Новые Горизонты (1)

Воздух то и дело раздирали резкие хлопки, будто хлесткие взмахи хлыста. Звук глухо отражался от каменных стен и возвращался обратно, смешиваясь со скрипом натянутого троса и частым дыханием.

В центре небольшой тренировочной комнаты, где пол был выстлан упругими деревянными досками, двигался Каэль. Смещая вес с пятки на носок и разворачивая корпус в последнюю долю мгновения, он гасил удары тяжелого металлического ядра, качавшегося на толстом тросе под потолочной балкой.

Ядро описывало широкую дугу, набирая скорость, и каждый его возврат сопровождался плотным свистом рассеченного воздуха. Каэль менял стойки без пауз, опуская плечо, смещая бедро и принимая удар ладонью, не встречая его в лоб, а уводя по касательной, распределяя инерцию по телу.

"Еще раз..." — мысленно выдал он, видя как очередной возврат ядра оказался мощнее прежних.

Ядро неслось прямо в грудь, трос натянулся до предела, вибрируя от напряжения. Не отступая, Каэль выставил ладонь, позволяя потоку маны пройти через мышцы и суставы, и в тот же миг выпустил короткий, плотный импульс.

Серая мана вырвалась с его ладони толчком, врезаясь в металл.

Ядро на миг застыло в мгновении от ладони. Но мана Каэля не рассеялась по поверхности а, проникла глубже, впитываясь в сам металл.

Почувствовав связь, Каэль мысленно выкрикнул: "Сейчас, Либеро!"

В тот же миг ощущение веса ядра изменилось. Оно словно опустело изнутри, становясь в разы легче, будто его плотность на краткий миг утратила прежнюю жесткость.

Не теряя ни мгновения, Каэль шагнул вперед, разворачивая корпус и вкручивая бедро в движение. Вторая ладонь сорвалась с места, ускоряясь словно также потеряла в весе, но в последний момент сильно потяжелела.

В мгновение ока Каэля поменял вес своей ладони два раза. Рассчитывая все так, чтобы при этом не навредить себе.

— Паф!

Раздался глухой хлопок, и тяжеленное ядро резко улетело прочь, словно было обычным мячиком. Трос перестал быть натянутым, а металл, только что казавшийся неподъемным, стремительно понесся к дальней стене.

Каэль тотчас напрягся, доводя концентрацию до предела и, не моргая, впился взглядом в летящее ядро, ощущая не его форму, а свою ману, впитавшуюся в металл.

Внутри его Ядра Маны что-то откликнулось.

Либеро, словно уловив намерение хозяина, также напрягся, поднимая лапки и напрягая всю свою силу.

"Давай же! Меняй вес!" — мысленно выкрикнул Каэль, удерживая связь, и пытаясь изменить свою ману в ядре дистанционно.

Он чувствовал ее внутри металла — чувствовал плотность, холод и собственный отпечаток. Напрягая Ядро Маны, он попытался вновь "утяжелить" ядро, повторяя тот же прием, что проделывал при касании.

Но вес не изменился.

Ядро спокойно долетело до крайней точки, дернуло трос, и полетело назад.

Уже на полпути Каэль ощутил, как связь начинает слабеть. Его мана, впитавшаяся в металл, постепенно выветривалась.

Каэль только сделал шаг в сторону, и не стал останавливать ядро, спокойно наблюдая за ним и за ростом натяжения троса.

— Пока что, моя мана не слишком цепкая... — задумчиво пробормотал он, и мысленно добавил: "Также важно, как много я маны влил. При коротком контакте утяжеление или облегчение веса будет работать только секунд десять-двадцать. Если влить много маны, максимум — несколько минут..."

Вместе с этими мыслями, он наблюдал, как мана его мана почти полностью покинула ядро. В тот самый миг металл внезапно обрел прежнюю тяжесть.

Каэль медленно выдохнул, позволяя напряжению уйти из плеч, затем, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони, отошел к стене и тяжело плюхнулся на деревянный стул. Доски под ним жалобно скрипнули, принимая его вес, а мышцы наконец расслабились.

Он потянулся к стоящей рядом фляге, отвинтил крышку и сделал несколько жадных глотков, чувствуя, как прохладная вода стекает по горлу и постепенно снимает жжение в груди.

