Прости меня

«Как поживаешь?

Прости, что редко выхожу на связь.

Как ты, наверное, уже знаешь, в последнее время я работаю личным врачом Императрицы.

Это было... занятно.

Кстати, я говорил с человеком по имени Исаак, он сказал, что вы старые друзья.

Скоро я тебя навещу.

Тогда и поговорим подольше.

— От Сены дедушке».

— Что? Правда?

***

В начале второй половины дня глаза Сены расширились, пока он наслаждался чаепитием с Серией. Та кивнула с обеспокоенным выражением лица.

— Его состояние плохое. В послании говорилось, что он может не пережить это лето.

— ...Я думал, он продержится еще какое-то время.

Речь шла о дедушке Сены, маркизе Беркенндере.

— А как же Кройф?

— Сам знаешь. Они не ладят.

Стук.

Сена хлопнул по столу и вскочил.

— И всё же, это его отец. Это неправильно.

— Эх, я знаю. Если бы в нем была хоть половина твоего благородства.

Серия тяжело вздохнула. Должно быть, ей крепко досталось, когда она завела об этом разговор с Кройфом.

「Полагаю, он отреагировал бы так же, если бы я что-то сказал.」

Выражение лица Сены стало сложным. Это был конфликт отца и сына, который даже миролюбивому Сене было не под силу легко разрешить. История была проста. Кройф изначально был законным наследником семьи маркиза Беркенндера. У маркиза было три сына, но двое погибли от болезней и несчастных случаев, остался только Кройф. И тут единственный наследник внезапно бросает семью, чтобы стать священником — естественно, отец был опустошен. Но зная обстоятельства Кройфа, его решение можно было понять, что делало ситуацию еще запутаннее. Тем не менее, он не ожидал, что тот проявит такое упрямство, когда его отец смертельно болен.

— Это уже слишком. Мне нужно немедленно повидаться с Кройфом.

— Он занят подготовкой к выборам. Даже если пойдешь, он, скорее всего, тебя прогонит.

Серия заметила это как бы невзначай. Хотя её глаза были закрыты, Сене казалось, что та пристально за ним наблюдает.

— Ты ведь не станешь вмешиваться, верно?

— ...

Сена надулся и сел обратно. Если и был человек, которому он не хотел причинять беспокойство, так это Кройф. Он знал, как сильно тот хочет стать Папой и как много планирует совершить после этого. Было бы катастрофой, если бы подобные слухи поползли по церкви в такое деликатное время.

— Спасибо, что сказала, Серия. Я бы с ума сошел, если бы узнал об этом слишком поздно.

「Если честно, я тоже был не лучшим внуком.」

Сене особо нечего было возразить. Хотя при встречах он всегда был мил, он никогда не оставался надолго. Маркиз Беркенндер до сих пор сам управлял делами семьи. Но всё же... как минимум, он хотел быть рядом в его последнем пути. И, если возможно, он обязательно попытается его исцелить.

— Когда ты уходишь?

— ...Самое раннее сегодня, самое позднее завтра.

— Ты ведь позвал меня именно ради этого, не так ли?

— Нет, я уже сам придумал, как отсюда выбраться.

Сена тихо улыбнулся.

— Кройф ведь не хочет, чтобы я уходил, верно?

Движения Серии на мгновение замерли, но Сена спросил так, будто в этом нет ничего особенного.

— С чего ты это взял?

— Кройф не стал бы заставлять меня остаться, если бы я сказал, что не хочу.

— ...

— Должна быть причина, по которой он хочет, чтобы я был здесь. Он думает, что у Императрицы есть трава бессмертия или что-то в этом роде?

— Ха-ха, я правда не знаю.

Сена непринужденно рассмеялся, но Серия внутри буквально сгорала от напряжения. Её старый друг, 「Пушистик」, иногда проявлял такую острую проницательность. Несмотря на кажущуюся простоту, он был удивительно прозорлив.

— У меня есть просьба.

— Какая?

Сена достал три конверта и положил их на стол.

— Пожалуйста, отправь один моему дедушке.

— Хорошо. А этот?

— В монастырь, где мы выросли. Интересно, как там сестра Мария и сестра Тереза?

— Уверена, у них всё хорошо. Особенно у сестры Марии — она такая способная.

