Фигуры в Черном (2)

✦ ✦ ✦

А в этот самый миг, когда по крышам носились в его поисках, Каэль спокойно двигался сквозь толпу. Праздник к этому часу разогрелся как следует. Люди пили горячее вино, смеялись, кто-то катил детей на плечах, а над улицами плыли вспышки разноцветных заклинаний, раскрашивая небо.

У Каэля тоже было настроение — легкое, теплое, чуть расслабленное. Щеки и нос слегка покраснели от крепкого вина, что он пил с Черной Крысой, и морозный воздух делал это тепло еще приятнее. Мягкая меховая подложка укрывала от ветра, шапка уютно грела голову, и весь мир казался ярче, чем обычно.

Он оглядывался на огни, на сияющие гирлянды маны, на счастливые лица — и мысленно пробормотал:

“Какая красота… Нужно найти родителей и тоже подарить им что-нибудь. Не одному мне сегодня получать подарки.”

Эта мысль заставила его довольно рассмеяться. Он уже представил, что именно могло бы порадовать мать, и даже начал мысленно перебирать варианты… когда вдруг —

Хлоп.

Тяжелая, крепкая рука легла ему на плечо.

Резко. Слишком уверенно.

Он даже сначала подумал, что это отец — но в следующую секунду услышал голос, который мгновенно остудил кровь.

— Ооо… На этот раз настоящий.

Каэля словно поразило молнией. Все остатки вина мгновенно испарились. Он хотел развернуться — но рука на плече вдавила его вниз чуть сильнее, фиксируя.

— Стоять ровно, пацан. — Голос стал ниже, жестче. — И не дергайся.

Дурное предчувствие мгновенно накрыло Kaэля ледяной волной. Он нахмурился, сохраняя внешнее спокойствие, и негромко произнес:

— Кто вы? И чего вам нужно?

Толпа вокруг продолжала смеяться и праздновать — никто даже не замечал, что в этом маленьком участке улицы воздух стал напряженным, как перед разрядом молнии.

И следом послышались слова, которых Каэль боялся больше всего. Но одновременно — именно те слова, что мгновенно зажгли в нем ярость, такую острую и болезненную, что все внутри будто вспыхнуло:

— Наши руки вплотную подобрались к твоему отцу на работе, к сестре в Академии. А еще в твой ресторанчик всегда может зайти недоброжелатель и навредить твоей матери. Так что будь послушным и просто следуй туда, куда я тебе говорю.

От этих слов внутри Каэля будто что-то сорвалось с цепи. Янтарные глаза вспыхнули, словно в них отразилось пламя, а по телу прокатилась волна ненависти. Казалось, он вот-вот сорвется, бросится на врага, плевать на толпу, на праздник, на последствия.

Но в ту же секунду сознание словно ударило током — вспыхнули старые, давно затянутые, но не забытые раны. Образы прошлой жизни. Дом, горящий как факел. Смерть его близких.

Страх ударил резко. Не за себя. За них.

Этот страх лишил ярость Каэля опоры, заставил грудь сжаться.

Мужчина позади резко встряхнул его за плечо, вдавив пальцы чуть глубже.

— Ты меня понял? — прорычал он прямо в ухо. — Отвечай.

Этот толчок вернул Каэля в реальность. Он моргнул, отбрасывая оцепенение. Внутри мелькнула короткая, ясная мысль:

“Паника все усугубляет. Мне нужна ясность ума.”

Он сделал короткий вдох, собирая все свое хладнокровие, и едва заметно кивнул — идеально дозируя покорность, чтобы не вызвать подозрений.

— Я вас понял.

В следующий миг в спину пришел уверенный толчок, направляющий вперед. Каэль шагнул, не сопротивляясь. Толпа все ещё смеялась, звенела, кричала, магические огни вспыхивали над головами — и никто вокруг не замечал, что один из празднующих перестал быть частью веселья. Он шел ровно, плавно, без суеты, но внутри уже зарождалось ощущение стальных оков, затягивающихся вокруг шеи.

Идя вперед, подчиняясь направляющим толчкам, Каэль мысленно начал успокаивать себя. Его разум, привыкший к опасности, быстро приходил в порядок — слой за слоем отбрасывая лишнее, оставляя только холодный расчет.

