Непокорность Слабых (1)

Атмосфера в подземном зале достигла пика. Каэль, Гиррен, Канзан — все замерли, смотря друг на друга. Все надежды на побег словно рушились на глазах.

Каэль невольно скосил взгляд в сторону прохода, где за плечом Канзана виднелась лестница. Узкая, служебная, та самая, о которой говорил Гиррен. Всего несколько десятков шагов — и воздух, и ночь, и шанс раствориться в хаосе. Путь к спасению был до смешного близко.

И полностью перекрыт.

Канзан стоял точно между ними и выходом, уверенно, без суеты, как человек, который ни на миг не сомневается в исходе. Опытный Серебряный Маг, который знал: добыча никуда не денется.

Вокруг Каэля начала виться серая мана. Мысли метались, судорожно перебирая варианты, но той самой "спасительной" идеи не было.

Сбежать — нереально.

Гиррен это понял почти сразу. Он побледнел еще сильнее, губы дрогнули, и он тихо, без истерики, словно просто констатируя факт, пробормотал:

— Нам конец, Каэль… Прости. Мне жаль, что не получилось.

Каэль не ответил.

Он даже не посмотрел на него сразу. Взгляд оставался прикованным к Канзану, к его стойке, к белой молнии, лениво бегущей по руке. Внутри же мысль оформилась четко и жестко, без иллюзий:

“Если застану его врасплох… может быть, будет крошечный шанс сбежать.”

Каэль зыркнул на Гиррена, и в этом коротком взгляде было куда больше, чем слова. Злость, сожаление и понимание смешались в одно. Мысль вспыхнула с горечью:

“Черт… Но вместе нам отсюда не выбраться.”

Серая мана вокруг него чуть уплотнилась, тело подалось вперед на едва заметную долю шага.

Но не успел Каэль сделать хоть что-то, как Канзан выдал:

— Игры кончились.

В следующий миг его тело вспыхнуло белой молнией, и он рванулся вперед без предупреждения, без замаха — желая схватить Каэля одним ударом. Пространство между ними исчезло за долю секунды.

Разум Каэля словно вышел на предельную ясность.

Зал, стены, Гиррен — все это отступило на второй план. Восприятие сузилось до одной точки. Он видел, как рука Канзана несется к нему, как молния обвивает кулак, как траектория удара выстроена идеально — прямиком в шею.

“Быстрый…” — вспыхнуло в уме. “Но если использовать импульс маны и пониженный вес тела…”

Эта мысль скорее была ощущением, инстинктом, рожденным на грани. Каэль не стал отступать. Он шагнул навстречу.

Путь Тихого Баланса активировался сам собой. А Либеро снизил вес Каэля до предела.

Тело стало почти невесомым, движение — предельно точным. Каэль выставил ладонь вперед, направляя серую ману строго по вектору удара.

“Полностью не погасить…” — мелькнуло следом. “Использую инерцию.”

И в самый миг перед ударом, ладонь Каэля вспыхнула, и импульс маны ударил точно в руку Канзана.

ХЛОП!

Белая молния на кулаке дрогнула. Совсем чуть-чуть — но этого оказалось достаточно. Скорость удара смазалась, сила пошла не в точку, а в сторону. На лице Канзана впервые мелькнуло удивление.

Но в следующую секунду часть ослабленного удара все же достиги Каэля.

БАМ!

Столкновение сил взорвалось глухим ударом, от которого задрожали стены. Каэля сорвало с места, словно пушечное ядро. Его отбросило через весь зал, тело закрутило в воздухе, и он с сокрушительной силой врезался в каменную стену.

Но в этот миг все пошло не так.

Громкого удара о стену не последовало.

Каэль отлетел дальше — гораздо дальше, чем должен был даже с учетом ослабленного удара. Было ощущение, что с его телом что-то странное. Что-то неестественное в обычной схватке.

Канзан на долю секунды замер.

— Что это за техника… — вырвалось у него, почти беззвучно.

