Новая Паства (1)

Шумная таверна вовсю гудела от голосов и криков.

Барная стойка располагалась кольцом в самом центре зала, и вокруг нее стояла куча посетителей, и не меньше сидели за столами вокруг.

Смех, звон кружек и громкие разговоры переплетались в единый гул, в котором легко терялись отдельные фразы. Завсегдатаи, сбросив рабочие мантии и перчатки, отдыхали после тяжелых смен, кто-то спорил о ценах на руду, кто-то хвастался удачной сделкой, а кто-то просто пил, не вмешиваясь в чужие разговоры.

За барной стойкой виднелось начало винтовой лестницы, уходящей куда-то вниз. Когда очередная бочка с алкоголем опустошалась, именно оттуда ее и выносили — крепкие парни поднимались по ступеням с новыми бочонками на плечах.

Но внизу находился не только погреб.

Под основным залом скрывался еще один, поменьше и тише — место только для членов Братства Обездоленных. Без вывесок, без лишних глаз и без случайных гостей.

Именно там сейчас, за одним из массивных деревянных столов, сидели Каэль и Черная Крыса, спокойно выпивая.

Каэль сделал глоток, позволяя крепкому напитку обжечь горло, и довольно выдохнул:

— Хорошо… Мысли понемногу приходят в порядок.

Хотя он был довольно юн для алкоголя, Черная Крыса прекрасно понимала, что точно не является тем человеком, который должен ему на это указывать или что-то запрещать. Особенно после того, что они сделали совсем недавно.

Она усмехнулась, покачав кружку в руке.

— Быстро ты. Я свое первое убийство довольно сложно переносила.

Каэль поднял на нее взгляд, чуть внимательнее, чем прежде, и учтиво произнес:

— Можно спросить о деталях? Или вы не хотите об этом вспоминать?

Черная Крыса хмыкнула, откинувшись на спинку стула.

— Я не из тех, кто бежит от прошлого. Это часть моей истории. И часть меня.

Поднимая бокал, она задержала его на уровне глаз. В глубине зрачков на мгновение блеснул холодный свет.

— Во время кризиса сирот Ластхолд был куда менее безопасным местом, чем сейчас. Когда мне было четырнадцать, я приглянулась одному старику…

Она лениво сделала глоток и продолжила тем же ровным тоном:

— Он заманил меня к себе, обещая еду и тепло. Но когда наступила ночь… показал свое настоящее лицо.

Каэль тут же скривился.

— Вот же отброс…

Черная Крыса коротко усмехнулась.

— Благо, он недооценил меня. Прежде чем он успел что-то сделать, я воспользовалась самодельным ножом, который всегда носила при себе.

Она ненадолго замолчала, застыв с поднятой кружкой. Но через несколько секунд все же добавила:

— Честно говоря, это теперь я могу говорить об этом спокойно. Когда я сбежала из дома того ублюдка, я еще многие месяцы не могла прийти в себя.

Несколько секунд она смотрела в стол, будто видела перед собой не древесные узоры, а воспоминания.

— Интересно, — тихо добавила она, — это наш мир болен… или проблема в самом Ластхолде и людях?

Каэль на несколько секунд замолчал.

В его уме промелькнуло: "Такое происходит везде, во всех Смертных Измерениях. Даже Боги ничем не лучше… Но можно ли в этом винить сам мир?"

Он медленно покрутил кружку, наблюдая, как по стенкам стекают капли алкоголя.

— Я бы предпочел сказать, что болен мир, а не мы, — наконец произнес он задумчиво. — Но такой ответ слишком удобен. Он позволяет сбросить ответственность с любого ублюдка.

Он поднял взгляд на Черную Крысу.

— Если виноват мир — значит, никто конкретно не виноват. А это ложь.

Немного подумав, он продолжил:

— Я бы сказал, что проблема в самих понятиях добра и зла, правильного и неправильного. Возможно, все эти концепты придуманы просто для того, чтобы успокоить разум. Чтобы избежать горькой правды — мир это хаос, и все в нем по сути бессмысленно.

Он сделал небольшой глоток и иронично улыбнулся.

— Возможно, добра и зла попросту не существует. Мы их когда-то придумали… а теперь почему-то начали ожидать, что мир будет нам подыгрывать.

На миг воцарилась тишина. Гул таверны никуда не делся, но за их столом повисла короткая пауза.

Черная Крыса скользнула взглядом по лицу Каэля и мысленно пробормотала, не решаясь озвучить это вслух: "Сколько же тебе на самом деле лет, Каэль?"

Но внезапно их прервал веселый, звонкий голос со стороны соседнего стола.

— Босс, может с нами сыграете? У вас какая-то мрачная атмосфера.

