Лавандовый Торт (1)

В небольшом зале, пол которого был выложен темно-синим мрамором, царила редкая для Ластхолда тишина.

На стенах висели картины, изображающие грозовые тучи и вспышки молний, будто само небо застыло в буре.

Посреди этой тихой роскоши за низким столом спокойно сидел старик в свободной синей мантии.

Его темно-фиолетовые волосы были аккуратно собраны в пучок на затылке, а лицо — гладкое и почти без морщин. Только глаза выдавали возраст и силу: лисьи, хитрые, будто знавшие слишком много.

Он медленно пил чай, не спеша, и изредка закидывал в рот сладости из золотого блюдца.

Это был Старейшина Зейран — один из трех сильнейших магов Ластхолда, человек, который фактически управлял всей Семьей Грома Возмездия.

Когда в дверь постучали, он не удивился. Лишь слегка улыбнулся уголками губ и произнес:

— Входите.

Дверь тихо отворилась, и в зал вошел невзрачный мужчина — средний рост, простая темная одежда, короткие черные волосы и карие глаза. Лицо ничем не выделялось, его легко можно было забыть сразу после встречи.

Он остановился в паре шагов от стола и почтительно поклонился.

— Приветствую, Старейшина Зейран.

Старик не ответил сразу — лишь взглянул поверх чашки, прищурившись с лукавой улыбкой.

— Ближе к делу, — произнес он спокойно, поставив чашку на подставку. — Как там мой будущий подчиненный?

Мужчина слегка склонил голову, стараясь говорить без лишних эмоций:

— В последнее время он только работает и тренируется, — начал он, деловым тоном. — Несколько раз замечен в компании торговца, который связан с криминальной стороной Ластхолда.

— Тренируется? — медленно переспросил Зейран, приподняв бровь.

— Да, Старейшина, — подтвердил тот, чуть понизив голос. — Меня это тоже смутило. Вы ведь сами говорили, что у него почти нет способности к поглощению маны. Но, по моим наблюдениям… — он на мгновение замялся, — этот Каэль уже на стадии Бронзового Мага.

Немного подумав, мужчина добавил:

— Этот мальчик очень странный. Ощущение, словно он и не подросток вовсе. И видимо он умело скрывал свою силу. Но для каких целей, я пока не могу сказать...

Тонкий фарфор в руках Зейрана чуть звякнул — он аккуратно поставил чашку обратно на стол. Лисьи глаза старика прищурились, и на лице появилась задумчивая, почти лениво-холодная улыбка.

"Вот оно как…" — пронеслось у него в мыслях. "На Совете Старейшин я тоже ощутил в нем ману, но ее было совсем мало. Как он так быстро смог перейти на Бронзовый ранг? Даже с поддержкой зельев маны это невозможно в такие сроки…"

Он откинулся на спинку кресла, взял чашку, сделал медленный глоток и пробормотал вслух:

— Если он скрывал свою силу, почему решил проявить ее только сейчас? Он даже специально терпел издевательства? Слишком странно...

Голос его был тихим, но в нем прозвучала явственная искра раздражения.

— Или же... он уже давно был завербован кем-то? Если так, то эти "кто-то" решили действовать?

Мужчина, стоявший напротив, чуть нахмурился, но быстро собрался с мыслями и ответил:

— Я читал о случаях в древности, когда талант к мане пробуждался с опозданием, — произнес он осторожно. — Возможно, это произошло и с Каэлем. Иногда тело само преодолевает блокировку, если получает достаточно стимулов — эликсиров, тренировок или сильных эмоций.

Зейран слушал молча, но его взгляд потемнел. Он медленно сделал глоток, и пробормотал:

— Или же… кто-то обнаружил его таланты еще в раннем детстве. И все это время тихо воспитывал у нас под носом.

Он прищурился, задумчиво коснувшись подбородка. Легкая усмешка исчезла — в выражении старика проступила хищная сосредоточенность.

— Продолжай наблюдать, — произнес он уже тверже, глядя прямо в глаза собеседнику. — Если со своим талантом Каэль действительно способен стать магом… именно мы обязаны заполучить его.

Мужчина коротко кивнул, не задавая лишних вопросов.

— Понял, Старейшина.

Он поклонился и поспешно направился к двери, оставляя Зейрана в одиночестве.

Когда дверь мягко закрылась, зал вновь погрузился в тишину. Старейшина поднял чашку, сделал еще один глоток чая и тихо, почти шепотом, произнес:

— Может это Старейшина Дюран мутит воду? Но ранее он не давал в себе сомневаться...