Этой крошечной паузы оказалось достаточно.

Каэль, уже поднимаясь с пола и ощущая, как рука парализована от молнии и боли, резко вдохнул. Грудь горела, мышцы отказывались слушаться, но разум оставался кристально ясным. Он понимал: из этой ситуации нужно выжать хоть какую-то пользу.

— Гиррен! — крикнул он, срывая голос. — Беги в Палату Исследователей Древности! Сообщи, что видел меня!

Он почти не чувствовал левой руки, пальцы едва слушались, но взгляд был цепким, жестким. Это был не крик отчаяния — это был расчет: "Гиррен. Свидетель. Давление на Совет Старейшин. Любая ниточка связи, может мне помочь."

Но не успел Гиррен прийти в себя и рвануть вперед, как Канзан рявкнул:

— Что за вздор?!

Белая мана яростно вырвалась из его тела, а на его лбу вспыхнула метка в виде синей спирали. Воздух вокруг него загудел, а давление резко возросло.

Из его руки вновь вырвалась молния.

Но это уже не был короткий разряд. Белый свет вытянулся, изгибаясь, не распадаясь, словно подчиняясь воле хозяина, превращаясь в длинную, хищную плеть. Она хлестнула воздух с резким треском, оставляя за собой след из искр.

Белая молния рванула вперед и в мгновение ока оплела Гиррена. Он едва успел дернуть рукой, инстинктивно вызывая ману, но было поздно. Разряд разорвал одежду на груди, впиваясь в тело, словно живой.

— Кгаааах! — взревел он, выгибаясь от боли.

Молния ударила сразу по всему телу. Мышцы свело, дыхание сорвалось, ноги подкосились, и Гиррен рухнул на каменный пол, беспомощный, дергающийся, не в силах даже закричать снова.

Лицо Каэля мигом исказилось от этого зрелища.

Он сцепил зубы так, что в висках заломило, и глухо, почти зло пробормотал:

— Гибкая молния… Дух Искрящейся Лианы?

Канзан на миг удивленно вскинул брови, явно не ожидая услышать это имя.

— Умен, — произнес он холодно. — Но это тебе не поможет.

Плеть дернулась, описывая дугу в воздухе, и тут же рванулась уже к Каэлю.

— Вот черт… — выругался тот сквозь зубы.

Он влил всю доступную ману в ноги, резко смещаясь в сторону. Либеро откликнулся мгновенно, облегчая тело, позволяя уйти от удара на пределе возможного. Каэль буквально сорвался с места, и в тот же миг плеть пронеслась там, где секунду назад была его грудь.

ХЛЫСЬ!

Резкий хлопок рассек воздух совсем рядом.

— Кгаах! — вырвалось у Каэля, когда грудь свело от удара, которого будто бы и не было.

Плеть не задела его напрямую, но даже этого оказалось достаточно. Парализующая мана скользнула по воздуху, проникла в тело, ударила в грудную клетку, и сердце на мгновение пропустило удар. Мир дернулся, на долю секунды потускнел.

Каэль резко втянул воздух и тут же влил собственную ману, выдавливая чуждую ману и паралич из мышц.

“Теперь шансов еще меньше,” — холодно отметил он про себя, приземляясь и скользя по полу. “Должно быть хоть что-то! Нужно хоть как-то усыпить его бдительность. Хоть как-то вывести на эмоции.” — пытаясь сохранять хладнокровность, обдумывал Каэль.

Канзан внимательно проследил за маневром Каэля. Белая плеть медленно втянулась обратно в его ладонь, молния все еще лениво бегала между пальцами. Он нахмурился, не скрывая раздраженного интереса, и негромко пробормотал, скорее себе, чем противнику:

— Силен… — взгляд стал цепким. — И приемы у тебя очень странные.

Он сделал шаг вперед, давление его маны усилилось, заполняя зал вязким, электрическим гулом.

— С каким духом ты связан, малец? — спросил Канзан уже напрямую.