Закрыв глаза на мгновение и переводя дыхание, он мысленно пробормотал: "Бесполезно. Сила Либеро работает только внутри моего тела, или в момент вталкивания моей маны в чужое тело или объект…"

Он прокрутил в памяти каждый этап только что проделанного приема, отмечая точный миг касания, объем вложенной маны и скорость ее выветривания, будто разлаживал свою технику на короткие постепенные шажки.

Сделав еще один глоток и ощущая, как прохлада окончательно сбивает внутренний жар, Каэль тихо усмехнулся.

— Если бы я мог постоянно менять вес не только в себе, но и во враге… — пробормотал он, представляя, как чужое тело внезапно становится неподъемным или, наоборот, теряет опору под ногами.

Мысль была слишком заманчивой.

Но он тут же покачал головой, отгоняя ее, мысленно одернул себя: "Не стоит быть жадным, Каэль."

В последний месяц, с того самого дня, как их семья вернулась в Ластхолд, Каэль почти не покидал тренировочную комнату. Дни сливались в однообразную цепь усилий, где отдых становился лишь короткой паузой между тренировками.

Он регулярно пил эликсиры маны, а затем, усаживаясь в медитацию, погружался в Канон Первородной Пустоты, медленно и методично закаляя свои каналы маны. Направляя поток по нужным узлам и удерживая образ бездонной пустоты, он заставлял ману циркулировать ровно, без рывков, выравнивая ее плотность и двигая по строгой системе.

Закончив очередной цикл, он поднимался на ноги и переходил к практике, оттачивая Путь Тихого Баланса. Перетекая из стойки в стойку, он комбинировал движения с силой своего контрактного духа — Либеро, меняя вес тела в нужный момент, облегчая шаг или, наоборот, утяжеляя удар. С каждым днем переходы становились чище, импульсы — точнее, а нагрузка на каналы — предсказуемее.

Каэль постепенно становился все искуснее, учась чувствовать границу, где он наносил максимальный урон, при этом не вредя себе.

Но было еще одно занятие, к которому он возвращался всякий раз, стоило появиться свободной минуте, — именно им он и был занят минуту назад. Каэль упорно пытался добиться дистанционного влияния на свою ману, уже внедренную в инородный объект.

Он пытался экспериментировать, но, вывод оставался тем же — сила Либеро не имела дистанционного применения.

В этот момент дверь в тренировочную комнату тихо скрипнула, открываясь внутрь. Каэль повернул голову, и в проеме показался Гиррен, держа в руке сверток ткани, из которого тянулся удивительно аппетитный запах.

Каэль уже собирался что-то сказать, но его желудок среагировал быстрее — предательски заурчав в тишине комнаты.

Гиррен улыбнулся, приподняв сверток чуть выше.

— Госпожа Мира приготовила твои любимые пирожки с мясом и грибами.

Каэль тяжело вздохнул, с улыбкой отвечая:

— Тебе не нужно называть мою мать так официально. Она же просила называть ее хотя бы тетушкой.

Гиррен слегка неловко улыбнулся, заходя внутрь и закрывая за собой дверь.

— Мне нужно время, чтобы привыкнуть. Ранее я не мог так неформально общаться со старшими.

Синие волосы Гиррена были мокрыми и собранными в небрежный пучок на затылке. А как только он снял теплую мантию, показалась тренировочная одежда. Она все еще прилипала к плечам, выдавая что, буквально недавно он также тренировался.

Каэль покачал головой, указывая на стул рядом с собой.

— Спасибо, что сходил домой. Перекусим, и можем продолжить спарринги.

Гиррен неспешно сел рядом, аккуратно опуская сверток на колени, и, развязывая узелок, развернул плотную ткань. Почти сразу показались румяные, аккуратно запеченные пирожки, а запах стал еще насыщеннее, заполняя небольшую комнату теплом домашней кухни.

— Еще горячие… — довольно пробормотал Каэль, быстро подхватывая один из пирожков и чуть подбрасывая его в ладонях, чтобы остудить.

Тесто обжигало пальцы, но это только усиливало предвкушение.

Гиррен тоже взял один, держа его с неожиданной осторожностью, будто перед ним находилось не простое угощение, а нечто более ценное. На краткий миг его взгляд задержался на пирожке, и в голове невольно пронеслось: "Моя жизнь так сильно изменилась… И все благодаря Каэлю и его семье…"

Теплый запах, спокойная обстановка и обычный разговор — все это по-прежнему казалось ему чем-то непривычным.

