Казалось бы, обычный мир

Что должен делать обычный переселенец, попав в обычный фэнтезийный мир? Хотя этот мир не казался таким уж обычным, и у Хьюза всегда было навязчивое чувство, что что-то не так, он всё равно пытался вернуть всё в нужное русло. Мыло, стекло, цемент, порох — достаточно вытащить эти вещи, чтобы справиться с местными жителями. Верно?

Так всегда думал Хьюз, поэтому он реформировал мастерские и создавал образцы. Но недавно [Когнитивный Барьер] и [Загрязнение] заставили его чувствовать себя неуютно, вызывая сомнения в природе этого мира. Действительно ли это был обычный фэнтезийный мир? Даже если в нём присутствовали некоторые сверхъестественные силы?

Тень омрачила глаза Хьюза. Но раз он уже начал, у него не было выбора, кроме как стиснуть зубы и двигаться вперёд, надеясь, что всё пройдёт гладко.

Вчера он привёл Коннора посмотреть. Как и ожидалось, его готовый продукт вызвал череду шокированных реакций. Поскольку пока не было явных проблем, он решил действовать по плану, используя промышленность, чтобы подмять этот мир под себя. Всё должно пройти гладко.

Паровой двигатель и химические процессы были его двумя ключевыми путями в индустриализации и технологическом подъёме. Производство паровых двигателей уже включало Сирен в исследования, так что химические процессы тоже нельзя было оставлять позади. Хьюз начал объяснять Алексею.

— Мыло. Главный продукт нашей фабрики в обозримом будущем — вот эта маленькая штука в твоей руке.

Хьюз сделал несколько шагов назад, где слуга уже подготовил таз с водой и кувшин. Алексей зачерпнул немного жирной грязи из кувшина на руки и попробовал отмыть их с помощью мыла.

— Какая удивительная вещь, — восхитился Алексей. — Этот уровень чистоты почти сравним с Святой Водой Церкви № 9.

Крупные церкви регулярно продавали святую воду, разделённую на тринадцать типов в зависимости от их эффектов. Главная функция Святой Воды № 9 — очищение. Святая вода была очень эффективной, но и невероятно дорогой, до такой степени, что даже мелкие дворяне едва могли её себе позволить, даже эту относительно дешёвую Святую Воду № 9.

Продукт был хорош, но действительно ли он так шокировал? Алексей взглянул на мыло, которое слегка износилось. При таком уровне потребления, если цена мыла будет ниже 50 золотых рам за кусок, оно действительно сможет конкурировать с Святой Водой № 9 на рынке. Но поскольку это был алхимический продукт… Алексей покачал головой про себя. По сравнению с алхимическими изделиями даже святая вода Церкви казалась выгодной сделкой. Но почему Коннор так странно на него смотрел? Было ли в этом мыле какое-то скрытое свойство?

— Стоимость производства этого мыла — около 50 золотых рам за тонну, — сказал Хьюз с лёгкой улыбкой.

Алексей вздохнул про себя. Как и ожидалось, пытаться продвигать алхимический продукт с точки зрения экономической выгоды было слишком наивно. Ему следовало бы…

Погоди! Его мозг внезапно замер.

— 50 золотых рам за что? — переспросил он.

— За тонну.

Алексей ошеломлённо замер. Его рука дрогнула, и мыло упало на землю. Коннор выглядел удовлетворённым.

Тонна — это была древняя единица измерения, редко используемая в Империи. Одна тонна равнялась примерно двум тысячам фунтов, а на один фунт уходило как минимум четыре или пять кусков такого мыла. Это означало… это означало… Алексей не был силён в арифметике, но знал, что один золотой рам равен одному золотому фунту, который можно было обменять на 25 имперских лио. Пятьдесят золотых рам — это в общей сложности 1250 лио. Если пересчитать дальше…

— Не утруждай себя расчётами. Эта штука стоит примерно один лио за восемь кусков, — сказал Хьюз.

Рот Алексея открылся от полного шока. Как сирота, пробившийся с самого низа, он остро осознавал рыночные цены. Один лио мог купить шесть фунтов хлеба или полтора фунта мяса. В Рине за два лио можно было получить отличный обед в ресторане.

