Три Дня до Суда (2)

✦ ✦ ✦

А в это самое время, в другом конце Ластхолда, внутри Братства Обездоленных происходили совсем иные события.

В кабинете Черной Крысы царила тишина.

Она сидела с закрытыми глазами, выпрямив спину, используя Канон Магии, который ей передал Каэль. Перед ней на столе лежали несколько листов с мантрой и рекомендациями, а вокруг тела медленно вилась едва заметная черная мана.

Поток маны внутри ее тела был необычно стабильным. Без рывков, без резких всплесков и без привычного давления на каналы, к которому она давно привыкла. Мана шла туда, куда нужно, в том объеме, который требовался, не вызывая боли, жжения или опасных перегрузок.

Уголки ее губ едва заметно подрагивали — то ли в сдержанной улыбке, то ли в нервном неверии.

“Чувство такое, словно мана сама желает вливаться в мое тело,” — мелькнула мысль.

Черная мана мягко растворялась внутри, будто знала пределы и не собиралась их нарушать.

“Никакого сопротивления, никакой боли в мана-каналах и никаких просадок или резких скачков потока… Просто невероятно.”

Ее дыхание оставалось ровным, но внутри медленно росло осторожное, почти пугающее понимание: этот Канон был совершенно иным, чем все, с чем она сталкивалась раньше.

Но в этот миг тишину разорвал хлопок двери.

Черная Крыса мгновенно открыла глаза. Черная мана вокруг тела рассеялась почти сразу, кольцом проносясь по кабинету и сбрасывая листы и книги. Она уже набрала воздух, чтобы выругаться, но резко осеклась, увидев фигуру на пороге.

На входе показался похожий на бродягу старик, держа в руках флягу.

— Что-то случилось, Хайрвен? — спросила она холодно.

Старик сделал глоток, не меняя выражения лица.

— Присциллу поместили под стражу. — Он опустил флягу. — Подозрения в связи с Братством Обездоленных.

Он помолчал секунду, затем выдохнул и добавил:

— Также пропал Жан. Говорят, ночью его взяла стража. Прямо в баре, где он выпивал.

Черная Крыса резко поднялась с места.

— Черт… — вырвалось у нее. — Одна проблема решилась, и сразу появилась новая.

Она сцепила зубы и посмотрела на Хайрвена пристально.

— Есть более подробные новости?

— Пока только слухи, — ответил он ровно. — Но мы работаем чтобы узанть больше.

Черная Крыса коротко кивнула и сделала нетерпеливый жест рукой.

— Тогда давай хотя бы слухи.

Хайрвен снова сделал глоток и заговорил:

— Поговаривают, что суд через три дня. На Совете Старейшин между ней и Зейраном произошла перепалка. Дуримар и Вулнар заявили, что готовы рассмотреть обвинения Присциллы, если она предоставит хоть какие-то доказательства.

Он прищурился.

— Например… если появится Каэль и расскажет, что его похитили.

— Чертов лис! — выругалась Черная Крыса. — Дела плохи.

Она прошлась по кабинету, резко развернулась и добавила уже холоднее:

— Трем Семьям нельзя верить. Если Каэль покажется на суде — он окажется в огромной опасности.

В этот миг дверь снова распахнулась с ударом, и Черная Крыса дернулась, уже готовясь к очередной новости.

— Да что ж такое?! Какая напасть случилась теперь?! — зло бросила она.

На пороге запыхавшись показалась женщина с розовыми кудрями. Она тотчас побежала к Черной Крысе, и что-то прошептала ей на ухо.

Хайрвен замер с флягой в руке, щурясь, словно пытаясь предугадать что за новость принесли его боссу.

Договорив, розоволосая выпрямилась, и быстро удалилась, тихо закрывая за собой дверь.

Несколько секунд Черная Крыса молчала. Затем уголки ее губ поползли вверх, складываясь в хищную ухмылку.

Она обернулась к столу, где лежал Канон предоставленный Каэлем, и с сарказмом добавила:

— У нас есть целых три дня, чтобы подготовить прекрасный подарок для уважаемого Старейшины Зейрана.

Казалось, что плохое настроение Черной Крысы изменилось на полностью противоположное. Внутри нее даже забурлило предвкушение.

✦ ✦ ✦

А в этот самый миг, глубоко под городом, в длинном коридоре подземелья медленно шагал Старейшина Зейран.

Каменные стены и плотные двери тянулись ровной линией, каждая камера была дополнительно запечатана усиленным барьером. Тусклый свет кристаллов отражался от рун, врезанных в пол и потолок. Здесь держали тех, кого нельзя было оставлять без присмотра.

Зейран шел не спеша.

Так было до тех пор, пока он не свернул в боковую секцию.