Говорила красивая и стройная женщина с фиолетовыми волосами, собранными в длинный хвост. Она сидела за столом, где семеро человек азартно играли в карты, попутно делая ставки. Перед ними лежали монеты, несколько жетонов Братства и уже опустевшие кружки.

Черная Крыса рассмеялась, явно собираясь что-то ответить.

Но в тот самый момент, когда она открыла рот, со стороны винтовой лестницы раздался резкий звук.

Вверху показалась фигура мужчины. Он даже не стал сбегать по ступеням — просто перемахнул через перила и, перелетев несколько метров, громко приземлился на пол нижнего зала.

Доски глухо ударились под его сапогами, разговоры вокруг мгновенно стихли.

Лица всех присутствующих, включая Каэля, резко уставились на него. В глазах мужчины читалась смесь ужаса и неверия, словно он только что увидел нечто невозможное.

Он тяжело дышал, будто бежал без остановки.

Черная Крыса уже собиралась что-то сказать, но он опередил ее, выпалив на одном дыхании:

— Босс, вы… вам нужно срочно к южным воротам! Это… это просто безумие!

Видя его состояние, она мгновенно поднялась со стула, в уме перебирая возможные варианты: "Утечка информации? Убийство кого-то из Братства?"

На долю секунды мелькнула мысль, что их кто-то поймал на убийстве Зейрана. Но не понимая связи, она резко выпалила:

— Причем здесь южные ворота?

И в следующий миг прозвучало то, от чего уже подорвался Каэль.

Мужчина покачал головой, и все еще не веря собственным словам, выкрикнул:

— Там люди! Не из Ластхолда!

— Что ты сказал? — не сдержавшись, резко выдал Каэль, внутренне напрягаясь.

Мужчина тут же перевел взгляд на него, и быстро доложил, явно осознавая его статус:

— Около двух десятков чужаков. И судя по аурам… они невероятно сильны. Почти все Золотые Маги. И среди них есть даже Нефритовый Маг!

Он сглотнул.

— Сейчас срочно созывают всех Старейшин!

Как только прозвучали эти слова, Каэль и Черная Крыса инстинктивно переглянулись — и одновременно выпалили:

— Нужно спешить!

Не тратя ни секунды, они рванули к винтовой лестнице. Каэль перепрыгнул через последние ступени, касаясь перил лишь для баланса, и уже на бегу его мысли закрутились в плотную спираль.

"Чужаки — это плохо. Особенно если они сильнее Ластхолда. Такие встречи слишком редко заканчиваются добром…"

Они выскочили в общий зал таверны и, не снижая скорости, пронеслись через него, привлекая к себе взгляды посетителей. Кто-то отпрянул, кто-то выругался им вслед, а кто-то просто замер с кружкой в руке, не понимая, что происходит.

Дверь распахнулась, впуская холодный ночной воздух, и через миг они уже исчезли.

✦ ✦ ✦

Несясь через ночные улицы, Черная Крыса с подозрением уставилась на Каэля и с двусмысленным намеком уточнила:

— Каэль… тебе что-то известно об этих событиях?

Он резко повернул к ней голову, на миг даже приоткрыв рот от неожиданности.

— Вы думаете, я будущее знаю, или что?

Черная Крыса ответила честно, не отводя взгляда:

— У меня была такая мысль.

Каэль быстро покачал головой.

— Можете поверить, для меня это такое же потрясение.

А мысленно добавил: "Может, я и знаю о некоторых событиях, которым еще предстоит случиться… Но знания о судьбе Ластхолда и Человеческого Измерения для меня закончились в тот момент, когда я попал в рабство к Хозяину."

С этими словами они продолжили бежать уже молча. Каждый по отдельности пытался осмыслить происходящее.

В центральной части города почти ничего не изменилось — все те же огни, смех, разговоры, редкие подвыпившие компании. Но чем ближе они подбирались к южным воротам, тем заметнее становилась суматоха.

Люди сбивались в группы, перешептывались, кто-то уже спешил в ту же сторону, куда бежали они. Слухи расползались, как лесной пожар, и толпа разрасталась буквально на глазах.

Увидеть кого-то не из Ластхолда спустя пять сотен лет изоляции — это было почти как чудо наяву.

Когда они выбежали из-за очередного поворота, перед ними открылся вид на плотную толпу, выстроившуюся полукругом у южных ворот.

— Иди сюда, — коротко бросила Черная Крыса.

Она резко притянула Каэля к себе, словно защищая от случайных толчков, и несколькими быстрыми шагами сократила дистанцию до толпы. Мягко расталкивая людей своей маной, она создавала перед собой узкий коридор, быстро протискиваясь вместе с Каэлем.

