Грани Жестокости (1)

Посреди темного подземного коридора стояли двое, лениво переговариваясь и время от времени переминаясь с ноги на ногу, чтобы согреться. Каменные стены темницы были влажными, а воздух холодным, со слабым запахом плесени. Свет магических кристаллов под потолком отбрасывал блеклые тени, вытягивая их тени вдоль коридора.

Женщина с короткими серебряными волосами, поправляя воротник и зевая, пробормотала:

— Если предателей из Семьи Грома Возмездия продолжат осуждать такими темпами, скоро закончится место в темнице.

Высокий мужчина с рыжими волосами, опираясь плечом о стену, хмыкнул и в шутку ответил:

— Ничего, есть еще тюрьма для обычного народа. Будет потешно наблюдать, если знатные начнут борьбу за более комфортную тюремную камеру.

Женщина тихо засмеялась, ткнув его локтем под ребра.

— Тише. Иначе еще выговор дадут.

Мужчина тяжело вздохнул, поежившись от сырости.

— Ненавижу смены в тюрьме. Особенно зимой…

— Ладно тебе, — отозвалась она, прислушиваясь к отдаленному звуку. — Уже немного потеплело.

Она чуть прищурилась.

— Прислушайся…

Они оба замолчали.

В тишине темниц где-то вдалеке раздалось звонкое падение капель. Равномерное, спокойное — словно талый снег просачивался сквозь трещины в камне, находя путь вниз.

Мужчина наклонил голову, пытаясь уловить источник звука.

И в этот самый миг, пока их внимание было приковано к эху капель, у самого угла коридора по полу тихо пробежали две черные мыши. Их маленькие тела почти сливались с тенями, а лапки двигались без единого лишнего звука.

Мыши скользнули за спины охранников и остановились.

На долю секунды их силуэты дрогнули.

И в следующий миг они рассыпались в черный дым, который бесшумно поднялся вверх и, словно живой, проник прямиком в тела двух магов.

Тотчас оба — и мужчина, и женщина — застыли, словно их тела в одно мгновение оцепенели, а сознание просто отключилось. Их взгляды остекленели, дыхание стало ровным и поверхностным, руки безвольно повисли вдоль туловищ. Со стороны могло показаться, что они просто задумались, но в их позах не осталось ни капли живой реакции.

В этот момент из-за угла тихо вышли Каэль и Черная Крыса.

Они двигались синхронно и бесшумно, ступая так мягко, что даже влажный каменный пол не издал ни малейшего звука.

Проходя мимо оцепеневших охранников, Каэль скользнул по ним быстрым взглядом и мысленно отметил: "Удобная магия…"

Черная Крыса не задержалась ни на секунду. Ловко приблизившись, она провела руками по одежде сначала мужчины, затем женщины — движения были настолько точными и быстрыми, что Каэль даже не уловил момента, когда именно в ее ладони появилась связка ключей.

Она лукаво улыбнулась, чуть приподняв бровь, и кивнула вперед, давая понять, что путь открыт.

Не произнеся ни слова, они продолжили движение вглубь темницы.

Бесшумно продвигаясь дальше по коридору, они свернули в боковую секцию, где располагались несколько элитных темниц — массивные двери здесь были толще, а кристаллы освещения горели стабильнее, без мерцания.

Черная Крыса, не сбавляя шага, вставила ключ в первую решетчатую дверь секции и аккуратно провернула его. Замок открылся без лишнего звука.

Когда дверь тихо отворилась, стало видно, что в помещении находились еще трое охранников. Один стоял у стены, а двое сидели за столом ближе к центральному проходу, и играли в карты. По крайней мере так казалось на первый взгляд. На самом деле они точно так же застыли, с пустыми взглядами и неподвижными телами, словно их сознание вырвали одним движением.

Черная Крыса и Каэль, не говоря ни слова, прошли мимо них и остановилась у нужной двери.

Черная Крыса, стала на колено и приложила к двери ладонь, на мгновение замирая. Ее брови чуть нахмурились, будто перед ней оказалась интересная задачка, требующая аккуратного подхода.

Затем, она плавным движением взмахнула ладонью, доставая из пространственного кольца странный серебряный диск.

Каэль едва заметно приподнял брови, мысленно бормоча: "Ого… Никогда не видел их в действии…»

Также опустившись на колено, он внимательно пригляделся.