Но живой голос Каэля быстро вернул его к реальности:

— Чего ты застыл. Ешь пока горячие.

С этими словами, Каэль откусил большой кусок и, не дожидаясь, пока прожует, продолжил говорить прямо с набитым ртом:

— Кстати… я заметил, что твоя сила наконец начала расти. Но в будущем тебе бы сменить контрактного духа. Фиолетовый Буревой Медведь неплох, но тебе нужно что-то мощнее.

Гиррен отломил верхушку пирожка, и дуя на начинку, произнес:

— Ничего страшного, ты ведь говорил, что я смогу заключить контракт сразу с тремя духами.

Каэль усмехнулся, стряхивая крошки с пальцев.

— Да, но чтобы заключить контракт со вторым, тебе нужно стать хотя бы Нефритовым Магом.

Гиррен замер, затем слегка шокировано уставился на него.

— Хотя бы? Ты снова подшучиваешь надо мной?

Каэль развернулся к нему, перестав жевать, и, глядя прямо в глаза, уверенно ответил:

— Я полностью серьезен.

Гиррен нахмурился, не сразу найдя, что сказать, затем все же выдал, все еще не веря услышанному:

— Разве ранг Нефритового Мага — это не вершина магического развития?

Каэль покачал головой, делая еще один спокойный укус.

— Тебе рано забивать этим голову.

Гиррен дернул бровями и, сжимая пирожок чуть сильнее, чем нужно, чуть возмущенно выкрикнул:

— Какой тогда вообще смысл в разговорах с тобой? Ты постоянно так делаешь! Раз начал, тогда договаривай!

Каэль усмехнулся, откинувшись на спинку стула и наблюдая, как друг начинает закипать, выдал:

— Ладно-ладно, только не плачь…

Гиррен уже собирался что-то резко ответить, но Каэль, видя, что тот вот-вот вспыхнет, продолжил спокойнее:

— Так называемый Нефритовый Маг — это Духовный Маг. Над ним есть еще три стадии. Так что впереди у нас еще длинный путь.

От этих слов Гиррен буквально застыл, забыв, что нужно жевать. Пирожок так и остался прижатым к губам, а взгляд его стал рассеянным, будто он пытался представить те самые "еще три стадии", о которых до этого даже не слышал.

Каэль тем временем спокойно сделал глоток воды из фляги, позволяя разговору на мгновение затихнуть, и мысленно добавил:

"Еще три стадии… Три стадии, если хочешь, чтобы Боги не могли дотянуться до тебя напрямую. Дальше будет опаснее..."

Мысль, промелькнувшая почти машинально, тут же потянула за собой следующую.

"Чем сильнее я буду становиться, тем осторожнее мне нужно быть. В какой-то момент потребуется создать Амулет Коварной Души, чтобы никто не мог понять, что с моей душой что-то не так…"

Перед внутренним взором всплыли отрывки текстов из Божественной Библиотеки — сухие строки, схемы, примечания на полях. В них упоминались способы, которыми некоторые маги обманывали тесты Формы Души и скрывали истинную силу своей сущности. Чаще всего подобные методы использовали шпионы или преступники, стремясь обмануть кого-то.

"Чем сильнее моя мана — тем сильнее душа. А чем сильнее душа, тем отчетливее будет видно, что с ней что-то не так. Амулет Коварной Души мог бы помочь замаскировать эти странности…"

Он чуть качнул головой, возвращаясь к реальности, и тихо пробормотал, больше себе, чем Гиррену:

— Но сейчас плевать на это… Да и в Ластхолде не найду нужных материалов…

Гиррен, глотая кусок пирожка, поднял взгляд и с легким недоумением спросил:

— Ты о чем?

Каэль махнул рукой, будто отгоняя тяжелые мысли, и усмехнулся:

— Просто мечтаю вслух.

Сделав паузу и облокотившись на ручку стула, он добавил уже спокойнее:

— Когда-то, когда станем сильнее, можно начать исследовать наш мир. Думаю, что на континенте можно найти много полезного.

Гиррен же только пожал плечами, не сильно вдумываясь в слова Каэля, и произнес:

— Ести так... Надеюсь, ты возьмешь меня с собой.