Люди даже не сразу понимали, что их аккуратно оттесняют — лишь чувствовали, как ноги сами делают шаг в сторону.

Не прошло и двух десятков секунд, как Каэль и Черная Крыса оказались у самой первой линии, где стражники Ластхолда выстроились цепью, сдерживая толпу.

Гул стоял плотный — вздохи, ахи, нервный шепот.

И Каэлю наконец открылась картина.

Южные ворота уже были закрыты.

А внутри, на площади перед ними, спокойно стояли люди в красных одеждах и броне. Их плащи едва колыхались на ветру, доспехи отражали свет факелов, а сами они держались ровно, без тени суеты.

И как только взгляд Каэля пробежался по ним, в его мыслях тотчас пронеслось: "Что за… Это не похоже на одежды ни одной из трех древних империй."

Возле чужаков уже собрались несколько десятков Старейшин Ластхолда.

Но странность была в том, что они не говорили.

И в следующий миг стало понятно почему. Один из чужаков перемнулся с ноги на ногу. Его броня тихо звякнула, когда он выпрямился, и ровным, уверенным голосом произнес:

— Va mire se enmora haliven no thirean moras… Elar sena mire lanor valeth magea.

Звук речи прокатился по площади, язык был чуждым, но в то же время странно знакомый по ритму.

Но как только прозвучали эти слова, Каэль вздрогнул.

Он не знал этого языка. Ни в Ластхолде, ни в известных ему записях подобный говор не использовался. Но смысл… смысл он уловил почти идеально.

"Это похоже на смешение языков Империи Истока Стихий и Империи Лунных Магов…" — мгновенно пронеслось в голове.

Он быстро прокрутил услышанное, разбирая интонации и знакомые корни слов.

"Он удивлен величиной нашего города… и силой некоторых магов…"

В памяти всплыли фрагменты древних хроник, описывающих диалекты двух империй, и Каэль мысленно добавил: "А еще… он упомянул что-то вроде “обратной стороны гор”."

Кулаки Каэля незаметно сжались, а внутри кольнуло дурное предчувствие:

"Если они преодолели Центральные Драконьи Горы… они точно сильнее Ластхолда."

И в этот же миг на воина посмотрел седой старик с аккуратной бородой и по-настоящему внушительной аурой. Он ответил воину тем же языком, но спокойнее, размереннее:

— Na lumer varos ria senel minor capitalae provira sena. Valora felian… va valora pastenar.

Разум Каэля работал на пределе.

Слова складывались в знакомые корни, менялись окончания, переплетались два древних диалекта.

Его челюсть чуть опустилась, а в уме пронесся примерный перевод: "Их город не уступает некоторым столицам наших провинций… Это огромное счастье… и огромная…"

Сердце Каэля неприятно кольнуло. Ведь в последнем слове было то, что напугало его. Корень “pastenar” отозвался слишком отчетливо.

Понимая значение слова, он едва слышно прошептал: — Он назвал нас новой паствой?

В этот момент в толпе уже поползли шепотки.

— Ты слышал? Кажется, я понял слово “столица”. Или мне показалось.

— Нет, точно, ты прав… Я тоже что-то уловил.

Черная Крыса, не отрывая взгляда от чужаков, тихо спросила:

— Каэль… почему некоторые слова чужаков кажутся мне знакомыми?

Он все еще смотрел вперед, будто находясь в трансе, и почти неосознанно ответил:

— Потому что часть их языка построена на языке древней Империи Истока Стихий. А большая часть языка Ластхолда тоже происходит от него.

Услышав его шепот, Черная Крыса резко повернулась к нему.

— Неужели ты их понимаешь?

Каэль зыркнул на нее, и в его взгляде не было ни тени радости.

— В общих чертах. Но мне не нравится то, что я слышу…

— Почему? — тут же уточнила она, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.

В мыслях Каэля прозвучало холодное и неприятное осознание: "Если он говорит о новой пастве… значит, они поклоняются одному из Богов. А ни один Бог не станет брать под свое покровительство слабую или малочисленную державу."

Он медленно выдохнул и мрачно ответил вслух:

— Мы гораздо слабее того места, к которому они принадлежат. Боюсь, это не сулит нам ничего хорошего.

И словно в подтверждение его слов, по толпе прокатился новый шорох.

— Расступитесь, — прозвучал строгий, глубокий голос.

Люди поспешно разошлись в стороны, образуя проход.

Через толпу вышли три фигуры — Дуримар, Вулнар и Дюран.

Их появление моментально изменило атмосферу. Стражники выпрямились, шепот стих.

Увидев их, Каэль мысленно произнес: "Старик Дюран здесь… С его знаниями он тоже должен понять их речь."