Каэль выпрямился, несмотря на боль в груди. Он, сплюнул кровь на земли, и со злобной ухмылкой ответил:

— С духом твоей матери.

Он рассмеялся, и, не давая тишине повиснуть, добавил, глядя Канзану прямо в глаза:

— Хочешь у нее что-нибудь спросить?

Лицо Канзана тотчас дернулось. Всего на миг — но этого хватило. Взгляд стал жестче, молнии вокруг руки вспыхнули ярче, воздух треснул от сдерживаемой ярости. Однако голос, когда он заговорил, остался ледяным:

— Жаль, что я не могу убить тебя, ублюдок.

Каэль уловил это мгновенно. Зацепился за слова, как за крюк, и, не отводя взгляда, бросил с еще большим презрением:

— Правильно. У цепных псов нет права на самостоятельность.

Слова еще не успели до конца осесть в воздухе, как Канзан сорвался с места.

Белая молния вспыхнула вокруг его тела, и он рванул вперед. Хлыст ушел за спину, изгибаясь, готовясь к удару, а левая рука пошла напрямую — быстро, жестко, без малейших колебаний. Лицо Канзана исказилось яростью, больше не сдерживаемой ни дисциплиной, ни холодным расчетом.

— Тебе конец, — выдохнул он сквозь зубы.

Каэль увидел этот удар еще до того, как тот был нанесен. В последний миг он снова выставил ладонь вперед, повторяя прежний прием, собирая серую ману в узкой, выверенной точке.

И где-то в глубине сознания Канзана мелькнула уверенная мысль: “Во второй раз со мной это не пройдет.”

БААМ!

Рука Канзана вновь врезалась в импульс Каэля. Удар был тяжелее, злее, жестче, и на этот раз Каэля швырнуло прочь еще сильнее, чем прежде. Тело сорвало с траектории, воздух выбило из легких, а мир на миг дернулся, теряя четкость.

Но Канзан не собирался отпускать его.

Хлыст взвился почти одновременно с ударом, белая молния вытянулась дугой, устремляясь вслед, целясь в ногу Каэля, чтобы связать его, и закончить все здесь и сейчас.

И в тот миг, когда хлыст должен был ударить по Каэль, что-то вновь пошло не так.

Канзан ощутил это сразу — странное, неестественное смещение. Баланс его тела дернулся, будто почва под ногами внезапно поехала в сторону. Левая рука неожиданно стала тяжелой, потянула корпус, смещая точку атаки всего на ничтожную долю… но этого оказалось достаточно.

ХЛЫСЬ!

Плеть рассекла воздух, не зацепив цель.

Глаза Канзана расширились от шока — краткого, почти незаметного, но реального. Он понял это слишком поздно.

Каэль же уже прокрутился в воздухе. Используя инерцию удара, он сделал резкий кувырок, коснулся ногами стены, и, не задерживаясь ни на мгновение, вбил в ступни и спину всю оставшуюся силу. Либеро откликнулся, облегчая тело Каэля на максимум, усиливая толчок.

И в тот же миг—ШУУВ!—Каэль выстрелил вперед, как стрела.

Прямиком ко входу!

Но Канзан среагировал мгновенно.

Он резко влил ману в руку, с силой выгоняя чуждое влияние, и зло выругался, сжимая пальцы так, что молния хлестнула по воздуху.

— Что за грязные трюки?! — рявкнул он, разворачиваясь всем корпусом.

В этот самый миг Каэль почти пролетал над Гирреном. Взгляд скользнул вниз — на распростертое тело, на сжатые пальцы, на искаженное болью лицо. Мысль вспыхнула болезненно и резко, без всякой подготовки: "Неужели придется его бросить?"

Сердце сжалось, будто кто-то вцепился в него когтями.

"Если выберусь… нужно как-то его спасти. Но как?"

От этого осознания внутри поднялось мерзкое, липкое чувство, словно он уже сделал выбор. Словно уже стал предателем, даже если еще ничего не произошло.

