Сомнения Коннора

Глава 21. Сомнения Коннора

Сам изогнутый клинок был прекрасен: золотая тонкая гарда, ножны, инкрустированные мелкими водно-голубыми самоцветами, и лезвие, излучающее ледяной холод, пропитанное неведомым количеством крови. Но почему он отдаёт это ему?

Хьюз смотрел на уплывающих пиратов и не удержался от зевка. Небо уже потемнело, и он весь день был на ногах. В прошлую ночь он вообще не спал! Увидев, что Алексей не берёт клинок, Хьюз сунул его ему в руки. — Этот клинок теперь твой. Ты любишь носить военную форму, но у пояса не хватает оружия.

Алексей машинально взглянул на клинок в своих руках. Это личное оружие Джеремаи. Хотя тот пиратский капитан был грязен, клинок сиял чистотой и ухоженностью — явно ценная вещь. Он застыл в оцепенении.

— Что, пираты напугали? — Хьюз усмехнулся. — Работы впереди ещё много. Иди отдыхай.

С этими словами он направился к Коннору, державшему поводья лошади. Хьюз взобрался в седло с более отработанными движениями, схватил поводья и снова зевнул. Лошадь тронулась вперёд, унося их вдвоём.

— Молодой господин, он всё ещё стоит там, — прошептал Коннор.

Хьюз повернулся к причалу. В отблесках закатного солнца Алексей неподвижно держал клинок, погружённый в размышления. Словно почувствовав взгляд Хьюза, он медленно вытащил лезвие, взмахнул запястьем, и вечерний свет заиграл на металле. Клинок прочертил дугу в воздухе, прежде чем остановиться у его груди. Затем он повернулся к Хьюзу, слегка поклонился и вложил оружие в ножны.

Это был жест уважения, принятый среди офицеров Имперской армии, но ведь оба они — гражданские чиновники, не так ли? Этот главный писец определённо был интересной личностью.

Хьюз махнул рукой и ускакал прочь.

— Видно, что ему клинок действительно понравился, — заметил Коннор.

— Да, — кивнул Хьюз. — Может, он из бедной семьи. Давай повысим ему жалованье.

Коннор заколебался, но промолчал, лишь подгоняя лошадь рядом с Хьюзом.

— Главный писец Графа Пограничья получает жалованье от королевской семьи и подчиняется только ей. Строго говоря, если Хьюз даст Алексею деньги, это будет взятка, нарушение имперской конституции. Но что до него, простого дворецкого? Он слуга Хьюза, а не Императрицы. Господин его господина — не его господин.

Алексей взглянул на клинок в руках. Ему и правда нравился. Что это? Попытка переманить его? Он хмыкнул и покачал головой. Этот лорд странный, но неприятного в нём не было. Сможет ли Хьюз утвердиться в бурных водах Штормового океана? Алексея разбирало любопытство и желание проверить.

— Ладно, с этого дня буду стараться сильнее. Считай, ради этого клинка.

Причал снова погрузился в тишину. Слабые блики на далёком море отражали поднимающуюся луну в ночном небе — мирно и спокойно.

Вернувшись в поместье, Хьюз небрежно отмахнулся от вопросов дворецкого, передал Коннору несколько чертежей и велел найти кузнеца, чтобы узнать, можно ли их воплотить. Затем рухнул на кровать и уснул.

Коннор беспомощно вздохнул. У него было много вопросов, но ждать приходилось, пока Хьюз проснётся. Поведение господина в последнее время казалось ему чужим. Раньше Хьюз никогда не вёл переговоры с пиратами и не брал на себя дела территории. Но этот сдвиг… не обязательно плохой.

Коннор взглянул на чертежи в руках.
— Доменная печь? Паровой двигатель?

Он не очень разбирался в этом, но схемы выглядели невероятно сложными. Не знал, сможет ли старый кузнец острова с ними справиться. Сунув чертежи в карман, Коннор вздохнул, вспоминая события дня.

Его разбудила утром перепуганная служанка. Он узнал её — Зои. Она ухаживала за Хьюзом ещё на земле герцога Коэна и приехала на Кастель только потому, что Хьюз настоял. Это противоречило обычаям: мужчины-дворяне редко выбирают личных служанок, чтобы избежать насмешек и проблем. Например, на охоте или выездах это было бы неудобно. Но Хьюз… господин слишком потакал себе.

Коннор вздохнул. Возможно, между Хьюзом и Зои была личная связь, но это дело молодого господина. Ему вмешиваться не следовало. Хороший дворецкий спрашивает меньше, делает больше — мудрость, вынесенная из десятилетий опыта.

Не лезть в дела не означало не знать. Когда Хьюз был без сознания, Коннор поручил Зои следить за ним ночью, зная её преданность. Поэтому, увидев её панику, сердце сжалось. Что-то случилось.

Хьюз пропал.

Коннор тут же организовал слуг обыскать каждый уголок поместья, лично проверив спальню Хьюза на следы. Результаты озадачили: никаких признаков вторжения. Окна заперты, замок цел, ночные стражи вне подозрений, показания слуг совпадали — подкупа не было. Как же Хьюз исчез?

Похищение из охраняемого дома почти невозможно. В истории все успешные случаи требовали помощи изнутри. Коннор первым делом задержал всех в поместье для допроса. Солдат снаружи он не тревожил — не хотел шума. К тому же, мобилизация требовала разрешения главного писца, Алексея, и всё равно бы не помогла. Это только создало бы хаос, позволив настоящему виновнику увести Хьюза.

Да, с самого начала Коннор подозревал, что Хьюз всё ещё в поместье. Даже с помощью внутри трудно было сразу увести его. Ночные стражи были надёжны, проскользнуть мимо них невозможно. Кто мог нацелиться на Хьюза? Залив Самоцветов? Пираты на всё способны, но предпочитают являться флотом и требовать деньги. Сегодня они приехали для переговоров. Политические враги герцога? Возможно, но Хьюз так важен? Герцог его баловал, но не до безумия ради бастарда.

Тогда… Коннор перевёл взгляд за окно, остановившись на далёкой постройке. Высокая башня венчалась металлической табличкой с изображением. Одна свеча, тихо горящая в ночи. Это был символ Церкви — знак часовни Ордена Свечного Света.