Так называемая семья

Глава 40

Госпожа Юнь поспешно сказала: «Глупый ребёнок, чем может заниматься твой отец? Просто... просто какие-то неприятности при дворе...»
Хотя Сюэ Вэньбай обычно был беззаботным, при необходимости он проявлял проницательность и тут же нахмурился: «Какие неприятности? Мама, не скрывай это от меня. Если ты утаишь это от меня, я не буду чувствовать себя спокойно даже после возвращения».
Госпожа Юнь закусила губу, выглядя обеспокоенной. Сюэ Линвань, прямолинейная и не умеющая хранить секреты, топнула ногой и сказала, покраснев от смущения: «Это дело... Отец и мать не собирались скрывать это от моего старшего брата; они просто хотели, чтобы он вернулся домой, освежился и хорошо поел, прежде чем рассказать ему. Раз уж дело дошло до такого, думаю, лучше сказать ему прямо.
Отец сегодня вернулся из цензурного управления очень рано и выглядел очень расстроенным. Мать долго его допрашивала, прежде чем он наконец сказал, что его начальник, заместитель министра Фэн, сообщил ему, что его скоро... скоро переведут из Цензората...»
Выражение лица Сюэ Вэньбая слегка изменилось. «Это понижение в должности или... увольнение...»
Судя по их лицам, перевод отца на другую должность был явно не к добру.
«Ваш отец ничего плохого не сделал, так как же его можно так просто уволить?» Госпожа Юнь вздохнула про себя и сказала: «Строго говоря, это не понижение в должности. Заместитель министра Фэн сказал, что вашего отца следует перевести на горизонтальную должность, и весьма вероятно... его переведут в Императорский конный двор...»

«В Императорский конный двор!»
Су Лююэ, до сих пор молчавшая, невольно нахмурилась.
Императорский конный двор отвечал за конное хозяйство страны и экипажи, используемые императорской семьей. Проще говоря, он отвечал за выращивание лошадей и управление транспортными средствами императорской семьи! Такая должность была совершенно отделена от центра власти, и ни один чиновник даже с небольшими амбициями не захотел бы туда попасть.
Это был якобы горизонтальный перевод, но на самом деле это было понижение в должности!
Сюэ Линвань стиснула зубы и сказала: «Отец... Отец так упорно трудился, чтобы наконец попасть в цензорат. Он был усерден и добросовестно все эти годы. Как они могли отправить его выращивать лошадей? Какое право они имеют так с ним обращаться?..»
— Ваньэр! — быстро прошептала госпожа Юнь, её лицо выражало беспомощность. — Твой отец — при дворе, и многое ему неподвластно. Когда Вэньбая посадили в тюрьму, твой отец столько лет служил под его началом, хотя заместитель министра Фэн и не хотел ему помогать, и он всё ещё испытывает к нему привязанность. Именно поэтому он был готов заранее сказать об этом твоему отцу, чтобы тот был морально готов.
Сейчас особые времена. За последние несколько месяцев бесчисленное количество семей погибло в одночасье, некоторые даже оказались в тюрьме. Многие придворные чиновники также оказались замешаны в этом деле, их понизили в должности или уволили. Твоего отца просто перевели в другой отдел, что само по себе неплохо».
Глаза Сюэ Линвань всё ещё были красными, но она не была неразумна и, как бы ни была огорчена, промолчала.
Сюэ Вэньбай долго молчал, а потом прошептал: «Отец... с ним всё в порядке?»
Больше всего этот инцидент, должно быть, затронул его отца.
Госпожа Юнь мягко покачала головой. «Перед тем, как ты покинул столицу, твой отец ещё держался. После того, как Пинчуань вернулся и сообщил новости, он вернулся в свою комнату, лишь сказав нам встретить тебя у двери.
Он также сказал, что у него сегодня плохой аппетит, и нам не следует ждать его к ужину...»
Сюэ Вэньбай быстро ответил: «Как же так...»
Госпожа Юнь тоже была полна беспокойства, но всё же заставила себя быть бодрой и сказала: «Не волнуйся, твой отец достаточно взрослый, чтобы многое повидать. Пусть он успокоится за пару дней.
Давайте пойдём и быстро поужинаем. Я специально заказала твою любимую тушеную свиную рульку; она остынет, если мы её не съедим».
Однако после случившегося даже самая вкусная еда показалась пресной.
Су Лююэ погрузилась в свои мысли, опустив глаза. Видя, что все отложили палочки, а блюда на столе остались практически нетронутыми, она приподняла бровь, встала и улыбнулась: «Вы все должны радоваться благополучному возвращению моего старшего кузена. Но я заметила, что у вас сегодня нет аппетита. К счастью, я недавно разработала два новых вида выпечки. Я приготовлю их для вас в качестве закуски после ужина, и вы все сможете их попробовать».
Юнь Ши слегка опешила, но тут же улыбнулась и сказала: «Лююэ права. Благополучное возвращение Вэньбая — это радостное событие. Это действительно неуместно, когда все выглядят такими мрачными».