Хитро хмыкнув, он добавил:

— Не имеет значения. Я сделаю так, что Каэль попадет в мои руки. Если понадобиться, то воспользуюсь его семьей, в качестве стимула, кхе-хе... 

✦ ✦ ✦

Каэль как раз заканчивал очередную тренировку с ядром и подошел к умывальникам. Он опустился и плеснул холодной воды в лицо. Ссадины жгли, мышцы подрагивали, но на губах держалась довольная ухмылка.

— Спарринги уже завтра, — пробормотал он себе под нос, смывая пот с волос. — Я еще не полностью освоил основы Пути Тихого Баланса, но хотя бы смогу испытать его в бою.

Он быстро умылся, переоделся в чистую одежду из пространственного кольца и пошел на выход их тренировочного комплекса.

Пройдя через внутренний двор, он вышел на широкую улицу, где повозки ехали в разные стороны, а все прохожие сновали по делам.

И тут взгляд Каэля упал на террасу ресторана. Там, через дорогу, сидел мужчина неспешно попивавший чай. Каэль усмехнулся про себя.

— Знакомое лицо… — пробормотал он, смотря по сторонам и видя еще несколько "невзрачных" наблюдателей. — Хорошо, что Три Семьи продолжают следить. Пусть сдерживают друг друга.

Но в голове подоспели другие мысли: "Надо будет спросить у Магистра Дюрана — не ставили ли за мной слежку. А то уж больно многие следуют за мной по пятам..."

Каэль уже собирался свернуть в сторону дома, как вдруг в воздухе повеяло чем-то сладким.

Теплый аромат ванили и карамели ударил в нос — густой, насыщенный, почти тянущий за собой. Он непроизвольно замер и повернул голову в сторону источника запаха.

— К этой кондитерской постоянно стоит очередь… — пробормотал он, разглядывая витрину, за которой сновали продавцы. — Интересно, что они там продают?

И тут же, будто на зов аромата, в его мыслях всплыл образ Мастера Вайолет — сосредоточенная, строгая, но при этом женственная. Он тотчас криво улыбнулся и тихо произнес:

— Точно… Я ведь так и не извинился перед ней.

На миг он почесал затылок, будто колеблясь, а потом добавил, уже с уверенностью:

— Пожалуй, это знак свыше.

С этими словами Каэль подошел к кондитерской. Очередь тянулась до самого угла, но он терпеливо выстоял ее, наблюдая, как люди выходят с бумажными коробками и счастливыми лицами. Когда наконец подошла его очередь, продавщица, улыбчивая девушка с пышным передником, посоветовала небольшой тортик с фиолетовой глазурью и лёгким ароматом лаванды.

— Отлично, беру, — коротко сказал Каэль и аккуратно принял коробку.

Выходя на улицу, он на секунду остановился, оглядел рынок и, словно что-то вспомнив, направился к ряду лавок с украшениями. Среди множества побрякушек он выбрал заколку — простую, но изящную: стальная шпилька с выгравированным цветком, в центре которого мерцал фиолетовый камень.

— Вайолет, — с легкой улыбкой произнес он, глядя на украшение. — Думаю, ей понравится.

Он спрятал подарок и в пространственное кольцо и двинулся в сторону жилого квартала.

С этими покупками Каэль направился к дому Мастера Вайолет.

Ранее он уже уточнил у Магистра Дюрана, где она живет — на окраине Академического района, в стороне от шумных улиц. Дорога заняла около получаса, и вскоре перед ним показался аккуратный двухэтажный дом.

Он был скромным, но ухоженным. Возле двери стояло множество глиняных горшков с растениями — лаванда, розмарин, какие-то цветы с мягкими серебристыми лепестками. По стенам тянулась лоза, оплетая вход и обрамляя дверь, а над ней расцветали мелкие голубоватые бутоны.

— Подходит ее тихому нраву… — подумал Каэль, ощущая легкое волнение.

Он подошел к двери и вежливо постучал.

За этим звуком последовали несколько секунд тишины. Внутри было спокойно, не слышно ни шагов, ни голосов.

— Она не дома? — пробормотал он и постучал снова, чуть громче.

Но ответа не последовало. Только ветер тихо шевелил листья лозы у крыльца.

Каэль криво улыбнулся, немного растерянно вздохнув. Затем достал из пространственного кольца кусок пергамента и маленький обугленный пруток — чтобы написать записку.

