Мистер Прайс (3)

Перевод: Atarmina

Миссис Лэнс усмехнулась.

— Ты просто ещё не понимаешь. Многие пары так живут.

— Это невозможно. Отвратительно. Разве это можно назвать нормальными супружескими отношениями?

— Да, это отвратительно. И ненормально. Поэтому, если ты не хочешь оказаться в такой же ситуации...

Но мисс Лэнс даже не слышала слов матери.

— Мама, разве это не ужасно? Даже если она живёт под фамилией матери, а не отца, она всё же девица из графского рода! И теперь она должна отдать себя этому невоспитанному толстому старику из Америки. Как вообще устроено английское общество?

— Да, ужасно. Совершенно ужасно. Поэтому, если ты не хочешь оказаться в таком положении, соберись и держись за мистера Далтона. Время не на стороне женщины. Мисс Пендлтон не понимала этого и до сих пор не может избавиться от титула «мисс». Хорошо, что теперь появился мистер Прайс — для неё это спасение.

Мисс Лэнс, дрожавшая от сочувствия к мисс Пендлтон, широко раскрыла глаза на слова матери.

— Ты думаешь, мисс Пендлтон должна принять ухаживания мистера Прайса?

— Конечно. Разве у неё есть другой выход?

Мисс Лэнс с отвращением ответила:

— И это её единственный путь? Если это правда, то ей лучше умереть! 

— Дитя, не говори глупостей. Мистер Прайс невероятно богат. Став его женой, она сможет блистать в нью-йоркском обществе как миссис Прайс. Это лучше, чем умереть, и уж точно лучше, чем остаться старой девой. Если она упустит этот шанс, ей придётся буквально жить на улице. Вот тогда и правда лучше умереть. 

Но даже такие слова миссис Лэнс не могли достучаться до дочери, которая с рождения не знала, что такое нужда. Она лишь выражала бесконечное презрение и отрицание, раздражая мать.

В конце концов, миссис Лэнс, устав от упрямства дочери, шлёпнула её по лбу, чтобы та замолчала.

Но это лишь подлило масла в огонь. И чем сильнее росло отвращение к матери, тем больше сочувствия мисс Лэнс испытывала к мисс Пендлтон. Ей отчаянно хотелось выговориться и найти поддержку.

Однако все её подруги уже были «промыты» своими матерями и верили, что мисс Пендлтон должна принять предложение мистера Прайса. Когда даже самые близкие подруги отвернулись от её мнения, настроение мисс Лэнс испортилось окончательно.

Ей нужен был кто-то, кто её поймёт. Недолго думая, она решила навестить мисс Фэрфакс — ту, что всегда соглашалась с ней безоговорочно.

Под предлогом прогулки она надела красивое платье, взяла зонтик и отправилась к Фэрфаксам. Как раз мисс Джанет занималась с учителем фортепиано, а мистер Фэрфакс работал в кабинете, поэтому в гостиной её встретила только хозяйка дома.

Они обменялись любезностями, выпили чаю, и вскоре мисс Лэнс излила душу.

— Все считают, что мисс Пендлтон должна принять ухаживания мистера Прайса. Это же несправедливо по отношению к ней, правда?

Мистер Фэрфакс вздохнул. Эта тема и его огорчала.

— Да, мисс Лэнс. Мисс Пендлтон в очень трудном положении. Это абсурдные ухаживания, но она не может просто отказать — он друг её дяди и человек с большим влиянием.

— К тому же он намного старше! На целых двадцать четыре года!

— Именно. Разница в возрасте — вот главная проблема. Для мисс Пендлтон это унизительно.

Мисс Лэнс облегчённо вздохнула. Наконец-то кто-то её понял! Она с теплотой посмотрела на мистера Фэрфакса и продолжила горячо:

— Если бы у мисс Пендлтон было хоть немного больше средств, ей не пришлось бы терпеть такое унижение. Разве так сложно для её дяди проявить немного милосердия?

— Не знаю...

— Она же ухаживала за его женой! Разве этого недостаточно, чтобы обеспечить ей хотя бы небольшое приданое?

— Это семейные дела, тут сложно судить.

— Но это же бесчеловечно! Если бы у неё было хотя бы пять тысяч фунтов, она могла бы выйти замуж за молодого человека её возраста. Конечно, это был бы кто-то из новых джентри или среднего класса, но всё же лучше, чем мистер Прайс!

Мистер Фэрфакс задумался, затем произнёс:

— Да, отсутствие приданого ставит мисс Пендлтон в невыгодное положение. Но, думаю, проблема не только в этом. Меня огорчает, что люди судят о ней предвзято. Они просто её не знают.

Но мисс Лэнс была слишком взволнована и слышала только то, что хотела.

