Окружив церковь

Хлоя, опустив голову, вытолкала Хьюза из комнаты — ей было слишком стыдно поднять глаза. Во всей этой злополучной истории вина лежала именно на её безрассудстве. Собираясь проводить опыт, они обязаны были хотя бы позвать кого-то третьего. Как Мотылёк, она отлично понимала, насколько опасны подобные вещи. Теперь же, оглядываясь назад, всё ещё чувствовала, как по спине пробегает холодок.

Погибни она по собственной глупости — и говорить было бы не о чем. Но она едва не погубила Хьюза. Союз Мотыльков с Кастелем и без того держался на тончайшей нити. Умри Хьюз по её вине — никаких объяснений уже не понадобилось бы. Разъярённые сирены разнесли бы всю церковь до последнего камня.

И, собственно говоря, они уже были здесь.

Хьюз поднял крышку люка и выбрался по лестнице — и в ту же секунду Фениэль задвинула его себе за спину. Церковь заполнили вооружённые сирены. Нескольких мотыльковских верующих прижали лицом к полу. Люк оставался открытым, но сирены не спускались вниз; их холодные, безжалостные взгляды скрестились на стоявшей в проёме Хлое.

Хлоя глубоко вдохнула, собралась с духом и полезла наверх. Прятаться под землёй было, конечно, безопасно: люк делил пространство надвое, и сирены не могли прорваться внутрь. Но весь этот переполох вызвало её собственное безрассудство — бежать от него она не имела права.

Едва она показалась на поверхности, взгляды сирен стали ещё более враждебными. Вся она, с головы до пят, была перепачкана кровью Хьюза — особенно лицо и руки. Сирены чуяли это безошибочно. А ран на ней самой не было. Как ни посмотри — выходило, что это она причинила вред Хьюзу.

Сирены возвышались над ней во весь рост. Даже под высокими сводами церкви, где купол уходил далеко вверх, от их присутствия стало тесно. Оружие в руках, жёсткая чешуя на изогнутых хвостах, мускулистые, словно стальные, тела — они походили на живые боевые машины. На короткий миг Хлое почудилось, что она стоит перед строем боевых колесниц, готовых ринуться в атаку. Хлоя и без того была невысокой, а теперь, окружённая этими громадами, сжимавшими оружие, отбрасывавшими на неё тени и глядевшими ледяными глазами, — она ощутила себя крохотной фигуркой у подножия гигантских статуй.

Она стояла неподвижно, не произнося ни звука.

В церкви повисла полная тишина.

«Лорд, что случилось? Мы не могли с вами связаться, а потом вдруг ваша жизненная сила начала стремительно убывать. Я сразу связалась с Эш и привела остальных».

Хьюз обвёл взглядом помещение. Сирен собралось меньше сотни. Эш и Нини увели по два отряда, так что на острове оставалось всего около двадцати бойцов. Судя по всему, пришли все, кроме Моники.

«Уа-а! Лорд, с вами всё в порядке?! Меня заперли в комнате и не выпускают! Скажите им, пусть немедленно освободят!»

Моника устроила в общем чате настоящий переполох. Хьюз успокоил её парой слов и повернулся к Фениэль.

«Я в порядке. Недоразумение. Похоже, в том месте, где собираются Мотыльки, есть помехи — из-за них я и не мог с вами связаться. Передай Эш: пусть не возвращается».

Эш: «Лорд, мы с Нини уже закончили разведку и возвращаемся. Хорошо, что вы целы».

Хьюз писал в общий канал, но Эш ответила напрямую через Ментальную Связь.

Хьюз: «Так быстро? Я думал, вы ещё в море. Значит, связь уже восстановилась. Словом, тревожиться не о чем. Мы с Хлоей столкнулись с непредвиденным во время эксперимента, но сейчас всё позади».

Завершив сообщение, Хьюз поднял голову к окружающим. Хлою по-прежнему сторожили со всех сторон, сверлили взглядами, и она не смела издать ни звука.

— Всё в порядке. Просто недоразумение. Кстати, подземное укрытие у вас впечатляющее — я начисто потерял связь с сиренами.

— Это технология Церкви Свечного Света. Внутри и впрямь можно заблокировать многие виды обнаружения, — осторожно ответила Хлоя.

— Тогда, может, стоит разместить там несколько наших человек, — бесстрастно произнесла Фениэль.

Она была в ярости. Кто знает, что ещё могла натворить эта монахиня? Судя по виноватому лицу Хлои и состоянию их лорда, неприятность явно случилась. Что Хьюз значил для сирен — объяснять не требовалось. И при этом он едва не попал в беду прямо на Кастеле.

Фениэль никогда не интересовали ни эксперименты, ни сражения. Но она без колебаний взялась за оружие и привела сюда всех соплеменниц. Это был её долг. А что же Хлоя? Похоже, эта монахиня со своим долгом не справилась.

Хьюз подумал и сказал:

— Это происшествие — не её вина. На самом деле она рисковала сильнее, чем я. Я был в большей безопасности. Просто события развивались в совершенно непредсказуемом направлении. Предвидеть такое никто не мог.

— Лорд, — обернулась к нему Фениэль, и в голосе прозвучала едва сдерживаемая досада. Она не стала говорить многого, лишь спросила: — Что будем делать дальше?

— Возвращаемся. Это был странный инцидент, мне нужно как следует во всём разобраться. Отпустите их.

Нескольких верующих Мотыльков всё ещё удерживали сирены. Их не ранили, но обошлись с ними явно неласково. Вскоре сирены отпустили людей и, покачивая хвостами, молча покинули церковь.

Хьюз вздохнул. Похоже, позже придётся успокаивать сирен. Он ощущал их чувства — они и впрямь тревожились всем сердцем. В конце концов, они понятия не имели, что их лорд — всего лишь Сосуд. Возможно, в будущем ему следует быть ещё осторожнее. Теперь он нёс не только свою жизнь — он нёс ожидания слишком многих.

И Хлоя тоже.

Когда все разошлись, она тихо проговорила:

— Прости. Я оказалась плохо подготовлена.

— В следующий раз встретимся на полигоне. Там больше народу.

Хлоя торопливо закивала.

Вообще-то Мотыльки обычно так и действовали. Их эксперименты всегда были сопряжены с огромной опасностью, поэтому они проявляли осторожность. Но сегодня каждый опыт, который они ставили вместе с Хьюзом, шёл до безобразия гладко. И объяснение тайного знания, и распространение сведений через догадки — всё получалось безупречно. От этого у неё закружилась голова.

К тому же она никак не ожидала, что пострадает от руки Хьюза — простого смертного. Ей казалось, что всё под контролем. В том-то и была беда: контроль незаметно ускользнул из рук. Хьюз тоже это понял. Потёр подбородок и спросил:

— На твоём пути бывали случаи внезапной потери контроля или амнезии?

— Нет. По крайней мере, я никогда не слышала о подобном.

Хлоя нахмурилась. Потеря контроля была чудовищным кошмаром для любого одарённого. Если при этом ещё и подвергнешься заражению скверной — можно уже не проснуться.

— Сама ты раньше с таким не сталкивалась?

— Никогда.

Хьюз задумался и после короткого колебания задал вопрос:

— Ты не чувствуешь… какой-то связи между нами?