“Судя по ауре… крепкий Серебряный Маг. Я с ним не справлюсь. Кричать или бежать — не вариант. Тогда пострадают мои близкие.”

Страх понемногу отступал, а мысли становились чище.

“Если оценивать по репутации… я довольно ценный человек. В моей смерти нет смысла. А значит — выкрутиться смогу. Мне не впервые находиться в плену.”

Чтобы сохранить равновесие, он заговорил спокойнее, чем можно было ожидать от человека в подобной ситуации:

— Что вам нужно? Если деньги — то я не так богат. Если знания — то я не так умен.

Голос из-за спины даже не дрогнул:

— Вскоре сам все узнаешь. Не в моей компетенции обсуждать с тобой планы.

От этих слов по телу Каэля пробежали мурашки. Их ровность, холодность, уверенность выдали куда больше, чем собеседник хотел показать. Он чувствовал — это не мелкая шпана, не ночные разбойники и не отчаявшиеся вымогатели.

“По тону и речи… это точно не какие-то простачки. И если они действительно приставили людей к моим близким…”

В глубине груди опять вспыхнуло пламя. Ненависть. Резкая, острая, как сталь клинка. Он едва удержался, чтобы не обернуться — пальцы непроизвольно дернулись, словно его тело само искало возможность нанести удар.

Но ярость не смогла заглушить рассудок. Напротив, подогрела его.

“Это кто-то из Трех Семей.”

Осознание легло тяжелым камнем. И вместе с тем — вызвало новую волну вопросов.

“Но какой в этом смысл? Все это время они за мной наблюдали, но не слишком активно — как и за любым перспективным молодняком. Для внутренней конкуренции — да. Но зачем действовать так радикально именно сейчас?”

Ответа не было. Но Каэль чувствовал: случилось что-то плохое. Или же, плохому только предстоит случиться.

И в этот миг его вывели в темный, узкий переулок, где шум праздника будто отрезало ножом. Свет фонарей сюда почти не доходил, и воздух стал тяжелее, холоднее, словно сам город закрыл глаза на происходящее.

Из-за углов вышли несколько фигур. Все они были одеты одинаково — черные мантии, глубокие капюшоны, закрывающие лица, и гладкие маски без выражения. Они двигались синхронно, уверенно, без лишних шагов. Но по телосложению было сразу ясно: вперед вышла женщина. И ее голос, звонкий, дерзкий, мгновенно подтвердил это.

— Ублюдок, — процедила она, словно выплевывая каждое слово. — Заставил нас бегать за тобой целых два часа…

Каэль посмотрел на нее, приподнимая бровь, будто ее слова не имели смысла.

— Извиняюсь. Я просто не знал о вашем существовании.

От этого спокойствия она даже дернулась — то ли от раздражения, то ли от того, что ожидаемой реакции не последовало.

— Шути, — процедила она. — Пока можешь.

В этот момент мужчина, что стоял за спиной Каэля, наконец вышел вперед, направляясь к женщине. Судя по всему, он был старше и чуть опытнее — его движения были экономичными, прямыми.

— Нас уже заждались, — сказал он, бросив короткий взгляд на напарницу. — Поспешим.

Женщина только кивнула, и чуть опустив голову начала что-то шептать. Очевидно, они обсуждали что-то, чего Каэль не должен был услышать.

И пока они переговаривались, Каэль быстро и аккуратно глянул назад — всего на долю секунды, почти незаметно. Не чтобы бежать. И уж точно не из желания броситься в драку.

Ему было важно понять, стоит ли за ним еще кто-то.

Женщина моментально уловила этот взгляд.

— Можешь бежать, — лениво бросила она. — Но запомни: за этот поступок пострадают твои близкие. И я не шучу.

Каэль повернул голову чуть вправо, снова встретив ее взгляд. В его голосе звучало ровное, холодное спокойствие:

— Вам не о чем беспокоиться. Мне самому любопытно, кто так жаждет встречи со мной.

Но в действительности причина его взгляда была совершенно иной.