Черная Крыса приложила серебряный диск к двери, и тотчас по его поверхности вспыхнули руны, размещенные спиралью от центра к ободку. Свет побежал по символам неровно: часть рун горела ярко и стабильно, часть — слабо, мерцая, будто сопротивляясь.

Она приложила вторую ладонь к металлу двери и начала вливать в защитный магический круг свою ману, контролируя поток ровно и без рывков.

В тот же миг несколько рун на диске погасли, будто были "переключены" или подавлены.

Лицо Черной Крысы стало сосредоточенным, а брови чуть сильнее сошлись к переносице — защита оказалась сложнее, чем ожидалось.

Черная Крыса слегка подвинула ладонь, едва заметно меняя угол касания, и вместе с этим изменила поток своей маны, разливая ее по защитному контуру уже иначе, чем раньше — более тонко, но плотнее в отдельных местах.

Руны на серебряном диске тотчас изменили свечение. Те, что ранее горели ярко, приглушились, а несколько тусклых, наоборот, вспыхнули сильнее, словно откликнувшись на новую конфигурацию.

Каэль, наблюдая за этим, невольно вспомнил строки из старых записей и, чуть склонив голову, мысленно пробормотал: "Чтобы открыть магическую печать, нужно сформировать четкий узор из маны внутри двери, и при этом с правильной плотностью маны."

Он прикинул объем вливаемого потока, оценивая стабильность и насыщенность.

"Видимо, печать устанавливал Дуримар или Вулнар. Она сделана так, что нужную плотность маны сможет влить только Нефритовый Маг. Хорошо же они перестраховались…"

На его лице медленно возникла хищная ухмылка.

"Но этого все равно недостаточно."

Прошло еще несколько напряженных секунд. Черная Крыса продолжала удерживать поток, постепенно экспериментируя, будто подбирала верный ключ к сложному замку.

И вдруг руны на серебряном диске дрогнули.

В следующее мгновение все символы разом засияли ровным, стабильным светом, выстраиваясь в идеальную спираль без единого мерцания.

На лице Черной Крысы тотчас расплылась довольная ухмылка. Она коротко зыркнула на Каэля и кивнула.

Со взмахом руки из ее тела вырвалась черная мана, мгновенно формируя плотный сферический барьер вокруг двери. Тонкая пленка тьмы обволокла камень и металл, глуша любую связь с внешним миром.

И только после этого она уже свободно произнесла:

— Теперь нас никто не услышит. Можно действовать.

Как только прозвучали эти слова, Каэль поднялся с колена и, не спеша убирая руки за спину, спокойно толкнул дверь своей ногой, открывая ее внутрь камеры.

Петли тихо скрипнули, но благодаря барьеру никто в темницах не услышал этого.

Напротив входа, на холодном каменном полу, сидел Зейран с закрытыми глазами. Его запястья, щиколотки и шея были скованы странными красными металлическими кольцами. А на голом торсе, прямо в области сердца, виднелся сложный узор, словно выжженный в коже — магия запечатывающая его ману.

Не успел Каэль сделать и шага внутрь, как в тишине камеры раздался хриплый, ядовитый голос старика:

— Я же сказал, что не голодный.

Он говорил, не открывая глаз, будто ожидая очередного надзирателя.

Но в следующий миг прозвучала фраза, от которой Зейран вздрогнул всем телом.

— Даже не посмотришь в глаза своей смерти? — спокойно произнес Каэль.

Глаза Зейрана резко распахнулись.

На мгновение в них отразилось непонимание, затем — узнавание. Он увидел стоящего у входа Каэля и рядом с ним Черную Крысу.

Шок был настолько сильным, что старик будто потерял дар речи. Его губы дернулись, но слова не сразу сложились.

Однако уже в следующий момент оцепенение сменила ярость.

Он вскочил на ноги, а голос сорвался в рев:

— Иди сюда, чертов мальчишка!

Но сделать шаг он не успел.

Черная Крыса коротко взмахнула рукой, и ее мана тотчас подхватила тело Зейрана, резко отрывая его от пола. Его руки и ноги вытянуло в разные стороны, словно кто-то растянул их на невидимых нитях, натягиваясь до предела.

Только теперь, зависнув в воздухе и ощущая, как его конечности натянуты невидимой силой, Зейран осознал невероятное — женщина рядом с Каэлем была Нефритовым Магом.

