Рыболюди рабы?

Приручили скверну?

Только теперь лицо Хьюза сделалось по-настоящему серьёзным. Откровенно говоря, до этого момента он не считал рыболюдей серьёзной угрозой. В конце концов, даже сирены, ещё не преодолевшие давление воды, могли сражаться сразу с несколькими противниками. А теперь им не нужно было поддерживать Магию Плоти или тратить собственную жизненную силу на заклинания. Расправиться с рыболюдьми должно было быть проще, чем в игре. В худшем случае — если бы вдруг не удалось победить — сирены просто отступили бы на берег. Хьюз уже препарировал трупы нескольких рыболюдей и убедился, что к передвижению по суше они совершенно не приспособлены. С берега он мог бы просто забрасывать их в воду бомбами — угроза и впрямь казалась пустяковой.

Но приручение скверны меняло всё. Если бы речь шла об обычной скверне — возможно, опасность оставалась бы умеренной. Хьюз и сам накопил несколько бассейнов Эссенции Скверны, собираясь позже их сжечь. Но если рыболюди собрали скверну воедино… Когда Моника подверглась заражению, она разрослась в чудовище размером с гору. Один удар о землю — и остался кратер. Даже объединёнными силами сирены не могли подавить её, лишь сдерживали. И пусть тогда они сражались не в полную силу, — одна лишь тварь такого масштаба нанесла бы Кастелю колоссальный урон.

— Рассказывайте подробно. Что именно вы видели?

Эш кивнула.

— В поселении рыболюдей мы заметили несколько огромных существ — таких мы не видели ни разу за всё время рабства. Они напоминают змей, толщиной примерно с человека, но длины — невообразимой. Мы видели, как они тянутся далеко-далеко, и конца им не было. Эти змеи находятся в самом центре поселения рыболюдей, так что приблизиться к ним трудно. Но аура у них очень похожа на скверну. И они медленно извиваются — точно как скверна.

Хьюз задумался и перевёл взгляд на Нини.

— Ты тоже их видела?

— Нет, мы были с другой стороны. Их немного, и они ближе к центру селения.

Немногочисленные, невероятно длинные, медленно извивающиеся, как гигантские змеи… Хьюз потёр подбородок.

— Раньше вы нигде не встречали ничего подобного? Например, в Бездонной Впадине?

Эш и Нини переглянулись и синхронно покачали головами.

— Скверна в Бездонной Впадине принимает форму зверей. Скажем, волков. Иногда это просто более крупные и сильные заражённые волки. Но такая скверна… её трудно осмыслить.

— Лорд Хьюз, рыболюди до смешного слабы! Позвольте нам броситься в бой и перебить их! — не выдержал кто-то. — Если нарвёмся на неприятности — всегда сможем отойти.

Хьюз глубоко вдохнул.

— Не торопитесь. Я знаю, вы жаждете мести. Но не стоит недооценивать врага. Противник у нас, возможно, не только рыболюди. Расскажите мне о них всё: численность, нынешнее состояние, чем они заняты, как организованы. Не упускайте ни одной детали.

Эш принялась докладывать, Нини время от времени вставляла замечания. Хьюз слушал молча, и лицо его становилось всё мрачнее.

— Значит, кроме воинов, рыболюди — почти сплошь шахтёры, и других занятий у них практически нет?

— Да.

— Океан даёт довольно много пищи; несколько человек могут прокормить всех.

— Выходит, подавляющее большинство — либо шахтёры, либо воины. Это проблема?

Нини в недоумении качнула змеиным хвостом. Она оценивала рыболюдей прежде всего по боеспособности. А чем они заняты — не всё ли равно?

— Конечно, проблема. И очень большая, — нахмурился Хьюз. — Рыболюди без конца добывают руду. Что они делают с минералами? Или поставим вопрос иначе: добывать руду под водой можно, но вот плавить её — нет. Даже если они её продают — что получают взамен?

Сирены вокруг переглянулись. Похоже, ни одна из них раньше об этом не задумывалась. Рыболюди когда-то поработили их, и сирены питали к ним только жгучую ненависть. Эта ослепляющая эмоция мешала взглянуть на врага объективно. Для них рыболюди были самим воплощением рабовладельцев. Но слова Хьюза заставили их впервые всерьёз задуматься о природе этих существ. И чем дальше они размышляли, тем отчётливее ощущали неладное.

— Действительно… Они ведь и правда только копают. Мы ни разу не видели, чтобы эту руду где-то использовали. Мы думали, нам просто не показывают… Но чтобы никто из нас вообще никогда не видел?.. Такого не может быть.

Через Ментальную Связь сирены быстро обменялись воспоминаниями. В рабстве им редко удавалось общаться. Теперь же, сравнивая наблюдения, они сразу заметили нестыковку. Действия рыболюдей выглядели слишком странно.

— У меня есть гипотеза, — Хьюз обвёл сирен взглядом. Те разом умолкли и сосредоточили внимание на нём. — Что, если рыболюди существуют исключительно ради добычи руды? Сама руда им не нужна, но они продолжают её добывать. Иными словами, они — такие же рабы, как когда-то были вы.

В Ментальной Связи повисла тишина. В пещере стало так тихо, что можно было услышать падение булавки. Глаза сирен расширились. Эта возможность была слишком ошеломляющей. Раса, поработившая их, — сама оказалась рабами?

— Это не обязательно физическое рабство. Может быть, подчинение через веру или иную форму контроля. Что-то заставляет их добывать руду и отправлять её куда-то ещё. Иначе их племя не было бы настолько однобоким. Рыболюди высоко организованны — но живут только ради добычи? Шахтёры и воины, и даже когда они порабощают других — это всё ради той же добычи. Скажите: когда вы были в рабстве у рыболюдей, вы видели, куда отправлялась руда?

Сирены покачали головами. Их были десятки — и ни одна ни разу не видела, куда уходила руда? Такая строгая секретность могла означать только одно: что-то подозрительное.

Хьюз потёр подбородок и после долгой паузы спросил:

— А что за руду вы добывали?

— Чёрный камень.

— Что такое чёрный камень? Только его и добывали?

— Да, только его… А что это такое…

Нини запнулась. Сирены снова принялись перешёптываться. Они помнили, что добывали чёрный камень. Но когда попытались сопоставить знания, выяснилось, что ни одна из них понятия не имеет, что это такое. Такого просто не могло быть. Хьюз обвёл взглядом собравшихся, и в голове у него сложилась картина. Многие сирены здесь страстно любили учиться. Довольно многие освоили все продвинутые курсы. Кое-кто уже мог обсуждать с ним инженерные задачи. И даже при всём этом — никто не мог определить руду, которую добывал годами. Скорее всего, эта руда была как-то связана со скверной и сверхъестественным.

Более того, у Хьюза возникло смутное, липкое ощущение — будто он забывает что-то важное. Но он отчётливо помнил: Хлоя знает ответ.