В своём последнем воплощении Хьюз работал самым низкооплачиваемым фабричным рабочим, зарабатывая около 700 лио в год — примерно два лио в день. После оплаты жилья и базовых жизненных расходов у него едва ли оставались деньги на сбережения. Маленькая бутылочка Святой Воды № 9 от Церкви стоила 30 лио, что равнялось двум неделям зарплаты Хьюза. И этой бутылочки хватало лишь на то, чтобы дважды почистить украшения. А теперь это «мыло» стоило один лио за восемь кусков? И каждый кусок мог использоваться десятки раз дольше, чем святая вода?

Мозг Алексея онемел от подсчётов. Всё, что он знал, — даже самые бедные люди теперь могли позволить себе стирать одежду с этим мылом.

— Кстати, наша предполагаемая дневная производственная мощность — около трёх тонн. Это немного мало, без паровых двигателей мы пока не совсем на уровне, — добавил Хьюз.

Три тонны. Алексей механически повернул голову. Он вдруг почувствовал, что его прежние заботы были смешны. Если Хьюз согласится передать этот рецепт, Императрица объявит войну Заливу Самоцветов в тот же день.

— Ты говоришь, мы можем поставлять Святую Воду № 9 почти бесконечно? — спросил Алексей.

— Почти бесконечно? — Хьюз усмехнулся. — Если мы поставляем только Кастел, то да, это практически бесконечно.

— А что насчёт всего континента?

— Весь континент…

Торговцы сойдут с ума от этого. Что с того что Кастел был удалённым? Найдутся десятки торговцев, готовых рискнуть, чтобы доставить товары в Штормовой океан. Трёхкратная прибыль заставляла торговцев Нового Света создавать республики и бросать вызов Империи через океан. Сколько прибыли принесёт это мыло? Тысячекратную? И этот невероятно прибыльный продукт — три тонны в день.

Только с помощью мыла Хьюз мог собрать урожай со всего континента. Императрица, конечно, не возражала бы тайно поддерживать его — этот заменитель святой воды значительно ослабит авторитет Церкви. Алексей был ошеломлён.

Похоже, мыло сработало. Хьюз кивнул сам себе. В конце концов, это был один из читов переселенца. Как только его фабрика будет построена, всё станет лучше.

Подавляя смутное беспокойство, Хьюз жестом попросил Коннора продолжить объяснение. Коннор откашлялся.

— Главный писарь Алексей, это мыло очень долговечное, его можно свободно резать, и оно невероятно легко транспортируется. Стоимость перевозки по морю тоже крайне низкая. Даже доставка в Рину увеличит стоимость лишь вдвое — это наихудший прогноз.

— Более того, на основе расчётов затрат, наши будущие производственные расходы будут только снижаться. Если… — Коннор взглянул на Хьюза.

— Если автоматизация достигнет достаточно высокого уровня и мы будем находиться рядом с источниками сырья, стоимость мыла станет невообразимо низкой.

— Настоящее ограничение сейчас — сможет ли производство оливкового масла поспевать.

Услышав слово «автоматизация», Алексей почувствовал лёгкую головную боль. Но конфета во рту растаяла, выпустив прохладное ощущение, и головная боль исчезла.

— Недостаточно оливок? Разве эти деревья не растут повсюду? — спросил он.

Хьюз и Коннор обменялись взглядами и слегка расслабились. Похоже, научные объяснения низкого уровня не вызывали значительного когнитивного [Загрязнения] и со временем рассеивались.

— Это возвращает нас к исходной проблеме. Нам нужно построить дорогу, — сказал Хьюз.

— …

— Не только между северными равнинами и южными горами, где находятся фабрики, — нам нужны дороги и между самими фабриками.

— Разве между фабриками уже нет дорог?

— Недостаточно. Грунтовые дороги не подойдут — нам нужны более качественные дороги, чтобы справляться с будущей транспортировкой материалов.

— Транспортировка для фабрик?

— Да. Оливковое масло проходит процесс омыления, чтобы сделать мыло, но его побочный продукт, глицерин, не менее важен.

— Нет, пожалуй, не стоит называть это побочным продуктом. Это, на самом деле, то, что мне нужно больше всего.

Глаза Хьюза заблестели.