Вот только этому чувству было не суждено получить развитие.

Из тела Гиррена внезапно вырвались десятки тонких громовых нитей. Они вспыхнули почти бесшумно, словно жили там с самого начала, и в следующий миг резко метнулись вверх, обвивая Каэля прямо в полете.

— Ч-что… — вырвалось у него.

Траекторию полета мгновенно исказило. Тело Каэля дернуло в сторону, закрутило по дуге, и с глухим ударом врезался в каменный пол. Его протащило по нему с десяток шагов, сдирая кожу, выбивая воздух из легких, пока он не ударился спиной о стену и не замер.

Молнии стягивали тело, сжимали мышцы, не давая ни вдохнуть нормально, ни пошевелиться.

И в этот же миг Гиррен дернулся.

Он резко вдохнул, глаза распахнулись, и он приподнял голову, будто внезапно вынырнул из глубокой воды. Паралич исчез в тот же миг, как молнии Канзана покинули его тело.

Каэль также осознал, что именно произошло.

"Черт…" — мысль была холодной и ясной. "Он оставил в теле Гиррена свою ману. Заранее. И ждал момента."

Он стиснул зубы, ощущая, как по телу пробегают разряды, заставляя мышцы болезненно сокращаться.

"Я облажался."

Канзан лишь хмыкнул, глядя на него издалека. Белая молния лениво стекала с его руки, а в выражении лица не было ни спешки, ни злобы — лишь брезгливое удовлетворение.

— Ты меня позабавил, парень, — произнес он почти спокойно. — Для Стального Мага ты даже слишком силен.

Каэль дернулся в путах, чувствуя, как очередной разряд прошивает грудь, и сквозь стиснутые зубы прошипел:

— Выпендриваться… — он хрипло усмехнулся, — это у вас семейное?

Канзан больше не стал тратить слова.

Белая молния вновь вспыхнула вокруг его тела, и в следующий миг он оказался рядом с Каэлем. Движение было резким, почти ленивым — как у человека, который уже не сомневается в исходе. Он присел, без усилия перехватил Каэля за шиворот и поднял вверх, будто щенка, чье сопротивление не стоит даже внимания.

— Поигрались и хватит, — произнес он ровно.

Лицо Канзана было совсем близко. Холодное. Спокойное. Лишенное ненависти — и от этого куда более пугающее.

Мысли Каэля понеслись с ужасающей скоростью. Варианты, обрывки идей, инстинктивные попытки найти выход — все рушилось одно за другим. Сколько бы он ни перебирал, сколько бы ни упирался, перед ним была пустота.

Выхода не было.

И все же внутри что-то взбрыкнуло, не желая сдаваться.

"Нельзя сдаваться, Каэль!" — мысленно рявкнул он, вцепляясь в эту мысль, как в последний якорь.

И в тот же миг он отдал команду Либеро.

Ответ пришел мгновенно.

Тело Каэля резко потяжелело, будто в него залили расплавленный металл. Рука Канзана неожиданно дернулась, пальцы соскользнули, и хватка сорвалась.

— Что за… — вырвалось у него.

БАААМ!

Каэль рухнул на каменный пол с глухим ударом.

— Кгаах! — выкрикнул он, когда боль взорвалась в груди, и изо рта вырвался горячий глоток крови.

Мир дернулся, потемнел по краям. Дыхание стало рваным, поверхностным. Где-то внутри отчетливо хрустнуло, и мысль пришла сама собой, без паники, почти отстраненно: "Черт… видимо сломал несколько ребер."

Он закашлялся, выплевывая кровь, но все же приподнял голову. Губы растянулись в кривой, кровавой улыбке, а взгляд остался упрямым.

— Даже перед смертью, — прохрипел Каэль, — я создам тебе столько проблем, сколько смогу.

Канзан посмотрел на него сверху вниз, скривив губы.

— А как же, — отозвался он без эмоций.