто оставил бы надоедливую работу Ишизаки и другим идиотам из своего класса? Да ладно, он намного умнее этого.

— Понятно... Но ты не планируешь просто оставить Класс C в покое, — заметил я.

Если бы это было так, мы бы не занимались этой штукой с обвинением.

— Оставить их в покое? Нет. Я всё ещё не закончил с Рьюеном и Микото.

— А то, что ты сказал Хирое-куну? Ты разорвал альянс с ним.

— Альянс? Он был просто информатором. И не волнуйся, он сыграет свою роль идеально.

Я кивнул в ответ.

Прости меня, папа. Я стараюсь быть хорошим. Правда стараюсь... Но это методы, которые я согласился использовать.