Грани Жестокости (2)

Зейран попытался закричать снова, но вместо рева из его горла вырвался лишь сиплый хрип. Его глаза вдруг словно потеряли блеск, зрачки дрогнули, а тело вздрогнуло всем корпусом.

"Похоже, пилюля начала действовать..." — мысленно заметил Каэль.

По коже старика пробежала судорога, пальцы нервно сжались, а дыхание стало рваным.

Каэль развернулся к Черной Крысе, и произнес:

— Можете отпустить его.

Она на мгновение задержала взгляд на Зейране, и с сомнением переспросила:

— Ты уверен?

— Вся его мана сейчас заблокирована, — спокойно ответил Каэль. — Он не может сопротивляться действию яда.

Немного помолчав, Каэль добавил:

— В обычном случае подобная пилюля на него бы просто не подействовала. Этот яд придумали не для тайного убийства...

Черная Крыса, пытаясь разрядить атмосферу, пошутила:

— Это хорошо. Значит, я в безопасности.

— Да, — коротко кивнул Каэль. — И вскоре вы будете еще больше рады этому.

Черная Крыса медленно развеяла свою ману.

Невидимая сила исчезла, и Зейран тотчас рухнул на каменный пол. Его тело не поднялось — вместо этого оно начало дрожать и биться в конвульсиях, будто под кожей что-то металось, рвалось наружу.

Каэль, глядя на него сверху вниз, ровно произнес:

— Это довольно коварный яд. Его использовали для пыток, подвязывая человека, заставляя испытывать ужасные ощущения…

Он сделал короткую паузу и чуть мрачнее добавил:

— А связывали потому, что если не сделать этого — маг просто убьет сам себя.

Словно подтверждая его слова, Зейран вдруг взревел сорванным голосом:

— Нееет! Что это! Прочь! Убирайтесь прочь!

Его руки начали судорожно бить по груди и плечам, по шее и животу, словно он пытался согнать невидимых насекомых, которые ползали под кожей. Ногти оставляли кровавые полосы на коже, дыхание превратилось в хриплые всхлипы.

Но то, что произошло дальше, заставило даже Каэля внутренне содрогнуться.

Зейран внезапно наклонился и зубами вцепился в кожу на собственном запястье, с яростью отрывая кусок плоти. Кровь брызнула на каменный пол и на его грудь, но, казалось, боли для него не существовало — или она уже тонула в безумии.

Почти сразу он принялся расчесывать рану ногтями, будто пытаясь вытащить что-то из-под кожи.

Каэль на миг ощутил, как к горлу подступает тошнота. Он тотчас отвернулся, резко выругавшись:

— Вот дерьмо…

В его уме тотчас пронеслось: “Я переборщил с дозировкой? Это как-то слишком…”

Черная Крыса, наблюдая за происходящим, негромко произнесла:

— А ты весьма злопамятный, Каэль. Не хотелось бы мне быть твоим врагом.

На что Каэль, все еще отводя взгляд быстро выдал:

— Описания действия этого яда были гораздо менее красочны.

Коротко глянув через плечо на то, как Зейран наносит себе все более и более серьезные увечья, и как кровь уже буквально начинает растекаться по полу темными ручьями, Каэль ощутил неприятный холодок, пробежавший по спине.

— Знал бы я, что эффект будет настолько диким, — негромко произнес он, мысленно отгоняя тошноту, — я бы не осмелился его использовать.

Черная Крыса перевела на него взгляд, затем снова посмотрела на корчащегося старика.

— Может убить его? Чтоб не мучился.

Каэль медленно покачал головой.

— Нет. Так будут прямые следы убийства. А этот яд, после полного всасывания в тело, никто в Ластхолде не сможет обнаружить.

Черная Крыса чуть насмешливо подняла бровь, наблюдая, как Зейран рычит и ворочается по полу, размазывая алые следы по камню.

— Ты думаешь, кто-то поверит, что Зейран сделал это добровольно?

Каэль лишь холодно бросил:

— А у них будет выбор? Придется поверить, что старик не выдержал потери власти и сошел с ума.

Черная Крыса несколько секунд молча смотрела на агонию бывшего старейшины. А затем ее лицо стало жестче, словно она вспомнила многих павших товарищей.

— Хотя быстрая смерть — слишком легкий конец для него… — произнесла она ровнее. — Пусть лучше пострадает перед смертью. В свое время этот старик замучил и убил сотни людей. Он этого вполне заслуживает.

Каэль несколько минут стоял молча, слушая жуткие звуки, и чувствуя, как тошнота постепенно отступает. Медленно развернувшись, он снова посмотрел на Зейрана.

Старик уже едва дышал.

Он довел себя до такого состояния, что за считанные секунды выпустил почти всю кровь. Судороги стали редкими, бессильными, а движения — неосознанными, будто тело продолжало дергаться по инерции.

На миг Каэль ощутил нотку сочувствия к врагу. Но затем, вспоминая, как этот человек хотел убить его и всех его близких, Каэль быстро развеял все свои мысли.

С каменным лицом, и отгоняя эмоции, он твердо произнес:

— Зейран, без сомнения, заслужил это. Но, пожалуй… в будущем буду выбирать более быстрые и менее красочные способы мести.

В этот миг Зейран уже почти не двигался. Лужа крови расползлась по полу и медленно подобралась к сапогам Каэля и Черной Крысы.

Из горла старика донесся последний болезненный хрип.

И через мгновение его тело последний раз дернулось — и обмякло.

В камере повисла тяжелая тишина.

Черная Крыса первой отвела взгляд и развернулась к двери, говоря:

— Как по мне — подходящая смерть для такого отброса.

