День Спаррингов (3)

Он чуть подался вперед, уже не просто наблюдая — анализируя, как мастер наблюдает за неизвестной техникой.

Драксион не сбавлял темпа — снова оказался перед Каэлем, смазав пространство резким боковым ударом.

Но на этот раз Каэль не отступил. Он резко развернул корпус и выставил обе ладони вперед. В правую вложил точный импульс маны — короткий, но выверенный до доли секунды.

Паф!

Раздался глухой звук — будто кто-то ударил палкой по подушке. Вибрация разошлась волной, а сила Драксиона странным образом рассеялась.

Толпа ахнула. Несколько человек привстали, кто-то выронил свиток.

— Каэль не отлетел! — выкрикнула одна из девушек. — Неужели Драксион уменьшил силу удара?

— Да нет… — ответил парень рядом, не отрывая взгляда. — Удар был такой же сильный…

Драксион отшатнулся на шаг, растерянно моргнув — его кулак онемел от отдачи.

Каэль же медленно выдохнул, чувствуя, как мышцы руки свело судорогой. Кожа на ладонях покалывала, а в локтях билась тяжелая дрожь.

"Хорошо…" — мысленно произнес он. "Я примерно понял, с какой силой гасить его удары. Но нужно точнее рассчитать его скорость… Иначе руки парализует быстрее, чем я смогу нанести контратаку."

Он мягко отступил на полшага, вернувшись в ту же стойку — колени расслаблены, вес смещен в пятки, ладони снова раскрыты.

Глаза оставались спокойными, но где-то в глубине зрачков появлялся опасный блеск. Каэль наконец нащупал нужный ритм.

— Что за фокусы, ублюдок?! — взревел Драксион, лицом и голосом отдаваясь яростью. Он не понимал, почему его кулак не проходил сквозь защиту.

Он рванул снова — серия стремительных ударов, каждый сопровождаемый фиолетовой маной и искрами.

БАМ! БАМ! БАМ! — удары шли одно за другим, как удары барабана.

Теперь Каэль двигался точнее: каждая его ладонь выбрасывала импульс маны, делая удары Драксиона бесполезными.

Но последний наброс Драксион Каэль не просто погасил — он резко сместил его траекторию. Кулак противника будто потянуло в сторону: траектория вывернулась, и на мгновение открылся бок.

"Что за чертовщина?!" — мысленно прорычал Драксион, делая удар в развороте, чтобы не дать себя пробить.

Каэль же резко отпрыгнул, уходя от удара противника.

И как только они разорвали дистанцию, в зале повисла тишина...

Все не понимали, как Каэль делает это. Но одно было ясно: последний обмен ударами был равным. Драксион перестал доминировать!

Инструктор Арден слегка приподнял бровь, глаза хищно сужены. Мысль проскользнула быстро и точно:

"Только что… он утянул кулак Драксиона в сторону? Неужели мана Каэля имеет свойство притяжения? Нет… когда он гасит удары, этого притяжения не видно."

Он снова уставился на стойку Каэля, пытаясь разложить наблюдаемое на простые элементы — точность, ритм, течение маны. Интерес в его взгляде стал явным.

Драксион заметил, как взгляды учеников обратились на Каэля — не с насмешкой, а с изумлением.

Его челюсти сжались, мышцы на шее вздулись, а лицо перекосилось от ярости.

— Теперь ты по-настоящему разозлил меня! — рявкнул он, и фиолетовая мана вокруг тела вспыхнула сильнее, словно пламя, подпитанное яростью.

Воздух задрожал. По полу побежали искрящиеся разряды, сопровождаемые сухим треском. Волосы у ближайших учеников приподнялись от статики.

Инструктор Арден нахмурился, взгляд стал ледяным.

"Так быстро сжигая ману, он может повредить Ядро Маны… Необдуманный поступок. Но если Каэль не выдержит — он мгновенно проиграет..."

Не успел он додумать, как Драксион сорвался.

Фиолетовая вспышка рассекла воздух — силуэт исчез, и лишь след молнии отблеснул в глазах наблюдающих.

Драксион появился возле Каэля, нанося жесточайший удар прямиком в грудь. Толпа ахунла.

В этот миг, время для Каэлся словно замедлилось. Его разум заработал на пределе, анализируя ситуацию, и направляя сигналы в Ядро Маны и мышцы.

"Вот черт! Этот удар гораздо сильнее предыдущих! Я обязан идеально его парировать!"

Каэль собрал всю оставшуюся ману — каждую искру, что еще пульсировала в его теле. Потоки стремительно стекались в правую ладонь, ту самую, что ожидала точного момента. Сердце билось в унисон с дыханием.

"Сейчас!" — пронеслось в мыслях.

БАМ! — воздух взорвался глухим ударом. Вспышка фиолетовой маны ослепила зал, но тело Каэля не дрогнуло ни на дюйм. Волна силы ударила в него и тут же распалась, растекаясь по сторонам, будто врезалась в невидимую стену.

Толпа замерла.