— ...Да. Она хороший человек, если не считать её любви к водке.

— Сестра Тереза тоже.

— Она действительно много трудится.

「Правда, у неё проблемы с тем, что она вечно всё ломает.」

Сена лишь неловко улыбнулся.

— Скажи Кройфу, чтобы он не слишком себя изнурял.

— ...Передам.

Серия слегка прикусила губу. Почему человек, который никогда не сдается, когда лечит других, так легко сдается, когда речь идет о нем самом?

— И последнее письмо.

— ...Определенно, ты много написал этими маленькими ручками. Да, кому мне доставить последнее письмо?

Сена покачал головой.

— Это я доставлю сам.

— ?

— Я должен. Но я показал его тебе, потому что мне кое-что нужно. Не могла бы ты наложить на него заклинание священной магии?

— Это несложно, но какую именно магию?

Типов священной магии много, как и обычной. С самого начала исцеление людей священной магией означало заимствование 「Божьего чуда」. А Божье чудо — это не просто ускорение регенерации.

— Наложи печать. Сделай так, чтобы никто не смог прочитать это письмо в течение недели.

— Даже если господин попытается заглянуть?

Серия, как всегда, была сообразительна.

— Да. И если кто-то попытается вскрыть его силой, пусть оно полностью сгорит.

— Да будет так.

Серия сложила ладони над письмом.

— Если кто-то отнимет что-либо от слов сего пророчества, пусть Юстиция отнимет участие его в святом граде, записанном в этом письме...

Слова Серии звучали тяжело. Золотые цепи впитались в бумагу. Это выглядело завораживающе и в то же время пугающе — Божье чудо, проявленное в реальности. Серия приоткрыла глаза.

— Поскольку эта священная магия использует слова из святого писания, никто не сможет узнать содержание этого письма в течение недели, которую ты указал, Сена.

— Спасибо.

У него действительно был хороший друг. Сена встал.

— Куда ты?

— Думаю, мне стоит хотя бы попрощаться.

— ...Смотри, чтобы тебя снова не заперли.

Сена странно улыбнулся.

— Не запрут.

***

Астрия всё еще сидела на корточках у озера в саду. Сегодня она не работала. Все встречи были отменены. Она не могла ни на чем сосредоточиться. Придумав это, эта сцена казалась знакомой.

「Тогда было так же.」

— Это была всего лишь одна неудача, не так ли?

— Рыцарь, который только что погиб от твоей руки, посвятил тебе всю свою жизнь.

— Тебе правда нужно было это делать?

Астрия была Императором. И не просто Императором, а юным.

— Такой маленький ребенок — Император?

— ...Теперь Империи конец.

— Мы должны подчиняться какой-то девчонке?

Взойдя на престол в тринадцать лет, она видела единственный путь — стать тираном. Она верила, что иначе не удержится на троне.

— Отрубите этому человеку голову. Нет, я сама это сделаю.

С течением времени её убежденность только росла. Она становилась всё более жестокой и на поле боя, и в повседневной жизни. Она не прощала ни единой ошибки. Она сокрушала тех, кто противился ей, и убивала тех, кто стоял на пути.

— Я приказала истребить их всех.

У неё был рыцарь, которым она дорожила больше всех остальных. Астрия отдала ему один приказ: истребить всех членов определенной королевской семьи до рассвета. Но рыцарь не выполнил приказ до конца. Точнее, он решил его не выполнять. Он пощадил одну принцессу. Из сострадания. Какое бесполезное чувство. Рыцарь не оправдывался. Он лишь слабо улыбнулся и сказал:

— Ваше Величество.

— Для меня было честью служить вам.

Правление тирана не допускало исключений. В тот момент, когда Император поддается личным чувствам, последствия становятся непредсказуемыми. Это было то, что сам рыцарь когда-то ей говорил. Астрия уважала это. Его преданность, его решение.

— Умри же, обнимая эту честь.

***

— У тебя снова дела в моем саду?

Астрия очнулась от своих грез и обернулась.

— Изабелла.

— ...Я когда-то думала, что ты изменилась.

— ...

— Хотя такая, как я, могла бы исчезнуть, и ты бы глазом не моргнула, я ушла, надеясь, что ты можешь что-то почувствовать.

Изабелла стояла, расслабив руку с мечом.