Наклонившись, он быстро вывел аккуратным, четким почерком:

“Пусть сладкое питает ваш разум, а заколка помогает во время тяжелых ночей за работой. Надеюсь, вы примете мои извинения. Каэль.”

Он аккуратно положил лист на ступеньку у двери, а на ее уголок поставил коробочку с тортом и коробочку с заколкой, чтобы записку не унес ветер.

Несколько секунд он постоял, разглядывая свой небольшой "подарочный алтарь", и усмехнулся:

— Надеюсь, что не прогадал… — тихо сказал он и, сунув руки в карманы, медленно направился обратно к дороге.

Но не успел он сделать и нескольких шагов, как за спиной послышался тихий скрип. Каэль машинально обернулся — и замер.

На пороге стояла Вайолет.

Под ее глазами виднелись тени усталости, волосы чуть растрепались, словно она только что поднялась с постели. Простое серое платье сидело на ней безукоризненно, хоть и выглядело так, будто надето наспех.

— Каэль? — ее голос прозвучал хрипловато. — Что ты здесь делаешь?

Ее взгляд опустился вниз — на записку и коробочки у двери.

Несколько секунд она просто молчала, читая записку, а потом уголки ее губ чуть дрогнули. В заспанных глазах мелькнуло слабое, но живое любопытство.

— Это тоже твоя издевка? — спросила она, вскинув взгляд на Каэля. — Неужели внутри камни?

Каэль не удержался и рассмеялся, подняв руки в притворной обороне.

— Я бы не посмел, — сказал он с улыбкой. — Хотел извиниться раньше, но последнее время был завален делами. Хотя, вижу, вы тоже были заняты.

Вайолет тяжело выдохнула, но в ее усталости прозвучала нотка тепла.

— Судя по записке — внутри сладкое? — уточнила она, глядя на коробку.

Каэль коротко кивнул.

Она опустилась, осторожно подняла подарки, словно что-то невесомое, а потом махнула рукой:

— Проходи внутрь, негодник. Хочу послушать о твоем открытии нового метода сжатия мана-руды.

Услышав это, Каэль выпрямился, расправив плечи, и, шагая к двери, с легкой улыбкой произнес:

— Это значит, что извинения приняты?

Вайолет фыркнула, поджав губы и смерив его усталым, но острым взглядом.

— Я уже давно об этом забыла, — ответила она с нарочитым равнодушием. — Нечего мне делать, как обижаться на всяких юнцов.

— Но все же вы обижались, — не удержался Каэль, бросив подколку.

Вайолет прищурилась, и в ее голосе мелькнула угроза, в которой все же чувствовалось тепло:

— Еще одно слово об этом — и пойдешь туда, откуда пришел.

— Молчу, молчу, — быстро отозвался Каэль, подняв руки, будто сдаваясь.

Он переступил порог и оказался внутри.

Первое впечатление — хаос.

Но это был упорядоченный, уютный хаос.

Комната напоминала оазис посреди библиотеки. Вдоль стен стояли полки, уставленные книгами, свитками, колбами, какими-то кусками кристаллов. На подоконниках тянулись к свету горшки с травами и цветами, их аромат мягко смешивался с запахом старых страниц и чернил.

На столе — кипа пергаментов, поверх которых стояла полупустая чашка с остывшим чаем. На кресле — аккуратно сложенный плед.

Каэль замер у входа, осматривая все с искренним интересом.

— Даже беспорядок у вас… с системой, — заметил он с легкой улыбкой.

— Называется “организованный творческий процесс”, — спокойно парировала Вайолет, проходя мимо и ставя коробки на стол. — Ничего не трогай, и пошли со мной.

Вайолет повела его дальше — через короткий коридор в просторную, но все такую же заставленную гостиную.

Здесь царил тот же дух “упорядоченного хаоса”: книги и свитки занимали половину мебели, между стопками лежали кристаллы, чернильницы и даже несколько странных артефактов.

— Садись, — бросила она, указывая на кресло у окна. — Сейчас вернусь.

С этими словами Вайолет направилась на кухню, а Каэль остался один.

Он огляделся — взгляд сразу зацепился за рабочий стол в углу комнаты.

В отличие от остального беспорядка, на нем царила почти педантичная аккуратность.

Посредине лежал развернутый древний свиток — тонкая, хрупкая ткань, на которой угадывались линии символов.

Каэль встал и подошел ближе, вглядываясь.

— Интересно, что она сейчас исследует… — подумал он. — Вайолет ведь уже несколько недель работает дома.

Он наклонился, читая строки одну за другой. Почерк был древний, узоры рун сплетались в сложные связки.