Как только женщина снова отвернулась, сердце Каэля забилось быстрее. Не от страха — от ясного понимания того, насколько рискованно то, что он собирался сделать. Но времени на раздумья не было: если он сейчас не скроет все лишнее, все, что может выдать его тайны, — дальнейшие события станут в десятки раз опаснее.

Он поднял руку к голове, туда, где под волосами было спрятано второе пространственное кольцо. Движение вышло естественным — нервное почесывание затылка, идеально вписывающееся в ситуацию. Но за этой привычной жестом скрывалась тонкая, точная работа.

За долю секунды, пока пальцы "чесали" кожу, Каэль управлял маной: кольца поочередно активировались, и содержимое перебросилось между ними. Несколько быстрых импульсов маны и мана-эликсиры, свитки, дорогие ингредиенты, все, что могло навлечь на него смертельные подозрения, исчезло с привычного кольца и оказалось спрятано там, где никто даже не подумает искать.

В тайнике, завязанном на его собственную прядь волос.

Все произошло настолько быстро и аккуратно, что, со стороны, это выглядело всего лишь жестом напуганного юноши, потерявшегося среди взрослых.

“Спасибо тебе, Черная Крыса,” — мелькнуло в голове Каэля.

А следом он мысленно добавил, уже куда тверже:

“Что бы ни происходило дальше… я выкручусь. Если им нужны деньги или информация — смогу поторговаться. Но нельзя допустить, чтобы кто-то нашел мои мана-эликсиры или ингредиенты. Это стократно усложнит ситуацию.”

Он едва заметно выдохнул — и только тогда позволил себе вновь посмотреть на похитителей.

Тем временем они уже развернули перед собой странный рулон черной ткани. И видя, как эта ткань странно движется, в его уме уже начали формироваться предположения.

Это была транспортировочная ткань. Магический кокон для перемещения пленников.

Женщина заметила его взгляд и, резко повернувшись к нему, бросила:

— Подойти сюда. И без фокусов.

Каэль послушно загашал вперед, понимая, что у него нет выбора.

И как только он подошел достаточно близко, двое из похитителей шагнули вперед, и черная ткань рванулась к нему так стремительно и слаженно, будто ее контролировали не руки, а потоки маны. Его обмотали в одно движение — точно так же пауки закатывают добычу в кокон, не оставляя ни шанса на сопротивление. Мягкая на вид ткань оказалась удивительно плотной: слой за слоем она закрывала его тело, грудь, руки, потом шею.

Сначала исчезли запахи. Затем — звуки. Мир стал глухим, будто кто-то наложил на уши толстый слой ваты. Свет исчез последним: темнота сомкнулась, плотная и по-настоящему пугающая.

Но самое страшное было впереди.

Не прошло и минуты, как тело перестало отзываться. Словно оно больше не принадлежало ему. Он не мог пошевелить ни пальцем, ни даже напрячь мышцы. А затем Каэль осознал, что не ощущает потоки маны вокруг себя.

Его будто вырвали из мира.

Оставили лишь сознание. Мысли.

И именно в этот миг в голове Каэля пронеслась мысль, такая холодная и яростная одновременно, что свело скулы:

“Кто бы вы ни были… зря вы угрожаете моим родным. В этой жизни я смогу отомстить собственными руками. Мне уже не нужны для этого Боги.”

Снаружи, за толщей ткани, раздался небольшой хлопок — последний слой ткани лег, и по поверхности кокона вспыхнул короткий узор рун, словно запечатывая его окончательно.

Мужчина в маске спокойно поднял "кокон", будто он весил меньше перины, и произнес:

— Миссия выполнена. Возвращаемся домой.

Последовали короткие, резкие движения, затем — вспышки молний. Три, четыре, пять — каждая словно прорезала пространство. И все фигуры в черных мантиях исчезли, растворившись в электрическом свете.

Теперь они, переносили запечатанного Каэля по крышам и узким переходам, незаметные для празднующей толпы. Люди смеялись, хлопали друг друга по плечам, дети визжали от восторга, глядя на фейерверки — а в нескольких этажах над головами происходило похищение, которое никто даже не мог обнаружить.

И путь похитителей был направлен к главной резиденции Семьи Грома Возмездия.

Туда, где Каэля ждала угроза, о которой он даже не подозревал.