— Вот именно! Мисс Пендлтон оказалась в несправедливой ситуации только из-за отсутствия денег и неприязни дяди. Она же безупречная девица из графского рода! Если бы её мать вышла замуж за настоящего аристократа, ничего этого бы не случилось. Она же не виновата, что родилась у таких родителей...

Мистер Фэрфакс мягко прервал её:

— Мисс Лэнс, кажется, мы слишком углубились в личные дела мисс Пендлтон.

Она замолчала и покраснела от смущения.

— Вы же понимаете, я не хотела её оскорбить?

Он улыбнулся и успокоил её:

— Конечно. Я знаю, что вы желаете ей добра. Но, пожалуй, лучше прекратить эти разговоры. Мисс Пендлтон, несмотря на трудности, способна сама построить свою жизнь. Весь свет не должен перемалывать её имя под видом заботы.

Его тон был мягким, но твёрдым. Мисс Лэнс почувствовала укол в самолюбие, осознав, что её слова назвали «пересудами», но ещё больше — стыд. Если мистер Фэрфакс, которого она считала мудрым, так отреагировал, значит, она действительно вела себя глупо.

Она быстро признала свою ошибку и решила впредь быть осторожнее в выражениях.

Но, помимо стыда, в её душе зрело практическое соображение: нужно убедиться, что мистер Фэрфакс не опишет её в негативном свете в письмах к мистеру Далтону.

Конечно, мистер Фэрфакс и не собирался упоминать её «пересуды» в письмах. Он не был сплетником, да и мисс Лэнс понятия не имела, как мужчины пишут друг другу.

Мужская переписка обычно сводилась к телеграммам, а если и приходилось писать письма, они были краткими, словно за каждое слово приходилось платить.

В лаконичных письмах мистера Фэрфакса к мистеру Далтону не было места для упоминания глупостей мисс Лэнс.

Так о чём же он писал? В основном — короткие отчёты о себе, мисс Джанет и мисс Пендлтон, единственной общей знакомой в Лондоне.

После отъезда мистер Далтон попросил его изредка сообщать о мисс Пендлтон. Фэрфакс решил, что Иан сблизился с ней, и стал периодически отправлять новости в Уайтфилд.

Но сейчас он не мог точно описать её положение. Ухаживания пожилого джентльмена, изматывающие её, были слишком личными и унизительными.

Думая о её репутации, он лишь кратко упомянул, что друг её дяди часто бывает в Лондоне, и запечатал письмо. Собираясь позвать слугу для отправки, он получил другое письмо — от невестки из Данвилл-парка.

Он отдал своё письмо слуге и принялся читать.

---
Дорогой Уильям, как поживаете? Мисс Джанет, наверное, всё ещё без ума от Лондона? Хотя в этом нет сомнений. Вряд ли найдётся джентльмен, способный так же спокойно жить в одиночестве, как вы, или барышня, которая наслаждалась бы городской жизнью так же, как она.

Пишу не просто так. Я хочу вас уличить.

Как вы могли скрыть от меня, что для нашего Иана (не маленького Иана, а того, что засел в поместье и ковыряет в ушах, хотя давно пора жениться) наконец-то нашлась пара? Вы же знаете, что его женитьба для меня важнее здоровья и даже будущего моих детей!

Ах, может, это я невнимательна? Та самая леди, мисс Лора Пендлтон, что часто мелькает в ваших письмах, и есть та самая?

Иан явно не собирается говорить сам, так что отвечать придётся вам. Сколько ей лет? Каково её происхождение? Рост? В её семье нет чахоточных или уродцев?

Вы должны написать мне всё, что знаете. Ведь вы же согласились быть главой «Комитета по женитьбе Иана Далтона» в Лондоне, не так ли?

Жду ответа.

Чувствую себя слегка преданной, но всё ещё ваша,

Миссис Роберт Маргарет Фэрфакс.

---

Мистер Фэрфакс онемел от изумления.

«Что? Для Иэна нашлась пара? И это мисс Пендлтон? Неужели я неправильно прочитал?»

Он отложил письмо и задумался, что же он упустил в поведении Иана в Лондоне. Вскоре он хлопнул себя по лбу.

«Какой же я дурак! Как я не заметил? Иан, который ненавидит светские мероприятия, вдруг стал частым гостем в доме Пендлтонов!»

Он тут же вернул слуге своё письмо, разорвал его и начал новое — с подробным описанием трудного положения мисс Пендлтон.

Он писал честно, без преувеличений. Если Иан действительно влюблён, то и без прикрас ситуация вызовет у него ярость.

Письмо отправили срочной почтой, и менее чем через два дня оно прибыло в Уайтфилд.

Иан, удивлённый срочностью, вскрыл конверт.

Его лицо стало каменным, пока читал. Закончив, он положил письмо на стол и замолчал.

Его глаза пристально смотрели на строки, словно пытаясь прожечь их взглядом.