Даже Драксион, еще секунду назад рвущийся вперед, остолбенел — его кулак онемел, сила ушла, будто она просто исчезда из реальности.

— Не может быть… — прошептал кто-то из учеников.

Каэль же, не теряя ни мгновения, резко повел ладонью, направляя притяжение в сторону, и уводя руку Драксиона, перехватывая его импульс. Тело противника послушно ушло за траекторией, открывая бок.

"Идеально!" — мелькнуло в сознании.

Вторая ладонь Каэля в тот же миг метнулась вперед. Короткий, точный, почти бесшумный удар летел прямо в ребра Драксиона. Вокруг его руки разошелся тусклый серый импульс маны, а глаза вспыхнули мрачным, ледяным светом.

"Сломаю-ка я тебе пару ребер, маленький ублюдок… Моего импульса маны как раз должно хватить!"

С предвкушением, видя, как ладонь касается ребер Драксиона, Каэль хищно ухмыльнулся.

Мгновение — и должен был разразиться сокрушительный удар…

Но в тот миг, когда импульс маны должен был вырваться из ладони, раздался лишь сухой хлопок.

Паф...

Свет на ладони Каэля едва вспыхнул и сразу погас.

"Что?!" — мысленно выкрикнул Каэль, сразу следом осознав, что израсходовал всю ману.

И в этот миг ошибки, он даже не успел даже отдернуть руку.

Глаза Драксиона полыхнули яростью, губы растянулись в зверином оскале.

— Ну вот и все, ублюдок! — прорычал он, вкладывая всю мощь в короткий, добивающий удар.

— БАМ! — разряд, словно миниатюрный гром, взорвался под самым потолком зала.

Кулак Драксиона вошел под ребра с гулом; воздух из легких Каэля вырвался с хрипом, а тело выгнулось от боли.

Его отбросило прочь — ноги оторвались от пола, и он, будто кукла, врезался в каменные плиты арены, прокатившись несколько метров, и останавливаясь возле стены.

В зале тотчас воцарилась всепоглощающая тишина.

Даже Драксион замер, тяжело дыша, глядя на распластанного на земле Каэля.

Арден, стоявший неподвижно с приоткрытым ртом, наконец очнулся. Взгляд его метнулся по арене, по Драксиону, затем — к Каэлю.

Он выдохнул и громко произнес:

— Победа за Драксионом!

Зал тотчас взорвался удивленными криками и шоком. Никто не мог поверить в то, что произошло на их глазах. И самое парадоксальное, что все смотрели не на победителя, а на проигравшего — Каэля.

— Он проиграл, но… — выдал кто-то.

— Да раньше он и слабакам сдавался! — отозвался другой. — Если Каэль продолжит тренироваться…

— Ничего себе! Вы видели тот последний удар?!

Даже взгляд Инструктора Ардена оставался прикован к Каэлю. Он наблюдал, как тот, сцепив зубы, уже поднимался с пола. Плечи дрожали, дыхание рваное, но Каэль вставал.

Толпа еще сильнее загудела.

Лили, Бронан и Дронан быстро подбежали, но Каэль поднял руку, не позволяя себе снова упасть.

— Все нормально, — выдохнул он глухо, кивнув. А затем улыбнулся и добавил: — Я все еще плохо чувствую, когда моя мана заканчивается. Не рассчитал силы.

Он стоял, утирая кровь с губы, и улыбался. В глазах Каэля не было поражения. Казалось, он был более чем доволен своим первым спаррингом.

В этот же миг, Драксион выглядел, как полная противоположность Каэля. Он стоял посреди арены, неподвижный, с опущенными руками.

Он не чувствовал ни радости, ни удовлетворения — лишь дрожь в пальцах и странное ощущение холода, которое никак не проходило.

Толпа вокруг гудела, но будто не замечала его. Все взгляды были прикованы к Каэлю. Тот стоял чуть поодаль, опираясь на колено, и, несмотря на усталость, держался прямо.

Вокруг него уже собрались ученики — кто-то спрашивал о технике, кто-то просто хотел убедиться, что он в порядке.

Драксион наблюдал за этим и чувствовал, как что-то неприятное поднимается изнутри. Он не желал признавать этого, но в нем начали зарождаться искорки страха.

"Как он… Почему он стал таким сильным?" — мелькнуло в голове, и от этой мысли по коже пробежал холодок.

К нему как раз подбежали его прихвостни — шумно, с натянутыми улыбками.

Они наперебой поздравляли его с победой, хлопали по плечу, бросали громкие фразы. Но чем больше они говорили, тем сильнее внутри всё сжималось.

Каждое слово звучало фальшиво, а от собственной победы становилось только противнее.

Он выиграл, но это не чувствовалось победой.

Даже сейчас, когда бой закончен, он понимал: весь зал помнит не его удар, а то, как стоял Каэль.

В этот миг Драксион впервые ощутил, что даже выиграв — он остался в тени. В тени того, об кого еще недавно вытирал ноги. И это чувство ему очень сильно не понравилось.