— Вот как.

— Но я ошиблась. Ты ни капли не изменилась с того дня семь лет назад.

Тело Изабеллы исчезло. Астрия призвала свой святой меч и одним движением взмахнула им вправо.

Вшух!

Когда их клинки встретились, удар сотряс деревья так, будто их могло вырвать с корнем.

Лязг!

Звук скрежета металла о металл разнесся по округе. Астрия посмотрела на искры с безразличным выражением лица и спросила:

— Что ты делаешь?

Изабелла стиснула зубы и отступила. Сад уже был разорен.

— Астрия! — закричала Изабелла, полная ярости. Её голос дрожал от неконтролируемого гнева. — Тебе принесло удовлетворение то, что ты отняла у меня всё? С-сжечь деревню, убить этих беззащитных людей... тебе обязательно было?!

Астрия нахмурилась. О чем она говорит?

— Что?

Она хотела переспросить, когда...

— Даже после смерти я не забуду. Я буду проклинать тебя вечно вместе со всеми, кто погиб от твоей руки!

Изабелла рванулась вперед, словно вспышка света. Это была сокрушительная атака, не оставляющая времени на ответ. Астрия спокойно наблюдала за приближающимся ударом. Изабелла стиснула зубы. Это будет непросто. Это ведь Астрия, в конце концов.

「Но я убью её.」

Это была самоубийственная атака. В тот момент, когда Астрия заблокирует удар, Изабелла планировала использовать всю свою жизненную силу, чтобы самоликвидироваться. Но...

— ...?

Астрия даже не попыталась защититься. Изабелла уставилась дрожащими глазами на свой меч, который с пугающей легкостью пронзил живот Астрии.

— Почему...?

Глубокое замешательство. Это замешательство остудило разум Изабеллы, поглощенный желанием убить.

— Это недоразумение. — Астрия сказала это Изабелле с бесстрастным лицом. — Вот что я хотела сказать.

Глаза Изабеллы расширились от шока, губы задрожали. Если бы Астрия сказала это с самого начала, Изабелла бы не поверила. Естественно, только у Империи хватило бы сил обнаружить и уничтожить оплот Рабеллы. Но сейчас... Она не могла вымолвить ни слова.

— ...Ты изменилась.

— Возможно.

Астрия медленно моргнула, глядя на свой пронзенный живот. Меч, наполненный аурой, не просто проткнул желудок, он нанес ужасающие повреждения внутренним органам. Это было за пределами способностей даже его превосходного врача. Разве что сама Юстиция спустится на землю.

— Я стала слабее после того, как потеряла тебя.

— ...

— Но мне по душе такие перемены.

На лице Астрии застыло печальное выражение. Её золотые волосы постепенно теряли свой цвет.

— Жаль, что я не осознала этого раньше.

Изабелла не могла говорить. Это было странно. Удар нанесла она, но ей казалось, будто её собственное сердце остановилось. Как раз в этот момент...

— Иза... белла?

Изабелла подняла взгляд на юный голос. Её глаза встретились со взглядом Сены, который пришел, неся яблоки. Яблоки беспомощно покатились по земле.

— Аст... Астрия.

Изабелла, задыхаясь, выдернула меч. Холодный пот пропитал её спину. Она изо всех сил пыталась бежать, но ноги казались тяжелыми, будто кто-то держал её за щиколотки.

— Не теряй сознание.

Кровотечение было слишком сильным. Нет, дело было даже не в крови — рана была слишком обширной.

「Нет, этого не может быть.」

Сена закрыл глаза и оценил ситуацию.

「Этого не должно быть.」

Повреждена сонная артерия. Но еще серьезнее было повреждение внутренних органов. Их практически не осталось целыми. Даже без современных медицинских знаний это было ясно... Это пациент, от которого следовало отказаться.

— Сена, ты никогда не должен использовать божественную силу, несмотря ни на что.

— Твое тело и так едва держится на ней. Без неё...

— Юстиция проклянет тебя.

Холодный воздух наполнил легкие Сены. Ни на мгновение не колеблясь, он сделал лучший выбор, какой мог.

— Боже.

— Пожалуйста, прости меня.

Пи-и-и-и-ип!

Божественная сила, подавленная внутри тела Сены, вырвалась наружу. Весь мир стал белым.