Здесь темница выглядела иначе. Двери камер были массивными, украшенными металлом и гравировкой, больше похожими на входы в частные покои, чем на тюремные решетки. Таких камер было всего несколько, и каждая сразу бросалась в глаза.

Стражник, стоявший у входа, заметно напрягся, увидев Зейрана. Он сглотнул и поспешно выпрямился.

— Приветствую вас, Старейшина!

Зейран лениво скользнул по нему взглядом. Не отвечая, он бросил стражнику пространственное кольцо.

— Пойди прогуляйся.

Стражник опешил, машинально поймал артефакт и замялся.

— Что вы… я не могу… — начал он, но не успел договорить.

— Я больше повторять не буду, — резко оборвал его Зейран. — И не стану напоминать, что случится, если об этом инциденте кто-то узнает.

Стражник побледнел. Он нервно сглотнул, быстро кивнул и, не оглядываясь, поспешно покинул секцию с "роскошными камерами".

Коридор опустел.

Зейран подошел к одной из дверей и положил ладонь на холодный металл. Барьер дрогнул, руны на мгновение вспыхнули и погасли. Он снял защиту так же спокойно, как если бы отпирал собственный кабинет.

Дверь открылась без скрипа, и в глаза сразу бросилась старая женщина, сидящая на полу.

Присцилла сидела с выпрямленной спиной и закрытыми глазами. Руки покоились на коленях, дыхание было ровным, спокойным — скорее поза медитации, чем заключения. Ни цепей, ни следов паники. Казалось, ее вовсе не интересовало, кто вошел.

Зейран остановился у порога и несколько секунд просто смотрел на нее.

— Где логово Братства Обездоленных и зачем вы напали на мой особняк? — хладнокровно спросил он.

Присцилла даже не открыла глаз, спокойно спрашивая в ответ:

— Зачем ты похитил Каэля?

Зейран хмыкнул.

— У нас мало времени для игр, — сказал он сухо. — Через три дня пройдет суд, где тебя, скорее всего, приговорят к смерти.

Он прищурился, вглядываясь в ее лицо.

— Если выдашь логово Братства Обездоленных, я выступлю в твою поддержку. Твоя репутация будет уничтожена, — он сделал короткую паузу, — но ты хотя бы сохранишь свою жизнь.

Присцилла медленно открыла глаза.

Во взгляде не было ни страха, ни сомнения. Лишь холодное презрение. Она слабо усмехнулась, словно услышала что-то ожидаемое.

— Я уже достаточно стара, чтобы не бояться смерти, — произнесла она спокойно. — Тем более, она ничего не изменит. Ты в любом случае поплатишься за свою жадность и гордыню.

Зейран усмехнулся в ответ, уголок губ дернулся.

— Когда я найду всех твоих сообщников… — начал он.

— Избавь меня от этого бреда, — резко перебила его Присцилла.

Слова застряли у него в горле.

Она смотрела прямо, не отводя взгляда, и продолжила уже тише, но жестче:

— Тебе нужен Каэль. И поэтому ты здесь. Это очевидно.

Присцилла закрыла глаза, словно разговор был для нее окончен.

— Но я не знаю, где он. И не намерена более с тобой говорить, — добавила она. — Так что прочь отсюда, мерзкий старик.

Лицо Зейрана на миг дрогнуло.

Это было почти незаметно — короткое напряжение в скулах, легкий сбой в уверенной маске. Но он быстро взял себя в руки и хмыкнул.

— Что за бред, — бросил он пренебрежительно. — Какой мне смысл от твоего мальчишки…

Он развернулся и шагнул к выходу.

— Дура, — добавил он, уже покидая камеру. — Если бы согласилась сотрудничать, сохранила бы свою жизнь.

Зейран остановился у порога и, не оборачиваясь, холодно произнес:

— Будь уверена. Даже после твоей смерти… все твои близкие поплатятся за твое предательство Ластхолда.

Дверь захлопнулась.

В камере вновь воцарилась тишина.

Зейран зашагал по коридору темницы размеренным шагом, и лишь в его мыслях мелькнула короткая оценка:

"На многое я и не надеялся... Но удивлен, что старуха готова пожертвовать жизнью ради мальчишки. Может они также знают о его ценности?"

Он прошел мимо рядов камер, не замедляя шага.

“Может, использовать на ней зелье? Нет… тогда Дуримар и Вулнар не смогут сохранять нейтралитет.”

Прищурившись, внутри него вспыхнула холодная и расчетливая мысль:

"За судом точно будут наблюдать крысы из Братства Обездоленных. Нужно воспользоваться хотя бы этим. Выслежу где они прячут мальчишку и его семью, и лично приду казнить их всех..."