Его взгляд метнулся к ней, задержался на плотной, стабильной ауре маны, и в глазах мелькнуло непонимание.

Сцепив зубы, он рявкнул:

— Кто вас сюда пустил?! Меня устранили от власти всего недавно, и Ластхолд уже настолько деградировал?!

Голос его дрожал от злости и легкого безумия. Казалось, за время заточения разум старика явно пошатнулся. В словах слышалась отчаянная попытка удержаться за остатки прежнего величия.

Каэль, наблюдая за этим, лишь медленно покачал головой.

— Уважаемый старейшина, вы так страдаете.

На его лице появилась жестокая улыбка, лишенная тепла.

— И я, как ответственный младший, пришел, чтобы облегчить эти страдания.

От этих слов и от холодного, убийственного взгляда Каэля, Зейран словно на миг пришел в себя. В глазах впервые мелькнул настоящий страх.

— Что ты… Зачем вы здесь?! — выкрикнул он, дернувшись в захвате. — Дуримар и Вулнар знают об этом визите?

Каэль даже не удостоил его ответом.

Он лишь слегка повернул голову к Черной Крысе и спокойно произнес:

— Откройте этому ублюдку пасть. Так, чтоб он не мог ее закрыть.

Черная Крыса коротко кивнула.

В следующий миг ее мана резким потоком ворвалась в рот Зейрана, насильно раздвигая его челюсти и прижимая язык вниз. Челюсть старика хрустнула от неестественного нажима, а мышцы лица дернулись, но сопротивляться он не мог.

Он попытался взреветь, но из его горла вырвались лишь возмущенные мычания и хрипы, беспомощные и унизительные.

Каэль спокойно подошел вплотную к Зейрану, остановившись так близко, что их разделяли лишь несколько ладоней воздуха. Глаза беспомощного старика находились чуть выше уровня глаз Каэля, но в этот момент совершенно не казалось, что Зейран смотрит сверху вниз.

Все выглядело наоборот — сейчас Каэль стоял гораздо выше гордого Зейрана.

На долю секунды эта мысль неприятно кольнула Каэля изнутри. В памяти вспыхнуло ощущение — холодный взгляд свыше, давление чужой воли. Он вспомнил себя на месте Зейрана. Собственную беспомощность перед Богом Знаний и Безумия.

Лицо Каэля едва заметно исказилось. Но он тут же отбросил эти воспоминания, возвращаясь к настоящему.

— Вы ведь не думали, что я позволю вам сохранить жизнь? — произнес он спокойно.

В глазах Зейрана вспыхнул чистый ужас.

Каэль медленно взмахнул рукой, и в его ладони появилась черная пилюля, поверхность которой была испещрена странными блестящими фиолетовыми спиралями. Они едва заметно поблескивали в свете кристаллов, создавая зловещее ощущение.

Он приподнял ее на уровень глаз старика.

— Я лично приготовил ее для вас.

Пальцы Каэля неторопливо приблизились, и он аккуратно положил пилюлю на язык Зейрана.

— Как только она попадет в ваше тело, вы начнете сходить с ума, — продолжил он ровным голосом. — А следом вам покажется, что под кожей ползают насекомые, которых до жути сильно захочется достать.

Он чуть наклонился ближе.

— В описаниях этого яда говорилось, что жертва быстро истекает кровью.

Даже Черная Крыса, стоявшая за его спиной, на мгновение напряглась, ощущая, насколько хладнокровно прозвучали эти слова.

Зейран тотчас замычал, отчаянно дергаясь в захвате, словно пытаясь вымолить пощаду одними лишь звуками. Его глаза расширились до предела, и неожиданно из них полились слезы — в них смешались непринятие, гнев, мольба и животный ужас.

Он смотрел на Каэля уже не как на врага, а как на приговор.

Но Каэль не изменился в лице.

Он спокойно толкнул пилюлю пальцем глубже и, выпустив тонкий импульс своей маны, протолкнул ее прямиком в горло старика, не давая выплюнуть. Пилюля исчезла, скользнув внутрь.

В следующий миг Зейран издал такой крик, что почти сразу сорвал голос. Звук был резким, надломленным, но барьер поглотил его, не выпуская за пределы камеры.

Каэль холодно усмехнулся, говоря:

— Какая удивительная жажда жизни…

И, чуть склонив голову, добавил:

— Не меньше, чем была у меня, когда вы желали меня убить. Иронично, не правда ли?