Каэль кивнул, не задерживаясь больше ни на секунду, и также разворачиваясь.

— Мы сделали все, что нужно. Больше нет нужны здесь задерживаться.

С этими словами, они быстро вышли из камеры. Черная Крыса приложила ладонь к двери, восстанавливая магическую печать, уже зная нужный "ключ". Потребовалось всего несколько секунд, чтобы защитный узор мягко замкнулся, будто его никто и не трогал.

После этого они так же тихо закрыли вход в крыло с элитными камерами, а затем вернули связку ключей в одежду женщины с серебряными волосами, аккуратно разместив ее там, где она и лежала прежде.

На все про все у Каэля и Черной Крысы ушло не больше пятнадцати минут.

И как только Каэль и Черная Крыса незаметно покинули темницу, растворившись в ночных улицах Ластхолда, оцепенение с охранников спало.

Мужчина с рыжими волосами моргнул, будто просто отвлекся на секунду, и поежился от сырости.

— Хорошо, что ты здесь, — продолжил он, словно разговор и не прерывался. — Иначе звук этих капель свел бы меня с ума.

Женщина с серебряными волосами тихо рассмеялась, поправляя перчатки.

— Смотри, а то подумаю, что ты пытаешься за мной ухаживать.

Мужчина усмехнулся, чуть потерев нос.

— А что если так?

Их голоса спокойно разносились по коридору, смешиваясь с ровным эхом падающих капель. А в элитной части раздался смех, ведь один из охранников глупо проиграл в карты. Ни один из охранников, ни один маг в темнице не заметил, что за последние пятнадцать минут здесь произошло нечто ужасное.

В элитной, недосягаемой для всех камере, где еще недавно сидел гордый и непреклонный Старейшина Зейран, теперь лежал изуродованный труп старика.

Никто к нему не входил, и никто не выходил. Защитная печать была на мести, а дверь была цела.

По всем признакам выходило, что такое жестокое безумие старик сотворил сам. И по сути так оно и было. Зейран убил себя своими же руками. Никаких следов других магов.

✦ ✦ ✦

А в этот миг по ночной улице Ластхолда уже спокойно шагали Каэль и Черная Крыса. Снег под ногами местами подтаял, оставляя влажные темные пятна на каменной кладке, а из таверн доносились приглушенные голоса и смех.

Черная Крыса, некоторое время молча наблюдая за Каэлем, и наконец спросила:

— Тебе полегчало?

Каэль медленно перевел на нее взгляд, словно глубоко о чем-то задумался. В его глазах не было ни радости, ни облегчения, ни горя.

Немного подумав о ее вопросе, он спокойно ответил:

— Эта ситуация недостойна эмоций. Мы сделали то, что нужно было сделать. Таких людей, как он, нельзя оставлять в живых.

Подняв глаза к звездному небу и вспоминая истории из хроник и древних летописей, он добавил:

— Никогда не знаешь, как обернется жизнь и какому подлецу неожиданно выпадет второй шанс. Если есть возможность уничтожить непримиримого врага — это нужно делать без колебаний.

От этих слов Черная Крыса на миг замедлила шаг. В ее взгляде снова мелькнуло ощущение, будто рядом с ней идет далеко не шестнадцатилетний парень, а человек, повидавший куда больше, чем должен был.

Прокручивая его слова в уме, она тихо произнесла:

— Твоя правда звучит кровожадно. Но от этого она не перестает быть правдой.

Каэль криво улыбнулся.

— Давайте не будем о крови и кровожадности. Меня до сих пор подташнивает.

На миг в уме Каэля вплыли картины того, как его пытал Бог Знаний и Безумия. Заставлял проходить через разные ужасы, не давая даже шанса на смерть.

— Безумная жестокость не является для меня чем-то новым или пугающим, — пробормотал он. — Я думал, что убийство будет всего лишь еще одним ее проявлением.

Он замолчал на мгновение, а затем честно добавил:

— Но как оказалось… убийство — это совсем другое.

Каэль выдохнул, словно сбрасывая остатки напряжения, и с кривой улыбкой произнес:

— Честно говоря, я бы сейчас не отказался хорошенько выпить.

Черная Крыса лишь усмехнулась, и словно желая подбодрить Каэля, произнесла:

— Составить тебе компанию? Я с удовольствием отпраздную смерть этого отброса.

Каэль тихо рассмеялся, пытаясь окончательно развеять мрачную атмосферу.

— Почту за честь, — кивая, ответил он.

С этими словами Черная Крыса неожиданно хлопнула его по спине и чуть подтолкнула, уверенно задавая направление.

— Есть несколько таверн, принадлежащих Братству Обездоленных, — бросила она. — Давай туда. Нас там не побеспокоят.

Каэль усмехнулся, шагая рядом.

— Прекрасный выбор. Еще и платить не придется.

Черная Крыса остановилась на долю секунды, приподняв бровь, и посмотрела на него с притворным возмущением.

— Это кто тебе такое сказал? — фыркнула она. — Заплатишь каждую копейку!

Каэль рассмеялся, и в этом смехе наконец исчезла тяжесть последних минут.

— Тогда надеюсь, у вас хорошие скидки для хороших друзей.

— Посмотрим, как ты будешь себя вести, — парировала она, ускоряя шаг. — Вдруг напьешься, и начнешь посуду бить.

Со смехом они оба двинулись дальше по живым, полным веселья улицам Ластхолда. Над городом сияли звезды, из распахнутых дверей таверн лился теплый свет, а для большинства жителей этот вечер ничем не отличался от других — обычная ночь, обычные разговоры, обычный смех.

Никто не знал об ужасе в элитной темнице, и об неизвестной угрозе, что двигалась на них с юга.