Товар — в долг, корабль — в долг. Почему люди не могут быть в долг

Матросов на Кастеле, прямо скажем, было немного. Зато на соседних островах пиратов плодили уже много лет — там с этим проблем не знали. Достаточно было Джеремии заявиться в любую таверну с мешочком золота и гаркнуть во всё горло — и к утру под его началом собралась бы целая команда.

В Штормовом океане слова «матрос» и «пират» давно означали одно и то же. Торговые суда никогда не набирали чужаков.

— Здесь другое, — покачал головой Хьюз. — Мне нужны не просто моряки, которые умеют ставить паруса. Вот, взгляни на контракт, что я тебе предлагаю. Хочешь ознакомиться?

Он легонько похлопал ладонью по бумагам на столе.

Глаз Джеремии нервно дёрнулся. Знакомиться ему совершенно не хотелось — по той простой причине, что читать он не умел.

— Вот видишь, — Хьюз развёл руками, — в этом-то всё и дело. Матросы мне нужны, да не простые. Я твой корабль толком не разглядывал, но, думаю, это деревянное парусное судно, верно?

Джеремия кивнул. Правда, формулировка показалась ему странной: «деревянное парусное судно» — а какие же ещё бывают? Из чего ещё строить корабли, если не из дерева? Или, может, он про маленькие лодки говорит? Те и впрямь без парусов.

— Если в будущем я начну строить корабли из стали и ставить на них паровые машины, то команда мне потребуется совсем иного толка. Каждый матрос должен будет уметь читать и разбираться в устройстве механизмов. А это, знаешь ли, задача посложнее, чем просто в море выходить. Поэтому я и решил учить навигации своих учеников, а не за парты взрослых моряков усаживать.

Джеремия слушал и хмурился. Он не совсем понимал, что за зверь такой — паровая машина, хоть название и казалось смутно знакомым. Но стальные корабли — это уж и вовсе не укладывалось в голове. Сталь — она же тонет.

Какое ему, в общем-то, до этого дело? Помолчав немного, он всё-таки не удержался и задал вопрос. В конце концов, Джеремия был капитаном, а капитан не может не любопытствовать, когда речь заходит о судах.

Хьюз небрежно взял со стола серебряный кубок — изящный, с тонкой гравировкой — и протянул гостю.

— На-ка, брось его в море. Погляди: пойдёт ли он прямиком на дно или останется на плаву. У меня сейчас нет времени на физические опыты. Контракт забери с собой. И вот ещё, — он черкнул несколько строк на отдельном листке, — это записка. По ней тебя пустят на уроки грамоты. Бесплатно, разумеется.

Джеремия вышел из кабинета в полном недоумении. За контракт он не беспокоился — найдёт грамотного человека, тот ему и прочтёт, дело привычное. Грамота, если честно, не казалась ему чем-то полезным. Сколько контрактов он подпишет за всю жизнь? Пара штук, не больше. Пустая трата времени.

Но серебряный кубок оттягивал руку, и ноги сами собой понесли его к берегу.

Стальные корабли… Чушь какая. Быть такого не может. Я полжизни в море, и ни разу не видел, чтобы кусок стали держался на воде.

У скалистого берега он отыскал небольшую заводь — что-то вроде естественной чаши, выточенной прибоем, — и бросил кубок в воду. Тот покрутился в водовороте и послушно ушёл на дно.

Джеремия фыркнул. Похоже, лорд просто нёс околесицу, чтобы заморочить ему голову.

Он выудил кубок из воды — вещица-то не дешёвая, за неё можно выручить несколько монет. Хватит на добрую порцию жареной рыбы. Стряхнув с кубка капли, он уже развернулся уходить, но замешкался. Остановился.

Корабль.

Он снова уставился на кубок у себя в ладони. Поколебавшись мгновение, он осторожно взял его за края и поставил на воду — аккуратно, донышком вниз, стараясь не зачерпнуть внутрь ни капли.

И замер.

Кубок качнулся, покачался на мелкой ряби — и остался стоять. Он плыл. Держался на поверхности и не тонул!

— Как такое возможно?!

Джеремия схватил кубок, взвесил в руке — металл, тяжёлый, холодный. Снова швырнул в воду — тот мгновенно ухнул на дно.