«Лююэ, ты сама справишься? Тебе нужна помощь?»
Су Лююэ улыбнулась и ответила: «Не нужно, у меня есть Эрси и Эръань».
С этими словами она направилась на кухню.
Су Лююэ пришла на кухню и только что попросила Эрси и Эръань зажечь печь, как увидела приближающихся Сюэ Линвань со своей личной служанкой Сюэчжу. Прежде чем Су Лююэ успела что-либо сказать, Сюэ Линвань сказала: «Кузина, я… я пришла помочь тебе».
Су Лююэ слегка растерялась. Она увидела, как щеки Сюэ Линвань слегка покраснели, и та пробормотала с несколько уклончивым взглядом: «Я очень переживала за отца и хотела что-то для него сделать…
К тому же, я слышала, что благодаря тебе мой старший брат смог благополучно вернуться. Я… я хотела поблагодарить тебя». Последние слова прозвучали едва слышно, словно комариное жужжание.
За последние две недели, хотя Су Лююэ навещала семью Сюэ почти каждый день, она не обменялась с этой юной девушкой и десятью словами.
Она чувствовала, что Сюэ Линвань намеренно избегает её, но также чувствовала едва уловимую перемену в её отношении к ней.
Это был первый раз, когда Су Лююэ проявила инициативу и заговорила с ней с момента своего появления в этом мире.
Су Лююэ невольно улыбнулась и нарочито спросила: «Что ты сказала в конце?» Я тебя не расслышала.
Сюэ Линвань прикусила губу, её голос стал чуть громче: «Я сказала... я хотела поблагодарить тебя».
«Что?»
Сюэ Линвань стиснула зубы, ещё громче повысив голос: «Я сказала спасибо!»
«Я...»
«Я знаю, ты меня дразнишь!»
На этот раз, прежде чем Су Лююэ успела что-либо сказать, Сюэ Линвань невольно расширила свои миндалевидные глаза и настойчиво сказала: «Если ты... если ты скажешь, что не расслышала меня, я разозлюсь!»
Видя, как молодая девушка вот-вот затопает ногами от гнева, Су Лююэ невольно усмехнулась и добавила: «Я хотела сказать, что мы все семья, и помогать друг другу — это естественно, тебе не нужно говорить мне спасибо. Если мы действительно собираемся суетиться из-за таких вещей, разве я не должна поблагодарить каждого из вас за вашу безоговорочную поддержку в возрождении Мань И Фана?» 

За эти две недели семья Сюэ действительно вложила и деньги, и силы.
У первоначальной владелицы денег было не так много, и если покупка ингредиентов была второстепенным делом, то создание множества инструментов, которых не существовало в этом мире, было самой дорогой и трудоёмкой задачей. Без помощи семьи Сюэ её новая выпечка не была бы приготовлена так быстро.
Сюэ Линвань непонимающе посмотрела на улыбающуюся женщину перед собой и, спустя долгое время, прошептала: «Конечно, нет...»
Её кузина, которая раньше презирала семью Сюэ, теперь говорила, что члены семьи должны помогать друг другу.
В этот момент Сюэ Линвань действительно почувствовала, что её кузина изменилась.
Видя её несколько неловкое, но счастливое выражение лица, улыбка Су Лююэ стала шире. Она достала различные подготовленные ранее продукты, разложила их на столе и сказала: «Уже поздно, давай начнём прямо сейчас. Ты можешь мне помочь».
Сюэ Линвань быстро пришла в себя, кивнула и подбежала к Су Лююэ. Глядя на аккуратно разложенные на столе материалы, она с любопытством спросила: «Кузина, что ты делаешь?»
Лююэ моргнула и загадочно ответила: «Скоро узнаешь».