Челюсть пирата медленно поползла вниз.

Весь остаток дня он провёл у моря, играя с водой. К вечеру вернулся домой с тем же кубком в руках, только теперь в нём красовалась грубая пробоина — он нарочно пробил дырку о камни, проверяя очередную догадку.

Солнце уже садилось, заливая остров мягким багряным светом. Купив у уличного торговца несколько рыбин, Джеремия должен был бы уже давно сидеть дома. Но вместо этого он медлил и бросал взгляды куда-то на юг.

Там, в закатных лучах, стояло двухэтажное здание с распахнутыми дверями. Он знал это место — школа, где лорд Кастеля устроил уроки грамоты.

Джеремия пощупал записку в кармане, помялся — и наконец зашагал к школе.

Грамота его по-прежнему не интересовала.

Но ему до жути хотелось понять: почему этот проклятый кубок плавает? Может, те, кто умеет читать, знают ответ.

С этой мыслью он и сделал свой первый шаг вперёд.

---

— Коннор, позови позже Беатрис. Нужно обсудить её возвращение в Рейн. Я уже поговорил с Джеремией о корабле.

— Он согласился? — полюбопытствовал Коннор, собирая бумаги со стола.

— Пока не дал ответа. Но даст, — Хьюз зевнул, прикрыв рот ладонью. — Ему незачем отказываться. Он не дурак. Вот увидишь, все эти пираты со временем превратятся в торговцев. Стоит им лишь раз за разом выбирать самый выгодный путь — и они сами не заметят, как окажутся по уши в этом болоте.

Он помолчал, глядя в окно на темнеющее небо, и добавил с лёгкой, почти незаметной усмешкой:

— Даже императрица действует так же. Варит лягушку на медленном огне. Они уже почти сварились, а до сих пор не почувствовали.

Варит лягушку на медленном огне? Коннор мысленно усмехнулся — фраза ему понравилась. Он обдумал её и, поколебавшись, заговорил:

— Молодой господин, есть ещё кое-что, о чём вам стоит знать.

— Что такое? Тоже связано с кораблём?

— Отчасти. Помните Джоша? Того самого юношу, который сначала хотел взять товар в долг, а потом попытался и корабль в долг получить?

Хьюз оживился.

— И что же с ним?

— Он собрал вокруг себя целую группу островитян и хочет создать торговую гильдию. Правда, пока только на словах.

— И как ему это удалось? — брови Хьюза чуть приподнялись. — Я своим рабочим, между прочим, хорошо плачу. Он всё равно сумел переманить людей?

— В этом-то и соль. Он объявил, что уже раздобыл и товар, и корабль. Теперь ему нужна только рабочая сила, и он готов делить прибыль пропорционально — каждому, кто его поддержит.

— …И сколько человек его поддержало?

— Около дюжины. Среди них есть и настоящие моряки.

— Постой, откуда на острове моряки?

— В прошлый раз один матрос с корабля Джеремии устроил дебош на берегу. Патруль отправил его на стройку — отрабатывать наказание. Он провёл там несколько дней и выяснил, что платят прилично и ещё кормят обедом. Решил остаться. Теперь получает жалованье и даже ходит на уроки грамоты вместе с местными.

Хьюз задумчиво потёр подбородок.

— …Неужели это настолько привлекательно? Я думал, пираты зарабатывают больше работяг, даже при теперешнем упадке промысла.

Он и впрямь платил хорошие деньги, но жизнь пирата — это жизнь на лезвии ножа, и при удаче она всё ещё могла приносить куда больше.

— Молодой господин, дело не только в деньгах, — Коннор замялся, тщательно подбирая слова. — На Кастеле есть… порядок.

— Порядок?

— Да. Большинство пиратов стали пиратами не от хорошей жизни — их вынудили обстоятельства. Им просто некуда было податься. А на Кастеле тех самых обстоятельств, что толкают людей в бездну отчаяния, не существует.

— Потому что здесь высокие заработки и с голоду не помрёшь?

— Не только поэтому.

Коннор выдержал паузу и закончил тихо, почти задумчиво:

— Здесь есть чувство безопасности. Здесь больше порядка. И — больше надежды.